29 фраз на тему «Красивые цитаты на тему «семья»» для дневника

Тема «Красивые цитаты на тему «семья»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 29 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я всегда говорил, что семья и компания — это одно и то же. Мне потребовалось потерять компанию, чтобы понять, что не так. Потеря Кэррингтон Атлантик стала лучшим, что когда-либо случалось с этой семьей.

   Я всегда говорил, что семья и компания — это одно и то же. Мне потребовалось потерять компанию, чтобы понять, что не так. Потеря Кэррингтон Атлантик стала лучшим, что когда-либо случалось с этой семьей.

   — Блейк Кэррингтон · сериал
2. «

   – Птица удачи отвернулась от меня! – сетовал старик. – А что это за птица, дедушка? – спросил тигрёнок. – Высоко в Гималайских горах живёт синий дрозд Аджир. Перья его, как лепестки колокольчиков. А голос подобен пению ветра в тростниках у реки. Многие ищут эту редкую птицу. Говорят, она приносит счастье.

   – Птица удачи отвернулась от меня! – сетовал старик. – А что это за птица, дедушка? – спросил тигрёнок. – Высоко в Гималайских горах живёт синий дрозд Аджир. Перья его, как лепестки колокольчиков. А голос подобен пению ветра в тростниках у реки. Многие ищут эту редкую птицу. Говорят, она приносит счастье.

   — Наталия Немцова · книга
3. «

   – Что будем делать? – Ты мне скажи… Я готова дать шанс этому миру. – Мы должны идти дальше. Любить, страдать, быть счастливыми. Не жить прошлым, но помнить о нём. Ты и я.

   – Что будем делать? – Ты мне скажи… Я готова дать шанс этому миру. – Мы должны идти дальше. Любить, страдать, быть счастливыми. Не жить прошлым, но помнить о нём. Ты и я.

   — Рикс Остер · игра
4. «

   Разглядывая отцовское лицо на тех фотографиях, Пари ощущала в себе трепет, что всегда был с ней. Чего-то — или кого-то — не хватает в её жизни, неотторжимого от её существования. Иногда чувство бывало смутным, как посланье, отправленное с тёмных нехоженых дорог, с огромного расстояния, как слабый радиосигнал, далёкий, искажённый. А иногда нехватка чувствовалась так ясно, так близко, что ёкало сердце.

   Разглядывая отцовское лицо на тех фотографиях, Пари ощущала в себе трепет, что всегда был с ней. Чего-то — или кого-то — не хватает в её жизни, неотторжимого от её существования. Иногда чувство бывало смутным, как посланье, отправленное с тёмных нехоженых дорог, с огромного расстояния, как слабый радиосигнал, далёкий, искажённый. А иногда нехватка чувствовалась так ясно, так близко, что ёкало сердце.

   — Халед Хоссейни · книга
5. «

   В те месяцы жизнь замирала. До обеда Шоана украшала вышивкой белые, как поля за окном, полотенца. Когда темнело, отец доставал из иконы книгу, приподнимал обложку — и всё озарялось. То были самые светлые ночи.

   В те месяцы жизнь замирала. До обеда Шоана украшала вышивкой белые, как поля за окном, полотенца. Когда темнело, отец доставал из иконы книгу, приподнимал обложку — и всё озарялось. То были самые светлые ночи.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   — Она так похожа на свою мать. Возможно, Бог и правда существует. — У неё чертята в глаза пляшут. Это она унаследовала от меня.

   — Она так похожа на свою мать. Возможно, Бог и правда существует. — У неё чертята в глаза пляшут. Это она унаследовала от меня.

   — Ребекка Майклсон · сериал
7. «

   Подобно огню, который в тростнике, соломе или заячьем волосе легко вспыхивает, но быстро угасает, если не найдет себе другой пищи, любовь ярко воспламеняется цветущей молодостью и телесной привлекательностью, но скоро угаснет, если ее не будут питать духовные достоинства и добрый нрав юных супругов.

   Подобно огню, который в тростнике, соломе или заячьем волосе легко вспыхивает, но быстро угасает, если не найдет себе другой пищи, любовь ярко воспламеняется цветущей молодостью и телесной привлекательностью, но скоро угаснет, если ее не будут питать духовные достоинства и добрый нрав юных супругов.

   — Плутарх
8. «

   — Ты ее правда любишь? — Это же мой ребенок. Это моя кровь, моя душа. Неважно, мальчик это или девочка. И родила ее любимая женщина.

   — Ты ее правда любишь? — Это же мой ребенок. Это моя кровь, моя душа. Неважно, мальчик это или девочка. И родила ее любимая женщина.

   — Хюррем Султан (Александра) · сериал
9. «

   Проснись и пой — труба зовет, работай и трудись. Прицел возьми, взведи курок и к цели ты стремись. Цени заботу, веру и семью — над ними не глумись. Возможностей забрезжит уникальных перед тобою высь.

   Проснись и пой — труба зовет, работай и трудись. Прицел возьми, взведи курок и к цели ты стремись. Цени заботу, веру и семью — над ними не глумись. Возможностей забрезжит уникальных перед тобою высь.

   — Кейт Денсон · игра
10. «

    Среди такого множества кровной родни она согрелась душой; показалось даже, что вернулась юность, когда она часто сиживала среди орущей, поющей, многоголосой толпы, где словены, варяги, чудины говорят на трех языках одновременно и тем не менее все друг другу родня, все спаяны воедино общей кровью, как корни одного дерева. В Ладоге, куда иной раз ездили на свадьбы, имянаречения, а то и поминки, садились за длинные столы в обширном воеводском доме, собиралось человек по пятьдесят, а еще под столами ползали дети, слишком маленькие для взрослого застолья. И когда кому-то чего-то передавали с одного конца стола на другой, бабка Милорада любила приговаривать: «Вот какие у нас длинные руки, когда мы все вместе!»

    Среди такого множества кровной родни она согрелась душой; показалось даже, что вернулась юность, когда она часто сиживала среди орущей, поющей, многоголосой толпы, где словены, варяги, чудины говорят на трех языках одновременно и тем не менее все друг другу родня, все спаяны воедино общей кровью, как корни одного дерева. В Ладоге, куда иной раз ездили на свадьбы, имянаречения, а то и поминки, садились за длинные столы в обширном воеводском доме, собиралось человек по пятьдесят, а еще под столами ползали дети, слишком маленькие для взрослого застолья. И когда кому-то чего-то передавали с одного конца стола на другой, бабка Милорада любила приговаривать: «Вот какие у нас длинные руки, когда мы все вместе!»

    — Елизавета Дворецкая · книга
11. «

    Семья общей кровью не заканчивается, но и не начинается. Семья всегда рядам когда хорошо, плохо они помогают тебе даже когда это больно.

    Семья общей кровью не заканчивается, но и не начинается. Семья всегда рядам когда хорошо, плохо они помогают тебе даже когда это больно.
12. «

    Когда муж возвращается домой, а жена обязательно встречает его в коридоре и целует, и у него такие глаза… А потом они поворачиваются к дочери, которая тоже выбежала в прихожую, – и улыбаются. И в воздухе словно разливаются теплые солнечные лучи. И когда вдыхаешь запах этого дома – понимаешь, что здесь все счастливы. Можно облить квартиру «Шанелью», но нельзя подделать это. Счастье – словно светлячки, плывущие в воздухе. И проявляется повсюду. В жестах, улыбках, взглядах, прикосновениях…

    Когда муж возвращается домой, а жена обязательно встречает его в коридоре и целует, и у него такие глаза… А потом они поворачиваются к дочери, которая тоже выбежала в прихожую, – и улыбаются. И в воздухе словно разливаются теплые солнечные лучи. И когда вдыхаешь запах этого дома – понимаешь, что здесь все счастливы. Можно облить квартиру «Шанелью», но нельзя подделать это. Счастье – словно светлячки, плывущие в воздухе. И проявляется повсюду. В жестах, улыбках, взглядах, прикосновениях…

    — Галина Гончарова · книга
13. «

    Рай — это место, где Пушкин читает Толстого. Это куда интереснее вечной весны. Можно, конечно, представить, как снова и снова Луг зацветает и все деревца зелены.

    Рай — это место, где Пушкин читает Толстого. Это куда интереснее вечной весны. Можно, конечно, представить, как снова и снова Луг зацветает и все деревца зелены.

    — Александр Кушнер
14. «

    В глазах отца — ты маленькое чадо, Старайся долго не гулять. С одним лишь мужем будешь рада, Ты дни и ночи провожать.

    В глазах отца — ты маленькое чадо, Старайся долго не гулять. С одним лишь мужем будешь рада, Ты дни и ночи провожать.
15. «

    Я расстегивал все пуговицы, она прижималась к моей груди, и я говорил: «Давай жить в пальто. Давай греть друг друга словами. Почему словами? Потому что слова — это не больше, чем наше дыхание. А в нашем дыхании чуть больше, чем в словах». Так и смеялась она на моей груди. И не нужны мне были иные стены, и не существовало для нас иного приюта. Ведь что такое любовь? Это наше общее пальто на двоих, под которым тепло, под которым мы дома.

    Я расстегивал все пуговицы, она прижималась к моей груди, и я говорил: «Давай жить в пальто. Давай греть друг друга словами. Почему словами? Потому что слова — это не больше, чем наше дыхание. А в нашем дыхании чуть больше, чем в словах». Так и смеялась она на моей груди. И не нужны мне были иные стены, и не существовало для нас иного приюта. Ведь что такое любовь? Это наше общее пальто на двоих, под которым тепло, под которым мы дома.

    — Аль Квотион · книга
16. «

    – Дедушка! – позвал малыш, подбегая к логову. – Я принёс тебе птицу счастья! И тигрёнок протянул старику пленницу. Но перья птицы стали серые, как тени в лесу. – Она была синяя! Что случилось? – Отпусти её, – сказал старый тигр. – Видишь, счастье нельзя поймать и удержать за хвост!

    – Дедушка! – позвал малыш, подбегая к логову. – Я принёс тебе птицу счастья! И тигрёнок протянул старику пленницу. Но перья птицы стали серые, как тени в лесу. – Она была синяя! Что случилось? – Отпусти её, – сказал старый тигр. – Видишь, счастье нельзя поймать и удержать за хвост!

    — Наталия Немцова · книга
17. «

    Быть уверенным в близком человеке – это как пить горячий чай, завернувшись в плед, – но только без насморка и больного горла. Счастье – это когда ты окружен любимыми людьми и знаешь, что они чувствуют к тебе то же самое. Время никого не лечит, оно приносит умиротворение.

    Быть уверенным в близком человеке – это как пить горячий чай, завернувшись в плед, – но только без насморка и больного горла. Счастье – это когда ты окружен любимыми людьми и знаешь, что они чувствуют к тебе то же самое. Время никого не лечит, оно приносит умиротворение.

    — Евгения Кос · книга
18. «

    Мальчик рос. Друзья, родные, окружающие люди несли им те человеческие отношения, которыми только и полна жизнь, которые только и дают ей смысл. А книги, а искусство, а мысль, как цветы, как благоухающие цветы, красивыми пятнами проступали по ней.

    Мальчик рос. Друзья, родные, окружающие люди несли им те человеческие отношения, которыми только и полна жизнь, которые только и дают ей смысл. А книги, а искусство, а мысль, как цветы, как благоухающие цветы, красивыми пятнами проступали по ней.

    — Александр Серафимович · книга
19. «

    Всякая социальная доктрина, разрушающая семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

    Всякая социальная доктрина, разрушающая семью, негодна и, кроме того, неприменима. Семья — это кристалл общества.

    — Виктор Гюго
20. «

    Я растворюсь в тебе, моя заря, Умоюсь тёплыми лучами. Слеза застынет каплей янтаря, А голос мой стихами.

    Я растворюсь в тебе, моя заря, Умоюсь тёплыми лучами. Слеза застынет каплей янтаря, А голос мой стихами.