27 цитат «социология» на каждый день

27 цитат про «социология»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Люди не равны по своему интеллекту и силе воли, а, следовательно, ни равноправными, ни равными быть не могут, не есть и не будут. Никогда. Даже больше – навозных мух на планете куда больше, чем слонов. Так и людей с низким интеллектом, дурным или вовсе отсутствующим вкусом куда больше, чем их противоположностей, абсолютно все скупают хлам, но за дёшево. И черт с ними, если б только материальный, куда хуже — информационный. Массы не имеют должного вкуса, чтобы понять, что вообще стоит покупки, и должного интеллекта, чтобы распознать, что вообще чего-то стоит.

   Люди не равны по своему интеллекту и силе воли, а, следовательно, ни равноправными, ни равными быть не могут, не есть и не будут. Никогда. Даже больше – навозных мух на планете куда больше, чем слонов. Так и людей с низким интеллектом, дурным или вовсе отсутствующим вкусом куда больше, чем их противоположностей, абсолютно все скупают хлам, но за дёшево. И черт с ними, если б только материальный, куда хуже — информационный. Массы не имеют должного вкуса, чтобы понять, что вообще стоит покупки, и должного интеллекта, чтобы распознать, что вообще чего-то стоит.

   — Франц Вертфоллен · книга
2. «

   Ассимиляция является преступлением против человечества.

   Ассимиляция является преступлением против человечества.

   — Реджеп Тайип Эрдоган
3. «

   В основе государства лежит сила, не связанная ни с какими моральным нормами, поэтому государство нуждается в аппарате принуждения. Идеальный государь — это лисица и лев, он является и обожаемым народом и внушающим страх.

   В основе государства лежит сила, не связанная ни с какими моральным нормами, поэтому государство нуждается в аппарате принуждения. Идеальный государь — это лисица и лев, он является и обожаемым народом и внушающим страх.

   — Галина Валентиновна Гриненко · книга
4. «

   Человек — социальное существо, он живет в обществе, принадлежа к какому-то роду, племени, этносу, клану, классу и т.п. Каждое такое общество вырабатывает в своих членах ряд специфических качеств, необходимых для сохранения и нормальной жизнедеятельности этого общества.

   Человек — социальное существо, он живет в обществе, принадлежа к какому-то роду, племени, этносу, клану, классу и т.п. Каждое такое общество вырабатывает в своих членах ряд специфических качеств, необходимых для сохранения и нормальной жизнедеятельности этого общества.

   — Галина Валентиновна Гриненко · книга
5. «

   Наблюдать людей значит презирать их, т. е. лишать себя возможности понимать их; чтобы понимать их, надо жить с ними, презирая их образ жизни, а не их самих.

   Наблюдать людей значит презирать их, т. е. лишать себя возможности понимать их; чтобы понимать их, надо жить с ними, презирая их образ жизни, а не их самих.

   — Василий Осипович Ключевский
6. «

   Мы не должны забывать, что мы как нефтедобывающая страна и страна, которая имеет основные доходы от продажи нефти и газа, у нас есть ещё и так называемый ненефтегазовый дефицит. То есть это то, что получается страной не от продаж нефти и газа. И напомню, что в 2009 году он составлял, по-моему, в районе тринадцати процентов. Это очень много. В начале 2000-х он был где-то три, а потом, в результате экономического мирового кризиса, – хочу подчеркнуть, – мы вынуждены были тратить нефтедоллары для того, чтобы исполнить свои социальные обязательства перед людьми, выдержать планы строительства Вооружённых Сил, и тратили нефтедоллары.

   Мы не должны забывать, что мы как нефтедобывающая страна и страна, которая имеет основные доходы от продажи нефти и газа, у нас есть ещё и так называемый ненефтегазовый дефицит. То есть это то, что получается страной не от продаж нефти и газа. И напомню, что в 2009 году он составлял, по-моему, в районе тринадцати процентов. Это очень много. В начале 2000-х он был где-то три, а потом, в результате экономического мирового кризиса, – хочу подчеркнуть, – мы вынуждены были тратить нефтедоллары для того, чтобы исполнить свои социальные обязательства перед людьми, выдержать планы строительства Вооружённых Сил, и тратили нефтедоллары.

   — Владимир Владимирович Путин
7. «

   Нам всем нравится мир, где существа достаточно развиты для того, чтоб строгая социальная иерархия ощущалась, как равноправие. Мы все хотим мира, где ты искренне можешь уважать соседа своего, потому что сосед этого достоин. Он не претендует пустым говном на твое уважение, когда даже кола не заслуживает, а он способен на тепло, тепла не боится и открыт тебе, как ты открыт ему. Мы все хотим мира, населенного достойными существами. Только я в упор не могу увидеть, как деление по национальному признаку способно к такому привести. И если вы мне позволите, я считаю, что время, когда ты устанавливал законы лишь для своего королевства, осталось далеко в прошлом. Даже в тринадцатом веке это было уже не так. Сегодня, когда у нас есть трансатлантическая телефонная связь, самолеты, радио, кинематограф, ты должен устанавливать моральные законы для человечества в целом. Фюрер активно работает с Японией. Японцы тоже националисты. Они тоже убеждены, что высшая раса должна быть ростом не более метра шестидесяти, лунолика, узкоглаза и черна волосами, что уголь. Черные говорят: ты очень хорош для белого. Все – нацисты и расисты. Все – каждое человеческое существо, потому что каждый кулик будет орать, что его болото – единственно не болото. Если ты хочешь быть над этим всем, ты должен от них отличаться. Они должны мерить себя по тебе, они не будут этого делать, если ты такой же кулик, который так же истерично нахваливает свое болото.

   Нам всем нравится мир, где существа достаточно развиты для того, чтоб строгая социальная иерархия ощущалась, как равноправие. Мы все хотим мира, где ты искренне можешь уважать соседа своего, потому что сосед этого достоин. Он не претендует пустым говном на твое уважение, когда даже кола не заслуживает, а он способен на тепло, тепла не боится и открыт тебе, как ты открыт ему. Мы все хотим мира, населенного достойными существами. Только я в упор не могу увидеть, как деление по национальному признаку способно к такому привести. И если вы мне позволите, я считаю, что время, когда ты устанавливал законы лишь для своего королевства, осталось далеко в прошлом. Даже в тринадцатом веке это было уже не так. Сегодня, когда у нас есть трансатлантическая телефонная связь, самолеты, радио, кинематограф, ты должен устанавливать моральные законы для человечества в целом. Фюрер активно работает с Японией. Японцы тоже националисты. Они тоже убеждены, что высшая раса должна быть ростом не более метра шестидесяти, лунолика, узкоглаза и черна волосами, что уголь. Черные говорят: ты очень хорош для белого. Все – нацисты и расисты. Все – каждое человеческое существо, потому что каждый кулик будет орать, что его болото – единственно не болото. Если ты хочешь быть над этим всем, ты должен от них отличаться. Они должны мерить себя по тебе, они не будут этого делать, если ты такой же кулик, который так же истерично нахваливает свое болото.

   — Франц Вертфоллен · книга
8. «

   Социология — это наука с максимальным множеством методов и минимальными результатами.

   Социология — это наука с максимальным множеством методов и минимальными результатами.

   — Анри Пуанкаре
9. «

   Мне не очень интересно «обычное». Если вы хотите получить представление о темпераменте, моральных принципах и воспитанности своего друга, вы должны увидеть его в исключительных обстоятельствах, а не в розовом свете повседневности. Можете ли вы оценить опасность, которую представляет преступник, наблюдая его поведение в течение обычного дня? Можем ли мы понять, что такое здоровье, закрывая глаза на страшные болезни и эпидемии? Норма часто вообще не важна.

   Мне не очень интересно «обычное». Если вы хотите получить представление о темпераменте, моральных принципах и воспитанности своего друга, вы должны увидеть его в исключительных обстоятельствах, а не в розовом свете повседневности. Можете ли вы оценить опасность, которую представляет преступник, наблюдая его поведение в течение обычного дня? Можем ли мы понять, что такое здоровье, закрывая глаза на страшные болезни и эпидемии? Норма часто вообще не важна.

   — Нассим Николас Талеб · книга
10. «

    Реформаторы — идеалисты, движимые сугубо марксистской идеей доминирования экономических законов над социальнополитической и административной реальностями, создали условия для освобождения социальных групп, сформированных реальным социализмом, от пут каких-либо законов.

    Реформаторы — идеалисты, движимые сугубо марксистской идеей доминирования экономических законов над социальнополитической и административной реальностями, создали условия для освобождения социальных групп, сформированных реальным социализмом, от пут каких-либо законов.

    — Симон Кордонский
11. «

    В ХХ веке на метафоре театра была построена такая дисциплина, как социология.

    В ХХ веке на метафоре театра была построена такая дисциплина, как социология.

    — Александр Дугин · книга
12. «

    Быть сумасшедшим — это социальное понятие; для того чтобы распознать ментальные расстройства, мы пользуемся социальными мерками.

    Быть сумасшедшим — это социальное понятие; для того чтобы распознать ментальные расстройства, мы пользуемся социальными мерками.

    — Карл Густав Юнг · книга
13. «

    ...распад Советского Союза и, как следствие, то, что сегодня в Америке называют «победой в холодной войне», явилось результатом фатальной ошибки, приведшей к кризису идеологии. И началось всё вовсе не с приходом к власти Михаила Горбачева, объявившего перестройку и наступление эры «нового мышления». Началось это, как ни странно, с позиции самого основателя Советского государства — Владимира Ильича Ленина. Дело в том, что сама государственная модель, которую установили в Стране Советов большевики после Гражданской войны, не подразумевала целого ряда важнейших институтов, необходимых для полноценной жизни любого нормального общества. Политология и социология как науки толком не существовали; философия находилась в абсолютнейшем загоне — философов, пытавшихся широко мыслить, в лучшем случае увольняли с работы, в худшем же отправляли в места не столь отдалённые. Плюс к этому внутри советского общества в принципе отсутствовала полемика по самым насущным вопросам.

    ...распад Советского Союза и, как следствие, то, что сегодня в Америке называют «победой в холодной войне», явилось результатом фатальной ошибки, приведшей к кризису идеологии. И началось всё вовсе не с приходом к власти Михаила Горбачева, объявившего перестройку и наступление эры «нового мышления». Началось это, как ни странно, с позиции самого основателя Советского государства — Владимира Ильича Ленина. Дело в том, что сама государственная модель, которую установили в Стране Советов большевики после Гражданской войны, не подразумевала целого ряда важнейших институтов, необходимых для полноценной жизни любого нормального общества. Политология и социология как науки толком не существовали; философия находилась в абсолютнейшем загоне — философов, пытавшихся широко мыслить, в лучшем случае увольняли с работы, в худшем же отправляли в места не столь отдалённые. Плюс к этому внутри советского общества в принципе отсутствовала полемика по самым насущным вопросам.

    — Армен Гаспарян · книга
14. «

    В науке, когда в расчёт берётся человеческое поведение, вещи становятся нелинейными. Вот почему физика проста, а социология сложна.

    В науке, когда в расчёт берётся человеческое поведение, вещи становятся нелинейными. Вот почему физика проста, а социология сложна.

    — Нил Деграсс Тайсон
15. «

    Специальные предметы чаще всего представляют собой пересказы содержания переводных книг и статей, не имеющих референтов в нашей жизни.

    Специальные предметы чаще всего представляют собой пересказы содержания переводных книг и статей, не имеющих референтов в нашей жизни.

    — Симон Кордонский
16. «

    В случае необходимости монарх может и должен применять крайне жестокие меры, например переселить целые народы, разрушить старые города и построить новые, сделать богатых бедными, а бедных — богатыми. Все меры оправданы, когда речь идет о сохранении стабильности и порядка в государстве. Так, если есть хотя бы возможность бунта, то лучше заранее казнить несколько десятков ни в чем не повинных людей, которые могли бы возглавить его, чем допустить сам бунт, в котором наверняка погибнут тысячи.

    В случае необходимости монарх может и должен применять крайне жестокие меры, например переселить целые народы, разрушить старые города и построить новые, сделать богатых бедными, а бедных — богатыми. Все меры оправданы, когда речь идет о сохранении стабильности и порядка в государстве. Так, если есть хотя бы возможность бунта, то лучше заранее казнить несколько десятков ни в чем не повинных людей, которые могли бы возглавить его, чем допустить сам бунт, в котором наверняка погибнут тысячи.

    — Галина Валентиновна Гриненко · книга
17. «

    Изучать и анализировать общество — это побольше, чем читать ему мораль.

    Изучать и анализировать общество — это побольше, чем читать ему мораль.

    — Винсент Ван Гог
18. «

    Всё-таки, демократия — чуждое для украинцев явление. Людям невыносимо жить в условиях, когда ко дню выборов ещё не всё решено. Гораздо легче смириться с тем, что ты знаешь, что будет завтра. Мы сначала хотим изменений, потом снова привыкаем к стабильности. Так и ходим по кольцам этой спирали от выборов к выборам.

    Всё-таки, демократия — чуждое для украинцев явление. Людям невыносимо жить в условиях, когда ко дню выборов ещё не всё решено. Гораздо легче смириться с тем, что ты знаешь, что будет завтра. Мы сначала хотим изменений, потом снова привыкаем к стабильности. Так и ходим по кольцам этой спирали от выборов к выборам.

    — Эдуард Лобас · книга
19. «

    Прежде всего хотел бы уточнить, что в мои намерения входит не простое и механическое разоблачение опросов общественного мнения, но попытка строгого анализа их функционирования и назначения. Это предполагает, что под сомнение будут поставлены три постулата, имплицитно задействованные в опросах. Так, всякий опрос мнений предполагает, что все люди могут иметь мнение или, иначе говоря, что производство мнения доступно всем. Этот первый постулат я оспорю, рискуя задеть чьи-то наивно демократические чувства. Второй постулат предполагает, будто все мнения значимы. Я считаю возможным доказать, что это вовсе не так и что факт суммирования мнений, имеющих отнюдь не одну и ту же реальную силу, ведет к производству лишенных смысла артефактов. Третий постулат проявляется скрыто: тот простой факт, что всем задается один и тот же вопрос, предполагает гипотезу о существовании консенсуса в отношении проблематики, т. е. согласия, что вопросы заслуживают быть заданными.

    Прежде всего хотел бы уточнить, что в мои намерения входит не простое и механическое разоблачение опросов общественного мнения, но попытка строгого анализа их функционирования и назначения. Это предполагает, что под сомнение будут поставлены три постулата, имплицитно задействованные в опросах. Так, всякий опрос мнений предполагает, что все люди могут иметь мнение или, иначе говоря, что производство мнения доступно всем. Этот первый постулат я оспорю, рискуя задеть чьи-то наивно демократические чувства. Второй постулат предполагает, будто все мнения значимы. Я считаю возможным доказать, что это вовсе не так и что факт суммирования мнений, имеющих отнюдь не одну и ту же реальную силу, ведет к производству лишенных смысла артефактов. Третий постулат проявляется скрыто: тот простой факт, что всем задается один и тот же вопрос, предполагает гипотезу о существовании консенсуса в отношении проблематики, т. е. согласия, что вопросы заслуживают быть заданными.

    — Пьер Бурдье · книга
20. «

    Соцопрос в стране с запуганным населением — штука ненадежная. Люди говорят одно, а думают другое.

    Соцопрос в стране с запуганным населением — штука ненадежная. Люди говорят одно, а думают другое.

    — Борис Акунин