151 цитата: всё о «служба»

Тема «служба» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 151 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Знаете, когда... когда вы приехали сюда из Белфаста, я обрадовался. Мне надоела эта служба, мне надоела коррупция. Когда вы произнесли ту речь об очистке, я радовался как ребенок. Вы говорили, что только дьявол смотрит на все сквозь пальцы. — Я и не отворачиваюсь, сержант Мосс. Я смотрю вглубь событий и мне нравится, что я вижу.

   — Знаете, когда... когда вы приехали сюда из Белфаста, я обрадовался. Мне надоела эта служба, мне надоела коррупция. Когда вы произнесли ту речь об очистке, я радовался как ребенок. Вы говорили, что только дьявол смотрит на все сквозь пальцы. — Я и не отворачиваюсь, сержант Мосс. Я смотрю вглубь событий и мне нравится, что я вижу.

   — сержант Мосс · сериал
2. «

   Всем моим состоянием предан службе и ни о чем более не думаю, как об одной пользе государственной.

   Всем моим состоянием предан службе и ни о чем более не думаю, как об одной пользе государственной.

   — Фёдор Фёдорович Ушаков
3. «

   Он вспомнил равнодушие Масленникова, когда он говорил ему о том, что делается в остроге, строгость смотрителя, жестокость конвойного офицера, когда он не пускал на подводы и не обратил внимания на то, что в поезде мучается родами женщина. «Все эти люди, очевидно, были неуязвимы, непромокаемы для самого простого чувства сострадания только потому, что они служили. Они, как служащие, были непроницаемы для чувства человеколюбия, как эта мощеная земля для дождя, — думал Нехлюдов, глядя на мощенный разноцветными камнями скат выемки, по которому дождевая вода не впитывалась в землю, а сочилась ручейками. — Может быть, и нужно укладывать камнями выемки, но грустно смотреть на эту лишенную растительности землю, которая бы могла родить хлеб, траву, кусты, деревья, как те, которые виднеются вверху выемки. То же самое и с людьми, — думал Нехлюдов, — может быть, и нужны эти губернаторы, смотрители, городовые, но ужасно видеть людей, лишенных главного человеческого свойства — любви и жалости друг к другу.

   Он вспомнил равнодушие Масленникова, когда он говорил ему о том, что делается в остроге, строгость смотрителя, жестокость конвойного офицера, когда он не пускал на подводы и не обратил внимания на то, что в поезде мучается родами женщина. «Все эти люди, очевидно, были неуязвимы, непромокаемы для самого простого чувства сострадания только потому, что они служили. Они, как служащие, были непроницаемы для чувства человеколюбия, как эта мощеная земля для дождя, — думал Нехлюдов, глядя на мощенный разноцветными камнями скат выемки, по которому дождевая вода не впитывалась в землю, а сочилась ручейками. — Может быть, и нужно укладывать камнями выемки, но грустно смотреть на эту лишенную растительности землю, которая бы могла родить хлеб, траву, кусты, деревья, как те, которые виднеются вверху выемки. То же самое и с людьми, — думал Нехлюдов, — может быть, и нужны эти губернаторы, смотрители, городовые, но ужасно видеть людей, лишенных главного человеческого свойства — любви и жалости друг к другу.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
4. «

   Сколько служил, а вдвое тужил.

   Сколько служил, а вдвое тужил.

   — Русские пословицы и поговорки
5. «

   Ваша светлость, я живу, чтобы служить.

   Ваша светлость, я живу, чтобы служить.

   — Петир Бейлиш · сериал
6. «

   Какое удовольствие может быть выше, чем служить тому, кого любишь.

   Какое удовольствие может быть выше, чем служить тому, кого любишь.

   — Читра Дивакаруни · книга
7. «

   Единственный шанс не попасть на службу — это получить у психиатра удостоверение в том, что вы не можете понять, о чём говорится в присяге.

   Единственный шанс не попасть на службу — это получить у психиатра удостоверение в том, что вы не можете понять, о чём говорится в присяге.

   — Роберт Хайнлайн · книга
8. «

   Редко кому хватит смелости пойти против своих сослуживцев.

   Редко кому хватит смелости пойти против своих сослуживцев.
9. «

   Всё, что живёт на свете, имеет один смысл — смысл службы.

   Всё, что живёт на свете, имеет один смысл — смысл службы.

   — Валентин Григорьевич Распутин · книга
10. «

    Мы на страже земли славной нашей Городов, деревень, сел и пашен. Мы в бою себя не пощадим, Край родной в обиду не дадим! Эх! Край родной в обиду, край родной в обиду, не дадим, не дадим! Край родной в обиду, край родной в обиду, не дадим, не дадим!

    Мы на страже земли славной нашей Городов, деревень, сел и пашен. Мы в бою себя не пощадим, Край родной в обиду не дадим! Эх! Край родной в обиду, край родной в обиду, не дадим, не дадим! Край родной в обиду, край родной в обиду, не дадим, не дадим!

    — солдаты · фильм
11. «

    Палачу орден, сколько добра мне и государству киевскому сделал.

    Палачу орден, сколько добра мне и государству киевскому сделал.
12. «

    От служения чужому эгоизму своего не убавляется.

    От служения чужому эгоизму своего не убавляется.

    — Авессалом Подводный · книга
13. «

    Когда я приехал в Оптину, там были только разрушенные храмы и заросшие бурьяном дорожки, – рассказывал старец. – Первая служба проходила при свечах, потому что не было электричества. Но мы чувствовали невероятную духовную силу этого места. Казалось, что души прежних оптинских старцев незримо присутствуют рядом. Я помню, как один из первых насельников, молодой иеромонах, сказал мне: “Отец Илий, я боюсь не выдержать, слишком много трудностей”. А я ответил: “Не бойся, сынок. Ты не один несешь этот крест. С нами Господь и все святые оптинские старцы.

    Когда я приехал в Оптину, там были только разрушенные храмы и заросшие бурьяном дорожки, – рассказывал старец. – Первая служба проходила при свечах, потому что не было электричества. Но мы чувствовали невероятную духовную силу этого места. Казалось, что души прежних оптинских старцев незримо присутствуют рядом. Я помню, как один из первых насельников, молодой иеромонах, сказал мне: “Отец Илий, я боюсь не выдержать, слишком много трудностей”. А я ответил: “Не бойся, сынок. Ты не один несешь этот крест. С нами Господь и все святые оптинские старцы.

    — Схиархимандрит Илий Ноздрин
14. «

    Товарищ участковый, да иди ты нахер! Мои права и свободы и так дерьмом попахивают. Товарищ военком, иди в пи*ду! Мои долг перед Родиной — закончить институт.

    Товарищ участковый, да иди ты нахер! Мои права и свободы и так дерьмом попахивают. Товарищ военком, иди в пи*ду! Мои долг перед Родиной — закончить институт.
15. «

    А что же эти миллионы солдат, как не личные рабы тех, кто ими управляет? Разве эти люди не принуждены к исполнению всей воли своих владельцев под угрозой истязаний и смерти — угрозой, часто приводимой в исполнение. Разница только в том, что подчинение этих рабов называют не рабством, а дисциплиной, и что те были рабами от рождения до смерти, а эти более или менее короткое время так называемой их службы. Рабство личное не только не уничтожено в наших цивилизованных обществах, но с общей воинской повинностью оно усилилось в последнее время, и как оно было всегда, так и теперь остается, но только несколько изменилось.

    А что же эти миллионы солдат, как не личные рабы тех, кто ими управляет? Разве эти люди не принуждены к исполнению всей воли своих владельцев под угрозой истязаний и смерти — угрозой, часто приводимой в исполнение. Разница только в том, что подчинение этих рабов называют не рабством, а дисциплиной, и что те были рабами от рождения до смерти, а эти более или менее короткое время так называемой их службы. Рабство личное не только не уничтожено в наших цивилизованных обществах, но с общей воинской повинностью оно усилилось в последнее время, и как оно было всегда, так и теперь остается, но только несколько изменилось.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
16. «

    Верьте, Ваше Величество, в этой груди сердце, которое бьется за Вас и всегда будет биться за Вас до последнего удара!... Бог мой, разве Вы не знаете, мы столько раз рисковали за Вас жизнью, Ваше Величество! Так неужели Вы не сжалитесь над Вашими верными слугами, которые в течение двадцати лет оставались в тени, ни словом, ни вздохом не выдавая Вашей тайны и не напоминая о себе?

    Верьте, Ваше Величество, в этой груди сердце, которое бьется за Вас и всегда будет биться за Вас до последнего удара!... Бог мой, разве Вы не знаете, мы столько раз рисковали за Вас жизнью, Ваше Величество! Так неужели Вы не сжалитесь над Вашими верными слугами, которые в течение двадцати лет оставались в тени, ни словом, ни вздохом не выдавая Вашей тайны и не напоминая о себе?

    — Д'Артаньян · фильм
17. «

    Следующие пять лет Адам занимался привычной армейской рутиной, которую изобрели, чтобы солдаты не сошли с ума. Он начищал до блеска металл и кожу, гарцевал на парадах и учениях, ездил в конном эскорте, присутствовал на церемонии поднятия флага под звуки горна, одним словом, участвовал в представлении, придуманном для людей, которым больше нечем заняться.

    Следующие пять лет Адам занимался привычной армейской рутиной, которую изобрели, чтобы солдаты не сошли с ума. Он начищал до блеска металл и кожу, гарцевал на парадах и учениях, ездил в конном эскорте, присутствовал на церемонии поднятия флага под звуки горна, одним словом, участвовал в представлении, придуманном для людей, которым больше нечем заняться.

    — Джон Стейнбек · книга
18. «

    …Когда вдруг не понимаешь, что делать и кто виноват, — надо просто выполнять свой служебный долг. Потому что лучше, в конце концов, сделать и пожалеть, чем не сделать и раскаиваться...

    …Когда вдруг не понимаешь, что делать и кто виноват, — надо просто выполнять свой служебный долг. Потому что лучше, в конце концов, сделать и пожалеть, чем не сделать и раскаиваться...

    — Андрей Кивинов · книга
19. «

    Находясь на службе, помни две истины: «Только беспристрастность излучает свет мудрости. Только бескорыстие рождает авторитет». Вернувшись в свой дом, помни две истины: «Только радушие приносит покой. Только от бережливости бывает достаток».

    Находясь на службе, помни две истины: «Только беспристрастность излучает свет мудрости. Только бескорыстие рождает авторитет». Вернувшись в свой дом, помни две истины: «Только радушие приносит покой. Только от бережливости бывает достаток».

    — Хун Цзычен
20. «

    Страх и энтузиазм – узкая и ненадежная основа дисциплины, наверное, главный элемент морской дисциплины – это гордость, гордость за себя, гордость за возложенные на тебя обязанности, гордость за дело, которое ты отстаиваешь, гордость за флот, в котором ты служишь.

    Страх и энтузиазм – узкая и ненадежная основа дисциплины, наверное, главный элемент морской дисциплины – это гордость, гордость за себя, гордость за возложенные на тебя обязанности, гордость за дело, которое ты отстаиваешь, гордость за флот, в котором ты служишь.

    — Сесил Скотт Форестер