675 фраз, которые всё говорят о «русские»

Собрали 675 цитат на тему «русские» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Гостиница «Интурист». На крыльце группа французов, с любопытством наблюдающая пробегание странной толпы: интереснейшее явление, этот русский народ, вроде бы белые, но абсолютно не европейцы.

   Гостиница «Интурист». На крыльце группа французов, с любопытством наблюдающая пробегание странной толпы: интереснейшее явление, этот русский народ, вроде бы белые, но абсолютно не европейцы.

   — Василий Аксенов · книга
2. «

   Русские уже благодаря размерам своей страны свободны от узкосердечия языческого национализма, они космополиты или, по крайней мере, на одну шестую космополиты, поскольку Россия занимает почти шестую часть всего населенного мира.

   Русские уже благодаря размерам своей страны свободны от узкосердечия языческого национализма, они космополиты или, по крайней мере, на одну шестую космополиты, поскольку Россия занимает почти шестую часть всего населенного мира.

   — Генрих Гейне
3. «

   Я люблю свою страну. И людей, которые в ней живут. У российского человека есть ментальные зазубрины, если позволите так сказать. Мы любим и умеем жить щедро. Но если нас кусают, мы так же щедро отвечаем. Поэтому с нами лучше дружить.

   Я люблю свою страну. И людей, которые в ней живут. У российского человека есть ментальные зазубрины, если позволите так сказать. Мы любим и умеем жить щедро. Но если нас кусают, мы так же щедро отвечаем. Поэтому с нами лучше дружить.

   — Максим Александрович Фадеев
4. «

   Русский весьма часто смеется там, где надо плакать.

   Русский весьма часто смеется там, где надо плакать.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
5. «

   — Они сейчас знаешь, как думают? Что всё рассчитали... Нашли у русских слабое место и сейчас между наших частей — раз, к шоссе и проскочут. А я думаю — очень хорошо, пусть попробуют, да? Заодно покажем им, если они ещё не знают, кто такие русские и что такое у нас слабое место. Точно? — Покажем... Вообще-то, я казах. — А казах что, не русский? Что ты мне голову морочишь? Мы же сейчас за Россию дерёмся, или за что? — Да шучу я... — Шучу... За Казахстан будем драться — всем покажем, кто такие казахи. Уж не сомневайся. — Договорились...

   — Они сейчас знаешь, как думают? Что всё рассчитали... Нашли у русских слабое место и сейчас между наших частей — раз, к шоссе и проскочут. А я думаю — очень хорошо, пусть попробуют, да? Заодно покажем им, если они ещё не знают, кто такие русские и что такое у нас слабое место. Точно? — Покажем... Вообще-то, я казах. — А казах что, не русский? Что ты мне голову морочишь? Мы же сейчас за Россию дерёмся, или за что? — Да шучу я... — Шучу... За Казахстан будем драться — всем покажем, кто такие казахи. Уж не сомневайся. — Договорились...

   — Григорий Конкин · фильм
6. «

   Как бы то ни было, русский коллективизм вызывает прежде всего симпатию, в особенности потому, что он порождает множество прекрасных явлений. Одно из самых лучших его следствий — культурная общность, подобную которой я нечасто видела у других народов. В России культура, поэзия и литература встроены в жизнь.

   Как бы то ни было, русский коллективизм вызывает прежде всего симпатию, в особенности потому, что он порождает множество прекрасных явлений. Одно из самых лучших его следствий — культурная общность, подобную которой я нечасто видела у других народов. В России культура, поэзия и литература встроены в жизнь.

   — Анна-Лена Лаурен · книга
7. «

   У русских свои представления о правильной жизни.

   У русских свои представления о правильной жизни.

   — Илья Стогoff · книга
8. «

   Русский фатализм делает жизнь гораздо более гибкой и оставляет больше пространства для манёвров. В общем и целом это практично: поскольку случиться может что угодно, не стоит ничего планировать заранее.

   Русский фатализм делает жизнь гораздо более гибкой и оставляет больше пространства для манёвров. В общем и целом это практично: поскольку случиться может что угодно, не стоит ничего планировать заранее.

   — Анна-Лена Лаурен · книга
9. «

   Эти русские мальчики не меняются: Война, революция, русская рулетка. Умереть, пока не успел состариться, В девятнадцатом, двадцатом, Двадцать первом веке.

   Эти русские мальчики не меняются: Война, революция, русская рулетка. Умереть, пока не успел состариться, В девятнадцатом, двадцатом, Двадцать первом веке.
10. «

    Не знаю, как у других, а у нас, у русских, принято прощаться долго и всерьез. Уходит ли человек на войну, отправляется ли в кругосветное путешествие, едет ли в соседний город в несколькодневную командировку или, наоборот, в деревню к родственникам, его провожают долго и обстоятельно. Поэт сказал: «…и каждый раз навек прощайтесь, когда уходите на миг». Именно так мы и делаем. Созываем гостей, пьем, произносим тосты за отъезжающих, за остающихся. Перед выходом из дома принято на минутку присесть и помолчать. А потом на вокзале, на пристани или в аэропорту мы долго целуемся, плачем, произносим глупые напутствия и машем руками. У нас в доме было принято, что, когда кто-нибудь уезжал, мать не подметала полы до тех пор, пока от уехавшего не приходила телеграмма о благополучном прибытии на место. Может, кто-то считает это дикостью, но мне весь этот ритуал, замешенный на вековых традициях и привычках, нравится и кажется исполненным высокого смысла. Потому что мы никогда не знаем, какое из наших прощаний окажется последним. «…И каждый раз навек прощайтесь, когда уходите на миг».

    Не знаю, как у других, а у нас, у русских, принято прощаться долго и всерьез. Уходит ли человек на войну, отправляется ли в кругосветное путешествие, едет ли в соседний город в несколькодневную командировку или, наоборот, в деревню к родственникам, его провожают долго и обстоятельно. Поэт сказал: «…и каждый раз навек прощайтесь, когда уходите на миг». Именно так мы и делаем. Созываем гостей, пьем, произносим тосты за отъезжающих, за остающихся. Перед выходом из дома принято на минутку присесть и помолчать. А потом на вокзале, на пристани или в аэропорту мы долго целуемся, плачем, произносим глупые напутствия и машем руками. У нас в доме было принято, что, когда кто-нибудь уезжал, мать не подметала полы до тех пор, пока от уехавшего не приходила телеграмма о благополучном прибытии на место. Может, кто-то считает это дикостью, но мне весь этот ритуал, замешенный на вековых традициях и привычках, нравится и кажется исполненным высокого смысла. Потому что мы никогда не знаем, какое из наших прощаний окажется последним. «…И каждый раз навек прощайтесь, когда уходите на миг».

    — Владимир Николаевич Войнович · книга
11. «

    Кто любит народ русский — не может не любить церкви. Потому что народ и его церковь — одно. И только у русских это — одно.

    Кто любит народ русский — не может не любить церкви. Потому что народ и его церковь — одно. И только у русских это — одно.

    — Василий Розанов · книга
12. «

    «Почему русские не улыбаются?». Любят иностранцы мусолить этот вопрос. Русские, мол, никому не доверяют, страдания им необходимы, они истеричны, и вообще, эта загадочная русская душа... Это они так русского человека объясняют, дебилы... Не чтоб понять, а чтоб самим понятно было.

    «Почему русские не улыбаются?». Любят иностранцы мусолить этот вопрос. Русские, мол, никому не доверяют, страдания им необходимы, они истеричны, и вообще, эта загадочная русская душа... Это они так русского человека объясняют, дебилы... Не чтоб понять, а чтоб самим понятно было.

    — Елена Котова
13. «

    Пахнет дымом от павших знамен, Мало проку от битвы жестокой. Сдан последний вчера бастион, И вступают враги в Севастополь. И израненный молвит солдат, Спотыкаясь на каменном спуске: — Этот город вернётся назад - Севастополь останется русским!

    Пахнет дымом от павших знамен, Мало проку от битвы жестокой. Сдан последний вчера бастион, И вступают враги в Севастополь. И израненный молвит солдат, Спотыкаясь на каменном спуске: — Этот город вернётся назад - Севастополь останется русским!
14. «

    Я вывел формулу русского человека. Вот она: русским человеком может быть только тот, у кого чего-нибудь нет, но не так нет, чтобы обязательно было, а нет — и хрен с ним.

    Я вывел формулу русского человека. Вот она: русским человеком может быть только тот, у кого чего-нибудь нет, но не так нет, чтобы обязательно было, а нет — и хрен с ним.

    — Никита Михалков
15. «

    Русская женщина часто говорит больше, чем делает, но делает всегда то, что желает.

    Русская женщина часто говорит больше, чем делает, но делает всегда то, что желает.

    — Адольф Шарль Адан (Адам)
16. «

    Русский солдат, несомненно, очень храбр. <...> Весь его жизненный опыт приучил его крепко держаться своих товарищей. <...>... Нет никакой возможности рассеять русские батальоны, забудьте про это: чем опаснее враг, тем крепче держатся солдаты друг за друга.

    Русский солдат, несомненно, очень храбр. <...> Весь его жизненный опыт приучил его крепко держаться своих товарищей. <...>... Нет никакой возможности рассеять русские батальоны, забудьте про это: чем опаснее враг, тем крепче держатся солдаты друг за друга.

    — Фридрих Энгельс
17. «

    Природа родила Россию только одну. Она соперниц не имеет. Мы — русские, мы всё одолеем!

    Природа родила Россию только одну. Она соперниц не имеет. Мы — русские, мы всё одолеем!

    — Александр Васильевич Суворов
18. «

    Ничто так не тешит национальную гордость великоросса, как «Лада», обгоняющая «Мерседес».

    Ничто так не тешит национальную гордость великоросса, как «Лада», обгоняющая «Мерседес».

    — Олег Дивов · книга
19. «

    Режимы рушатся каждый день. Я устала их оплакивать – я русская.

    Режимы рушатся каждый день. Я устала их оплакивать – я русская.

    — Наташа Романофф / Чёрная вдова · фильм
20. «

    Новая эпоха наступает. Но наступление новой эпохи займёт ну минимум пятнадцать лет. Поэтому, нам и спешить нельзя и надо понимать, что эти пятнадцать лет, по крайней мере — первая половина из этих пятнадцати лет, пройдут в очень острой и жёсткой борьбе. Поэтому нужно понимать, что история на нашей стороне, подкручивать, помогать ей, но ломиться в дверь истории, мне кажется, не надо. И, по-моему, Си Цзиньпин крайне осторожен. Мы, как русские, иногда говорим гораздо более ярко и гораздо более сильно. У нас другой национальный характер — мы не купцы, мы воины, но нам в этой ситуации нужно действовать тоже достаточно осмотрительно. Впрочем, в последние годы мы стали действовать именно таким образом.

    Новая эпоха наступает. Но наступление новой эпохи займёт ну минимум пятнадцать лет. Поэтому, нам и спешить нельзя и надо понимать, что эти пятнадцать лет, по крайней мере — первая половина из этих пятнадцати лет, пройдут в очень острой и жёсткой борьбе. Поэтому нужно понимать, что история на нашей стороне, подкручивать, помогать ей, но ломиться в дверь истории, мне кажется, не надо. И, по-моему, Си Цзиньпин крайне осторожен. Мы, как русские, иногда говорим гораздо более ярко и гораздо более сильно. У нас другой национальный характер — мы не купцы, мы воины, но нам в этой ситуации нужно действовать тоже достаточно осмотрительно. Впрочем, в последние годы мы стали действовать именно таким образом.

    — Сергей Александрович Караганов