116 цитат про «роскошь» — большая подборка

Собрали 116 цитат на тему «роскошь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Скромность и роскошь — две сестры.

   Скромность и роскошь — две сестры.

   — Коко Шанель
2. «

   Гили не смог бы объяснить, хотя и четко осознавал разницу между Барад-Эйтель и Амон-Химринг, если бы Айменел не сказал, что тут все слишком нолдорское. А когда Айменел это сказал, Гили сразу понял, что он имеет в виду: в рукотворных предметах и в манере общения не было той бесхитростной простоты, которая отличает синдар и все синдарское. Если синдар хотели, к примеру, сделать простой ковер, они ткали его простым: из грубой нити, в полоску. Если они хотели сделать роскошный ковер, они ткали гобелен с невиданным рисунком о всех цветах земли и неба. Если же нолдор хотели сделать роскошный ковер, они делали его роскошно простым: ткали из самой тонкой черной шерсти так, чтобы в нем по щиколотку утопали ноги, и украшали какой-нибудь единственной белой завитушкой. Здешние изделия были как венец лорда Маэдроса: простое и скромное серебро украшено камнями, которые и драгоценными-то не считаются, но вот отделаны эти камни так, что дыхание замирает. И так во всем, даже в том, как замок выглядел снаружи. В здешней скромности было слишком много гордости.

   Гили не смог бы объяснить, хотя и четко осознавал разницу между Барад-Эйтель и Амон-Химринг, если бы Айменел не сказал, что тут все слишком нолдорское. А когда Айменел это сказал, Гили сразу понял, что он имеет в виду: в рукотворных предметах и в манере общения не было той бесхитростной простоты, которая отличает синдар и все синдарское. Если синдар хотели, к примеру, сделать простой ковер, они ткали его простым: из грубой нити, в полоску. Если они хотели сделать роскошный ковер, они ткали гобелен с невиданным рисунком о всех цветах земли и неба. Если же нолдор хотели сделать роскошный ковер, они делали его роскошно простым: ткали из самой тонкой черной шерсти так, чтобы в нем по щиколотку утопали ноги, и украшали какой-нибудь единственной белой завитушкой. Здешние изделия были как венец лорда Маэдроса: простое и скромное серебро украшено камнями, которые и драгоценными-то не считаются, но вот отделаны эти камни так, что дыхание замирает. И так во всем, даже в том, как замок выглядел снаружи. В здешней скромности было слишком много гордости.

   — Ольга Брилёва · книга
3. «

   Настоящая роскошь заключается в самостоятельном сопротивлении потребительскому давлению.

   Настоящая роскошь заключается в самостоятельном сопротивлении потребительскому давлению.

   — Александр фон Шенбург · книга
4. «

   До чего же хорошо вести роскошную жизнь, когда она за чужой счёт.

   До чего же хорошо вести роскошную жизнь, когда она за чужой счёт.

   — Виктория Килеева · книга
5. «

   Что же касается официальных воров, то в Овцепикских горах они были редкостью. Местные жители были недостаточно богаты, чтобы позволить себе подобную роскошь.

   Что же касается официальных воров, то в Овцепикских горах они были редкостью. Местные жители были недостаточно богаты, чтобы позволить себе подобную роскошь.

   — Терри Пратчетт · книга
6. «

   сэр Томас Бертрам: — Жизнь вдали от роскоши и комфорта Мэнсфилд Парка, возможно, приведет Ваш разум в более трезвое состояние. Вы этого хотите, не так ли? Фанни Прайс: — Да. Этого. Эдмунд Бертрам: — Почему, Фанни? Фанни Прайс: — Чтобы снова быть дома. Среди любящих родных. Чтобы проявлять любовь, не боясь, не сдерживаясь. Чтобы чувствовать себя равной тем, кто рядом.

   сэр Томас Бертрам: — Жизнь вдали от роскоши и комфорта Мэнсфилд Парка, возможно, приведет Ваш разум в более трезвое состояние. Вы этого хотите, не так ли? Фанни Прайс: — Да. Этого. Эдмунд Бертрам: — Почему, Фанни? Фанни Прайс: — Чтобы снова быть дома. Среди любящих родных. Чтобы проявлять любовь, не боясь, не сдерживаясь. Чтобы чувствовать себя равной тем, кто рядом.

   — сэр Томас Бертрам · фильм
7. «

   Мораль – предмет роскоши.

   Мораль – предмет роскоши.

   — Фредрик Бакман · книга
8. «

   Потерю предмета настоящей роскоши не в силах восполнить ни одна страховая компания в мире. Написанное от руки письмо. Неповторимый экслибрис. Цветы из сада пожилой дамы, которая иногда позволяет вам собрать у неё букет. Духи, которые вы смешали сами, а не купили в парфюмерном магазине. Работа, выполненная мастером по его собственному эскизу. Прогулка в парке под лёгкое похрустывание снега. Купание в озере жарким летним днём. Вино, замурованное для вас вашим отцом в день его пятидесятилетия. <...> Серийная продукция, ночь в номере люкс, дорогая машина — всё, что покупается и продаётся, не может быть роскошью по определению.

   Потерю предмета настоящей роскоши не в силах восполнить ни одна страховая компания в мире. Написанное от руки письмо. Неповторимый экслибрис. Цветы из сада пожилой дамы, которая иногда позволяет вам собрать у неё букет. Духи, которые вы смешали сами, а не купили в парфюмерном магазине. Работа, выполненная мастером по его собственному эскизу. Прогулка в парке под лёгкое похрустывание снега. Купание в озере жарким летним днём. Вино, замурованное для вас вашим отцом в день его пятидесятилетия. <...> Серийная продукция, ночь в номере люкс, дорогая машина — всё, что покупается и продаётся, не может быть роскошью по определению.

   — Александр фон Шенбург · книга
9. «

   Кaк глупеют люди от почтенной жизни!

   Кaк глупеют люди от почтенной жизни!

   — Андре Жид · книга
10. «

    — Мой отец был сапожником. Он умер, когда я был молод и мне досталась его лавка. Он был простым человеком и шил простую обувь. Но я понял, что чем больше работы я вкладываю в обувь, тем больше на нее спрос. Тонкая кожа, украшения, мелкие детали... и время. Время прежде всего. Десятки часов на каждую пару. — Качество требует времени. — Да, думаю вы носили на себе целые годы чьих-то жизней.

    — Мой отец был сапожником. Он умер, когда я был молод и мне досталась его лавка. Он был простым человеком и шил простую обувь. Но я понял, что чем больше работы я вкладываю в обувь, тем больше на нее спрос. Тонкая кожа, украшения, мелкие детали... и время. Время прежде всего. Десятки часов на каждую пару. — Качество требует времени. — Да, думаю вы носили на себе целые годы чьих-то жизней.

    — Его Воробейшество · сериал
11. «

    Женщина — это роскошь, которую не каждый может себе позволить.

    Женщина — это роскошь, которую не каждый может себе позволить.

    — Диля Еникеева · книга
12. «

    Богатства сельских производителей переходят в руки торговцев, землевладельцев, чиновников, фабрикантов, и люди, получившие эти богатства, хотят пользоваться ими. Пользоваться же вполне этими богатствами они могут только в городе. В деревне, во-первых, трудно найти, по раскинутости жителей, удовлетворение всех потребностей богатых людей, нет всякого рода мастерских, лавок, банков, трактиров, театров и всякого рода общественных увеселений. Во-вторых, одно из главных удовольствий, доставляемых богатством,— тщеславие, желание уловить и перещеголять других, опять по раскинутости населения, с трудом может быть удовлетворяемо в деревне. В деревне мало ценителей роскоши, некого удивлять. Какие бы деревенский житель ни завел себе украшения жилища, картины, бронзы, какие бы ни завел экипажи, туалеты,— мужики не знают во всем этом толку. И, в-третьих, роскошь даже неприятна и опасна в деревне для человека, имеющего совесть и страх. Неловко и жутко в деревне делать ванны из молока или выкармливать им щенят, тогда как рядом у детей молока нет; неловко и жутко строить павильоны и сады среди людей, живущих в обвалянных навозом избах, которые топить нечем, деревне некому держать в порядке глупых мужиков, которые по своему необразованию могут расстроить все это. И поэтому богатые люди скопляются вместе и пристраиваются к таким же богатым людям с одинаковыми потребностями в городе, где удовлетворение всяких роскошных вкусов заботливо охраняется многолюдной полицией.

    Богатства сельских производителей переходят в руки торговцев, землевладельцев, чиновников, фабрикантов, и люди, получившие эти богатства, хотят пользоваться ими. Пользоваться же вполне этими богатствами они могут только в городе. В деревне, во-первых, трудно найти, по раскинутости жителей, удовлетворение всех потребностей богатых людей, нет всякого рода мастерских, лавок, банков, трактиров, театров и всякого рода общественных увеселений. Во-вторых, одно из главных удовольствий, доставляемых богатством,— тщеславие, желание уловить и перещеголять других, опять по раскинутости населения, с трудом может быть удовлетворяемо в деревне. В деревне мало ценителей роскоши, некого удивлять. Какие бы деревенский житель ни завел себе украшения жилища, картины, бронзы, какие бы ни завел экипажи, туалеты,— мужики не знают во всем этом толку. И, в-третьих, роскошь даже неприятна и опасна в деревне для человека, имеющего совесть и страх. Неловко и жутко в деревне делать ванны из молока или выкармливать им щенят, тогда как рядом у детей молока нет; неловко и жутко строить павильоны и сады среди людей, живущих в обвалянных навозом избах, которые топить нечем, деревне некому держать в порядке глупых мужиков, которые по своему необразованию могут расстроить все это. И поэтому богатые люди скопляются вместе и пристраиваются к таким же богатым людям с одинаковыми потребностями в городе, где удовлетворение всяких роскошных вкусов заботливо охраняется многолюдной полицией.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
13. «

    — Любовь — это роскошь. — Нет. Любовь — жизненная необходимость.

    — Любовь — это роскошь. — Нет. Любовь — жизненная необходимость.

    — Лэйни Тейлор · книга
14. «

    Она позволяла себе роскошь, о которой давно мечтала, – роскошь поступать так, как хочется, и посылать к черту всех, кому это не по душе.

    Она позволяла себе роскошь, о которой давно мечтала, – роскошь поступать так, как хочется, и посылать к черту всех, кому это не по душе.

    — Маргарет Митчелл · книга
15. «

    Испытание роскошью не смущает даже самых застенчивых.

    Испытание роскошью не смущает даже самых застенчивых.

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга
16. «

    Она страдала непрестанно, так как чувствовала себя рожденной для изящной жизни, для самой утонченной роскоши. Она страдала от бедности своего жилья, от убожества голых стен, просиженных стульев, полинявших занавесок. Все, чего не заметила бы другая женщина того же круга, мучило ее и возмущало.

    Она страдала непрестанно, так как чувствовала себя рожденной для изящной жизни, для самой утонченной роскоши. Она страдала от бедности своего жилья, от убожества голых стен, просиженных стульев, полинявших занавесок. Все, чего не заметила бы другая женщина того же круга, мучило ее и возмущало.

    — Ги де Мопассан · книга
17. «

    Человека испортила роскошь, которой он прежде не знал, он стал способным сражаться за нее.

    Человека испортила роскошь, которой он прежде не знал, он стал способным сражаться за нее.

    — Яромир Слушны · книга
18. «

    Но самая невероятность суммы совершенно изменила дело. Скажите, какая сила заставляет женщину мечтать о шиншилловом манто, русских соболях, роллс-ройсе, драгоценностях от Картье или Ван Клифа и Арпельса, или о самых дорогих духах, ресторанах, о доме в самом дорогом районе и так далее? Сама недоступность и невероятность суммы делает эти вещи желанными для нее – свидетельством и гарантией драгоценности ее женственности и ее личности. Так и миссис Харрис чувствовала, что, если бы у нее было платье настолько прекрасное, что стоило четыре с поло виной сотни фунтов, ей было бы не о чем больше мечтать на этом свете.

    Но самая невероятность суммы совершенно изменила дело. Скажите, какая сила заставляет женщину мечтать о шиншилловом манто, русских соболях, роллс-ройсе, драгоценностях от Картье или Ван Клифа и Арпельса, или о самых дорогих духах, ресторанах, о доме в самом дорогом районе и так далее? Сама недоступность и невероятность суммы делает эти вещи желанными для нее – свидетельством и гарантией драгоценности ее женственности и ее личности. Так и миссис Харрис чувствовала, что, если бы у нее было платье настолько прекрасное, что стоило четыре с поло виной сотни фунтов, ей было бы не о чем больше мечтать на этом свете.

    — Пол Гэллико · книга
19. «

    — Ну, говорите: куда вас? — В Риц. — Куда-куда?! — В отель Риц. Это на Вандомской площади, вы повернёте.. — Да знаю-знаю без вас, где это! Для домушника слишком шикарно!

    — Ну, говорите: куда вас? — В Риц. — Куда-куда?! — В отель Риц. Это на Вандомской площади, вы повернёте.. — Да знаю-знаю без вас, где это! Для домушника слишком шикарно!

    — Саймон Дермотт · фильм
20. «

    — Откуда у него героин в блоке смертников? — Ты что, шутишь? — Насчет тюрьм ему [Форману] видней, когда будем говорить про яхты — спросим у тебя.

    — Откуда у него героин в блоке смертников? — Ты что, шутишь? — Насчет тюрьм ему [Форману] видней, когда будем говорить про яхты — спросим у тебя.

    — Доктор Грегори Хаус · сериал