579 цитат про «Жизненные цитаты про смерть» от великих людей

Собрали 579 цитат на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Убить человека не так то просто, он не раз видел это во Вьетнаме. <...> Люди обычно умирали трудно. Вызывая ужас у тех, кто стоял рядом.

   Убить человека не так то просто, он не раз видел это во Вьетнаме. <...> Люди обычно умирали трудно. Вызывая ужас у тех, кто стоял рядом.

   — Стивен Кинг · книга
2. «

   Смерть — истинное проклятье для одних, избавление для других. А вопрос «Почему?» вообще должен быть забыт людьми, как риторический. Порой лучше не задавать его, ведь никто не даст ответ.

   Смерть — истинное проклятье для одних, избавление для других. А вопрос «Почему?» вообще должен быть забыт людьми, как риторический. Порой лучше не задавать его, ведь никто не даст ответ.
3. «

   — Смерть не меняет решений. Это только живые непостоянны, сами не знают кто такие, чего хотят. Смерть всегда истинна. Ты не знал истину всю свою жизнь. Якобы знаешь смерть, но это не так. — Неужто? — Ты так и не понял, что она сидела напротив тебя все это время!

   — Смерть не меняет решений. Это только живые непостоянны, сами не знают кто такие, чего хотят. Смерть всегда истинна. Ты не знал истину всю свою жизнь. Якобы знаешь смерть, но это не так. — Неужто? — Ты так и не понял, что она сидела напротив тебя все это время!

   — Уильям (Человек в черном) · сериал
4. «

   Видно, так уж распорядилась милосердная Природа, что даже смерть несет с собой противоядие от собственных ужасов.

   Видно, так уж распорядилась милосердная Природа, что даже смерть несет с собой противоядие от собственных ужасов.

   — Брэм Стокер · книга
5. «

   – Вы хотите умереть, Вулл? Похоже, это позабавило северянина. – Я хочу жить вечно в стране, где лето длится тысячу лет. Я хочу замок в облаках, чтобы смотреть на весь мир сверху вниз. Я снова хочу быть двадцатишестилетним. Когда мне было двадцать шесть, я мог сражаться весь день и трахаться всю ночь. Неважно, чего мы хотим. Зима почти пришла, мальчик. А зима и есть смерть. Пусть лучше мои люди погибнут в бою за дочурку Неда, чем от голода в одиночестве, в снегу, с замерзающими на щеках слезами. Об умерших такой смертью не поют песен.

   – Вы хотите умереть, Вулл? Похоже, это позабавило северянина. – Я хочу жить вечно в стране, где лето длится тысячу лет. Я хочу замок в облаках, чтобы смотреть на весь мир сверху вниз. Я снова хочу быть двадцатишестилетним. Когда мне было двадцать шесть, я мог сражаться весь день и трахаться всю ночь. Неважно, чего мы хотим. Зима почти пришла, мальчик. А зима и есть смерть. Пусть лучше мои люди погибнут в бою за дочурку Неда, чем от голода в одиночестве, в снегу, с замерзающими на щеках слезами. Об умерших такой смертью не поют песен.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   «Я ложился в «Острове» в гроб. Строгая вещь. Четыре стеночки и крышка – ни Евангелия, ни икон, ничего нет. С чем ляжем? Что я собрал? Записывать умею, водить машину умею, тем-то пользоваться умею. Прощать не умею, не раздражаться не умею, отдавать, чтобы не было жалко, не умею. Все, что в вечности пригодится, все, что потрогать нельзя – не умею. А я научился за эту жизнь тысяче ненужных там вещей.

   «Я ложился в «Острове» в гроб. Строгая вещь. Четыре стеночки и крышка – ни Евангелия, ни икон, ничего нет. С чем ляжем? Что я собрал? Записывать умею, водить машину умею, тем-то пользоваться умею. Прощать не умею, не раздражаться не умею, отдавать, чтобы не было жалко, не умею. Все, что в вечности пригодится, все, что потрогать нельзя – не умею. А я научился за эту жизнь тысяче ненужных там вещей.

   — Пётр Мамонов
7. «

   «Дорогая, утром не успел пропылесосить квартиру, сделаю вечером. Я люблю тебя», – и умереть после полудня по причине чьего-то фанатизма, ни смысла, ни значения которого ты даже не представляешь, – это до того банально, что даже недостойно смерти. Особенно собственной смерти. Собственная смерть, если вообще о ней думаешь, воспринимается с величайшим почтением. Как нечто уникальное и исключительное. Точно так же, как уникальным и исключительным для каждого является его жизнь. Человек убеждён, что его смерть станет концом света. И не верит, что это будет конец только и исключительно его света. На следующий день снова выйдут газеты, снова опоздают поезда, снова будут пробки на улицах, а в пекарне на углу люди будут покупать свежие булочки. Как ни в чём не бывало…

   «Дорогая, утром не успел пропылесосить квартиру, сделаю вечером. Я люблю тебя», – и умереть после полудня по причине чьего-то фанатизма, ни смысла, ни значения которого ты даже не представляешь, – это до того банально, что даже недостойно смерти. Особенно собственной смерти. Собственная смерть, если вообще о ней думаешь, воспринимается с величайшим почтением. Как нечто уникальное и исключительное. Точно так же, как уникальным и исключительным для каждого является его жизнь. Человек убеждён, что его смерть станет концом света. И не верит, что это будет конец только и исключительно его света. На следующий день снова выйдут газеты, снова опоздают поезда, снова будут пробки на улицах, а в пекарне на углу люди будут покупать свежие булочки. Как ни в чём не бывало…

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Поскольку изменение происходит безостановочно, поневоле задумаешься: может быть, люди хотят умереть, потому что смерть — это единственный способ покончить со всем окончательно и бесповоротно.

   Поскольку изменение происходит безостановочно, поневоле задумаешься: может быть, люди хотят умереть, потому что смерть — это единственный способ покончить со всем окончательно и бесповоротно.

   — Чак Паланик · книга
9. «

   ...сколько прекрасных вещей получаешь, когда жить осталось совсем немного...

   ...сколько прекрасных вещей получаешь, когда жить осталось совсем немного...

   — Стивен Кинг · книга
10. «

    Верь я в бессмертие, альтруизм был бы для меня выгодным занятием. Я мог бы черт знает как возвысить свою душу. Но, не видя впереди ничего вечного, кроме смерти, и имея в своем распоряжении срок, пока во мне шевелятся и бродят дрожжи, именуемые жизнью, я поступал бы безнравственно, принося какую бы то ни было жертву. Всякая жертва, которая лишила бы меня хоть мига брожения, была бы не только глупа, но и безнравственна по отношению к самому себе. Я не должен терять ничего, обязан как можно лучше использовать свою закваску. Буду ли я приносить жертвы или стану заботиться только о себе в тот отмеренный мне срок, пока я составляю частицу дрожжей и ползаю по земле, — от этого ожидающая меня вечная неподвижность не будет для меня ни легче, ни тяжелее.

    Верь я в бессмертие, альтруизм был бы для меня выгодным занятием. Я мог бы черт знает как возвысить свою душу. Но, не видя впереди ничего вечного, кроме смерти, и имея в своем распоряжении срок, пока во мне шевелятся и бродят дрожжи, именуемые жизнью, я поступал бы безнравственно, принося какую бы то ни было жертву. Всякая жертва, которая лишила бы меня хоть мига брожения, была бы не только глупа, но и безнравственна по отношению к самому себе. Я не должен терять ничего, обязан как можно лучше использовать свою закваску. Буду ли я приносить жертвы или стану заботиться только о себе в тот отмеренный мне срок, пока я составляю частицу дрожжей и ползаю по земле, — от этого ожидающая меня вечная неподвижность не будет для меня ни легче, ни тяжелее.

    — Джек Лондон · книга
11. «

    Не особенно боимся умереть подчас, Только смерть другого сильно беспокоит нас. Эгоизмом проникнуты призывы жить: Страдать не любим мы.

    Не особенно боимся умереть подчас, Только смерть другого сильно беспокоит нас. Эгоизмом проникнуты призывы жить: Страдать не любим мы.
12. «

    Вода даёт жизнь, но если она разгневается, то может забрать жизнь у всего живого.

    Вода даёт жизнь, но если она разгневается, то может забрать жизнь у всего живого.

    — Рой Краус · игра
13. «

    Не свершив ничего, смерть без смерти узнать, Если просто пропасть В черном чреве беды и барахтаться в нем.

    Не свершив ничего, смерть без смерти узнать, Если просто пропасть В черном чреве беды и барахтаться в нем.

    — Теодор Агриппа д'Обинье
14. «

    Что вы за народ такой, мужчины?! Сначала клянетесь в вечной любви и обещаете, что всегда будете рядом. А потом — потом умудряетесь сложить голову в очередной заварушке и надеетесь, что о вас будут плакать! И мы плачем, черт бы вас всех побрал! Герои!

    Что вы за народ такой, мужчины?! Сначала клянетесь в вечной любви и обещаете, что всегда будете рядом. А потом — потом умудряетесь сложить голову в очередной заварушке и надеетесь, что о вас будут плакать! И мы плачем, черт бы вас всех побрал! Герои!

    — Галина Гончарова · книга
15. «

    Жизнь не заставляет тебя выбирать: умирать тебе или не умирать. Она другое заставляет выбирать: сейчас умереть или попозже.

    Жизнь не заставляет тебя выбирать: умирать тебе или не умирать. Она другое заставляет выбирать: сейчас умереть или попозже.

    — Кэтрин Райан Хайд · книга
16. «

    Живи каждый день, как последний и однажды не ошибёшься.

    Живи каждый день, как последний и однажды не ошибёшься.

    — Роуз Дорфман · фильм
17. «

    В молодости я часто желала смерти. Сейчас, когда и жить-то незачем, я цепляюсь за жизнь изо всех сил.

    В молодости я часто желала смерти. Сейчас, когда и жить-то незачем, я цепляюсь за жизнь изо всех сил.

    — Королева Виктория · фильм
18. «

    Возле князей — возле смерти.

    Возле князей — возле смерти.

    — Евгений Красницкий · книга
19. «

    Веруют или нет люди в Бога, боятся ли Его или нет, чтут ли или нет — от сего не изменяется ничего; вопреки сему Бог есть, есть смерть, суд — есть слово Божие судящее, есть вечность блаженства или мучений.

    Веруют или нет люди в Бога, боятся ли Его или нет, чтут ли или нет — от сего не изменяется ничего; вопреки сему Бог есть, есть смерть, суд — есть слово Божие судящее, есть вечность блаженства или мучений.

    — Архимандрит Серафим (Розенберг)
20. «

    Можно годами не выходить из дома, окружить себя надёжной охраной, а в один прекрасный день подавиться кусочком печенья и задохнуться... Все мы ложимся спать в обнимку с собственной смертью, просто люди редко об этом задумываются. Поэтому довайте договоримся — не огорчаться заранее.

    Можно годами не выходить из дома, окружить себя надёжной охраной, а в один прекрасный день подавиться кусочком печенья и задохнуться... Все мы ложимся спать в обнимку с собственной смертью, просто люди редко об этом задумываются. Поэтому довайте договоримся — не огорчаться заранее.

    — Макс Фрай · книга