76 афоризмов на тему «Жизненные цитаты на тему «свобода»»

Тема «Жизненные цитаты на тему «свобода»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 76 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Свобода стоит недёшево. Так было всегда.

   Свобода стоит недёшево. Так было всегда.

   — Стив Роджерс / Капитан Америка · фильм
2. «

   Лишь разойдясь, легко и тихо, Я понимаю, что опять дышу, А ты кричал, довольно лихо: «Я не могу и не дышу!»

   Лишь разойдясь, легко и тихо, Я понимаю, что опять дышу, А ты кричал, довольно лихо: «Я не могу и не дышу!»
3. «

   Настоящая свобода — это свобода от собственных предрассудков.

   Настоящая свобода — это свобода от собственных предрассудков.
4. «

   Мир простирался перед нами не как чистый лист, полный возможностей, а как лабиринт протоптанных троп, вроде изъеденной термитами древесины. Шагни в сторону из прямой и узкой колеи материализма и карьеры, и сразу оказываешься в другой — в колее для людей, выступивших из основной колеи. А уж эта колея была так проезжена... ( в том числе и нашими собственными родителями). Хочешь мотаться по миру? Быть новым Керуаком? О'кей, скачи прямо в колею «Даешь Европу». Хочешь стать бунтарем? Художником-авангардистом? Иди к букинисту и покупай себе альтернативную стезю, всю в пыли, изъеденную молью, рассыпавшуюся в прах. На каком бы поприще мы себя ни воображали, все оборачивалось каким-нибудь клише под нашими ногами, как рекламный буклет с джипом на первой полосе или расхожая реприза хохмача-юмориста. Все архетипы, казалось нам, к тому времени, когда нам придется получать дипломы, станут сплошной банальщиной, включая и тот, который мы как раз в те дни примеряли, — затертого интеллектуала в черном. Заваленные идеями и стилями прошлого, мы нигде не ощущали открытого пространства. Ну да, конечно, это классический симптом подросткового нарциссизма — полагать, что конец истории выпадает как раз на время твоего прибытия на эту землю. И почти каждая семнадцатилетняя девчонка, всем озабоченная и читающая Камю, рано или поздно свою колею все-таки находит. Тем не менее какая-то часть этой моей школьной глобоклаустрофобии так меня и не покинула и даже, кажется, становится еще острее по мере того, как ползет время. И мучает меня не отсутствие буквального пространства, а, скорее, глубокая тоска по пространству метафорическому: освобождение, побег, хоть какая-нибудь свобода, не ведущая в тупик...

   Мир простирался перед нами не как чистый лист, полный возможностей, а как лабиринт протоптанных троп, вроде изъеденной термитами древесины. Шагни в сторону из прямой и узкой колеи материализма и карьеры, и сразу оказываешься в другой — в колее для людей, выступивших из основной колеи. А уж эта колея была так проезжена... ( в том числе и нашими собственными родителями). Хочешь мотаться по миру? Быть новым Керуаком? О'кей, скачи прямо в колею «Даешь Европу». Хочешь стать бунтарем? Художником-авангардистом? Иди к букинисту и покупай себе альтернативную стезю, всю в пыли, изъеденную молью, рассыпавшуюся в прах. На каком бы поприще мы себя ни воображали, все оборачивалось каким-нибудь клише под нашими ногами, как рекламный буклет с джипом на первой полосе или расхожая реприза хохмача-юмориста. Все архетипы, казалось нам, к тому времени, когда нам придется получать дипломы, станут сплошной банальщиной, включая и тот, который мы как раз в те дни примеряли, — затертого интеллектуала в черном. Заваленные идеями и стилями прошлого, мы нигде не ощущали открытого пространства. Ну да, конечно, это классический симптом подросткового нарциссизма — полагать, что конец истории выпадает как раз на время твоего прибытия на эту землю. И почти каждая семнадцатилетняя девчонка, всем озабоченная и читающая Камю, рано или поздно свою колею все-таки находит. Тем не менее какая-то часть этой моей школьной глобоклаустрофобии так меня и не покинула и даже, кажется, становится еще острее по мере того, как ползет время. И мучает меня не отсутствие буквального пространства, а, скорее, глубокая тоска по пространству метафорическому: освобождение, побег, хоть какая-нибудь свобода, не ведущая в тупик...

   — Наоми Кляйн · книга
5. «

   Есть дырки в душе, которые ничем не заделать. Есть узлы в нашей семейной истории, которые не развязать. Есть предел наших возможностей. Не потому, что мы плохие или безвольные. Просто потому, что весь наш род, вся наша семья во многих поколениях живет внутри нас, в наших генах, в нашей памяти, в Бессознательном. И как ты ни старайся, ты всё равно будешь частью своего родового древа. И оно обязательно втюхает тебе от корней к ветвям по множеству веночек и прожилочек пару-тройку десятков стереотипов, с которыми ты всю жизнь будешь сталкиваться. И бывают моменты, когда твоя свобода заключается вовсе не в том, чтобы изобрести нечто новое, срубить дерево и порубить его на дрова, а скорее в том, как приспособиться к старому, как извлечь из него пользу, как принять его и модернизировать. Как уговорить птиц петь в ветвях этого дерева.

   Есть дырки в душе, которые ничем не заделать. Есть узлы в нашей семейной истории, которые не развязать. Есть предел наших возможностей. Не потому, что мы плохие или безвольные. Просто потому, что весь наш род, вся наша семья во многих поколениях живет внутри нас, в наших генах, в нашей памяти, в Бессознательном. И как ты ни старайся, ты всё равно будешь частью своего родового древа. И оно обязательно втюхает тебе от корней к ветвям по множеству веночек и прожилочек пару-тройку десятков стереотипов, с которыми ты всю жизнь будешь сталкиваться. И бывают моменты, когда твоя свобода заключается вовсе не в том, чтобы изобрести нечто новое, срубить дерево и порубить его на дрова, а скорее в том, как приспособиться к старому, как извлечь из него пользу, как принять его и модернизировать. Как уговорить птиц петь в ветвях этого дерева.
6. «

   Отчего многие умники так любят лишать себя свободы, добровольно подчиняясь силе, которую почитают за высшую?

   Отчего многие умники так любят лишать себя свободы, добровольно подчиняясь силе, которую почитают за высшую?

   — Борис Акунин · книга
7. «

   Я согласен бегать в табуне, Но не под седлом и без узды!

   Я согласен бегать в табуне, Но не под седлом и без узды!
8. «

   Связи правят миром и вьют из нас верёвки. На которых мы вешаемся сами и потихоньку вешаем своих близких. Кратковременные связи впечатляют, но все предпочитают покрепче. Свяжешь себе поводок и гуляешь на нём, вроде как привязана к кому-то. С одной стороны — ограничиваешь себе свободу, но с другой — успокаивает.

   Связи правят миром и вьют из нас верёвки. На которых мы вешаемся сами и потихоньку вешаем своих близких. Кратковременные связи впечатляют, но все предпочитают покрепче. Свяжешь себе поводок и гуляешь на нём, вроде как привязана к кому-то. С одной стороны — ограничиваешь себе свободу, но с другой — успокаивает.

   — Ринат Валиуллин · книга
9. «

   Когда всё дозволено, это так же плохо, как когда не дозволено ничего.

   Когда всё дозволено, это так же плохо, как когда не дозволено ничего.

   — Жозе Сарамаго · книга
10. «

    Свобода только тогда чудесная вещь, когда не приходит вместе с одиночеством.

    Свобода только тогда чудесная вещь, когда не приходит вместе с одиночеством.

    — Бертран Рассел
11. «

    Чем меньше нужно человеку — тем более он счастлив, чем больше желаний — тем меньше свободы.

    Чем меньше нужно человеку — тем более он счастлив, чем больше желаний — тем меньше свободы.

    — Максим Горький · книга
12. «

    А доводы вашего сына... Детский эгоизм. Вера в то, что мама — сама, без него — со всем справится, и у него — у него! — все снова будет хорошо. Не будет болеть сердце за вас. Вы обманываете себя, думая, что рветесь к свободе, которой у вас нет. Подлинная свобода — это свобода духа.

    А доводы вашего сына... Детский эгоизм. Вера в то, что мама — сама, без него — со всем справится, и у него — у него! — все снова будет хорошо. Не будет болеть сердце за вас. Вы обманываете себя, думая, что рветесь к свободе, которой у вас нет. Подлинная свобода — это свобода духа.

    — Елена Котова · книга
13. «

    Единственная свобода, которая может быть у каждого — свобода выбора.

    Единственная свобода, которая может быть у каждого — свобода выбора.

    — Габриель Тош · игра
14. «

    Человек в действительности свободен, но он этого не сознает.

    Человек в действительности свободен, но он этого не сознает.

    — Бардо Тхёдол. Тибетская книга мертвых · книга
15. «

    — Кажется, больше ничего нет к чаю. Я бедно живу, видите ли. — Это грустно, что бедно... — Да нет! Жить надо бедно. Впрочем, Вам трудно понять… не будем об этом. — Почему же трудно… мне не трудно понять, я… — Одеты Вы очень модно — пардон, что воспользовался паузой! — А надо как? — А надо — никак. Чтобы не быть иллюстрацией места и времени… это привязывает и лишает свободы. — Я не понимаю... — Я предупреждал, что Вам будет трудно понять. Вы молоды — немножко слишком. Это пройдет. — К счастью...

    — Кажется, больше ничего нет к чаю. Я бедно живу, видите ли. — Это грустно, что бедно... — Да нет! Жить надо бедно. Впрочем, Вам трудно понять… не будем об этом. — Почему же трудно… мне не трудно понять, я… — Одеты Вы очень модно — пардон, что воспользовался паузой! — А надо как? — А надо — никак. Чтобы не быть иллюстрацией места и времени… это привязывает и лишает свободы. — Я не понимаю... — Я предупреждал, что Вам будет трудно понять. Вы молоды — немножко слишком. Это пройдет. — К счастью...

    — Евгений Клюев · книга
16. «

    И пока не будет в стране независимого общественного мнения — нет никакой гарантии, что всё многомиллионное беспричинное уничтожение не повторится вновь, что оно не начнётся любой ночью, каждой ночью — вот этой самой ночью, первой за сегодняшним днём.

    И пока не будет в стране независимого общественного мнения — нет никакой гарантии, что всё многомиллионное беспричинное уничтожение не повторится вновь, что оно не начнётся любой ночью, каждой ночью — вот этой самой ночью, первой за сегодняшним днём.

    — Александр Солженицын · книга
17. «

    …любовь, страсть выпадает женщине больше, чем раз в жизни, и нельзя лишать ее права ни на эту любовь, ни на свободу от оков брака, если муж опостылел.

    …любовь, страсть выпадает женщине больше, чем раз в жизни, и нельзя лишать ее права ни на эту любовь, ни на свободу от оков брака, если муж опостылел.

    — Елена Котова · книга
18. «

    Вот это и есть свобода — чувствовать то, чего желает сердце, не заботясь о чужом мнении.

    Вот это и есть свобода — чувствовать то, чего желает сердце, не заботясь о чужом мнении.

    — Пауло Коэльо · книга
19. «

    Я не хотел бы быть рабом, и не хотел бы быть рабовладельцем. Это выражает мое понимание демократии.

    Я не хотел бы быть рабом, и не хотел бы быть рабовладельцем. Это выражает мое понимание демократии.

    — Авраам Линкольн
20. «

    Неужели быть свободным — значит не беспокоиться ни о ком, кроме себя?

    Неужели быть свободным — значит не беспокоиться ни о ком, кроме себя?