83 цитаты на тему «Жизненные цитаты про секс»

83 цитаты про «Жизненные цитаты про секс»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В России вы никогда не можете быть уверены в намерениях женщины, даже если она по своей воле пришла вечером к вам в гостиничный номер или в вашу квартиру. Взрослая на вид женщина может оказаться девственницей или ханжой – изнывая от желания, умирая от похоти, она ни за что не снимет трусики. И наоборот – четырнадцатилетняя соседка может зайти к вам якобы за солью или за книжкой, и, пока вы отвернетесь, она уже будет сидеть на вашей кровати, глядя на вас вопросительно взрослыми глазами…

   В России вы никогда не можете быть уверены в намерениях женщины, даже если она по своей воле пришла вечером к вам в гостиничный номер или в вашу квартиру. Взрослая на вид женщина может оказаться девственницей или ханжой – изнывая от желания, умирая от похоти, она ни за что не снимет трусики. И наоборот – четырнадцатилетняя соседка может зайти к вам якобы за солью или за книжкой, и, пока вы отвернетесь, она уже будет сидеть на вашей кровати, глядя на вас вопросительно взрослыми глазами…

   — Эдуард Тополь · книга
2. «

   Так всегда бывает в кино — в самый последний момент, когда женщина уже готова сесть в самолет, появляется в полном отчаянии мужчина и под иронично–сочувственными взглядами служащих авиакомпании хватает ее в охапку, целует и возвращает в свой мир. Появляется надпись «Конец», и зрители расходятся, пребывая в уверенности, что эта пара отныне и впредь будет неизменно счастлива.

   Так всегда бывает в кино — в самый последний момент, когда женщина уже готова сесть в самолет, появляется в полном отчаянии мужчина и под иронично–сочувственными взглядами служащих авиакомпании хватает ее в охапку, целует и возвращает в свой мир. Появляется надпись «Конец», и зрители расходятся, пребывая в уверенности, что эта пара отныне и впредь будет неизменно счастлива.

   — Пауло Коэльо · книга
3. «

   Парни и девушки так уныло проводят время друг с другом. Желая выдать себя за людей искушенных, они сразу же, даже для приличия не поговорив, отдаются во власть секса. А говорить нужно не слова обольщения — нужен простой, откровенный разговор о душе, ведь жизнь священна и драгоценно каждое её мгновение.

   Парни и девушки так уныло проводят время друг с другом. Желая выдать себя за людей искушенных, они сразу же, даже для приличия не поговорив, отдаются во власть секса. А говорить нужно не слова обольщения — нужен простой, откровенный разговор о душе, ведь жизнь священна и драгоценно каждое её мгновение.

   — Джек Керуак · книга
4. «

   — Какие обязательства? Если я сразу говорю: «Эй, давай повеселимся, но чур никаких отношений», тогда я никакая не сволочь. Я ничего не обещал. И если мне откажут — им же хуже. — Ты не понимаешь! Женщины только делают вид. Вот ты говоришь: «Эй, я хочу поразвлечься!». Она скажет: «Да, давай развлечемся!». Все прекрасно, но только на словах. А сама она думает: «У мужика раньше одни лохушки и тупицы были, он ещё не знает, какой я подарок! Но он поймет и изменится». Ты верен вашему договору, а её мысли ушли в сторону. В итоге — ты негодяй.

   — Какие обязательства? Если я сразу говорю: «Эй, давай повеселимся, но чур никаких отношений», тогда я никакая не сволочь. Я ничего не обещал. И если мне откажут — им же хуже. — Ты не понимаешь! Женщины только делают вид. Вот ты говоришь: «Эй, я хочу поразвлечься!». Она скажет: «Да, давай развлечемся!». Все прекрасно, но только на словах. А сама она думает: «У мужика раньше одни лохушки и тупицы были, он ещё не знает, какой я подарок! Но он поймет и изменится». Ты верен вашему договору, а её мысли ушли в сторону. В итоге — ты негодяй.

   — Лудо Деккер · фильм
5. «

   Знаешь, я хотел извиниться перед тобой за тот раз. Какой, к чёрту, приказ? Любой на твоём месте поступил бы точно так же. Если б ты знал, сколько раз я представлял, что это я спас заложников; что я — герой; что она любит меня. Я просто ненавидел тебя, потому что это был ты, а не я. Я так хотел, чтобы она была со мной... А когда добился этого, то получил только секс. Но, если хочешь знать, это был не просто секс, это было больно. Ты хочешь спросить меня — зачем я женился? Ну, спроси... Давай, спрашивай... Спроси, вижу, что хочешь... Что? Громче, громче — я плохо слышу... Ладно, если нечего сказать, то молчи — я сам скажу. Брак — это то, чем мужчины платят за секс, а секс — это то, чем женщины платят за брак. Хотя жениться ради секса — это всё равно что ради ложки мёда покупать пасеку. Согласен?

   Знаешь, я хотел извиниться перед тобой за тот раз. Какой, к чёрту, приказ? Любой на твоём месте поступил бы точно так же. Если б ты знал, сколько раз я представлял, что это я спас заложников; что я — герой; что она любит меня. Я просто ненавидел тебя, потому что это был ты, а не я. Я так хотел, чтобы она была со мной... А когда добился этого, то получил только секс. Но, если хочешь знать, это был не просто секс, это было больно. Ты хочешь спросить меня — зачем я женился? Ну, спроси... Давай, спрашивай... Спроси, вижу, что хочешь... Что? Громче, громче — я плохо слышу... Ладно, если нечего сказать, то молчи — я сам скажу. Брак — это то, чем мужчины платят за секс, а секс — это то, чем женщины платят за брак. Хотя жениться ради секса — это всё равно что ради ложки мёда покупать пасеку. Согласен?

   — «Гудвин» · фильм
6. «

   Мы, женщины, даже при наличности любви, не можем относиться слишком прямолинейно к факту. Для нас факт всегда на последнем месте, а на первом — увлечение самим человеком, его умом, его талантом, его душой, его нежностью. Мы всегда хотим сначала слияния не физического порядка, а какого-то другого. Когда же этого нет и женщина все-таки уступает, подчинившись случайному угару голой чувственности, тогда вместо полноты и счастья чувствуется отвращение к себе. Точно ощущение какого-то падения и острая неприязнь к мужчине, как нечуткому человеку, который заставил испытать неприятное, омерзительное ощущение чего-то нечистого, отчего он сам после этого становится противен, как участник в этом нечистом, как причина его.

   Мы, женщины, даже при наличности любви, не можем относиться слишком прямолинейно к факту. Для нас факт всегда на последнем месте, а на первом — увлечение самим человеком, его умом, его талантом, его душой, его нежностью. Мы всегда хотим сначала слияния не физического порядка, а какого-то другого. Когда же этого нет и женщина все-таки уступает, подчинившись случайному угару голой чувственности, тогда вместо полноты и счастья чувствуется отвращение к себе. Точно ощущение какого-то падения и острая неприязнь к мужчине, как нечуткому человеку, который заставил испытать неприятное, омерзительное ощущение чего-то нечистого, отчего он сам после этого становится противен, как участник в этом нечистом, как причина его.

   — Пантелеймон Романов · книга
7. «

   Если у тебя есть такой человек, разве так уж обязательно заниматься с ним сексом? Можно просто сидеть обнявшись и слушать дыхание друг друга. Можно прижаться ухом к спине этого человека и слушать, как бьется его сердце, и знать, что вы оба сделаны из одной материи. Ведь так можно, да?

   Если у тебя есть такой человек, разве так уж обязательно заниматься с ним сексом? Можно просто сидеть обнявшись и слушать дыхание друг друга. Можно прижаться ухом к спине этого человека и слушать, как бьется его сердце, и знать, что вы оба сделаны из одной материи. Ведь так можно, да?

   — Кэрол Брант · книга
8. «

   Своего рода бюрократическая процедура, которой пользуются незнакомые между собой мужчины и женщины, понравившись друг другу, скажем, на вечеринке. Они могут болтать на умные или глупые темы, пытаться обольстить объект своего внимания или робеют перед ним. Но главное впереди — мгновение до поцелуя, то есть до того, как всё начнется, мгновение, решающее для готовности ехать к тебе или к ней домой: в этот миг, предшествующий поцелую, вступает в силу негласное соглашение между нами, которое позволит нам трахнуться в вечер знакомства: требуются две-три фразы, смесь банальностей, фальши, наигранной интимности. Вспомнишь эти фразы — и бегут мурашки по коже, приходится прятать голову под простыней от стыда; слова, которые заставляют иной раз на следующее утро исторгнуть в пустом доме освобождающий вопль.

   Своего рода бюрократическая процедура, которой пользуются незнакомые между собой мужчины и женщины, понравившись друг другу, скажем, на вечеринке. Они могут болтать на умные или глупые темы, пытаться обольстить объект своего внимания или робеют перед ним. Но главное впереди — мгновение до поцелуя, то есть до того, как всё начнется, мгновение, решающее для готовности ехать к тебе или к ней домой: в этот миг, предшествующий поцелую, вступает в силу негласное соглашение между нами, которое позволит нам трахнуться в вечер знакомства: требуются две-три фразы, смесь банальностей, фальши, наигранной интимности. Вспомнишь эти фразы — и бегут мурашки по коже, приходится прятать голову под простыней от стыда; слова, которые заставляют иной раз на следующее утро исторгнуть в пустом доме освобождающий вопль.

   — Франческо Пикколо · книга
9. «

   Почему вдруг люди решили, что физическое проявление любви – греховно?

   Почему вдруг люди решили, что физическое проявление любви – греховно?

   — Олег Рой · книга
10. «

    Я по-прежнему считаю, что музыку нельзя сочетать с компьютером. Точно так же, как нельзя сочетать друзей и работу с сексом.

    Я по-прежнему считаю, что музыку нельзя сочетать с компьютером. Точно так же, как нельзя сочетать друзей и работу с сексом.

    — Харуки Мураками · книга
11. «

    Удовольствия уходят. Уходят. Сон себя дискредитировал. Ложишься, не знаешь — заснёшь, не заснёшь, просыпаешься — спал, не спал. Алкоголь подводит. Пьешь, пьешь — не пьянеешь, потом начал пьянеть — заснул. Еда, вообще... Мучное вредно, жирное вредно, мясное вредно, молочное...вредно. Ладно бы вредно, можно потерпеть, не получаешь удовольствия ни от еды, ни от сна, ни от алкоголя... Секс... хорошо, занимался тут им на днях, хорошо, какая-то кардио нагрузка хотя бы... для сосудов. Вот так сейчас с сексом. Уходят удовольствия.

    Удовольствия уходят. Уходят. Сон себя дискредитировал. Ложишься, не знаешь — заснёшь, не заснёшь, просыпаешься — спал, не спал. Алкоголь подводит. Пьешь, пьешь — не пьянеешь, потом начал пьянеть — заснул. Еда, вообще... Мучное вредно, жирное вредно, мясное вредно, молочное...вредно. Ладно бы вредно, можно потерпеть, не получаешь удовольствия ни от еды, ни от сна, ни от алкоголя... Секс... хорошо, занимался тут им на днях, хорошо, какая-то кардио нагрузка хотя бы... для сосудов. Вот так сейчас с сексом. Уходят удовольствия.

    — Дмитрий Нагиев · фильм
12. «

    Платина и бриллиант нагреваются с разной скоростью. Платина прекрасно проводит тепло. Бриллианту требуется больше времени. Он ввел в меня языком оправленный в платину бриллиант и согревал его там. А когда бриллиант согрелся, он достал его языком и, скользя губами по моему телу, добрался до лица. Кольцо вплыло из его губ в мои. Он поцеловал меня, уткнулся губами в ухо и шепотом попросил стать его женой…

    Платина и бриллиант нагреваются с разной скоростью. Платина прекрасно проводит тепло. Бриллианту требуется больше времени. Он ввел в меня языком оправленный в платину бриллиант и согревал его там. А когда бриллиант согрелся, он достал его языком и, скользя губами по моему телу, добрался до лица. Кольцо вплыло из его губ в мои. Он поцеловал меня, уткнулся губами в ухо и шепотом попросил стать его женой…

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Едва дело доходит до секса, мужчина и женщина словно меняются местами. Мужчина, для которого всегда важнее логика, теряет голову и целиком действует под влиянием эмоций; женщина – существо крайне эмоциональное, напротив, больше частью руководствуется разумом.

    Едва дело доходит до секса, мужчина и женщина словно меняются местами. Мужчина, для которого всегда важнее логика, теряет голову и целиком действует под влиянием эмоций; женщина – существо крайне эмоциональное, напротив, больше частью руководствуется разумом.

    — Олег Рой · книга
14. «

    Девица лёгкого поведения, проститутка, жрица любви, девушка по вызову, продажная женщина, шлюха. По-мое­му, все эти слова имеют примерно один смысл, и ни одно из них для меня не звучит оскорбительно. Это всего лишь ярлык, так что плюй на все, живи с ним и бери от жизни все, что можешь. Давно уже вышло из моды обижаться на то, что тебя называют шлюхой. Если ты зарабатываешь на жизнь, торгуя сексом, не станешь же ты ожидать, что тебя будут называть «консультантом, специалистом по эротичес­ким развлечениям»? Впрочем, «секс-терапевт» звучит довольно неплохо.

    Девица лёгкого поведения, проститутка, жрица любви, девушка по вызову, продажная женщина, шлюха. По-мое­му, все эти слова имеют примерно один смысл, и ни одно из них для меня не звучит оскорбительно. Это всего лишь ярлык, так что плюй на все, живи с ним и бери от жизни все, что можешь. Давно уже вышло из моды обижаться на то, что тебя называют шлюхой. Если ты зарабатываешь на жизнь, торгуя сексом, не станешь же ты ожидать, что тебя будут называть «консультантом, специалистом по эротичес­ким развлечениям»? Впрочем, «секс-терапевт» звучит довольно неплохо.

    — Бель де Жур · книга
15. «

    — Но должна предупредить: я отлично встречаюсь, но гораздо хуже строю отношения. — Я так не думаю. У тебя есть три близкие подруги, и вас связывают долгие, многосторонние отношения.— Я не занимаюсь с ними сексом. — Интересное заявление, но физическая близость — только часть и далеко не определяющая часть отношений, выходящих за пределы дружбы. — Брось... Секс — чудовище. Не говоря уж об усилиях, необходимых для отношений, в которые он входит.

    — Но должна предупредить: я отлично встречаюсь, но гораздо хуже строю отношения. — Я так не думаю. У тебя есть три близкие подруги, и вас связывают долгие, многосторонние отношения.— Я не занимаюсь с ними сексом. — Интересное заявление, но физическая близость — только часть и далеко не определяющая часть отношений, выходящих за пределы дружбы. — Брось... Секс — чудовище. Не говоря уж об усилиях, необходимых для отношений, в которые он входит.

    — Нора Робертс · книга
16. «

    Секс без любви заполняет пустоту пустотой, делая её ещё более пустой.

    Секс без любви заполняет пустоту пустотой, делая её ещё более пустой.

    — Бахтияр Мелик оглы Мамедов
17. «

    Проституция — это образ мыслей, при котором женщина требует платы за свои услуги. И не обязательно деньгами, это могут быть любые материальные и нематериальные блага, но в любом случае заключается сделка. Проституткой женщину делает не секс, а то, как она его расценивает.

    Проституция — это образ мыслей, при котором женщина требует платы за свои услуги. И не обязательно деньгами, это могут быть любые материальные и нематериальные блага, но в любом случае заключается сделка. Проституткой женщину делает не секс, а то, как она его расценивает.

    — Колин Маккалоу · книга
18. «

    — Одиночество — вещь коварная, заставляет на многое закрывать глаза. — Но спать с подозреваемым? — А что, с ним по-другому спится?

    — Одиночество — вещь коварная, заставляет на многое закрывать глаза. — Но спать с подозреваемым? — А что, с ним по-другому спится?

    — Родион Меглин · сериал
19. «

    Сексуальный инстинкт никогда полностью и на все сто процентов не затухает! Влечение к человеку противоположного пола сохраняется всегда. Для пожилого мужчины сохранившееся сексуальное влечение является предметом гордости: «Есть еще порох...!» Женщину в годах ее инстинкт смущает. И она его скрывает. Но он все равно присутствует.

    Сексуальный инстинкт никогда полностью и на все сто процентов не затухает! Влечение к человеку противоположного пола сохраняется всегда. Для пожилого мужчины сохранившееся сексуальное влечение является предметом гордости: «Есть еще порох...!» Женщину в годах ее инстинкт смущает. И она его скрывает. Но он все равно присутствует.

    — Аркадий Панц · книга
20. «

    Вы заметьте: если цель человечества – благо, добро, любовь, как хотите; если цель человечества есть то, что сказано в пророчествах, что все люди соединятся воедино любовью, что раскуют копья на серпы и так далее, то ведь достижению этой цели мешает что? Мешают страсти. Из страстей самая сильная, и злая, и упорная – половая, плотская любовь, и потому если уничтожатся страсти и последняя, самая сильная из них, плотская любовь, то пророчество исполнится, люди соединятся воедино, цель человечества будет достигнута, и ему незачем будет жить. Пока же человечество живет, перед ним стоит идеал и, разумеется, идеал не кроликов или свиней, чтобы расплодиться как можно больше, и не обезьян или парижан, чтобы как можно утонченнее пользоваться удовольствиями половой страсти, а идеал добра, достигаемый воздержанием и чистотою. К нему всегда стремились и стремятся люди.

    Вы заметьте: если цель человечества – благо, добро, любовь, как хотите; если цель человечества есть то, что сказано в пророчествах, что все люди соединятся воедино любовью, что раскуют копья на серпы и так далее, то ведь достижению этой цели мешает что? Мешают страсти. Из страстей самая сильная, и злая, и упорная – половая, плотская любовь, и потому если уничтожатся страсти и последняя, самая сильная из них, плотская любовь, то пророчество исполнится, люди соединятся воедино, цель человечества будет достигнута, и ему незачем будет жить. Пока же человечество живет, перед ним стоит идеал и, разумеется, идеал не кроликов или свиней, чтобы расплодиться как можно больше, и не обезьян или парижан, чтобы как можно утонченнее пользоваться удовольствиями половой страсти, а идеал добра, достигаемый воздержанием и чистотою. К нему всегда стремились и стремятся люди.

    — Лев Николаевич Толстой · книга