85 лучших цитат на тему «Красивые цитаты про свет»

Тема «Красивые цитаты про свет» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 85 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мне так хочется гладить пересвет летней жизни в ее волосах.

   Мне так хочется гладить пересвет летней жизни в ее волосах.

   — Аль Квотион · книга
2. «

   В мире была не только боль и ненависть. От нас зависело, в чём мы ищем подпитку. Шепфамалум научил Маля находить силу в тьме. Я же пошла другим путём.

   В мире была не только боль и ненависть. От нас зависело, в чём мы ищем подпитку. Шепфамалум научил Маля находить силу в тьме. Я же пошла другим путём.

   — Вики Уокер · игра
3. «

   Иногда, чтобы найти свет, нужно соприкоснуться с тьмой.

   Иногда, чтобы найти свет, нужно соприкоснуться с тьмой.
4. «

   ... Знаю, стала ты светом, но не ведаю, где ты, и не знаю, где свет.

   ... Знаю, стала ты светом, но не ведаю, где ты, и не знаю, где свет.

   — Хуан Рамон Хименес
5. «

   Темные тучи превращаются в небесные цветы, когда их поцелует свет.

   Темные тучи превращаются в небесные цветы, когда их поцелует свет.

   — Рабиндранат Тагор
6. «

   То разгорается, то гаснет фонарик, то горе, то радость освещает его колеблющийся свет.

   То разгорается, то гаснет фонарик, то горе, то радость освещает его колеблющийся свет.

   — Вениамин Каверин · книга
7. «

   Бывают люди, излучающие свет. Как будто льётся он сквозь них, из сердца рвётся, А в их распахнутых глазах сияет солнце! И кажется, что зла на свете нет.

   Бывают люди, излучающие свет. Как будто льётся он сквозь них, из сердца рвётся, А в их распахнутых глазах сияет солнце! И кажется, что зла на свете нет.
8. «

   Ты можешь быть лишним, ты можешь стать первым, ты можешь сорвать с теплой кожи запрет, вживить провода, оголить вместо нервов, сгореть за секунду, включив в мире свет.

   Ты можешь быть лишним, ты можешь стать первым, ты можешь сорвать с теплой кожи запрет, вживить провода, оголить вместо нервов, сгореть за секунду, включив в мире свет.

   — Аль Квотион · книга
9. «

   Заживо сдавшийся смерти, Понял я только вчера: Все исцеляет на свете Сила любви и добра. Пусть темнота, как в колодце, Пусть обрывается след - Делай добро, и прольется В душу спасительный свет.

   Заживо сдавшийся смерти, Понял я только вчера: Все исцеляет на свете Сила любви и добра. Пусть темнота, как в колодце, Пусть обрывается след - Делай добро, и прольется В душу спасительный свет.

   — Хосе Марти
10. «

    На востоке между влюблёнными только свет.

    На востоке между влюблёнными только свет.

    — Сибилла Иерусалимская · фильм
11. «

    В людях так мало света, что нам приходится чаще обращаться к небу. Там, особенно по весне, облака собираются в незатейливые картинки или самые важные слова — «счастье есть». В конце концов, каждый видит то, что хочет видеть. Если один в весеннем небе умудряется разглядеть серые тучи, то уж другой-то непременно увидит море, корабли, далёкие.

    В людях так мало света, что нам приходится чаще обращаться к небу. Там, особенно по весне, облака собираются в незатейливые картинки или самые важные слова — «счастье есть». В конце концов, каждый видит то, что хочет видеть. Если один в весеннем небе умудряется разглядеть серые тучи, то уж другой-то непременно увидит море, корабли, далёкие.

    — Эльчин Сафарли · книга
12. «

    Мир состоит из звезд и из людей. Там, в высоте, Спокон веков, таинственно далеких, Там, в высоте, В садах небес, роскошных и глубоких, Там в высоте, Вкруг солнц, бесчисленных и сходных С огнистым улеем, там, в высоте, В сверкании пространств холодных, Вращаются, впивая дивный свет, Рои трагических планет.

    Мир состоит из звезд и из людей. Там, в высоте, Спокон веков, таинственно далеких, Там, в высоте, В садах небес, роскошных и глубоких, Там в высоте, Вкруг солнц, бесчисленных и сходных С огнистым улеем, там, в высоте, В сверкании пространств холодных, Вращаются, впивая дивный свет, Рои трагических планет.

    — Эмиль Верхарн
13. «

    Когда утром я смотрю из окна на реку, она похожа на дождь из золотой бумаги, который колышется, сверкая на солнце. Великолепие Света. И мне кажется, что именно это древние люди называли надеждой.

    Когда утром я смотрю из окна на реку, она похожа на дождь из золотой бумаги, который колышется, сверкая на солнце. Великолепие Света. И мне кажется, что именно это древние люди называли надеждой.

    — Банана Ёсимото · книга
14. «

    В холоде зимнего вечера горящие окна согревают душу особенно уютной теплотой.

    В холоде зимнего вечера горящие окна согревают душу особенно уютной теплотой.

    — Харуки Мураками · книга
15. «

    Свет, избавь меня от тени, которая ходит за мной по пятам даже в самые яркие дни.

    Свет, избавь меня от тени, которая ходит за мной по пятам даже в самые яркие дни.

    — Гарольд Блэк · игра
16. «

    — Волшебство! Кто это сделал? — воскликнул хозяин сундука. В тот миг я понял строчку из христианской книги, которая лежала на тумбочке в моей келье: «Да воссияет свет ваш пред людьми». Я узнал, в чём мой свет, когда воткнул первую же иголку в джинна. Мне повезло, но не всем так везёт — большинству, чтобы обнаружить свой свет, приходится потрудиться.

    — Волшебство! Кто это сделал? — воскликнул хозяин сундука. В тот миг я понял строчку из христианской книги, которая лежала на тумбочке в моей келье: «Да воссияет свет ваш пред людьми». Я узнал, в чём мой свет, когда воткнул первую же иголку в джинна. Мне повезло, но не всем так везёт — большинству, чтобы обнаружить свой свет, приходится потрудиться.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    Свет, я вижу свет! Как-будто снял хирург повязку с глаз, Невидивших его так долго...

    Свет, я вижу свет! Как-будто снял хирург повязку с глаз, Невидивших его так долго...
18. «

    Люби меня. Я тьма кромешная. Слепая, путаная, грешная. Но ведь кому, как не тебе, Любить меня? Судьба к судьбе. Гляди, как в темном небе звезды Вдруг проступают. Так же просто Люби меня, люби меня, Как любит ночь сиянье дня. Тебе и выбора-то нет: Ведь я лишь тьма, а ты лишь свет.

    Люби меня. Я тьма кромешная. Слепая, путаная, грешная. Но ведь кому, как не тебе, Любить меня? Судьба к судьбе. Гляди, как в темном небе звезды Вдруг проступают. Так же просто Люби меня, люби меня, Как любит ночь сиянье дня. Тебе и выбора-то нет: Ведь я лишь тьма, а ты лишь свет.

    — Мария Сергеевна Петровых
19. «

    — В тот момент я впервые в жизни понял, что такое истинная красота. Когда внутреннее и внешнее сливаются в совершенстве, но сливаются так, что совершенное существо не замечает своего совершенства. Оно выше его. Я подошел к березе и коснулся ее щекой. Потом скулой и ухом. Ствол был прохладным, но где-то в глубине ощущалось тугое, теплое биение. Это от корней шел сок, но я воспринимал его как удары сердца… И со мной вдруг случилось то, чего никогда не было прежде. Я заплакал от счастья, от переполнявших меня чувств... ... Меня вдруг захлестнуло, затопило. Я ощутил себя в центре ищущей, внимательной, бесконечно доброй Вселенной. Словно я стоял в кромешной темноте, а сверху вдруг упал луч солнца. И тогда я впервые абсолютно ясно ощутил присутствие Того, кто стоит над Эдемом, над Прозрачными Сферами. Он был велик, прекрасен, бесконечно добр. Не слащаво добр. Не навязчиво. Не сентиментально. Это было не то сюсюкающее, раздражающее, сопливое добро, которое на самом деле не добро вовсе, а пародия мрака, который старается изгадить все то, чего не может уничтожить. Он вбирал в себя все и одновременно был всем. Он видел каждого и всякого понимал. Не было никого, кого бы он ненавидел. Да и сама ненависть казалась смешным чувством рядом с его захлестывающим светом… Несколько секунд спустя свет осторожно удалился, но частица его осталась во мне и зажгла фитиль свечи, которая горит до сих пор.

    — В тот момент я впервые в жизни понял, что такое истинная красота. Когда внутреннее и внешнее сливаются в совершенстве, но сливаются так, что совершенное существо не замечает своего совершенства. Оно выше его. Я подошел к березе и коснулся ее щекой. Потом скулой и ухом. Ствол был прохладным, но где-то в глубине ощущалось тугое, теплое биение. Это от корней шел сок, но я воспринимал его как удары сердца… И со мной вдруг случилось то, чего никогда не было прежде. Я заплакал от счастья, от переполнявших меня чувств... ... Меня вдруг захлестнуло, затопило. Я ощутил себя в центре ищущей, внимательной, бесконечно доброй Вселенной. Словно я стоял в кромешной темноте, а сверху вдруг упал луч солнца. И тогда я впервые абсолютно ясно ощутил присутствие Того, кто стоит над Эдемом, над Прозрачными Сферами. Он был велик, прекрасен, бесконечно добр. Не слащаво добр. Не навязчиво. Не сентиментально. Это было не то сюсюкающее, раздражающее, сопливое добро, которое на самом деле не добро вовсе, а пародия мрака, который старается изгадить все то, чего не может уничтожить. Он вбирал в себя все и одновременно был всем. Он видел каждого и всякого понимал. Не было никого, кого бы он ненавидел. Да и сама ненависть казалась смешным чувством рядом с его захлестывающим светом… Несколько секунд спустя свет осторожно удалился, но частица его осталась во мне и зажгла фитиль свечи, которая горит до сих пор.

    — Дмитрий Емец · книга
20. «

    Рассеянный свет далекого уличного фонаря, проникавший сквозь ветровое стекло, едва обрисовывал ее тонкие черты, – одинокий луч в темном провале между двумя грязными многоквартирными домами.

    Рассеянный свет далекого уличного фонаря, проникавший сквозь ветровое стекло, едва обрисовывал ее тонкие черты, – одинокий луч в темном провале между двумя грязными многоквартирными домами.

    — Стэл Павлоу · книга