596 цитат на тему «страдания» для поста

Тема «страдания» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 596 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Некоторые люди рождены чтобы страдать, поэтому Red Sox никогда не будут чемпионами.

   Некоторые люди рождены чтобы страдать, поэтому Red Sox никогда не будут чемпионами.

   — Джек Шепард · сериал
2. «

   Как меня тогда скрутило, не объяснить тому, кто сам такого не пережил. Наши страдания не поддаются обобщению. Каждый из нас — человек особенный и страдает как-то по-своему... в наслаждениях люди схожи, но в страдании своём каждый неповторим.

   Как меня тогда скрутило, не объяснить тому, кто сам такого не пережил. Наши страдания не поддаются обобщению. Каждый из нас — человек особенный и страдает как-то по-своему... в наслаждениях люди схожи, но в страдании своём каждый неповторим.

   — Харуки Мураками · книга
3. «

   Это не небеса. Ты на Земле. Она полна страданий.

   Это не небеса. Ты на Земле. Она полна страданий.

   — Начальник тюрьмы · фильм
4. «

   Цель всех страданий – чтобы проснуться…

   Цель всех страданий – чтобы проснуться…

   — Виталий Гиберт
5. «

   Когда мне плохо, я теряю способность видеть ситуацию со стороны и рассуждать здраво. Мне представляется, что никто больше такой боли не испытывал, никого не окружали такие сволочи и ни у кого не было таких мучений. Чужие страдания кажутся мелкими, даже если разумом я понимаю, что у меня просто заноза в пальце, а у другого всю руку снесло. Но это же МОЙ палец и МОЯ заноза!

   Когда мне плохо, я теряю способность видеть ситуацию со стороны и рассуждать здраво. Мне представляется, что никто больше такой боли не испытывал, никого не окружали такие сволочи и ни у кого не было таких мучений. Чужие страдания кажутся мелкими, даже если разумом я понимаю, что у меня просто заноза в пальце, а у другого всю руку снесло. Но это же МОЙ палец и МОЯ заноза!

   — Дмитрий Емец · книга
6. «

   Жизнь не щадит страдальцев, она карает их вдвойне.

   Жизнь не щадит страдальцев, она карает их вдвойне.

   — Лоран Гунель · книга
7. «

   — Нет, ты мне совсем не дорогая; милые такими не бывают… Сердце от тоски оберегая, зубы сжав, их молча забывают. — Забывают? Чьи это стихи? — Одного настоящего поэта. Зубы сжав, их молча забывают, понял?... Или ты будешь канючить, как в пошлых романсах: «Саша, ты помнишь наши встречи?»...

   — Нет, ты мне совсем не дорогая; милые такими не бывают… Сердце от тоски оберегая, зубы сжав, их молча забывают. — Забывают? Чьи это стихи? — Одного настоящего поэта. Зубы сжав, их молча забывают, понял?... Или ты будешь канючить, как в пошлых романсах: «Саша, ты помнишь наши встречи?»...

   — Павел Афанасьевич (отец Серёжи) · фильм
8. «

   Будучи еще очень юной, она находила непостижимым, что люди могут быть так эгоистично равнодушны к ее страданиям и в мире все продолжает идти своим путем, в то время как ее сердце разбито. В душе ее бушевала буря, а все вокруг выглядело таким спокойным, таким безмятежным, и это казалось ей странным.

   Будучи еще очень юной, она находила непостижимым, что люди могут быть так эгоистично равнодушны к ее страданиям и в мире все продолжает идти своим путем, в то время как ее сердце разбито. В душе ее бушевала буря, а все вокруг выглядело таким спокойным, таким безмятежным, и это казалось ей странным.

   — Маргарет Митчелл · книга
9. «

   — Все классики-гуманисты утверждали, что природа человека заключена в постоянном поиске счастья. — Но есть закон Гаутамы, — сказал Дракула, — открытый двадцать пять веков назад. Когда никаких классиков-гуманистов еще в проекте не было. Он гласит: «любое движение ума, занятого поиском счастья, является страданием или становится его причиной».

   — Все классики-гуманисты утверждали, что природа человека заключена в постоянном поиске счастья. — Но есть закон Гаутамы, — сказал Дракула, — открытый двадцать пять веков назад. Когда никаких классиков-гуманистов еще в проекте не было. Он гласит: «любое движение ума, занятого поиском счастья, является страданием или становится его причиной».

   — Виктор Пелевин · книга
10. «

    Раз я процитировал ему строчку откуда-то, насчет того, что человек растет благодаря страданию, а он сказал: «Если б я рос благодаря страданию, я уже был бы ростом с этот дом».

    Раз я процитировал ему строчку откуда-то, насчет того, что человек растет благодаря страданию, а он сказал: «Если б я рос благодаря страданию, я уже был бы ростом с этот дом».

    — Джек Керуак · книга
11. «

    Мне кажется, найти повод для радости значительнее сложнее, чем для печали. Люди слишком любят себя, многого хотят, поэтому страдают.

    Мне кажется, найти повод для радости значительнее сложнее, чем для печали. Люди слишком любят себя, многого хотят, поэтому страдают.

    — Вадим Витальевич Панкратов · фильм
12. «

    Бывает такое, что обратной стороной желания собственного счастья является желание страдания другому...

    Бывает такое, что обратной стороной желания собственного счастья является желание страдания другому...
13. «

    Есть такая легенда — о птице, что поет лишь один раз за всю свою жизнь, но зато прекраснее всех на свете. Однажды она покидает свое гнездо и летит искать куст терновника и не успокоится, пока не найдет. Среди колючих ветвей запевает она песню и бросается грудью на самый длинный, самый острый шип. И, возвышаясь над несказанной мукой, так поет, умирая, что этой ликующей песне позавидовали и жаворонок, и соловей. Единственная, несравненная песнь, и достается она ценою жизни. Но весь мир замирает, прислушиваясь, и сам Бог улыбается в небесах. Ибо все лучшее покупается лишь ценою великого страдания… По крайней мере, так говорит легенда.

    Есть такая легенда — о птице, что поет лишь один раз за всю свою жизнь, но зато прекраснее всех на свете. Однажды она покидает свое гнездо и летит искать куст терновника и не успокоится, пока не найдет. Среди колючих ветвей запевает она песню и бросается грудью на самый длинный, самый острый шип. И, возвышаясь над несказанной мукой, так поет, умирая, что этой ликующей песне позавидовали и жаворонок, и соловей. Единственная, несравненная песнь, и достается она ценою жизни. Но весь мир замирает, прислушиваясь, и сам Бог улыбается в небесах. Ибо все лучшее покупается лишь ценою великого страдания… По крайней мере, так говорит легенда.

    — Колин Маккалоу · книга
14. «

    Это новое страдание, говоря военным слогом, сделало во мне счастливую диверсию.

    Это новое страдание, говоря военным слогом, сделало во мне счастливую диверсию.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
15. «

    Возрастающая духовность преодолевает власть зла над человеческой душой, просветляет сознание. Но зло остается самым проблематическим в человеческом существовании. Страдание не тождественно злу, но страдание от зла происходит. Если бы не было страдания в мире, лежащем во зле, то, вероятно, не было бы обострения сознания и возрастания духовности. Неспособность к страданию иногда бывает самым большим злом. Достоевский говорит, что страдание есть единственная причина сознания.

    Возрастающая духовность преодолевает власть зла над человеческой душой, просветляет сознание. Но зло остается самым проблематическим в человеческом существовании. Страдание не тождественно злу, но страдание от зла происходит. Если бы не было страдания в мире, лежащем во зле, то, вероятно, не было бы обострения сознания и возрастания духовности. Неспособность к страданию иногда бывает самым большим злом. Достоевский говорит, что страдание есть единственная причина сознания.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
16. «

    — Ладно, слушай, у меня созрел вопрос. Например, у тебя есть душа, и твоего брата похители пришельцы... — Ты делаешь все, чтобы его вернуть! — Да, все верно, но если ты не нашел ни одной зацепки и на данный момент ничего не можешь сделать, тебе надо сидеть в полумраке и страдать?! — Да! — Что?! — Да, ты сидишь в полумраке и переживаешь. — Само собой. Но нельзя ли по ходу перепихнуться с хиппующей кралей? — Нет! — Так в полумраке же?! — Нет нельзя. Потому что страдания — не лампочка, на ночь их не отключить. — А почему? — Если бы у тебя была душа, она бы тебе не позволила. — Так получается, иметь душу — это значит страдать? — Да, именно так. — Как те миллионы раз, когда ты хотел позвонить Лизе? По-твоему, страдания — это хорошо? — Так уж устроен человек.

    — Ладно, слушай, у меня созрел вопрос. Например, у тебя есть душа, и твоего брата похители пришельцы... — Ты делаешь все, чтобы его вернуть! — Да, все верно, но если ты не нашел ни одной зацепки и на данный момент ничего не можешь сделать, тебе надо сидеть в полумраке и страдать?! — Да! — Что?! — Да, ты сидишь в полумраке и переживаешь. — Само собой. Но нельзя ли по ходу перепихнуться с хиппующей кралей? — Нет! — Так в полумраке же?! — Нет нельзя. Потому что страдания — не лампочка, на ночь их не отключить. — А почему? — Если бы у тебя была душа, она бы тебе не позволила. — Так получается, иметь душу — это значит страдать? — Да, именно так. — Как те миллионы раз, когда ты хотел позвонить Лизе? По-твоему, страдания — это хорошо? — Так уж устроен человек.

    — Дин Винчестер · сериал
17. «

    Страдание — категория не объемная. Существует в чём угодно, но только не в пространственных измерениях. Во времени, в воздухе, во взгляде, во сне, больше всего во сне — только не в количестве страниц и не в сантиметрах.

    Страдание — категория не объемная. Существует в чём угодно, но только не в пространственных измерениях. Во времени, в воздухе, во взгляде, во сне, больше всего во сне — только не в количестве страниц и не в сантиметрах.

    — Андрей Геласимов · книга
18. «

    Найди то, что сможет тебя разрушить и почувствуй, что такое настоящая боль.

    Найди то, что сможет тебя разрушить и почувствуй, что такое настоящая боль.

    — В двух шагах от неба · фильм
19. «

    Самая болезненная в мире вещь — когда тебе наносит удар любимый человек.

    Самая болезненная в мире вещь — когда тебе наносит удар любимый человек.
20. «

    Я выскочила во двор, пытаясь убежать от своих страданий, но невозможно убежать от того, что внутри нас.

    Я выскочила во двор, пытаясь убежать от своих страданий, но невозможно убежать от того, что внутри нас.

    — Артур Голден · книга