736 цитат про «Жизненные цитаты про смерть», которые стоит перечитать

Собрали 736 цитат на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Решающие силы — судьба и смерть — редко подступают к человеку без предупреждения.

   Решающие силы — судьба и смерть — редко подступают к человеку без предупреждения.

   — Стефан Цвейг
2. «

   Не надо так легко обращаться со словом «умираю», солнышко. Где-то люди на самом деле умирают, прямо сейчас, и к тому же ужасной смертью. Они были бы рады оказаться на твоем месте: быть отвергнутой женихом для них оказалось бы не больнее комариного укуса.

   Не надо так легко обращаться со словом «умираю», солнышко. Где-то люди на самом деле умирают, прямо сейчас, и к тому же ужасной смертью. Они были бы рады оказаться на твоем месте: быть отвергнутой женихом для них оказалось бы не больнее комариного укуса.

   — Элизабет Страут · книга
3. «

   Тот страшен, кто за благо почитает смерть!

   Тот страшен, кто за благо почитает смерть!

   — Публилий Сир
4. «

   Всё случилось быстро, как срываешь пластырь, делая вид, что тебе не больно. Смерть — она такая: она может за сорок восемь часов научить тебя большему, чем ты узнаешь за всю свою жизнь.

   Всё случилось быстро, как срываешь пластырь, делая вид, что тебе не больно. Смерть — она такая: она может за сорок восемь часов научить тебя большему, чем ты узнаешь за всю свою жизнь.

   — Ханна Бренчер · книга
5. «

   Жизнь неизбежно ведёт к смерти, вопрос времени, но почему-то даже со знанием очевидного, принимать с легкостью такие события, совсем не получается.

   Жизнь неизбежно ведёт к смерти, вопрос времени, но почему-то даже со знанием очевидного, принимать с легкостью такие события, совсем не получается.

   — Johnyboy
6. «

   ... хотя отрицание смерти — универсальная тенденция, проявляющаяся в разнообразных формах, оно имеет два базовых механизма: веру в личную уникальность и веру в конечного спасителя. Возникает впечатление, что вера во внешнего избавителя как психологическая защита по своей природе имеет определённую ущербность. Она не только не вполне контейнирует первичную тревогу, но и закономерно порождает дополнительную патологию: вера человека в то, что его жизнь контролируется внешними силами, связана с чувством бессилия, неполноценности, низким самоуважением. Тот, кто не полагается на себя или не верит в себя, соответственно ограничивает себя в приобретении информации и умений; в общении с другим он склонен стараться расположить их к себе. Легко понять, что низкая самооценка, тенденция самоуничижения, малое число умений, на владении которыми могло бы основываться переживание самоценности, неудовлетворительные межличностные отношения — всё это подготавливает почву для психопатологии.

   ... хотя отрицание смерти — универсальная тенденция, проявляющаяся в разнообразных формах, оно имеет два базовых механизма: веру в личную уникальность и веру в конечного спасителя. Возникает впечатление, что вера во внешнего избавителя как психологическая защита по своей природе имеет определённую ущербность. Она не только не вполне контейнирует первичную тревогу, но и закономерно порождает дополнительную патологию: вера человека в то, что его жизнь контролируется внешними силами, связана с чувством бессилия, неполноценности, низким самоуважением. Тот, кто не полагается на себя или не верит в себя, соответственно ограничивает себя в приобретении информации и умений; в общении с другим он склонен стараться расположить их к себе. Легко понять, что низкая самооценка, тенденция самоуничижения, малое число умений, на владении которыми могло бы основываться переживание самоценности, неудовлетворительные межличностные отношения — всё это подготавливает почву для психопатологии.

   — Ирвин Ялом · книга
7. «

   — Скоро уже остановка. — Макс, человек заходит в метро и умирает, думаешь, кто-то заметит?

   — Скоро уже остановка. — Макс, человек заходит в метро и умирает, думаешь, кто-то заметит?

   — Соучастник (Collateral) · фильм
8. «

   Прошло еще немало времени, прежде чем мы поняли, что по-настоящему опасно не то, что немцы пишут, а то, что могло случиться с каждым из нас совершенно неожиданно, как гром среди ясного неба, без всякого предупреждения или распоряжения.

   Прошло еще немало времени, прежде чем мы поняли, что по-настоящему опасно не то, что немцы пишут, а то, что могло случиться с каждым из нас совершенно неожиданно, как гром среди ясного неба, без всякого предупреждения или распоряжения.

   — Владислав Шпильман · книга
9. «

   Два раза смерти на видать, а один раз не миновать.

   Два раза смерти на видать, а один раз не миновать.

   — Анджей Сапковский · книга
10. «

    Каждый включён в свой список, у каждого свой смысл существования, дни каждого заполнены на свой лад, мёртвые числятся на одной странице, на обороте её хлопочут живые, и разные есть способы взимать и платить налоги, есть деньги, добытые ценой крови, и есть кровь, пролитая ради денег.

    Каждый включён в свой список, у каждого свой смысл существования, дни каждого заполнены на свой лад, мёртвые числятся на одной странице, на обороте её хлопочут живые, и разные есть способы взимать и платить налоги, есть деньги, добытые ценой крови, и есть кровь, пролитая ради денег.

    — Жозе Сарамаго · книга
11. «

    Еще со времен санатория она знала, что иногда бывает тяжелее смотреть на вещи покойного, чем на него самого.

    Еще со времен санатория она знала, что иногда бывает тяжелее смотреть на вещи покойного, чем на него самого.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Он совсем не такой, как я его себе представлял. Цирк прекрасен. Он манит к себе и пьянит. Он мрачен. От него исходит зло. В нем убивают людей, убивают ради удовольствия публики.

    Он совсем не такой, как я его себе представлял. Цирк прекрасен. Он манит к себе и пьянит. Он мрачен. От него исходит зло. В нем убивают людей, убивают ради удовольствия публики.

    — Хейли Баркер · книга
13. «

    Это не беда. А что беда? Новостей не будет. Никогда.

    Это не беда. А что беда? Новостей не будет. Никогда.

    — Борис Абрамович Слуцкий
14. «

    Когда на весах твоя жизнь, ты мало задумываешься о жизни других. Жертвовать собой удел героев, но в реальной жизни, по большему счету, такие герои «героически» погибают.

    Когда на весах твоя жизнь, ты мало задумываешься о жизни других. Жертвовать собой удел героев, но в реальной жизни, по большему счету, такие герои «героически» погибают.
15. «

    И я понимаю, что цена за наслаждение жизнью – смерть.

    И я понимаю, что цена за наслаждение жизнью – смерть.

    — Джордж Локхард · книга
16. «

    Я посвятил жизнь смерти.

    Я посвятил жизнь смерти.

    — Джек Кроуфорд (агент ФБР) · сериал
17. «

    Давно уже рассказана восточная басня про путника, застигнутого в степи разъяренным зверем. Спасаясь от зверя, путник вскакивает в безводный колодезь, но на дне колодца видит дракона, разинувшего пасть, чтобы пожрать его. И несчастный, не смея вылезть, чтобы не погибнуть от разъярённого зверя, не смея и спрыгнуть на дно колодца, чтобы не быть пожранным драконом, ухватывается за ветви растущего в расщелинах колодца дикого куста и держится на нем. Руки его ослабевают, и он чувствует, что скоро должен будет отдаться погибели, с обеих сторон ждущей его; но он все держится, и пока он держится, он оглядывается и видит, что две мыши, одна черная, другая белая, равномерно обходя стволину куста, на котором он висит, подтачивают ее. Вот-вот сам собой обломится и оборвется куст, и он упадет в пасть дракону. Путник видит это и знает, что он неминуемо погибнет; но пока он висит, он ищет вокруг себя и находит на листьях куста капли меда, достает их языком и лижет их. Так и я держусь за ветки жизни, зная, что неминуемо ждет дракон смерти, готовый растерзать меня, и не могу понять, зачем я попал на это мучение. И я пытаюсь сосать тот мед, который прежде утешал меня; но этот мед уже не радует меня, а белая и черная мышь — день и ночь — подтачивают ветку, за которую я держусь. Я ясно вижу дракона, и мед уже не сладок мне. Я вижу одно — неизбежного дракона и мышей, — и не могу отвратить от них взор. И это не басня, а это истинная, неоспоримая и всякому понятная правда.

    Давно уже рассказана восточная басня про путника, застигнутого в степи разъяренным зверем. Спасаясь от зверя, путник вскакивает в безводный колодезь, но на дне колодца видит дракона, разинувшего пасть, чтобы пожрать его. И несчастный, не смея вылезть, чтобы не погибнуть от разъярённого зверя, не смея и спрыгнуть на дно колодца, чтобы не быть пожранным драконом, ухватывается за ветви растущего в расщелинах колодца дикого куста и держится на нем. Руки его ослабевают, и он чувствует, что скоро должен будет отдаться погибели, с обеих сторон ждущей его; но он все держится, и пока он держится, он оглядывается и видит, что две мыши, одна черная, другая белая, равномерно обходя стволину куста, на котором он висит, подтачивают ее. Вот-вот сам собой обломится и оборвется куст, и он упадет в пасть дракону. Путник видит это и знает, что он неминуемо погибнет; но пока он висит, он ищет вокруг себя и находит на листьях куста капли меда, достает их языком и лижет их. Так и я держусь за ветки жизни, зная, что неминуемо ждет дракон смерти, готовый растерзать меня, и не могу понять, зачем я попал на это мучение. И я пытаюсь сосать тот мед, который прежде утешал меня; но этот мед уже не радует меня, а белая и черная мышь — день и ночь — подтачивают ветку, за которую я держусь. Я ясно вижу дракона, и мед уже не сладок мне. Я вижу одно — неизбежного дракона и мышей, — и не могу отвратить от них взор. И это не басня, а это истинная, неоспоримая и всякому понятная правда.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
18. «

    Человек рождается, не желая этого, и умирает против своей воли.

    Человек рождается, не желая этого, и умирает против своей воли.

    — Марко Марчевский · книга
19. «

    Вот красота-то куда ведет. Вот, вот, в самый омут!

    Вот красота-то куда ведет. Вот, вот, в самый омут!

    — Александр Николаевич Островский · книга
20. «

    Нас с детства готовят к смерти. «Мама, мама, купи мне кота», — говорили Вы, когда Вам было, допустим, 8 лет от роду. Что вы слышали в ответ? «Но ведь тебе придется убирать за ним, играть, кормить...». На самом деле, мать скрывала главное: «Однажды он просто умрет, моя милая. Давай я лучше куплю тебе эту куклу».

    Нас с детства готовят к смерти. «Мама, мама, купи мне кота», — говорили Вы, когда Вам было, допустим, 8 лет от роду. Что вы слышали в ответ? «Но ведь тебе придется убирать за ним, играть, кормить...». На самом деле, мать скрывала главное: «Однажды он просто умрет, моя милая. Давай я лучше куплю тебе эту куклу».