48 цитат про «Жизненные цитаты про смирение» — большая подборка

48 цитат про «Жизненные цитаты про смирение»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Хочешь спасаться – умей смиряться.

   Хочешь спасаться – умей смиряться.

   — Архимандрит Кирилл (Иван Дмитриевич Павлов)
2. «

   Промысел Божий нам непостижим, потому попущает тебе быть больным, конечно, или к наказанию, или к испытанию, а может быть, и предупреждению от каких-либо грехопадений и удержанию в границе смирения.

   Промысел Божий нам непостижим, потому попущает тебе быть больным, конечно, или к наказанию, или к испытанию, а может быть, и предупреждению от каких-либо грехопадений и удержанию в границе смирения.

   — Макарий Оптинский
3. «

   Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

   Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

   — Дж. М. Кутзее · книга
4. «

   Основа смирения и смиренномудрия – в самоуничижении ради Христа, в отказе от себя, от своей гордости и самопревозношения.

   Основа смирения и смиренномудрия – в самоуничижении ради Христа, в отказе от себя, от своей гордости и самопревозношения.

   — Архимандрит Кирилл (Иван Дмитриевич Павлов)
5. «

   Учтите, и кроткого человека можно довести до бешенства.

   Учтите, и кроткого человека можно довести до бешенства.

   — Юлий Капитоныч Карандышев · фильм
6. «

   На своем жизненном пути мы попадаем во многие неприятные ситуации, которые нельзя изменить. Пред нами стоит выбор. Мы можем или принять эти ситуации как неизбежные и приспособится к ним, или погубить свою жизнь, протестуя против неизбежного, и, возможно, довести себя до нервного срыва.

   На своем жизненном пути мы попадаем во многие неприятные ситуации, которые нельзя изменить. Пред нами стоит выбор. Мы можем или принять эти ситуации как неизбежные и приспособится к ним, или погубить свою жизнь, протестуя против неизбежного, и, возможно, довести себя до нервного срыва.

   — Дейл Карнеги · книга
7. «

   Ничто так не противно кающимся, как смущение от раздражительности, потому что покаяние требует великого смирения, а раздражительность есть знак великого возношения.

   Ничто так не противно кающимся, как смущение от раздражительности, потому что покаяние требует великого смирения, а раздражительность есть знак великого возношения.

   — Иоанн Лествичник
8. «

   Было в этом смирении что-то животное, недочеловеческое, но в то же время возвышенное, вызывающее необъяснимое почтение, потому что за смирением этим угадывалось сверхъестественное понимание какой-то очень глубокой, скрытой и вечной сущности происходящего, понимание извечной бесполезности, а значит, и недостойности противодействия.

   Было в этом смирении что-то животное, недочеловеческое, но в то же время возвышенное, вызывающее необъяснимое почтение, потому что за смирением этим угадывалось сверхъестественное понимание какой-то очень глубокой, скрытой и вечной сущности происходящего, понимание извечной бесполезности, а значит, и недостойности противодействия.

   — Борис Стругацкий · книга
9. «

   Ты можешь позволить себя запугать, а можешь дать сдачи. Ты можешь оседлать ветер... и парить, как орёл в поднебесье, а можешь, сдавшись на его милость, позволить ему унести тебя прочь.

   Ты можешь позволить себя запугать, а можешь дать сдачи. Ты можешь оседлать ветер... и парить, как орёл в поднебесье, а можешь, сдавшись на его милость, позволить ему унести тебя прочь.

   — Джоанн Харрис · книга
10. «

    — Любопытная это штука, чувство греховности, заметил Самюэл. — Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи. — Может быть, сознание нашей греховности помогает нам проникнуться большим смирением. И вселяет в нас страх перед гневом Господним. — Да, наверно. Я думаю, ощущение собственной ничтожности дано нам тоже не без доброго умысла, потому что едва ли найдешь человека, лишенного этого ощущения напрочь; но что касается смирения, то его ценность понять трудно, хотя, наверно, логично допустить, что муки, принимаемые со смирением, сладостны и прекрасны. Что есть страдание?... Не уверен, что его природу мы понимаем правильно.

    — Любопытная это штука, чувство греховности, заметил Самюэл. — Если бы человеку пришлось отказаться от всего, что у него есть, остаться нагим и босым, вытряхнуть и карманы, и душу, он, думаю, и тогда бы умудрился припрятать где-нибудь пяток мелких грешков ради собственного беспокойства. Уж если мы за что и цепляемся из последних сил, так это за наши грехи. — Может быть, сознание нашей греховности помогает нам проникнуться большим смирением. И вселяет в нас страх перед гневом Господним. — Да, наверно. Я думаю, ощущение собственной ничтожности дано нам тоже не без доброго умысла, потому что едва ли найдешь человека, лишенного этого ощущения напрочь; но что касается смирения, то его ценность понять трудно, хотя, наверно, логично допустить, что муки, принимаемые со смирением, сладостны и прекрасны. Что есть страдание?... Не уверен, что его природу мы понимаем правильно.

    — Джон Стейнбек · книга
11. «

    Чадо мое, будь молчаливым, смиренным, послушным до смерти. Будь готов принести себя в жертву в отсечении своей воли, хоть это и покажется тебе настоящим мученичеством. Это называется самоотвержением.

    Чадо мое, будь молчаливым, смиренным, послушным до смерти. Будь готов принести себя в жертву в отсечении своей воли, хоть это и покажется тебе настоящим мученичеством. Это называется самоотвержением.

    — Ефрем Филофейский
12. «

    Со всем можно смириться, если не дашь слабину.

    Со всем можно смириться, если не дашь слабину.

    — Лоуренс Блок · книга
13. «

    Познав на личном опыте спасительность смирения, старец стремился научить этому и своих духовных детей. На самый насущный вопрос каждого человека: «Как жить, чтобы спастись?» – старец давал такие шутливые ответы: «Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда дело наше будет верно, а иначе будет скверно», или «жить можно и в миру, только не на юру, а жить тихо». «Мы должны, – говорил еще старец, – жить на земле так, как колесо вертится – чуть только одной точкой касается земли, а остальными непременно стремится вверх; а мы как заляжем на землю, так и встать не можем». С первого взгляда простые и шутливые слова, но какой глубокий смысл содержится в них.

    Познав на личном опыте спасительность смирения, старец стремился научить этому и своих духовных детей. На самый насущный вопрос каждого человека: «Как жить, чтобы спастись?» – старец давал такие шутливые ответы: «Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда дело наше будет верно, а иначе будет скверно», или «жить можно и в миру, только не на юру, а жить тихо». «Мы должны, – говорил еще старец, – жить на земле так, как колесо вертится – чуть только одной точкой касается земли, а остальными непременно стремится вверх; а мы как заляжем на землю, так и встать не можем». С первого взгляда простые и шутливые слова, но какой глубокий смысл содержится в них.

    — Схиархимандрит Иоанн Маслов · книга
14. «

    Берегитесь шума, берегитесь показного делания, берегитесь всего того, что лишает вас смирения.

    Берегитесь шума, берегитесь показного делания, берегитесь всего того, что лишает вас смирения.

    — Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)
15. «

    — Ты находишь удовольствие в пороке, а потом ругаешь себя за него. — Ты находишь. Я с ним мирюсь. У меня нет твоего аппетита.

    — Ты находишь удовольствие в пороке, а потом ругаешь себя за него. — Ты находишь. Я с ним мирюсь. У меня нет твоего аппетита.

    — Ганнибал Лектер · сериал
16. «

    Жизнь — это лабиринт. Кто-то бродит по нему до самой смерти, в поисках выхода. Но есть лишь один путь, и ведет он дальше вглубь. Лишь достигнув центра, можно все понять. Смерть непостижима, но с ней можно смириться. Все, что мы делали забудется.

    Жизнь — это лабиринт. Кто-то бродит по нему до самой смерти, в поисках выхода. Но есть лишь один путь, и ведет он дальше вглубь. Лишь достигнув центра, можно все понять. Смерть непостижима, но с ней можно смириться. Все, что мы делали забудется.

    — Адам (Йонас) · сериал
17. «

    Что бы ни случилось, все происходит, независимо от того, беспокоюсь я об этом или нет.

    Что бы ни случилось, все происходит, независимо от того, беспокоюсь я об этом или нет.

    — Nuts and spices · книга
18. «

    Иногда самое длинное расстояние — это расстояние между отчаянием и смирением.

    Иногда самое длинное расстояние — это расстояние между отчаянием и смирением.

    — Кэролин Джесс-Кук · книга
19. «

    Гордость – это генеральный штаб всех страстей. Поражая гордость, ты поражаешь все страсти, и в сердце приходят смирение и любовь.

    Гордость – это генеральный штаб всех страстей. Поражая гордость, ты поражаешь все страсти, и в сердце приходят смирение и любовь.

    — Паисий Святогорец
20. «

    Железо калит огонь, человека — беда. В беду сразу становится видно, кто куда и на что годен. Беда приходит без спроса, сама распахивает ворота, и готов ли, не готов ли — принимай её или не пускай, борись.

    Железо калит огонь, человека — беда. В беду сразу становится видно, кто куда и на что годен. Беда приходит без спроса, сама распахивает ворота, и готов ли, не готов ли — принимай её или не пускай, борись.

    — Виктор Астафьев · книга