581 глубоких цитата про «Жизненные цитаты про смерть»

Собрали 581 цитата на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Страх смерти делает человека внимательным к жизни.

   Страх смерти делает человека внимательным к жизни.

   — Авессалом Подводный · книга
2. «

   Над смертью издали шути как хочешь смело: Но смерть вблизи — совсем другое дело.

   Над смертью издали шути как хочешь смело: Но смерть вблизи — совсем другое дело.

   — Иван Андреевич Крылов
3. «

   Не страшно умереть самому, страшно, когда по твоей вине умрут те, кто шёл за тобой.

   Не страшно умереть самому, страшно, когда по твоей вине умрут те, кто шёл за тобой.

   — Андрей Александрович Васильев · книга
4. «

   Я всегда думал, что смогу воссоединиться с теми, кого люблю, когда умру. Но их тут не оказалось... И они не смогут здесь остаться. Потому что за бессмертие во плоти приходится платить Небытием.

   Я всегда думал, что смогу воссоединиться с теми, кого люблю, когда умру. Но их тут не оказалось... И они не смогут здесь остаться. Потому что за бессмертие во плоти приходится платить Небытием.

   — Мистер Уокер · игра
5. «

   Надгробное слово по самоубийцам всю вину за их смерть взваливает на мир. Но возможно, те, кто лишает себя жизни, всё же считают, что никто ни в чем не виноват, что некоторые организмы должны умирать? И видят они это более отчётливо, чем потерявшие их любимые и друзья?

   Надгробное слово по самоубийцам всю вину за их смерть взваливает на мир. Но возможно, те, кто лишает себя жизни, всё же считают, что никто ни в чем не виноват, что некоторые организмы должны умирать? И видят они это более отчётливо, чем потерявшие их любимые и друзья?

   — Марио Пьюзо · книга
6. «

   Ты возомнил себя царём гор? Ты всего лишь часть этих гор. Никто не знает, что оборвёт его жизнь, даже самый ужасный зверь в этих горах.

   Ты возомнил себя царём гор? Ты всего лишь часть этих гор. Никто не знает, что оборвёт его жизнь, даже самый ужасный зверь в этих горах.

   — Гинко · аниме
7. «

   У смерти тысяча лиц На любом континенте земли. Перед нею падают ниц И нищие, и короли.

   У смерти тысяча лиц На любом континенте земли. Перед нею падают ниц И нищие, и короли.
8. «

   Реклама призвана показать этим людям, как наша продукция и услуги и могут улучшить их жизнь. И что же для этого нужно? Любовь. Время. Смерть. Эти три абстракции и Объединяет всех до единого жителя планеты Земля. Мы вечно чего-то жаждем, боимся, что чего-то не имеем, и в конце концов, мы покупаем это. Все потому что каждый день мы нуждаемся в любви и сожалеем, что у нас мало времени и боимся смерти. Любовь. Время. Смерть. С этого и начнём.

   Реклама призвана показать этим людям, как наша продукция и услуги и могут улучшить их жизнь. И что же для этого нужно? Любовь. Время. Смерть. Эти три абстракции и Объединяет всех до единого жителя планеты Земля. Мы вечно чего-то жаждем, боимся, что чего-то не имеем, и в конце концов, мы покупаем это. Все потому что каждый день мы нуждаемся в любви и сожалеем, что у нас мало времени и боимся смерти. Любовь. Время. Смерть. С этого и начнём.

   — Говард Инлет · фильм
9. «

   Но жизнь всегда сильнее смерти. Жизнь, умирая, порождает новую жизнь, и это не доступно магии смерти. Ярчайшее же проявление жизни — любовь. Словно яркий огонь пылает она в сердцах людей и продолжает гореть даже после смерти. Это ли не доказательство силы жизни?

   Но жизнь всегда сильнее смерти. Жизнь, умирая, порождает новую жизнь, и это не доступно магии смерти. Ярчайшее же проявление жизни — любовь. Словно яркий огонь пылает она в сердцах людей и продолжает гореть даже после смерти. Это ли не доказательство силы жизни?

   — Сергей Садов · книга
10. «

    В жизни любого есть два события, которых никто не помнит, два мгновения, которые доводится пережить всякому живому существу. И все же никто никогда ничего не вспомнит о них. Никто не помнит своего рождения...и своей смерти.

    В жизни любого есть два события, которых никто не помнит, два мгновения, которые доводится пережить всякому живому существу. И все же никто никогда ничего не вспомнит о них. Никто не помнит своего рождения...и своей смерти.

    — 12 Доктор · сериал
11. «

    Быть героем иногда очень почётно, но всегда чревато – от обретения призрачной славы до потери реальной жизни.

    Быть героем иногда очень почётно, но всегда чревато – от обретения призрачной славы до потери реальной жизни.

    — Андрей Белянин · книга
12. «

    Говорят, что нельзя умирaть в одиночестве, нужно, чтобы рядом был человек, готовый подaть вaм стaкaн воды. Тaк вот что я вaм скaжу нa это утверждение. Если у вaс есть деньги, рядом с вaми будет стоять очередь желaющих протянуть вaм стaкaн воды. А если у вaс нет денег… боюсь, что вы умрете от жaжды, покa доползете до своего стaкaнa, дaже имея кучу родственников.

    Говорят, что нельзя умирaть в одиночестве, нужно, чтобы рядом был человек, готовый подaть вaм стaкaн воды. Тaк вот что я вaм скaжу нa это утверждение. Если у вaс есть деньги, рядом с вaми будет стоять очередь желaющих протянуть вaм стaкaн воды. А если у вaс нет денег… боюсь, что вы умрете от жaжды, покa доползете до своего стaкaнa, дaже имея кучу родственников.

    — Чингиз Абдуллаев · книга
13. «

    Вот так вот всю жизнь что-то хотим понять, переосмыслить, пытаемся осознать, а умираем такими же дураками, какими родились. Только постарше и похуже. С массой вредных привычек, усталого раздражения, занудства и скопившегося ненужного знания, которым обязательно надо поделиться с теми, кому оно так же на фиг не нужно, как и тебе.

    Вот так вот всю жизнь что-то хотим понять, переосмыслить, пытаемся осознать, а умираем такими же дураками, какими родились. Только постарше и похуже. С массой вредных привычек, усталого раздражения, занудства и скопившегося ненужного знания, которым обязательно надо поделиться с теми, кому оно так же на фиг не нужно, как и тебе.

    — Алексей Гравицкий · книга
14. «

    Ведь вот до чего довели человека, сволочи! Ну конечно мне, как беспартийному, вся эта религия не воспрещается. Но всё-таки не очень, не так чтобы очень фигуристо у меня получилось... Небось нужда заставит — не только такое коленце выкинешь. Смерть-то, она не родная тётка, она всем одинаково страшна — партийному и беспартийному, и всякому иному прочему человеку.

    Ведь вот до чего довели человека, сволочи! Ну конечно мне, как беспартийному, вся эта религия не воспрещается. Но всё-таки не очень, не так чтобы очень фигуристо у меня получилось... Небось нужда заставит — не только такое коленце выкинешь. Смерть-то, она не родная тётка, она всем одинаково страшна — партийному и беспартийному, и всякому иному прочему человеку.

    — Иван Звягинцев · фильм
15. «

    Когда всё кончено, всё кончено!

    Когда всё кончено, всё кончено!

    — Доктор Грегори Хаус · сериал
16. «

    — Винченцо, твой отец герой, он всегда был отличным мастером и гением. — До того как он спас всех вас вы говорили, что он идиот из-за его рассеяности.

    — Винченцо, твой отец герой, он всегда был отличным мастером и гением. — До того как он спас всех вас вы говорили, что он идиот из-за его рассеяности.

    — Барни (dying light 2) Винченцо(dying light 2 · игра
17. «

    Постоянное хождение по краю, реальный шанс в любой миг заглянуть в глаза смерти как нельзя лучше помогают ценить жизнь во всех ее проявлениях.

    Постоянное хождение по краю, реальный шанс в любой миг заглянуть в глаза смерти как нельзя лучше помогают ценить жизнь во всех ее проявлениях.

    — Галина Романова · книга
18. «

    Не существует нужных слов, чтобы отнять ту иллюзию, на которую имеет право каждый ребенок: что он непобедим, что он бессмертен.

    Не существует нужных слов, чтобы отнять ту иллюзию, на которую имеет право каждый ребенок: что он непобедим, что он бессмертен.

    — Бен Брукнер · сериал
19. «

    Секрет жизни состоит в том, чтобы «умереть до смерти» – и узнать, что смерти не существует.

    Секрет жизни состоит в том, чтобы «умереть до смерти» – и узнать, что смерти не существует.

    — Экхарт Толле · книга
20. «

    Раньше жили не спеша. Выходили замуж, рожали детей в более или менее спокойной обстановке, болели обстоятельно – лежа в постели по целым месяцам, не спеша выздоравливали и почти ничем, кроме хозяйства, не занимались. Без докторов, без нудных анализов, без анкет. Наша нянька, заболев, на вопрос «Что с тобой?» отвечала всегда одно: «Шось мене у грудях пече». А болезни-то были разные. Умирали тоже спокойно. Бывало, дед какой-нибудь лет в девяносто пять решал вдруг, что умирает. А и пора уже давно. Дети взрослые, внуки уже большие, пора землю делить, а он живет. Вот съедутся родственники кто откуда. Стоят. Вздыхают. Ждут. Дед лежит на лавке под образами в чистой рубахе день, два, три… не умирает. Позовут батюшку, причастят его, соборуют… не умирает. На четвертый день напекут блинов, оладий, холодца наварят, чтобы справлять поминки по нем, горилки привезут ведра два… не умирает. На шестой день воткнут ему в руки страстную свечу. Все уже с ног валятся. Томятся. Не умирает. На седьмой день зажгут свечу. Дед долго и строго смотрит на них, потом, задув свечу, встает со смертного одра и говорит: «Ни! Не буде дила!» И идет на двор колоть дрова.

    Раньше жили не спеша. Выходили замуж, рожали детей в более или менее спокойной обстановке, болели обстоятельно – лежа в постели по целым месяцам, не спеша выздоравливали и почти ничем, кроме хозяйства, не занимались. Без докторов, без нудных анализов, без анкет. Наша нянька, заболев, на вопрос «Что с тобой?» отвечала всегда одно: «Шось мене у грудях пече». А болезни-то были разные. Умирали тоже спокойно. Бывало, дед какой-нибудь лет в девяносто пять решал вдруг, что умирает. А и пора уже давно. Дети взрослые, внуки уже большие, пора землю делить, а он живет. Вот съедутся родственники кто откуда. Стоят. Вздыхают. Ждут. Дед лежит на лавке под образами в чистой рубахе день, два, три… не умирает. Позовут батюшку, причастят его, соборуют… не умирает. На четвертый день напекут блинов, оладий, холодца наварят, чтобы справлять поминки по нем, горилки привезут ведра два… не умирает. На шестой день воткнут ему в руки страстную свечу. Все уже с ног валятся. Томятся. Не умирает. На седьмой день зажгут свечу. Дед долго и строго смотрит на них, потом, задув свечу, встает со смертного одра и говорит: «Ни! Не буде дила!» И идет на двор колоть дрова.

    — Александр Вертинский · книга