41 цитата про «самоанализ», проверенных временем

Тема «самоанализ» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 41 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Чем считать себя неудачницей, не лучше ли просто смириться с тем, что я всего лишь человек, не хуже и не лучше остальных.

   Чем считать себя неудачницей, не лучше ли просто смириться с тем, что я всего лишь человек, не хуже и не лучше остальных.

   — Элизабет Гилберт · книга
2. «

   Копаться в себе становится весьма интересно и увлекательно, если находишь в себе смелость признать, что ты ничтожество.

   Копаться в себе становится весьма интересно и увлекательно, если находишь в себе смелость признать, что ты ничтожество.
3. «

   ... Это самое трудное испытание — испытание гневом и отчаянием. Не позволяйте гневу и отчаянию помешать вам мыслить. В этом суть, от этого зависит, сможете ли вы или нет контролировать ситуацию. Командовать людьми. Глупость и равнодушие бьют сильнее всего.

   ... Это самое трудное испытание — испытание гневом и отчаянием. Не позволяйте гневу и отчаянию помешать вам мыслить. В этом суть, от этого зависит, сможете ли вы или нет контролировать ситуацию. Командовать людьми. Глупость и равнодушие бьют сильнее всего.

   — Томас Харрис · книга
4. «

   Для меня нет ничего затруднительнее в жизни, чем сообщить кому-нибудь, кто я такой.

   Для меня нет ничего затруднительнее в жизни, чем сообщить кому-нибудь, кто я такой.

   — Лоренс Стерн
5. «

   Большая часть того, что реально внутри нас, — не осознается, а того, что осознается, — нереально.

   Большая часть того, что реально внутри нас, — не осознается, а того, что осознается, — нереально.

   — Зигмунд Фрейд
6. «

   Личность должна расти. Как растут деревья, как растут горы, как растет трава, как растут города, как растет человек, из своей ранней незрелости чувствуя счастье и боль взросления. А как растет личность? Ведь она не измеряется сантиметрами, граммами, высокой зарплатой, дорогими часами, красным дипломом или другими земными благами. Нет, личность человека растет, охватывая собой все вокруг. В самом начале этого пути, ты — младенец. Все, что есть у тебя — это пухлые неловкие ручки и ножки, которыми ты только учишься управлять, голос и запах мамы, вкус теплого молока и размытое пятно красок, из которого медленно начинает складываться реальность. Но ты растешь, и растет твоя личность, охватывая все больше, ты бросаешь в этот рост понимание отца, бабушки, которая дарит тебе конфеты и вяжет бесконечный свитер, и любимую игрушку, и любимую книжку, и множество других мелочей. Твой мир растет вместе с тобой. Он вырастает из вещей, звуков, запахов, проживания чувств и размышлений. А потом ты очертишь свой мир вокруг горстки близких тебе людей, возведешь нерушимую стену и... ослепнешь. Твой мир, твоя личность перестанет расти.

   Личность должна расти. Как растут деревья, как растут горы, как растет трава, как растут города, как растет человек, из своей ранней незрелости чувствуя счастье и боль взросления. А как растет личность? Ведь она не измеряется сантиметрами, граммами, высокой зарплатой, дорогими часами, красным дипломом или другими земными благами. Нет, личность человека растет, охватывая собой все вокруг. В самом начале этого пути, ты — младенец. Все, что есть у тебя — это пухлые неловкие ручки и ножки, которыми ты только учишься управлять, голос и запах мамы, вкус теплого молока и размытое пятно красок, из которого медленно начинает складываться реальность. Но ты растешь, и растет твоя личность, охватывая все больше, ты бросаешь в этот рост понимание отца, бабушки, которая дарит тебе конфеты и вяжет бесконечный свитер, и любимую игрушку, и любимую книжку, и множество других мелочей. Твой мир растет вместе с тобой. Он вырастает из вещей, звуков, запахов, проживания чувств и размышлений. А потом ты очертишь свой мир вокруг горстки близких тебе людей, возведешь нерушимую стену и... ослепнешь. Твой мир, твоя личность перестанет расти.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Исцеление сердца — это как ремонт автомобиля: нужно осмотреть каждый уголок. И тогда ты сможешь вернуть всё на место.

   Исцеление сердца — это как ремонт автомобиля: нужно осмотреть каждый уголок. И тогда ты сможешь вернуть всё на место.

   — Фил Иствуд · фильм
8. «

   Куда бы я ни бежала, стены своей тюрьмы я возьму с собой.

   Куда бы я ни бежала, стены своей тюрьмы я возьму с собой.

   — Мария Воронова · книга
9. «

   У каждого человека своя причина для смерти. Она выглядит просто, а на самом деле — гораздо сложней. Примерно как пень от дерева. Торчит себе из земли, такой маленький, простой и понятный. А попробуешь вытащить — и потянутся длинные, запутанные корневища... Как корни нашего сознания. Живут глубоко в темноте. Очень длинные и запутанные. Слишком многое там уже никому не распутать, потому что этого не поймет никто, кроме нас самих. А возможно, не поймем даже мы сами.

   У каждого человека своя причина для смерти. Она выглядит просто, а на самом деле — гораздо сложней. Примерно как пень от дерева. Торчит себе из земли, такой маленький, простой и понятный. А попробуешь вытащить — и потянутся длинные, запутанные корневища... Как корни нашего сознания. Живут глубоко в темноте. Очень длинные и запутанные. Слишком многое там уже никому не распутать, потому что этого не поймет никто, кроме нас самих. А возможно, не поймем даже мы сами.

   — Харуки Мураками · книга
10. «

    Если вы хотите повысить самооценку, перестаньте спрашивать людей о себе — и близких, и далеких. Оценивайте себя сами — это сложно, но это путь к себе. В слове самооценка не зря первый корень «сам», это ваше мнение, а не чужое.

    Если вы хотите повысить самооценку, перестаньте спрашивать людей о себе — и близких, и далеких. Оценивайте себя сами — это сложно, но это путь к себе. В слове самооценка не зря первый корень «сам», это ваше мнение, а не чужое.

    — Михаил Лабковский
11. «

    Близкое знакомство с собой, любимым, мало кого может оставить оптимистом.

    Близкое знакомство с собой, любимым, мало кого может оставить оптимистом.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Он гений страдания, он выработал в себе гениальную, неограниченную, ужасающую способность к страданию. Почва его пессимизма — не презрение к миру, а презрение к себе самому, ибо, при всей уничтожающей беспощадности его суждений о заведенных порядках или о людях, он никогда не считал себя исключением, свои стрелы он направлял в первую очередь в себя самого, он ненавидел и отрицал себя самого в первую очередь.

    Он гений страдания, он выработал в себе гениальную, неограниченную, ужасающую способность к страданию. Почва его пессимизма — не презрение к миру, а презрение к себе самому, ибо, при всей уничтожающей беспощадности его суждений о заведенных порядках или о людях, он никогда не считал себя исключением, свои стрелы он направлял в первую очередь в себя самого, он ненавидел и отрицал себя самого в первую очередь.

    — Герман Гессе · книга
13. «

    Первое, что вы должны знать — это самого себя. Человек, знающий себя, может выйти за пределы себя и наблюдать за собственной реакцией, как наблюдатель.

    Первое, что вы должны знать — это самого себя. Человек, знающий себя, может выйти за пределы себя и наблюдать за собственной реакцией, как наблюдатель.

    — Адам Смит
14. «

    Часто приходится слышать: «Он еще не нашел себя». Но найти себя невозможно — себя можно только создать.

    Часто приходится слышать: «Он еще не нашел себя». Но найти себя невозможно — себя можно только создать.

    — Томас Сас
15. «

    — Я болен. — Я знаю! Ты бы ушел, зная, что я в глубоком шоке. О болезни бессмысленно говорить, потому что ничего не изменится. Это просто бесполезное самокопание, которым сейчас все страдают. Я не могу говорить о твоей болезни, потому что другого шанса увидеться может и не быть!

    — Я болен. — Я знаю! Ты бы ушел, зная, что я в глубоком шоке. О болезни бессмысленно говорить, потому что ничего не изменится. Это просто бесполезное самокопание, которым сейчас все страдают. Я не могу говорить о твоей болезни, потому что другого шанса увидеться может и не быть!

    — Джеймс Кимберли Гриффит · фильм
16. «

    — Тогда суди сам себя, — сказал король. — Это самое трудное. Себя судить куда трудней, чем других. Если ты сумеешь правильно судить себя, значит, ты поистине мудр.

    — Тогда суди сам себя, — сказал король. — Это самое трудное. Себя судить куда трудней, чем других. Если ты сумеешь правильно судить себя, значит, ты поистине мудр.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
17. «

    Несчастливые школьные годы пробудили у Филипа страсть к самоанализу; этот порок, въедливый, как наркомания, завладел им, и он стал беспощаден в оценке собственных чувств.

    Несчастливые школьные годы пробудили у Филипа страсть к самоанализу; этот порок, въедливый, как наркомания, завладел им, и он стал беспощаден в оценке собственных чувств.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
18. «

    Оставшись сам с собою, Присмотрись к обоим.

    Оставшись сам с собою, Присмотрись к обоим.

    — Станислав Ежи Лец
19. «

    Все это время я пила и думала: ну, просто пью — и все тут. Алкоголизм был проблемой каких-то старых мудаков из какого-то иного мира. Но в реальности я давно уже стала абсолютно зависимой. Да, я стала зависимой, я хотела использовать алкоголь в качестве органического растворителя, каковым он, кстати, и является, хотела, чтоб он растворил постоянное, неизбывное чувство моей инакости, уверенность, что все, находящееся вне моей кожи, мне не подходит. А под кожей-то — я маленькая, вечно дрожащая, вечно съеживающаяся в комочек.

    Все это время я пила и думала: ну, просто пью — и все тут. Алкоголизм был проблемой каких-то старых мудаков из какого-то иного мира. Но в реальности я давно уже стала абсолютно зависимой. Да, я стала зависимой, я хотела использовать алкоголь в качестве органического растворителя, каковым он, кстати, и является, хотела, чтоб он растворил постоянное, неизбывное чувство моей инакости, уверенность, что все, находящееся вне моей кожи, мне не подходит. А под кожей-то — я маленькая, вечно дрожащая, вечно съеживающаяся в комочек.

    — Мари Акасака · книга
20. «

    Если я действительно считаю себя лучше, значит, я еще хуже.

    Если я действительно считаю себя лучше, значит, я еще хуже.

    — Виктор Пелевин · книга