247 цитат про «Красивые цитаты про смерть» — коротко и по делу

247 цитат про «Красивые цитаты про смерть»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Каждый стих словно стремится вывернуться из лап небытия. Любое получившееся стихотворение — гимн жизни, спетый на зубах у смерти.

   Каждый стих словно стремится вывернуться из лап небытия. Любое получившееся стихотворение — гимн жизни, спетый на зубах у смерти.

   — Деннис О'Дрисколл
2. «

   Нам говорит согласье струн в концерте, Что одинокий путь подобен смерти.

   Нам говорит согласье струн в концерте, Что одинокий путь подобен смерти.

   — Уильям Шекспир
3. «

   Мы не просили этой музыки в зале, куда были приглашены, И поскольку, повсюду нас тьма окружает, мы обратиться к свету лицами должны... Мы терпим любые невзгоды, чтобы радоваться доброй вести, Нам дарована боль, чтобы мы познали восторг, Нам дарована жизнь в отрицание смерти... Мы не просили этой музыки в зале, Но раз уж мы здесь — пора танцевать...

   Мы не просили этой музыки в зале, куда были приглашены, И поскольку, повсюду нас тьма окружает, мы обратиться к свету лицами должны... Мы терпим любые невзгоды, чтобы радоваться доброй вести, Нам дарована боль, чтобы мы познали восторг, Нам дарована жизнь в отрицание смерти... Мы не просили этой музыки в зале, Но раз уж мы здесь — пора танцевать...

   — Сейди Данхилл · сериал
4. «

   Жестокий и спокойный взгляд, свойственный тем, кто прошёл и огонь, и воду, и медные трубы. Я такие видел у ребят, что прошли горячие точки, но не сломались. Они не бухали, жалея себя, они не кидались на всех подряд с пеной на губах, но это было ещё страшнее. Это был взгляд со шкалой терпения, в котором читалась смерть по достижении определённого уровня. Бравая десантура может рвать тельняшки на груди и разбивать бутылки головой, пугая молодняк и смеша тех, кто понимает. Но вот такой взгляд пугает даже опытных. Холодная, равнодушная смерть. Без ярости, криков, эмоций.

   Жестокий и спокойный взгляд, свойственный тем, кто прошёл и огонь, и воду, и медные трубы. Я такие видел у ребят, что прошли горячие точки, но не сломались. Они не бухали, жалея себя, они не кидались на всех подряд с пеной на губах, но это было ещё страшнее. Это был взгляд со шкалой терпения, в котором читалась смерть по достижении определённого уровня. Бравая десантура может рвать тельняшки на груди и разбивать бутылки головой, пугая молодняк и смеша тех, кто понимает. Но вот такой взгляд пугает даже опытных. Холодная, равнодушная смерть. Без ярости, криков, эмоций.

   — Арт Богданов · книга
5. «

   — Что же делать будем, княже? И почти физически почувствовал напряженную тишину, повисшую над отрядом русов после этих слов. — Стоять, — сказал Святослав. — Стоять крепко. — И добавил, как тогда, в Доростоле, перед решающей битвой: — Мертвые сраму не имут. Удивительно, но даже в эту минуту Сергей не пожалел о том, что выбрал бой, а не бегство.

   — Что же делать будем, княже? И почти физически почувствовал напряженную тишину, повисшую над отрядом русов после этих слов. — Стоять, — сказал Святослав. — Стоять крепко. — И добавил, как тогда, в Доростоле, перед решающей битвой: — Мертвые сраму не имут. Удивительно, но даже в эту минуту Сергей не пожалел о том, что выбрал бой, а не бегство.

   — Александр Мазин · книга
6. «

   Скорбь как страх — чувство, с которым мы рождаемся, ибо скорбим по безликой тьме, от которой нас отняла жизнь, дабы однажды вернуть назад.

   Скорбь как страх — чувство, с которым мы рождаемся, ибо скорбим по безликой тьме, от которой нас отняла жизнь, дабы однажды вернуть назад.

   — Анастасия Гор · книга
7. «

   Fly me up on a silver wing Past the black where the sirens sing. Warm me up in the novice glow And drop me down to the dream below.

   Fly me up on a silver wing Past the black where the sirens sing. Warm me up in the novice glow And drop me down to the dream below.
8. «

   Ты всегда должен сообщать имя своему противнику, которого намерен убить. Ведь тот кто готов умереть в битве имеет полное право знать кому он обязан своей гибели.

   Ты всегда должен сообщать имя своему противнику, которого намерен убить. Ведь тот кто готов умереть в битве имеет полное право знать кому он обязан своей гибели.

   — Иккаку Мадараме · аниме
9. «

   Жизнь сложна и неказиста, смерть, наверное, ина, как подружка гимназиста после красного вина. Она, стало быть, милее, у нее есть партбилет, ее водит по аллее неудавшийся поэт. Безработный, в общем, циник из марателей бумаг, завсегдатай поликлиник, он идет в универмаг на закуску взять голубке шоколадку для того, чтобы; смерть в короткой юбке не забыла про него.

   Жизнь сложна и неказиста, смерть, наверное, ина, как подружка гимназиста после красного вина. Она, стало быть, милее, у нее есть партбилет, ее водит по аллее неудавшийся поэт. Безработный, в общем, циник из марателей бумаг, завсегдатай поликлиник, он идет в универмаг на закуску взять голубке шоколадку для того, чтобы; смерть в короткой юбке не забыла про него.
10. «

    А ежели ничего не остаётся, кроме как умереть? Что же, коли нужно! Я сделаю это не хуже других.

    А ежели ничего не остаётся, кроме как умереть? Что же, коли нужно! Я сделаю это не хуже других.

    — Андрей Болконский · сериал
11. «

    Тому, кто живет ради жизни в веках, смерть не страшна.

    Тому, кто живет ради жизни в веках, смерть не страшна.

    — Уильям Пенн
12. «

    Только важна не жизнь деревьев, а творимая ими красота. Жизнь – миг, безупречность – вечна. Как эти цветы остаются прекрасны под ливнем, среди грязи и луж... Так истинно благородный и мудрый воин остаётся им в любой ситуации. Какие бы сомнения ни одолевали его, сколько жестокая ни грозила бы ему смерть. Сад красив, пока красивы помысли и стремления мужчин Араи.

    Только важна не жизнь деревьев, а творимая ими красота. Жизнь – миг, безупречность – вечна. Как эти цветы остаются прекрасны под ливнем, среди грязи и луж... Так истинно благородный и мудрый воин остаётся им в любой ситуации. Какие бы сомнения ни одолевали его, сколько жестокая ни грозила бы ему смерть. Сад красив, пока красивы помысли и стремления мужчин Араи.

    — Наомаса Араи · игра
13. «

    Ну, хватит откровенности и предсмертных исповедей. Если уж ты всю жизнь носила маску, придется и умереть в маске. Эта, по крайней мере, тебе к лицу... и ты носила ее не без изящества.

    Ну, хватит откровенности и предсмертных исповедей. Если уж ты всю жизнь носила маску, придется и умереть в маске. Эта, по крайней мере, тебе к лицу... и ты носила ее не без изящества.

    — Этель Лилиан Войнич · книга
14. «

    Спи. Земля не кругла. Она просто длинна: бугорки, лощины. А длинней земли — океан: волна набегает порой, как на лоб морщины, на песок. А земли и волны длинней лишь вереница дней. И ночей. А дальше — туман густой: рай, где есть ангелы, ад, где черти. Но длинней стократ вереницы той мысли о жизни и мысль о смерти.

    Спи. Земля не кругла. Она просто длинна: бугорки, лощины. А длинней земли — океан: волна набегает порой, как на лоб морщины, на песок. А земли и волны длинней лишь вереница дней. И ночей. А дальше — туман густой: рай, где есть ангелы, ад, где черти. Но длинней стократ вереницы той мысли о жизни и мысль о смерти.

    — Иосиф Александрович Бродский
15. «

    Он красивых женщин любил любовью не чинной, и даже убит он был красивым мужчиной.

    Он красивых женщин любил любовью не чинной, и даже убит он был красивым мужчиной.

    — Булат Окуджава
16. «

    Прядёт, не спит Седая пряха: Прах к праху, Страх к страху...

    Прядёт, не спит Седая пряха: Прах к праху, Страх к страху...

    — Олег Ладыженский
17. «

    Люди, которым я отдал самую горячую свою любовь, лежат в могиле; и хотя вместе с ними погребены счастье и радость моей жизни, я не превратил своего сердца в гробницу и оставил его открытым для лучших моих чувств. Глубокая скорбь только укрепила эти чувства и очистила их.

    Люди, которым я отдал самую горячую свою любовь, лежат в могиле; и хотя вместе с ними погребены счастье и радость моей жизни, я не превратил своего сердца в гробницу и оставил его открытым для лучших моих чувств. Глубокая скорбь только укрепила эти чувства и очистила их.

    — Чарльз Диккенс · книга
18. «

    Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

    Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

    — Виктор Пелевин · книга
19. «

    — Вся твоя жизнь вела к этому моменту. — Это была хорошая погоня. — Такова судьба всех, на ком наш знак.

    — Вся твоя жизнь вела к этому моменту. — Это была хорошая погоня. — Такова судьба всех, на ком наш знак.

    — Киндред / Овечка и Волк (Kindred / Lamb and Wolf) · игра
20. «

    Се человек. Смотри, бульвар надгробий и кипарисов прямиком выводит нас к площади, открытой горизонту с его холмами: здесь не изменилось ничто. И те же тени пролегают. Ушли лишь люди. <...> Всё уцелело. Кроме человека. Безмолвье будто ждёт, что он вернётся. Увы, несовершенные созданья питают время собственною плотью, твердыни строят и проносят вечность под черепом, в самих себе скрывая, как мякоть косточку, зародыш смерти.

    Се человек. Смотри, бульвар надгробий и кипарисов прямиком выводит нас к площади, открытой горизонту с его холмами: здесь не изменилось ничто. И те же тени пролегают. Ушли лишь люди. <...> Всё уцелело. Кроме человека. Безмолвье будто ждёт, что он вернётся. Увы, несовершенные созданья питают время собственною плотью, твердыни строят и проносят вечность под черепом, в самих себе скрывая, как мякоть косточку, зародыш смерти.

    — Луис Сернуда