110 фраз, которые всё говорят о «сопротивление»

Тема «сопротивление» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 110 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Под красное знамя в единый союз, Всех объединяет Великая Русь. В несокрушимый надежный оплот, Где к коммунизму Ленин ведет нас!

   Под красное знамя в единый союз, Всех объединяет Великая Русь. В несокрушимый надежный оплот, Где к коммунизму Ленин ведет нас!
2. «

   We could fight a war for peace (Ooh woo, I'm a rebel just for kicks, now) Give in to that easy living Goodbye to my hopes and dreams Stop flipping for my enemies We could wave until the walls come down (Ooh woo, I'm a rebel just for kicks, now) It's time to give a little tip Kids in the middle, move over 'til it falls Don't bother me

   We could fight a war for peace (Ooh woo, I'm a rebel just for kicks, now) Give in to that easy living Goodbye to my hopes and dreams Stop flipping for my enemies We could wave until the walls come down (Ooh woo, I'm a rebel just for kicks, now) It's time to give a little tip Kids in the middle, move over 'til it falls Don't bother me
3. «

   Сопротивление начинается с одного, потом появляется несколько человек, потом много.

   Сопротивление начинается с одного, потом появляется несколько человек, потом много.
4. «

   Чем сильнее вы про­тивитесь чему-то, тем сильнее оно к вам липнет. Значит, надо «принять» своих демонов, поскольку наше сопротивление делает их сильнее.

   Чем сильнее вы про­тивитесь чему-то, тем сильнее оно к вам липнет. Значит, надо «принять» своих демонов, поскольку наше сопротивление делает их сильнее.

   — Энтони де Мелло
5. «

   Эта драка бессмысленна. Как и твоё сопротивление.

   Эта драка бессмысленна. Как и твоё сопротивление.

   — Чужак · игра
6. «

   …при определенном положении кто-то побежден, продолжает он сопротивляться или нет.

   …при определенном положении кто-то побежден, продолжает он сопротивляться или нет.

   — Уильям Фолкнер · книга
7. «

   Мы здесь на фабрике тайно организовали группу Сопротивления, пока еще совсем маленькую, трое мужчин и я. Один их них мне объяснил. Мы, говорит, как доброе семя в поле среди сорняков. Не будь этого доброго семени, все поле заросло бы сорняком, а доброе семя может дать всходы.

   Мы здесь на фабрике тайно организовали группу Сопротивления, пока еще совсем маленькую, трое мужчин и я. Один их них мне объяснил. Мы, говорит, как доброе семя в поле среди сорняков. Не будь этого доброго семени, все поле заросло бы сорняком, а доброе семя может дать всходы.

   — Ганс Фаллада · книга
8. «

   Это только в дурацких романах пишут, будто дух сломить нельзя. Я знал прекрасных людей, которых превращали в ревущую от боли скотину. Почти всякое сопротивление можно сломить, нужно только время и подходящие инструменты.

   Это только в дурацких романах пишут, будто дух сломить нельзя. Я знал прекрасных людей, которых превращали в ревущую от боли скотину. Почти всякое сопротивление можно сломить, нужно только время и подходящие инструменты.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Сопротивляться истории — это верный путь в могилу.

   Сопротивляться истории — это верный путь в могилу.

   — Никита Сергеевич Хрущев · фильм
10. «

    Аравийская пустыня. Огромный океан летучего песка и выжженные Солнцем камни. Под бесконечными дюнами — нефть, кровь нашего нового механического века. Более 400 лет этими землями правила Османская Империя, контролируя всё, что там есть. Но у империи есть свои враги: небольшие отряды повстанцев-бедуинов объединились, чтобы сбросить власть империи. Они нападают без предупреждения, а затем исчезают в пустыне. На их стороне сражается один британский офицер, чьи дела принесли ему широкую известность. Мир привык называть его Лоуренсом Аравийским.

    Аравийская пустыня. Огромный океан летучего песка и выжженные Солнцем камни. Под бесконечными дюнами — нефть, кровь нашего нового механического века. Более 400 лет этими землями правила Османская Империя, контролируя всё, что там есть. Но у империи есть свои враги: небольшие отряды повстанцев-бедуинов объединились, чтобы сбросить власть империи. Они нападают без предупреждения, а затем исчезают в пустыне. На их стороне сражается один британский офицер, чьи дела принесли ему широкую известность. Мир привык называть его Лоуренсом Аравийским.

    — Лоуренс Аравийский · игра
11. «

    Народы, павшие в сражении, поднимаются вновь, а те, что покорно сдаются, исчезают.

    Народы, павшие в сражении, поднимаются вновь, а те, что покорно сдаются, исчезают.

    — Уинстон Черчилль · фильм
12. «

    Трудности делают нас сильнее, испытания закаляют дух, но бывает так, что доза страданий превышает допустимую норму, и тогда иммунитет перестает справляться.

    Трудности делают нас сильнее, испытания закаляют дух, но бывает так, что доза страданий превышает допустимую норму, и тогда иммунитет перестает справляться.

    — Ника Остожева · книга
13. «

    O-oo I'm fighting for fun No, I don’t need neither money nor fame And inside of me, everything is burning fire.

    O-oo I'm fighting for fun No, I don’t need neither money nor fame And inside of me, everything is burning fire.
14. «

    Сдаваясь в плен, не сопротивляются.

    Сдаваясь в плен, не сопротивляются.

    — Кларк Кент / Супермен · фильм
15. «

    Видишь ли, Сара, чем бы человек ни занялся, любой подвиг – это не победа над драконом, это победа над глупой инертностью человеческих масс. В любой сфере. Всегда. Победа над шестью миллиардами идиотов. Это очень утомительно. Пока ты видишь это так. С другой стороны, что бы тебе ни захотелось реализовать, то есть какие бы мысли тебе бы ни захотелось осуществить, тебе нужно действие, которому всегда будет оказано сопротивление. Даже если ты хочешь вырезать из палки дудку, тебе нужно будет преодолеть сопротивление палки. Если человеческую глупость рассматривать в таком аспекте, она становится куда более выносима. Вот Хайке, я ее очень люблю, какие проблемы с Хайке пока ее фантастическая глупость не имеет влияния на мою жизнь? А теперь представим, что мой результат, результат дудочки и красоты мелодии, зависит от того, тупа ли Хайке, как пень или все-таки как водоросль, дело становится сложнее, потому что глупость – неискоренима. А теперь представим: чтоб дудочка играла, тебе нужно заставить пень перестать быть пнем хотя бы на минуту. Вот тут начинаются истинно человеконенавистнические мотивы. А ненависть я, сладкая моя, не люблю. Это хороший мотор, но в ней тяжело жить. И нужно быть богом в десять раз больше, чем Яхве, Аллах и Брахма вместе взятые, чтоб во время высоких ставок относиться к непобедимой человеческой глупости, как ко всего лишь еще одному проявлению закона о действии и противодействии. Ни Брахме, ни Аллаху, ни Яхве такое, судя по писаниям, не далось. Но мне и того мало.

    Видишь ли, Сара, чем бы человек ни занялся, любой подвиг – это не победа над драконом, это победа над глупой инертностью человеческих масс. В любой сфере. Всегда. Победа над шестью миллиардами идиотов. Это очень утомительно. Пока ты видишь это так. С другой стороны, что бы тебе ни захотелось реализовать, то есть какие бы мысли тебе бы ни захотелось осуществить, тебе нужно действие, которому всегда будет оказано сопротивление. Даже если ты хочешь вырезать из палки дудку, тебе нужно будет преодолеть сопротивление палки. Если человеческую глупость рассматривать в таком аспекте, она становится куда более выносима. Вот Хайке, я ее очень люблю, какие проблемы с Хайке пока ее фантастическая глупость не имеет влияния на мою жизнь? А теперь представим, что мой результат, результат дудочки и красоты мелодии, зависит от того, тупа ли Хайке, как пень или все-таки как водоросль, дело становится сложнее, потому что глупость – неискоренима. А теперь представим: чтоб дудочка играла, тебе нужно заставить пень перестать быть пнем хотя бы на минуту. Вот тут начинаются истинно человеконенавистнические мотивы. А ненависть я, сладкая моя, не люблю. Это хороший мотор, но в ней тяжело жить. И нужно быть богом в десять раз больше, чем Яхве, Аллах и Брахма вместе взятые, чтоб во время высоких ставок относиться к непобедимой человеческой глупости, как ко всего лишь еще одному проявлению закона о действии и противодействии. Ни Брахме, ни Аллаху, ни Яхве такое, судя по писаниям, не далось. Но мне и того мало.

    — Франц Вертфоллен · книга
16. «

    Я хорошо играл. Я очень хорошо играл.

    Я хорошо играл. Я очень хорошо играл.

    — Нил Пэрри · фильм
17. «

    Чем больше контроля и силы, тем больше сопротивления. Но это не касается людей. Чем больше их контролируешь и запугиваешь, тем больше им это нравится и тем больше они хотят, чтобы ими управляли. И чем больше вранья — тем усерднее они верят в навязанные иллюзии. И тем больше они хотят их слышать.

    Чем больше контроля и силы, тем больше сопротивления. Но это не касается людей. Чем больше их контролируешь и запугиваешь, тем больше им это нравится и тем больше они хотят, чтобы ими управляли. И чем больше вранья — тем усерднее они верят в навязанные иллюзии. И тем больше они хотят их слышать.

    — Харпер Маверик
18. «

    …Если занятия языком мы воспримем как духовный спорт, как решение кроссворда и отгадывание загадки, как пробу своих возможностей или их подтверждение, то сможем приступить к занятиям безо всякого внутреннего сопротивления.

    …Если занятия языком мы воспримем как духовный спорт, как решение кроссворда и отгадывание загадки, как пробу своих возможностей или их подтверждение, то сможем приступить к занятиям безо всякого внутреннего сопротивления.

    — Като Ломб · книга
19. «

    Когда тонешь, боль приходит из-за сопротивления.

    Когда тонешь, боль приходит из-за сопротивления.

    — Ребекка Куанг · книга
20. «

    — Я могла проявить смелость, могла отбиваться, я ненавижу себя за случившееся. — Ты не могла это остановить. — Я могла попытаться! — Смелость была нужна, чтобы не сражаться, в противном случае он бы тебя убил.

    — Я могла проявить смелость, могла отбиваться, я ненавижу себя за случившееся. — Ты не могла это остановить. — Я могла попытаться! — Смелость была нужна, чтобы не сражаться, в противном случае он бы тебя убил.

    — Брианна Фрейзер · сериал