752 мудрых цитаты про «Жизненные цитаты про смерть»

Собрали 752 цитаты на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Верь я в бессмертие, альтруизм был бы для меня выгодным занятием. Я мог бы черт знает как возвысить свою душу. Но, не видя впереди ничего вечного, кроме смерти, и имея в своем распоряжении срок, пока во мне шевелятся и бродят дрожжи, именуемые жизнью, я поступал бы безнравственно, принося какую бы то ни было жертву. Всякая жертва, которая лишила бы меня хоть мига брожения, была бы не только глупа, но и безнравственна по отношению к самому себе. Я не должен терять ничего, обязан как можно лучше использовать свою закваску. Буду ли я приносить жертвы или стану заботиться только о себе в тот отмеренный мне срок, пока я составляю частицу дрожжей и ползаю по земле, — от этого ожидающая меня вечная неподвижность не будет для меня ни легче, ни тяжелее.

   Верь я в бессмертие, альтруизм был бы для меня выгодным занятием. Я мог бы черт знает как возвысить свою душу. Но, не видя впереди ничего вечного, кроме смерти, и имея в своем распоряжении срок, пока во мне шевелятся и бродят дрожжи, именуемые жизнью, я поступал бы безнравственно, принося какую бы то ни было жертву. Всякая жертва, которая лишила бы меня хоть мига брожения, была бы не только глупа, но и безнравственна по отношению к самому себе. Я не должен терять ничего, обязан как можно лучше использовать свою закваску. Буду ли я приносить жертвы или стану заботиться только о себе в тот отмеренный мне срок, пока я составляю частицу дрожжей и ползаю по земле, — от этого ожидающая меня вечная неподвижность не будет для меня ни легче, ни тяжелее.

   — Джек Лондон · книга
2. «

   Смерть — это не только большая проблема, с миллиардом разумных видов, живущих в этой галактики. Но это ещё и большой вызов узнать, как убить их всех. На этой планете мы гордо служим палачами всего живого.

   Смерть — это не только большая проблема, с миллиардом разумных видов, живущих в этой галактики. Но это ещё и большой вызов узнать, как убить их всех. На этой планете мы гордо служим палачами всего живого.
3. «

   Меня пробивали многие вещи: женские туфельки под кроватью; одинокая заколка, забытая на комоде; то, как они говорят: «Пойду пописяю…»; ленты в волосах; когда идешь с ними по бульвару в полвторого дня – просто два человека, шагающие вместе; долгие ночи с выпивкой и сигаретами, разговорами; споры; мысли о самоубийстве; когда ешь вместе и тебе хорошо; шутки, смех ни с того ни с сего; ощущение чуда в воздухе; когда вместе в машине на стоянке; когда сравниваешь прошлые любови в 3 часа ночи; когда тебе говорят, что ты храпишь, а ты слышишь, как храпит она; матери, дочери, сыновья, кошки, собаки; иногда смерть, а иногда – развод, но всегда продолжаешь, всегда доводишь до конца; читаешь газету один в бутербродной, и тебя тошнит от того, что она сейчас замужем за дантистом с коэффициентом интеллекта 95; ипподромы, парки, пикники в парках; даже тюрьмы; ее скучные друзья, твои скучные друзья; ты пьешь, она танцует; ты флиртуешь, она флиртует; ее колеса, твои поебки на стороне, а она делает то же самое; когда спишь вместе…

   Меня пробивали многие вещи: женские туфельки под кроватью; одинокая заколка, забытая на комоде; то, как они говорят: «Пойду пописяю…»; ленты в волосах; когда идешь с ними по бульвару в полвторого дня – просто два человека, шагающие вместе; долгие ночи с выпивкой и сигаретами, разговорами; споры; мысли о самоубийстве; когда ешь вместе и тебе хорошо; шутки, смех ни с того ни с сего; ощущение чуда в воздухе; когда вместе в машине на стоянке; когда сравниваешь прошлые любови в 3 часа ночи; когда тебе говорят, что ты храпишь, а ты слышишь, как храпит она; матери, дочери, сыновья, кошки, собаки; иногда смерть, а иногда – развод, но всегда продолжаешь, всегда доводишь до конца; читаешь газету один в бутербродной, и тебя тошнит от того, что она сейчас замужем за дантистом с коэффициентом интеллекта 95; ипподромы, парки, пикники в парках; даже тюрьмы; ее скучные друзья, твои скучные друзья; ты пьешь, она танцует; ты флиртуешь, она флиртует; ее колеса, твои поебки на стороне, а она делает то же самое; когда спишь вместе…

   — Чарльз Буковски · книга
4. «

   Человек, достигший середины жизни и и не утвердивший себя успешно в профессиональном семейном плане, либо утвердивший, но лишь благодаря маниакальный активности и действию отрицания с результирующим эмоциональным обеднением, оказывается плохо подготовлен к требованиям, предъявляемым средним возрастом, и к тому, чтобы получать удовольствие от своей зрелости. В таких случаях кризис жизни и встреча с взрослым представлением о жизни как проживаемой в условиях приближения личной смерти с большей вероятностью будут ощущаться как период психологического расстройства и нервного срыва. Иногда срыв может быть предотвращен путем укрепления маниакальных защит, с изгнанием депрессии, мыслей о старении и смерти, но сопровождается накоплением страхов преследования, ожидающих часа, когда уже нельзя будет не осознать неизбежность старения и смерти. Компульсивные попытки многих мужчин и женщин среднего возраста оставаться молодыми, ипохондрическая озабоченность здоровьем и внешностью, сексуальный промискуитет, имеющий целью доказательства молодости и потенции, пустота жизни и недостаток подлинного наслаждения её, нередки и тревоги религиозного характера — всё это хорошо знакомые паттерны. Они представляют собой попытки состязаться со временем.

   Человек, достигший середины жизни и и не утвердивший себя успешно в профессиональном семейном плане, либо утвердивший, но лишь благодаря маниакальный активности и действию отрицания с результирующим эмоциональным обеднением, оказывается плохо подготовлен к требованиям, предъявляемым средним возрастом, и к тому, чтобы получать удовольствие от своей зрелости. В таких случаях кризис жизни и встреча с взрослым представлением о жизни как проживаемой в условиях приближения личной смерти с большей вероятностью будут ощущаться как период психологического расстройства и нервного срыва. Иногда срыв может быть предотвращен путем укрепления маниакальных защит, с изгнанием депрессии, мыслей о старении и смерти, но сопровождается накоплением страхов преследования, ожидающих часа, когда уже нельзя будет не осознать неизбежность старения и смерти. Компульсивные попытки многих мужчин и женщин среднего возраста оставаться молодыми, ипохондрическая озабоченность здоровьем и внешностью, сексуальный промискуитет, имеющий целью доказательства молодости и потенции, пустота жизни и недостаток подлинного наслаждения её, нередки и тревоги религиозного характера — всё это хорошо знакомые паттерны. Они представляют собой попытки состязаться со временем.

   — Ирвин Ялом · книга
5. «

   Когда-нибудь я умру. В этом я уверен, я не питаю иллюзий относительно бессмертия. Но я захочу умереть намного раньше, чем смерть придет ко мне...<...> Каждый из нас должен умереть. Исключений нет. Но, Господи... Иногда Зеленая Миля кажется такой длинной...

   Когда-нибудь я умру. В этом я уверен, я не питаю иллюзий относительно бессмертия. Но я захочу умереть намного раньше, чем смерть придет ко мне...<...> Каждый из нас должен умереть. Исключений нет. Но, Господи... Иногда Зеленая Миля кажется такой длинной...

   — Стивен Кинг · книга
6. «

   Чем больше у человека привязанностей, тем обременительнее для него жизнь и тем больше он страдает, когда приходится с ней расставаться.

   Чем больше у человека привязанностей, тем обременительнее для него жизнь и тем больше он страдает, когда приходится с ней расставаться.

   — Ирвин Ялом · книга
7. «

   — Идешь воевать с мышью — экипируйся для охоты на тигра. — Слишком многие погибли из-за неосторожности.

   — Идешь воевать с мышью — экипируйся для охоты на тигра. — Слишком многие погибли из-за неосторожности.

   — Галина Гончарова · книга
8. «

   Это самая точная и краткая характеристика человечества, я бы сказал. Кому нужны тома и книги историков? Дети умирают. Вся несправедливость мира скрывается в этих двух словах.

   Это самая точная и краткая характеристика человечества, я бы сказал. Кому нужны тома и книги историков? Дети умирают. Вся несправедливость мира скрывается в этих двух словах.

   — Стивен Эриксон · книга
9. «

   Ненавистью всем нам отвечает жизнь. В конце концов всегда уходим мы. Не сбежишь ты, не сбегу я - Листья опадают и в компост превращаются. Но, пока конец не наступил, будем честно жить. Искренне друг друга поддерживая, честно жить. Убивая, страдая, смеясь и борясь, Живи, живи, живи, живи...

   Ненавистью всем нам отвечает жизнь. В конце концов всегда уходим мы. Не сбежишь ты, не сбегу я - Листья опадают и в компост превращаются. Но, пока конец не наступил, будем честно жить. Искренне друг друга поддерживая, честно жить. Убивая, страдая, смеясь и борясь, Живи, живи, живи, живи...
10. «

    Обрушится с уставших плеч скала: меня отпустит прошлых жизней плен. Мне перестанут сниться зеркала, и призраки, и лабиринты стен...

    Обрушится с уставших плеч скала: меня отпустит прошлых жизней плен. Мне перестанут сниться зеркала, и призраки, и лабиринты стен...

    — Вера Полозкова
11. «

    Близость смерти во многом упрощала ситуацию ; больше не было места для вежливости.

    Близость смерти во многом упрощала ситуацию ; больше не было места для вежливости.

    — Джулиано да Эмполи · книга
12. «

    Смерть никогда не обманешь, хотя жизнь обмануть можно.

    Смерть никогда не обманешь, хотя жизнь обмануть можно.

    — Мария Корелли · книга
13. «

    Дышать, пить, есть, спать, трудится, мечтать — всё это значит умирать. Жить, наконец, — тоже значит умирать!

    Дышать, пить, есть, спать, трудится, мечтать — всё это значит умирать. Жить, наконец, — тоже значит умирать!

    — Ги де Мопассан · книга
14. «

    Жить несчастным сравнительно лучше, чем несчастным умереть.

    Жить несчастным сравнительно лучше, чем несчастным умереть.

    — Доктор Грегори Хаус · сериал
15. «

    Но гениальный всплеск похож на бред, В рожденьи смерть проглядывает косо. А мы все ставим каверзный ответ И не находим нужного вопроса.

    Но гениальный всплеск похож на бред, В рожденьи смерть проглядывает косо. А мы все ставим каверзный ответ И не находим нужного вопроса.

    — Владимир Семёнович Высоцкий
16. «

    Утром встал, задумался: «Вот солнце сияет, утро, мне Господь подарил ещё один день. Зачем он мне дан? Затем, чтобы я всю посуду перемыл и всё перестирал?» Допустим, ты сегодня вечером умрёшь. Что, будем продолжать стирать и на это тратить время? Да ничего, помрём спокойно, завтра без нас всё перестирают. Может быть, всё-таки душой займёмся? Самое главное из всей деятельности, что у нас есть – это наша душа. Вот об этом нам нужно помнить и думать в первую очередь. Если у нас самих нет ответа, что мне делать, как мне спасти свою душу, как мне подготовиться к жизни вечной, значит нам нужно потратить оставшиеся наши мозги и сердце, ещё трепыхающееся в нашей грудной клетке, на то, чтобы получить этот ответ – что я должен или должна сделать, чтобы спасти свою душу. А остальное потом, потом еда, потом поздравления, потом стирки, потом погода по телевизору, потом какое-нибудь кино, потом рождение племянника, потом нянчить внучков, это всё потом. А вот это должно быть в начале, потому что это душа, потому что наша телесная жизнь скоро будет в прошлом, а жизнь нашей души всегда будет в вечности. Давайте будем не только молиться о тех, кто ушёл от нас в мир иной, но и подумаем о себе, как о тех, которым тоже в тот иной мир через некоторое время придётся идти.

    Утром встал, задумался: «Вот солнце сияет, утро, мне Господь подарил ещё один день. Зачем он мне дан? Затем, чтобы я всю посуду перемыл и всё перестирал?» Допустим, ты сегодня вечером умрёшь. Что, будем продолжать стирать и на это тратить время? Да ничего, помрём спокойно, завтра без нас всё перестирают. Может быть, всё-таки душой займёмся? Самое главное из всей деятельности, что у нас есть – это наша душа. Вот об этом нам нужно помнить и думать в первую очередь. Если у нас самих нет ответа, что мне делать, как мне спасти свою душу, как мне подготовиться к жизни вечной, значит нам нужно потратить оставшиеся наши мозги и сердце, ещё трепыхающееся в нашей грудной клетке, на то, чтобы получить этот ответ – что я должен или должна сделать, чтобы спасти свою душу. А остальное потом, потом еда, потом поздравления, потом стирки, потом погода по телевизору, потом какое-нибудь кино, потом рождение племянника, потом нянчить внучков, это всё потом. А вот это должно быть в начале, потому что это душа, потому что наша телесная жизнь скоро будет в прошлом, а жизнь нашей души всегда будет в вечности. Давайте будем не только молиться о тех, кто ушёл от нас в мир иной, но и подумаем о себе, как о тех, которым тоже в тот иной мир через некоторое время придётся идти.

    — Протоиерей Димитрий Смирнов
17. «

    Оборотная сторона риска — смерть. Простая истина. Простая, но абсолютно умозрительная для большинства гражданских.

    Оборотная сторона риска — смерть. Простая истина. Простая, но абсолютно умозрительная для большинства гражданских.

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    Бытует мнение, что долгая жизнь избавляет от страха перед смертью. Но разве может наскучить жизнь — радость, смех, любовь, чудо молитвы?

    Бытует мнение, что долгая жизнь избавляет от страха перед смертью. Но разве может наскучить жизнь — радость, смех, любовь, чудо молитвы?

    — Кристи Голден · книга
19. «

    Пока живешь — можешь бороться. Умрешь — будешь лежать и гнить.

    Пока живешь — можешь бороться. Умрешь — будешь лежать и гнить.

    — Екатерина Казакова · книга
20. «

    Я впервые в жизни осознал, что глаза-это единственное в человеческом теле, по чему можно сразу же наверняка узнать-жив человек или нет.

    Я впервые в жизни осознал, что глаза-это единственное в человеческом теле, по чему можно сразу же наверняка узнать-жив человек или нет.

    — Карлос Кастанеда · книга