74 афоризмов на тему «Жизненные цитаты про русские»

Собрали 74 цитаты на тему «Жизненные цитаты про русские» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Какой русский не любит быстрой езды — и долгой очереди.

   Какой русский не любит быстрой езды — и долгой очереди.

   — Зоя Ускова · книга
2. «

   Ну… знаешь, это очень по-русски — вечно жаловаться на всё подряд! А если в жизни всё хорошо — то и помалкивай. Не буди лихо!

   Ну… знаешь, это очень по-русски — вечно жаловаться на всё подряд! А если в жизни всё хорошо — то и помалкивай. Не буди лихо!

   — Донна Тартт · книга
3. «

   В России пока очень низкая общая культура. Русский человек с этой культурой, приобретая большое количество денег, становится разрушителем и самого себя, и окружающей среды.

   В России пока очень низкая общая культура. Русский человек с этой культурой, приобретая большое количество денег, становится разрушителем и самого себя, и окружающей среды.

   — Андрей Кончаловский
4. «

   Самим Господом определено русскому народу наказание за грехи, и пока Сам Господь не помилует Россию, бессмысленно идти против Его святой воли. Мрачная ночь надолго покроет землю Русскую, много нас ждет впереди страданий и горестей. Поэтому Господь и научает нас: терпением вашим спасайте души ваши.

   Самим Господом определено русскому народу наказание за грехи, и пока Сам Господь не помилует Россию, бессмысленно идти против Его святой воли. Мрачная ночь надолго покроет землю Русскую, много нас ждет впереди страданий и горестей. Поэтому Господь и научает нас: терпением вашим спасайте души ваши.

   — Серафим Вырицкий
5. «

   Прежде, в недавнее еще время, мы говорили, что чиновники наши берут взятки, что у нас нет ни дорог, ни торговли, ни правильного суда... <...> А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о наших язвах не стоит труда, что это ведет только к пошлости и доктринству; мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором, толкуем о каком-то искусстве, бессознательном творчестве, о парламентаризме, об адвокатуре и черт знает о чем, когда дело идет о насущном хлебе, когда грубейшее суеверие нас душит, когда все наши акционерные общества лопаются единственно оттого, что оказывается недостаток в честных людях, когда сама свобода, о которой хлопочет правительство, едва ли пойдет нам впрок, потому что мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке.

   Прежде, в недавнее еще время, мы говорили, что чиновники наши берут взятки, что у нас нет ни дорог, ни торговли, ни правильного суда... <...> А потом мы догадались, что болтать, все только болтать о наших язвах не стоит труда, что это ведет только к пошлости и доктринству; мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором, толкуем о каком-то искусстве, бессознательном творчестве, о парламентаризме, об адвокатуре и черт знает о чем, когда дело идет о насущном хлебе, когда грубейшее суеверие нас душит, когда все наши акционерные общества лопаются единственно оттого, что оказывается недостаток в честных людях, когда сама свобода, о которой хлопочет правительство, едва ли пойдет нам впрок, потому что мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
6. «

   — Нет такого препятствия, которое русский человек не смог бы преодолеть и обматерить, — выдала я на ультразвуке.

   — Нет такого препятствия, которое русский человек не смог бы преодолеть и обматерить, — выдала я на ультразвуке.

   — Надежда Мамаева · книга
7. «

   Почти все русские крепкие государственники — это раскаявшиеся вольнодумцы, а почти все русские революционеры — это раскаявшиеся патриоты из серии «Попробовали — убедились».

   Почти все русские крепкие государственники — это раскаявшиеся вольнодумцы, а почти все русские революционеры — это раскаявшиеся патриоты из серии «Попробовали — убедились».

   — Дмитрий Львович Быков
8. «

   ... А вот спокойствия в его душе не было. Почему? Обьяснила София: — Юл — русский, а у них не бывает спокойных душ, всегда нужно что-то еще.

   ... А вот спокойствия в его душе не было. Почему? Обьяснила София: — Юл — русский, а у них не бывает спокойных душ, всегда нужно что-то еще.

   — Одри Хепберн · книга
9. «

   Нет, русские не похожи на американцев. Мы пиво, а они бензин.

   Нет, русские не похожи на американцев. Мы пиво, а они бензин.

   — Томас Шелби · сериал
10. «

    Слушать, не перебивая, русские не умеют.

    Слушать, не перебивая, русские не умеют.

    — Борис Акунин · книга
11. «

    Весь мир наслышан о власти русских женщин; именно поэтому им отказывают в визах. Женщины всех национальностей ненавидят их, потому что красота несправедлива, а против несправедливости следует бороться. Русские девушки — это враги.

    Весь мир наслышан о власти русских женщин; именно поэтому им отказывают в визах. Женщины всех национальностей ненавидят их, потому что красота несправедлива, а против несправедливости следует бороться. Русские девушки — это враги.

    — Фредерик Бегбедер · книга
12. «

    ...мы немного боимся русских. Вы странные и импульсивные. Вы можете ненавидеть или любить без предупреждения и обоснований.

    ...мы немного боимся русских. Вы странные и импульсивные. Вы можете ненавидеть или любить без предупреждения и обоснований.

    — Наталья Краснова · книга
13. «

    Они разбирают пути, не ведая, что по этим путям должна пробежать судьба их нации.

    Они разбирают пути, не ведая, что по этим путям должна пробежать судьба их нации.

    — Валентин Пикуль · книга
14. «

    Русская красота не сводится к литературе и лесам, основной ее параметр — женщины. Мы много говорим о залежах углеводородов в этой стране, не замечая главного ее богатства. Американки слишком здоровые, француженки слишком капризные, немки слишком спортивные, японки слишком покорные, итальянки слишком ревнивые, англичанки слишком пьющие, голландки слишком раскрепощенные, испанки слишком томные! Остаются русские. Русские девушки умеют потупиться, словно провинившиеся дети, кажется, они вот-вот заплачут, их бирюзовые глаза еле сдерживают слезы, пришедшие из вечной мерзлоты, векового горя, родительских тумаков на старых дачах, пустых тарелок в зимнюю стужу, Рождества без подарков, а пожаловаться нельзя, потому что отец тогда пойдет по этапу, и еще этот подлец, ушел и da svidania не сказал.

    Русская красота не сводится к литературе и лесам, основной ее параметр — женщины. Мы много говорим о залежах углеводородов в этой стране, не замечая главного ее богатства. Американки слишком здоровые, француженки слишком капризные, немки слишком спортивные, японки слишком покорные, итальянки слишком ревнивые, англичанки слишком пьющие, голландки слишком раскрепощенные, испанки слишком томные! Остаются русские. Русские девушки умеют потупиться, словно провинившиеся дети, кажется, они вот-вот заплачут, их бирюзовые глаза еле сдерживают слезы, пришедшие из вечной мерзлоты, векового горя, родительских тумаков на старых дачах, пустых тарелок в зимнюю стужу, Рождества без подарков, а пожаловаться нельзя, потому что отец тогда пойдет по этапу, и еще этот подлец, ушел и da svidania не сказал.

    — Фредерик Бегбедер · книга
15. «

    — Мы думаем, что если война — единственный ответ, который нам могут дать наши лидеры, значит, мы живем в несчастное время, — И затем мы спросили: — Хочет ли войны русский народ, или какая-то его часть, или кто-то в русском правительстве? Тут он выпрямился, положил свой карандаш и сказал: — Я могу однозначно ответить на этот вопрос. Ни русский народ, ни какая-то его часть, ни часть русского правительства не хотят войны. И даже больше того: русские люди пойдут на всё, чтобы избежать войны. В этом я уверен.

    — Мы думаем, что если война — единственный ответ, который нам могут дать наши лидеры, значит, мы живем в несчастное время, — И затем мы спросили: — Хочет ли войны русский народ, или какая-то его часть, или кто-то в русском правительстве? Тут он выпрямился, положил свой карандаш и сказал: — Я могу однозначно ответить на этот вопрос. Ни русский народ, ни какая-то его часть, ни часть русского правительства не хотят войны. И даже больше того: русские люди пойдут на всё, чтобы избежать войны. В этом я уверен.

    — Джон Стейнбек · книга
16. «

    Чтобы русскому народу действительно пребыть надолго тем народом «богоносцем», от которого ждал так много наш пламенный народолюбец Достоевский, – он должен быть ограничен, привинчен, отечески и совестливо стеснен. Не надо лишать его тех внешних ограничений и уз, которые так долго утверждали и воспитывали в нем смирение и покорность. Эти качества составляли его душевную красу и делали его истинно великим и примерным народом. Чтобы продолжать быть и для нас самих с этой стороны примером, он должен быть сызнова и мудро стеснен в своей свободе; удержан свыше на скользком пути эгалитарного своеволия. При меньшей свободе, при меньших порывах к равенству прав будет больше серьезности, а при большей серьезности будет гораздо больше и того истинного достоинства в смирении, которое его так красит. Иначе, через какие-нибудь полвека, не более, он из народа «богоносца» станет мало-помалу, и сам того не замечая, «народом-богоборцем», и даже скорее всякого другого народа, быть может. Ибо, действительно, он способен во всем доходить до крайностей… Евреи были гораздо более нас, в свое время, избранным народом, ибо они тогда были одни во всем мире, веровавшие в Единого Бога, и, однако, они же распяли на кресте Христа, Сына Божия, когда Он сошел к ним на землю.

    Чтобы русскому народу действительно пребыть надолго тем народом «богоносцем», от которого ждал так много наш пламенный народолюбец Достоевский, – он должен быть ограничен, привинчен, отечески и совестливо стеснен. Не надо лишать его тех внешних ограничений и уз, которые так долго утверждали и воспитывали в нем смирение и покорность. Эти качества составляли его душевную красу и делали его истинно великим и примерным народом. Чтобы продолжать быть и для нас самих с этой стороны примером, он должен быть сызнова и мудро стеснен в своей свободе; удержан свыше на скользком пути эгалитарного своеволия. При меньшей свободе, при меньших порывах к равенству прав будет больше серьезности, а при большей серьезности будет гораздо больше и того истинного достоинства в смирении, которое его так красит. Иначе, через какие-нибудь полвека, не более, он из народа «богоносца» станет мало-помалу, и сам того не замечая, «народом-богоборцем», и даже скорее всякого другого народа, быть может. Ибо, действительно, он способен во всем доходить до крайностей… Евреи были гораздо более нас, в свое время, избранным народом, ибо они тогда были одни во всем мире, веровавшие в Единого Бога, и, однако, они же распяли на кресте Христа, Сына Божия, когда Он сошел к ним на землю.

    — Константин Николаевич Леонтьев
17. «

    Знаменитый Ботанический сад (в Сингапуре) имел при входе доску с русской надписью: «ЦВЕТОВ И ФРУКТОВ НЕ РВАТЬ». Минёра взбесило, что надпись сделана только на русском языке, и в ярости он нарвал цветов, обломал ветви с дикими плодами: – Назло викторианцам! Почему они вдруг решили, что одни только мы, русские, способны быть варварами?..

    Знаменитый Ботанический сад (в Сингапуре) имел при входе доску с русской надписью: «ЦВЕТОВ И ФРУКТОВ НЕ РВАТЬ». Минёра взбесило, что надпись сделана только на русском языке, и в ярости он нарвал цветов, обломал ветви с дикими плодами: – Назло викторианцам! Почему они вдруг решили, что одни только мы, русские, способны быть варварами?..

    — Валентин Пикуль · книга
18. «

    В России о будущем думают всегда. Об урожае будущего года, об удобствах, которые будут через десять лет, об одежде, которую очень скоро сошьют. Если какой-либо народ и может из надежды извлекать энергию, то это именно русский народ...

    В России о будущем думают всегда. Об урожае будущего года, об удобствах, которые будут через десять лет, об одежде, которую очень скоро сошьют. Если какой-либо народ и может из надежды извлекать энергию, то это именно русский народ...

    — Джон Стейнбек · книга
19. «

    Выскочи русский человек чуть-чуть из казенной, узаконенной для него обычаем колеи — и он сейчас же не знает, что делать. В колее всё ясно: доход, чин, положение в свете, экипаж, визиты, служба, жена — а чуть что и — что я такое? Лист, гонимый ветром.

    Выскочи русский человек чуть-чуть из казенной, узаконенной для него обычаем колеи — и он сейчас же не знает, что делать. В колее всё ясно: доход, чин, положение в свете, экипаж, визиты, служба, жена — а чуть что и — что я такое? Лист, гонимый ветром.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
20. «

    — Что ты припёрся сюда?! — Так, людей посмотреть. — Посмотреть. Я вашего брата хорошо знаю, давно езжу. Сначала у знакомых, потом посуду мыть или грузчиком в магазине, квартирку снимешь и приехали. А там куда кривая американской мечты выведет. — Зря вы так, я Родину люблю. — А, патриот! Русская идея! Достоевский! Держава!

    — Что ты припёрся сюда?! — Так, людей посмотреть. — Посмотреть. Я вашего брата хорошо знаю, давно езжу. Сначала у знакомых, потом посуду мыть или грузчиком в магазине, квартирку снимешь и приехали. А там куда кривая американской мечты выведет. — Зря вы так, я Родину люблю. — А, патриот! Русская идея! Достоевский! Держава!

    — Данила Багров · фильм