642 цитаты «Жизненные цитаты про смерть» для статуса

Собрали 642 цитаты на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Как ваши дела, Гэбриел? Вы хорошо спите? — Просто отлично. Если честно, док, не мешали бы вы людям делать то, что они должны. — Военные, получившие психологические травмы, склонны уходить в работу. Иногда, чересчур глубоко. — ... А вы бывали в бою, док? — Я видел, какими после него становятся. — Теперь ясно, в чём проблема. Вы никогда не выбирали между жизнью и смертью. Лёгкое нажатие на курок — и душа расстаётся с телом. В одно мгновение живой человек превращается в кучку мяса. А представьте, что это был бы ваш друг, брат или отец. Тот, кто много раз спасал вам жизнь, вдруг исчезает из-за маленького кусочка свинца — оказывается в вечной тьме... Пишите, что хотите, док. Пусть поступают со мной, как вы решите. Скажите им, что у меня П. Т. С. Р. или другая дурь. Но когда такое случится с человеком из моей команды, я не стану всё обдумывать или менять решение. В этом случае я просто хочу найти виновного ублюдка и показать ему, что он не с теми связался. Мы делаем плохо только «плохим» людям. Чем раньше вы это поймёте, тем быстрее мы вернёмся к работе.

   — Как ваши дела, Гэбриел? Вы хорошо спите? — Просто отлично. Если честно, док, не мешали бы вы людям делать то, что они должны. — Военные, получившие психологические травмы, склонны уходить в работу. Иногда, чересчур глубоко. — ... А вы бывали в бою, док? — Я видел, какими после него становятся. — Теперь ясно, в чём проблема. Вы никогда не выбирали между жизнью и смертью. Лёгкое нажатие на курок — и душа расстаётся с телом. В одно мгновение живой человек превращается в кучку мяса. А представьте, что это был бы ваш друг, брат или отец. Тот, кто много раз спасал вам жизнь, вдруг исчезает из-за маленького кусочка свинца — оказывается в вечной тьме... Пишите, что хотите, док. Пусть поступают со мной, как вы решите. Скажите им, что у меня П. Т. С. Р. или другая дурь. Но когда такое случится с человеком из моей команды, я не стану всё обдумывать или менять решение. В этом случае я просто хочу найти виновного ублюдка и показать ему, что он не с теми связался. Мы делаем плохо только «плохим» людям. Чем раньше вы это поймёте, тем быстрее мы вернёмся к работе.

   — Майкл Рудин · книга
2. «

   — ...в конце концов все умрут, — закинул я удочку. — Да это-то конечно. Все когда-нибудь умрут. Но до этого надо еще полсотни лет жить. А жить пятьдесят лет, думая — это, вообще говоря, гораздо утомительнее, чем жить пять тысяч лет, ни о чем не думая. Правильно?

   — ...в конце концов все умрут, — закинул я удочку. — Да это-то конечно. Все когда-нибудь умрут. Но до этого надо еще полсотни лет жить. А жить пятьдесят лет, думая — это, вообще говоря, гораздо утомительнее, чем жить пять тысяч лет, ни о чем не думая. Правильно?

   — Харуки Мураками · книга
3. «

   Однажды вместе с псаломщицей я поехал за город читать Псалтирь по благочестивой новопреставленной девице Пелагии. С вечера, выпив стакан чаю, сразу приступил к чтению Псалтири, а псаломщица легла отдохнуть в соседней комнате. Долго я читал Псалтирь, потом прочитал акафист по усопшим, при этом усердно молился об их упокоении, вспоминая всех поименно. Спать не хотелось. В четыре часа утра проснулась псаломщица и стала читать Псалтирь, а я, не раздеваясь, прилег на скамейке. Оставалось мало времени, надо было ехать на работу. И вот в тонком сне вижу видение: по улице мимо окна идет много разных людей: молодые и старые, калеки и здоровые, и все смотрят на окно и кланяются мне. Среди них была и новопреставленная Пелагия. И я понял, что это были усопшие.

   Однажды вместе с псаломщицей я поехал за город читать Псалтирь по благочестивой новопреставленной девице Пелагии. С вечера, выпив стакан чаю, сразу приступил к чтению Псалтири, а псаломщица легла отдохнуть в соседней комнате. Долго я читал Псалтирь, потом прочитал акафист по усопшим, при этом усердно молился об их упокоении, вспоминая всех поименно. Спать не хотелось. В четыре часа утра проснулась псаломщица и стала читать Псалтирь, а я, не раздеваясь, прилег на скамейке. Оставалось мало времени, надо было ехать на работу. И вот в тонком сне вижу видение: по улице мимо окна идет много разных людей: молодые и старые, калеки и здоровые, и все смотрят на окно и кланяются мне. Среди них была и новопреставленная Пелагия. И я понял, что это были усопшие.

   — Схиигумен Савва (Остапенко) · книга
4. «

   ... хотя отрицание смерти — универсальная тенденция, проявляющаяся в разнообразных формах, оно имеет два базовых механизма: веру в личную уникальность и веру в конечного спасителя. Возникает впечатление, что вера во внешнего избавителя как психологическая защита по своей природе имеет определённую ущербность. Она не только не вполне контейнирует первичную тревогу, но и закономерно порождает дополнительную патологию: вера человека в то, что его жизнь контролируется внешними силами, связана с чувством бессилия, неполноценности, низким самоуважением. Тот, кто не полагается на себя или не верит в себя, соответственно ограничивает себя в приобретении информации и умений; в общении с другим он склонен стараться расположить их к себе. Легко понять, что низкая самооценка, тенденция самоуничижения, малое число умений, на владении которыми могло бы основываться переживание самоценности, неудовлетворительные межличностные отношения — всё это подготавливает почву для психопатологии.

   ... хотя отрицание смерти — универсальная тенденция, проявляющаяся в разнообразных формах, оно имеет два базовых механизма: веру в личную уникальность и веру в конечного спасителя. Возникает впечатление, что вера во внешнего избавителя как психологическая защита по своей природе имеет определённую ущербность. Она не только не вполне контейнирует первичную тревогу, но и закономерно порождает дополнительную патологию: вера человека в то, что его жизнь контролируется внешними силами, связана с чувством бессилия, неполноценности, низким самоуважением. Тот, кто не полагается на себя или не верит в себя, соответственно ограничивает себя в приобретении информации и умений; в общении с другим он склонен стараться расположить их к себе. Легко понять, что низкая самооценка, тенденция самоуничижения, малое число умений, на владении которыми могло бы основываться переживание самоценности, неудовлетворительные межличностные отношения — всё это подготавливает почву для психопатологии.

   — Ирвин Ялом · книга
5. «

   Как может кто-то просто взять и вот так перестать существовать?

   Как может кто-то просто взять и вот так перестать существовать?

   — С любовью, Рози (Love, Rosie) · фильм
6. «

   «Небытие» — не просто страх физической смерти, хотя, возможно, именно смерть является самым распространенным предметом и символом тревоги. Угроза небытия относится к религиозной и духовной сфере жизни, поскольку это есть страх перед бессмысленностью существования.

   «Небытие» — не просто страх физической смерти, хотя, возможно, именно смерть является самым распространенным предметом и символом тревоги. Угроза небытия относится к религиозной и духовной сфере жизни, поскольку это есть страх перед бессмысленностью существования.

   — Ролло Мэй
7. «

   Никто не напугает тебя так, как ты сам. А ведь бояться-то нечего. Что уж, кажется, может быть страшнее смерти? Только и смерть вовсе не страшная. Она не только конец, но и начало. Это как в книге: нужно прочитать до конца одну главу, а на следующей странице начнется другая. И чем лучше твоя книга, тем вторая глава будет увлекательней.

   Никто не напугает тебя так, как ты сам. А ведь бояться-то нечего. Что уж, кажется, может быть страшнее смерти? Только и смерть вовсе не страшная. Она не только конец, но и начало. Это как в книге: нужно прочитать до конца одну главу, а на следующей странице начнется другая. И чем лучше твоя книга, тем вторая глава будет увлекательней.

   — Борис Акунин · книга
8. «

   У смерти тысяча лиц На любом континенте земли. Перед нею падают ниц И нищие, и короли.

   У смерти тысяча лиц На любом континенте земли. Перед нею падают ниц И нищие, и короли.
9. «

   Неуёмная ненасытность жизни — сильнее смерти!

   Неуёмная ненасытность жизни — сильнее смерти!
10. «

    Отчаяние – последнее оружие, иногда приводящее к победе, как сказал Вергилий. Крайняя решимость идет на крайние средства. Порою броситься в пучину смерти – это способ избежать крушения, и крышка гроба становится тогда спасительной доской.

    Отчаяние – последнее оружие, иногда приводящее к победе, как сказал Вергилий. Крайняя решимость идет на крайние средства. Порою броситься в пучину смерти – это способ избежать крушения, и крышка гроба становится тогда спасительной доской.

    — Виктор Гюго · книга
11. «

    Успех нас первый окрылил, Старик Державин нас заметил, И, в гроб сходя, благословил...

    Успех нас первый окрылил, Старик Державин нас заметил, И, в гроб сходя, благословил...

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
12. «

    Некоторые считают, что исповедь помогает грешной душе обрести покой, освобождает её от стыда и сожалений за свои ошибки. На смертном одре многие хотят облегчить уход, исправив свои грехи, ведь если нас не погубит сама смерть, это сделают дурные мысли.

    Некоторые считают, что исповедь помогает грешной душе обрести покой, освобождает её от стыда и сожалений за свои ошибки. На смертном одре многие хотят облегчить уход, исправив свои грехи, ведь если нас не погубит сама смерть, это сделают дурные мысли.

    — Эмили Торн / Аманда Кларк · сериал
13. «

    Осень и весна — самый выгодный сезон для торговцев похоронными принадлежностями: людей умирает больше, чем летом и зимой; осенью — потому, что силы человека иссякают, весной — потому, что они пробуждаются и пожирают ослабевший организм, как слишком толстый фитиль тощую свечу.

    Осень и весна — самый выгодный сезон для торговцев похоронными принадлежностями: людей умирает больше, чем летом и зимой; осенью — потому, что силы человека иссякают, весной — потому, что они пробуждаются и пожирают ослабевший организм, как слишком толстый фитиль тощую свечу.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Уходить надо по-мужски. Вот сейчас политики думают, что они вечно ­будут сидеть в кресле и всех учить, как жить. Они забывают, что это все временно. Мы все равно все пойдем туда.

    Уходить надо по-мужски. Вот сейчас политики думают, что они вечно ­будут сидеть в кресле и всех учить, как жить. Они забывают, что это все временно. Мы все равно все пойдем туда.

    — Вахтанг Кикабидзе
15. «

    — Очень печально, когда умирают молодыми, — заметила мисс Марпл. — Неужели? — голос мисс Темпл прозвучал странно. — Но ведь они столь многого не успели сделать! — Или многого избежали, — возразила мисс Темпл.

    — Очень печально, когда умирают молодыми, — заметила мисс Марпл. — Неужели? — голос мисс Темпл прозвучал странно. — Но ведь они столь многого не успели сделать! — Или многого избежали, — возразила мисс Темпл.

    — Агата Кристи · книга
16. «

    Нередко смерть отца застает молодых людей среди праздника жизни, на лоне безумной оргии.

    Нередко смерть отца застает молодых людей среди праздника жизни, на лоне безумной оргии.

    — Оноре де Бальзак · книга
17. «

    Когда человек родится — весь мир радуется, и только сам младенец плачет. Но жить нужно так, чтобы когда человек умрёт, весь мир плакал — и только он радовался!

    Когда человек родится — весь мир радуется, и только сам младенец плачет. Но жить нужно так, чтобы когда человек умрёт, весь мир плакал — и только он радовался!

    — Патриарх Сербский Павел
18. «

    Прошло еще немало времени, прежде чем мы поняли, что по-настоящему опасно не то, что немцы пишут, а то, что могло случиться с каждым из нас совершенно неожиданно, как гром среди ясного неба, без всякого предупреждения или распоряжения.

    Прошло еще немало времени, прежде чем мы поняли, что по-настоящему опасно не то, что немцы пишут, а то, что могло случиться с каждым из нас совершенно неожиданно, как гром среди ясного неба, без всякого предупреждения или распоряжения.

    — Владислав Шпильман · книга
19. «

    Нам не страшна могилы тьма.

    Нам не страшна могилы тьма.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
20. «

    На пороге смерти даже последний упрямец становится удивительно сговорчивым.

    На пороге смерти даже последний упрямец становится удивительно сговорчивым.

    — Александра Лисина · книга