381 сильных цитата: «школа»

381 цитата про «школа»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   А школьная любовь — комнатная, станешь её пересаживать из горшка во взрослую жизнь — сорняки забьют.

   А школьная любовь — комнатная, станешь её пересаживать из горшка во взрослую жизнь — сорняки забьют.

   — Дмитрий Глуховский · книга
2. «

   Я начала увлекаться книгами, впервые написала что-то сама. И пусть это было местами смешно и наивно, в том возрасте казалось, что это невероятно.

   Я начала увлекаться книгами, впервые написала что-то сама. И пусть это было местами смешно и наивно, в том возрасте казалось, что это невероятно.

   — Ориби Каммпирр
3. «

   Целью школы всегда должно быть воспитание гармоничной личности, а не специалиста.

   Целью школы всегда должно быть воспитание гармоничной личности, а не специалиста.

   — Альберт Эйнштейн
4. «

   — У тебя 5 что ли по физике была? — Ну. — А у меня по русскому... И как нам это в жизни пригодилось?

   — У тебя 5 что ли по физике была? — Ну. — А у меня по русскому... И как нам это в жизни пригодилось?

   — Валера · фильм
5. «

   Ты получила аттестат, Позабыла обо всем, Но еще вспомнишь не раз Своих учителей, Одноклассников своих, Свой выпускной и первый класс!

   Ты получила аттестат, Позабыла обо всем, Но еще вспомнишь не раз Своих учителей, Одноклассников своих, Свой выпускной и первый класс!
6. «

   В младших классах наказание - сесть на последнюю парту, а в старших — на первую : D

   В младших классах наказание - сесть на последнюю парту, а в старших — на первую : D
7. «

   Раз коррупция непобедима, надо поменять к ней отношение. Вот у нас учителя учат, что воровать это плохо, при этом дети, глядя на то, как живут учителя, они не видят доказательств тому, что не воровать — это хорошо. В данной ситуации было бы логично не ругать коррупцию, а приучать к ней, даже можно ввести в школе такой предмет основы коррупции и там объяснять детям, кому нужно давать, сколько, в каких случаях. Просто, чтобы дети были готовы к взрослой жизни, а не так как я два года назад отнес двести долларов в роддом, чтоб все прошло нормально, а у меня опять девочка родилась. Может не тому дал, может надо было триста — никто ж не объясняет как надо.

   Раз коррупция непобедима, надо поменять к ней отношение. Вот у нас учителя учат, что воровать это плохо, при этом дети, глядя на то, как живут учителя, они не видят доказательств тому, что не воровать — это хорошо. В данной ситуации было бы логично не ругать коррупцию, а приучать к ней, даже можно ввести в школе такой предмет основы коррупции и там объяснять детям, кому нужно давать, сколько, в каких случаях. Просто, чтобы дети были готовы к взрослой жизни, а не так как я два года назад отнес двести долларов в роддом, чтоб все прошло нормально, а у меня опять девочка родилась. Может не тому дал, может надо было триста — никто ж не объясняет как надо.

   — Валерий Жидков
8. «

   Еще в школе я целыми днями рисовал на полях учебников и словарей, не обращая никакого внимания на учителей. А потом развлекал друзей. Если быстро пролистать разрисованный толстый словарь, то получится настоящий анимационный фильм!

   Еще в школе я целыми днями рисовал на полях учебников и словарей, не обращая никакого внимания на учителей. А потом развлекал друзей. Если быстро пролистать разрисованный толстый словарь, то получится настоящий анимационный фильм!

   — Роберт Родригес
9. «

   Нет никого старше, чем выпускник, и никого моложе, чем первокурсник.

   Нет никого старше, чем выпускник, и никого моложе, чем первокурсник.
10. «

    — Ты в школу тоже покушать приходишь? — Ага… Поесть и поспать. Я же ученик.

    — Ты в школу тоже покушать приходишь? — Ага… Поесть и поспать. Я же ученик.
11. «

    Отличная успеваемость в школе вовсе не гарантирует такую же отличную судьбу.

    Отличная успеваемость в школе вовсе не гарантирует такую же отличную судьбу.

    — Олег Рой · книга
12. «

    Школа — не единственное место, где получают знания; стоит подумать об этом.

    Школа — не единственное место, где получают знания; стоит подумать об этом.

    — Лесли (Билли) Сандей · фильм
13. «

    Первое сентября, школьная пора, – ряды разноцветных цветов и детские лица, не вполне понимающие всю торжественность момента, но уже осознающие грядущие изменения, которые уготовила им жизнь. В глазах искра, радость, страх – всё вперемешку. Как будто в одно мгновение исчезло беззаботное детство, а впереди школа, знания, учебники, учителя, уроки, классная доска, чтение, правописание, школьная форма, указка, пенал, ручка, карандаш, линейка и ещё то многое, что до этого было знакомо так мало. Ну а после перемена, за ней другая, а потом последний урок и – домой; а ещё: выходные и двор, куда ты выходишь гулять, новые друзья и – вот оно детство. Никуда не делось, лишь обогатилось школой.

    Первое сентября, школьная пора, – ряды разноцветных цветов и детские лица, не вполне понимающие всю торжественность момента, но уже осознающие грядущие изменения, которые уготовила им жизнь. В глазах искра, радость, страх – всё вперемешку. Как будто в одно мгновение исчезло беззаботное детство, а впереди школа, знания, учебники, учителя, уроки, классная доска, чтение, правописание, школьная форма, указка, пенал, ручка, карандаш, линейка и ещё то многое, что до этого было знакомо так мало. Ну а после перемена, за ней другая, а потом последний урок и – домой; а ещё: выходные и двор, куда ты выходишь гулять, новые друзья и – вот оно детство. Никуда не делось, лишь обогатилось школой.

    — Ильдар Низаев · книга
14. «

    Школа – не то место, куда нужно ходить через силу. И если не хочешь, то лучше не ходить. Про школу я сам прекрасно всё знаю. Ужасное место. Всякие придурки носы задирают. Бездарные учителя из себя гениев корчат. Строго говоря, процентов восемьдесят из этих учителей – либо идиоты безмозглые, либо садисты. А некоторые – и то и другое сразу. Доходят до ручки от стресса, а потом самыми сволочными способами на учениках отыгрываются. Вечно какие-то правила, мелкие и совершенно бессмысленные. Вся учёба – по принципу «не высовывайся», и хорошие отметки достаются только кретинам без капли воображения… И раньше так было. И теперь точно так же. Это дерьмо не изменится никогда.

    Школа – не то место, куда нужно ходить через силу. И если не хочешь, то лучше не ходить. Про школу я сам прекрасно всё знаю. Ужасное место. Всякие придурки носы задирают. Бездарные учителя из себя гениев корчат. Строго говоря, процентов восемьдесят из этих учителей – либо идиоты безмозглые, либо садисты. А некоторые – и то и другое сразу. Доходят до ручки от стресса, а потом самыми сволочными способами на учениках отыгрываются. Вечно какие-то правила, мелкие и совершенно бессмысленные. Вся учёба – по принципу «не высовывайся», и хорошие отметки достаются только кретинам без капли воображения… И раньше так было. И теперь точно так же. Это дерьмо не изменится никогда.

    — Харуки Мураками · книга
15. «

    — А теперь идите – учитесь хорошо! И мы пошли учиться. Но я сидел и плохо учился.

    — А теперь идите – учитесь хорошо! И мы пошли учиться. Но я сидел и плохо учился.

    — Виктор Драгунский · книга
16. «

    Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

    Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

    — Николя Матье · книга
17. «

    Школа — это же не здание, это этап в жизни. Возможно, самый важный!

    Школа — это же не здание, это этап в жизни. Возможно, самый важный!

    — Анатолий Петрович Волков · сериал
18. «

    — А как это — «объегоривать»? — Людвиг, ты что — дурак? — Меня два дня не было...

    — А как это — «объегоривать»? — Людвиг, ты что — дурак? — Меня два дня не было...

    — Людвиг Четырнадцатый · фильм
19. «

    Становление «на свое место» разного рода вещей заставляет чувствовать спокойствие, умиротворение и надежность, а иногда даже приятные, очень приятные ощущения душевного равновесия, когда ничего не мешает выражаться открытым текстом, и не стирать, а может не опубликовывать написанные посты и сообщения. Подобного рода состояние наблюдается именно вечером, с утра опять все начинается заново... Нервотрепки, шум, гам, духота, невыполненное домашнее задание, нехватка кислорода в воздухе, отвратительное чувство дискомфорта от лекции учителя — все выматывает, заставляет хотеть поскорей вернуться в тихое и самое уютное помещение — свою комнату. Пусть и проходную, и сзади тебя проходят твои домашние, хлопая дверьми, и ты постоянно встаешь и закрываешь эти двери, чтоб не слышать разных шумов, потому что они расстраивают ту тишину, даже если играет музыка, равновесие и комфорт. Все равно есть угол, или грань, которая разделяет их от тебя, или же тебя от них. Факт остается тем, что я не могу чувствовать себя комфортно в толпе несущихся и орущих детей, или тех же, кажется, спокойных старшеклассников. Какое-то адовое место — толпа, толкучка, в которой личность теряет свое значение и смысл. Разве в этом сборище может быть комфортно? Стандартная школьная программа просто вырубает в ученике желание что-либо постигать, если тот до обожания не влюблен в какой-либо предмет, как, к примеру, я в английский с начала осознанного возраста... Человек слепнет в суетности. Идя по центральной улице своего города, опуская голову к асфальту, ничего не замечаю, что творится вокруг, лишь бы выйти из толпы. Хотя, по жизни этот человек был и остается очень общительным, славным ребенком, так что «нелюдимый» — определение не для него. Почему люди говорят, что заблуждаются, когда «уходят в себя»? Для тех, кто ни о чем не думает, — я не имею ввиду мысли о мировых проблемах, как, к примеру, будущее цивилизации, — своя, собственная личность — темный лес, в который, зайдя однажды, человек не знает, куда идти, на что ступить. А ведь это просто — думать о сущности, читать дополнительные источники информации и пытаться разобраться в себе. Кого иного, как ни себя, может достаточно хорошо и досконально знать человек? Написано очень мало из того, что хотелось бы, а все потому, что мыслей, которые приходят, становится много, и очень трудно связать их в одну логическую цепь. А все началось с простого чувства умиротворенности, тишины и спокойствия.

    Становление «на свое место» разного рода вещей заставляет чувствовать спокойствие, умиротворение и надежность, а иногда даже приятные, очень приятные ощущения душевного равновесия, когда ничего не мешает выражаться открытым текстом, и не стирать, а может не опубликовывать написанные посты и сообщения. Подобного рода состояние наблюдается именно вечером, с утра опять все начинается заново... Нервотрепки, шум, гам, духота, невыполненное домашнее задание, нехватка кислорода в воздухе, отвратительное чувство дискомфорта от лекции учителя — все выматывает, заставляет хотеть поскорей вернуться в тихое и самое уютное помещение — свою комнату. Пусть и проходную, и сзади тебя проходят твои домашние, хлопая дверьми, и ты постоянно встаешь и закрываешь эти двери, чтоб не слышать разных шумов, потому что они расстраивают ту тишину, даже если играет музыка, равновесие и комфорт. Все равно есть угол, или грань, которая разделяет их от тебя, или же тебя от них. Факт остается тем, что я не могу чувствовать себя комфортно в толпе несущихся и орущих детей, или тех же, кажется, спокойных старшеклассников. Какое-то адовое место — толпа, толкучка, в которой личность теряет свое значение и смысл. Разве в этом сборище может быть комфортно? Стандартная школьная программа просто вырубает в ученике желание что-либо постигать, если тот до обожания не влюблен в какой-либо предмет, как, к примеру, я в английский с начала осознанного возраста... Человек слепнет в суетности. Идя по центральной улице своего города, опуская голову к асфальту, ничего не замечаю, что творится вокруг, лишь бы выйти из толпы. Хотя, по жизни этот человек был и остается очень общительным, славным ребенком, так что «нелюдимый» — определение не для него. Почему люди говорят, что заблуждаются, когда «уходят в себя»? Для тех, кто ни о чем не думает, — я не имею ввиду мысли о мировых проблемах, как, к примеру, будущее цивилизации, — своя, собственная личность — темный лес, в который, зайдя однажды, человек не знает, куда идти, на что ступить. А ведь это просто — думать о сущности, читать дополнительные источники информации и пытаться разобраться в себе. Кого иного, как ни себя, может достаточно хорошо и досконально знать человек? Написано очень мало из того, что хотелось бы, а все потому, что мыслей, которые приходят, становится много, и очень трудно связать их в одну логическую цепь. А все началось с простого чувства умиротворенности, тишины и спокойствия.
20. «

    Мне думалось, что может быть, всякая школа, какая бы она не была, — это печь для моей переплавки, и разжигается она моим собственным огнем: руководители только раздувают этот огонь или гасят его.

    Мне думалось, что может быть, всякая школа, какая бы она не была, — это печь для моей переплавки, и разжигается она моим собственным огнем: руководители только раздувают этот огонь или гасят его.

    — Кузьма Петров-Водкин · книга