341 цитата про «Жизненные цитаты на тему «семья»» для вдохновения

Тема «Жизненные цитаты на тему «семья»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 341 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Каждый представитель сильного пола свято уверен, что женщина – это нежное, трепетное создание. И объяснить, что нежное создание может одним взглядом коня остановить, и вообще… Встает трепетное создание в пять утра, готовит завтрак, кормит-собирает супруга, кормит-собирает детей, отводит их в школу, мчится на работу, в обеденный перерыв еще успевает в магазин, после работы мчится домой, там опять по кругу: ужин – супруг – дети – тетради – свекровь – супруг… а еще постирать, убрать, приготовить, помыть-почистить… И сколько там нежности останется? Да приличная лошадь, двигаясь по такому графику, давно загнулась бы. А женщины бегают из года в год.

   Каждый представитель сильного пола свято уверен, что женщина – это нежное, трепетное создание. И объяснить, что нежное создание может одним взглядом коня остановить, и вообще… Встает трепетное создание в пять утра, готовит завтрак, кормит-собирает супруга, кормит-собирает детей, отводит их в школу, мчится на работу, в обеденный перерыв еще успевает в магазин, после работы мчится домой, там опять по кругу: ужин – супруг – дети – тетради – свекровь – супруг… а еще постирать, убрать, приготовить, помыть-почистить… И сколько там нежности останется? Да приличная лошадь, двигаясь по такому графику, давно загнулась бы. А женщины бегают из года в год.

   — Галина Гончарова · книга
2. «

   Семья — это те, с кем ты выживаешь, когда нужно выжить. Даже если тебе они не нравятся.

   Семья — это те, с кем ты выживаешь, когда нужно выжить. Даже если тебе они не нравятся.

   — Заря Вечерняя · сериал
3. «

   — Как можно человека одновременно и любить, и желать придушить собственными руками? — Как это обычно и называется — семьей.

   — Как можно человека одновременно и любить, и желать придушить собственными руками? — Как это обычно и называется — семьей.

   — Кристин Роллинз · сериал
4. «

   Красота заменяет девушке приданное.

   Красота заменяет девушке приданное.

   — Элиф Шафак · книга
5. «

   — У большинства людей есть нечто, что не позволяет им сбиться с пути. Ты знаешь, что бы это могло быть? — Хмм, не знаю... Может, талант? Если у тебя есть талант, то становится очевидным, чем тебе нужно заняться в жизни. То же самое, если у тебя есть мечта. — Неплохие примеры. Но что делать, если у тебя нет таланта. Ведь известность обретают только люди неординарные и с большим талантом. Что делать обычным людям? — Любовь. Любовь заставляет человека совершать подвиги. — Однако, если твоя любовь не взаимна, у тебя ничего не будет... — Пожалуй... — Семья. Это семья. — Но разве нет проблемных семей с разногласиями и ссорами? — Есть, конечно. Просто... Не важно, кровные вы родственники или нет. Даже друзья могут быть твоей семьей. Я считаю, что в этом смысл семьи.

   — У большинства людей есть нечто, что не позволяет им сбиться с пути. Ты знаешь, что бы это могло быть? — Хмм, не знаю... Может, талант? Если у тебя есть талант, то становится очевидным, чем тебе нужно заняться в жизни. То же самое, если у тебя есть мечта. — Неплохие примеры. Но что делать, если у тебя нет таланта. Ведь известность обретают только люди неординарные и с большим талантом. Что делать обычным людям? — Любовь. Любовь заставляет человека совершать подвиги. — Однако, если твоя любовь не взаимна, у тебя ничего не будет... — Пожалуй... — Семья. Это семья. — Но разве нет проблемных семей с разногласиями и ссорами? — Есть, конечно. Просто... Не важно, кровные вы родственники или нет. Даже друзья могут быть твоей семьей. Я считаю, что в этом смысл семьи.

   — Томоя Окадзаки · игра
6. «

   Просто сестра – это такая зараза, которую вроде как и любишь больше всех, но и выбешивает она почему-то ужасно!

   Просто сестра – это такая зараза, которую вроде как и любишь больше всех, но и выбешивает она почему-то ужасно!

   — Ольга Громыко · книга
7. «

   Чувства должны перерастать в семью, а не в комок в горле, который мешает жить.

   Чувства должны перерастать в семью, а не в комок в горле, который мешает жить.

   — Лина Кейчер
8. «

   В их семье было то, что никогда не следовало вспоминать, и то, что никогда не следовало забывать.

   В их семье было то, что никогда не следовало вспоминать, и то, что никогда не следовало забывать.

   — Джонатан Сафран Фоер · книга
9. «

   Любое «ты слишком высоко взлетел, ты меня бросил, ты должен мне рубль в месяц, ты забыл, как я ночами не спал» — это не про Семью. Не про Любовь и не про Верность. Это про одиночество, эгоизм и предательство. Излечить себя от этого человек может только сам. Захочет — будет радоваться, нет — будет продолжать лежать на земле и дергаться. «Но мы же семья! Мы должны взять его с собой в наш полёт!..» Решайте сами. Невозможно заставить полететь того, кто сложил крылья. А вот лечь рядом — легко. Причём, всей семьёй.

   Любое «ты слишком высоко взлетел, ты меня бросил, ты должен мне рубль в месяц, ты забыл, как я ночами не спал» — это не про Семью. Не про Любовь и не про Верность. Это про одиночество, эгоизм и предательство. Излечить себя от этого человек может только сам. Захочет — будет радоваться, нет — будет продолжать лежать на земле и дергаться. «Но мы же семья! Мы должны взять его с собой в наш полёт!..» Решайте сами. Невозможно заставить полететь того, кто сложил крылья. А вот лечь рядом — легко. Причём, всей семьёй.

   — Екатерина Сиванова
10. «

    Лизель воспользовалась вопиющим правом любого человека, у которого когда-нибудь была семья. Для него вполне нормально скулить, ныть, и распекать других членов семьи, но никому другому он этого не позволит. Тут уж он лезет в бутылку и выказывает верность семье.

    Лизель воспользовалась вопиющим правом любого человека, у которого когда-нибудь была семья. Для него вполне нормально скулить, ныть, и распекать других членов семьи, но никому другому он этого не позволит. Тут уж он лезет в бутылку и выказывает верность семье.

    — Маркус Зусак · книга
11. «

    Проблема состояла в том, что двое — это слишком мало. Он всегда считал, что два — это хорошее число и что ему бы весьма не понравилось жить в семье из трёх, четырёх или пяти человек. Но теперь он видел в этом смысл: если кто-то сходит с дистанции, ты не остаёшься один.

    Проблема состояла в том, что двое — это слишком мало. Он всегда считал, что два — это хорошее число и что ему бы весьма не понравилось жить в семье из трёх, четырёх или пяти человек. Но теперь он видел в этом смысл: если кто-то сходит с дистанции, ты не остаёшься один.

    — Ник Хорнби · книга
12. «

    Внешний мир жесток. Покой и уют семьи, дом, где о тебе заботятся, где тебя любят, — вот то единственное, что действительно нужно человеку в этом мире. Дом и семья делают человека неуязвимым.

    Внешний мир жесток. Покой и уют семьи, дом, где о тебе заботятся, где тебя любят, — вот то единственное, что действительно нужно человеку в этом мире. Дом и семья делают человека неуязвимым.

    — Джоанн Харрис · книга
13. «

    В детстве мы все считаем, что наши семьи абсолютно нормальны, но с годами многие иллюзии разрушаются.

    В детстве мы все считаем, что наши семьи абсолютно нормальны, но с годами многие иллюзии разрушаются.

    — Мэрилин Мэнсон · книга
14. «

    Настоящая рука с родной рукой навеки не прощается.

    Настоящая рука с родной рукой навеки не прощается.

    — Эдуард Аркадьевич Асадов
15. «

    Меня зовут Престон Марлоу. Знаете, когда я был маленьким, я хотел быть только военным. Наверное, это у нас семейное: мой отец воевал во Вьетнаме, а дед сражался с фашистами. Мне же не терпелось бороться за правду, справедливость и отстаивать американский образ жизни. По-настоящему я узнал, что такое армейская жизнь, только после того, как нас отправили в Европу. Как оказалось, война – довольно скучное занятие. По крайней мере в том случае, если ты застрял непонятно где в ожидании дальнейших приказов. Мне пришлось искать какое-то развлечение. И даже если бы я посадил этот вертолет на несколько метров левее, никто бы не заметил...

    Меня зовут Престон Марлоу. Знаете, когда я был маленьким, я хотел быть только военным. Наверное, это у нас семейное: мой отец воевал во Вьетнаме, а дед сражался с фашистами. Мне же не терпелось бороться за правду, справедливость и отстаивать американский образ жизни. По-настоящему я узнал, что такое армейская жизнь, только после того, как нас отправили в Европу. Как оказалось, война – довольно скучное занятие. По крайней мере в том случае, если ты застрял непонятно где в ожидании дальнейших приказов. Мне пришлось искать какое-то развлечение. И даже если бы я посадил этот вертолет на несколько метров левее, никто бы не заметил...

    — Престон Марлоу · игра
16. «

    Брак похож на вечное строительство дома, когда каждый год появляются новые комнаты. Небольшой коттедж первого года семейной жизни постоянно достраивается и за двадцать семь лет превращается в огромный особняк с запутанными переходами. В нём наверняка появляются трещины, а большинство кладовок затянуто паутиной и заброшено. Там хранятся, кроме всего прочего, неприятные воспоминания из прошлого, которые лучше не ворошить. Такие воспоминания следует просто выбросить из головы или проявить великодушие.

    Брак похож на вечное строительство дома, когда каждый год появляются новые комнаты. Небольшой коттедж первого года семейной жизни постоянно достраивается и за двадцать семь лет превращается в огромный особняк с запутанными переходами. В нём наверняка появляются трещины, а большинство кладовок затянуто паутиной и заброшено. Там хранятся, кроме всего прочего, неприятные воспоминания из прошлого, которые лучше не ворошить. Такие воспоминания следует просто выбросить из головы или проявить великодушие.

    — Стивен Кинг · книга
17. «

    Покинутый чувствует только свою боль и только о ней и думает. Никто не спрашивает себя, каково приходится покинувшему. Мучается ли он своим выбором, страдает ли оттого, что побоялся общественного осуждения и остался с семьею, своими руками вырвав у себя сердце? Каждую ночь он ворочается без сна, не находя себе места и успокоения. То ему кажется, что он совершил ошибку, то чувствует, что был прав, оберегая семью и детей. Время ему не помощник, оно не лечит его ран — чем сильней отдаляется от него день, когда он принял роковое решение, тем яснее, светлее и безгрешнее становятся его воспоминания об утраченном рае, тем скорее они превращаются в тоску. И сам он себе не помощник. Он отдалился от всех, в будние дни делает вид, что занят, а по выходным ходит на Марсово поле играть с друзьями в шары, покуда его сын кушает мороженое, а жена с потерянным видом глазеет на туалеты проходящих мимо дам. Нет на свете такого ветра, чтобы развернул лодку его жизни, он обречён на стоячие воды тихой гавани. Да, страдают все — те, кто уходит, и те, кто остаётся, их семьи, их дети. И никто не властен изменить это.

    Покинутый чувствует только свою боль и только о ней и думает. Никто не спрашивает себя, каково приходится покинувшему. Мучается ли он своим выбором, страдает ли оттого, что побоялся общественного осуждения и остался с семьею, своими руками вырвав у себя сердце? Каждую ночь он ворочается без сна, не находя себе места и успокоения. То ему кажется, что он совершил ошибку, то чувствует, что был прав, оберегая семью и детей. Время ему не помощник, оно не лечит его ран — чем сильней отдаляется от него день, когда он принял роковое решение, тем яснее, светлее и безгрешнее становятся его воспоминания об утраченном рае, тем скорее они превращаются в тоску. И сам он себе не помощник. Он отдалился от всех, в будние дни делает вид, что занят, а по выходным ходит на Марсово поле играть с друзьями в шары, покуда его сын кушает мороженое, а жена с потерянным видом глазеет на туалеты проходящих мимо дам. Нет на свете такого ветра, чтобы развернул лодку его жизни, он обречён на стоячие воды тихой гавани. Да, страдают все — те, кто уходит, и те, кто остаётся, их семьи, их дети. И никто не властен изменить это.

    — Пауло Коэльо · книга
18. «

    Да, у многих семейное счастье как водка — заканчивается быстро. Но в отличие от последней, в гастроном за ним не сбегаешь.

    Да, у многих семейное счастье как водка — заканчивается быстро. Но в отличие от последней, в гастроном за ним не сбегаешь.

    — Андрей Кивинов · книга
19. «

    – Ты что, не понимаешь? У меня руки в крови! Ещё одни родители напрасно ждут сына домой... А я даже не знаю, что дальше... Оставить его здесь? – Кровь на тебе уже давно, но раньше ты не хотел её замечать! Один погибший?! Там, откуда этот мальчишка, таких сотни! Из-за Силко и таких как ты, они заживо гниют в грязи!

    – Ты что, не понимаешь? У меня руки в крови! Ещё одни родители напрасно ждут сына домой... А я даже не знаю, что дальше... Оставить его здесь? – Кровь на тебе уже давно, но раньше ты не хотел её замечать! Один погибший?! Там, откуда этот мальчишка, таких сотни! Из-за Силко и таких как ты, они заживо гниют в грязи!

    — Джейс · мультфильм
20. «

    В паре самое важное, возможно, это не сделать другого счастливым, а самому стать счастливым и поделиться этим счастьем с другим.

    В паре самое важное, возможно, это не сделать другого счастливым, а самому стать счастливым и поделиться этим счастьем с другим.

    — Жак Саломе