17 цитат про «свобода выбора»

Собрали 17 цитат на тему «свобода выбора» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Всякая мысль похожа на семя. И воистину так – что посеешь, то и пожнёшь. А твоя жизнь – это поле, на котором ты работаешь каждый день, а ночью о нём же видишь сны. На том поле нет ничего не твоего, ничего, чего бы ты не хотел, хоть и неосознанно, точно во сне, в глубине себя, или чему не позволял бы быть. Там всё – твоё, так или иначе, вольно или поневоле. Потому что ты – это твои мысли.

   Всякая мысль похожа на семя. И воистину так – что посеешь, то и пожнёшь. А твоя жизнь – это поле, на котором ты работаешь каждый день, а ночью о нём же видишь сны. На том поле нет ничего не твоего, ничего, чего бы ты не хотел, хоть и неосознанно, точно во сне, в глубине себя, или чему не позволял бы быть. Там всё – твоё, так или иначе, вольно или поневоле. Потому что ты – это твои мысли.

   — Генрих и Ксения Корн · книга
2. «

   Я считаю, что моя жизнь удалась. Но не из-за бизнеса. Не из-за материальных благ. А из-за воли — воли, которая позволила мне двигаться вперед. Продолжать расти. Никогда не соглашаться на ту судьбу, которую мне пророчили другие. Моя судьба в моих руках, и я способна на все!

   Я считаю, что моя жизнь удалась. Но не из-за бизнеса. Не из-за материальных благ. А из-за воли — воли, которая позволила мне двигаться вперед. Продолжать расти. Никогда не соглашаться на ту судьбу, которую мне пророчили другие. Моя судьба в моих руках, и я способна на все!

   — Джек Кэнфилд · книга
3. «

   Жизнь — это как падение с крыши. Можешь остановиться? Нет. Можешь вернуться назад? Нет. Можешь полететь в сторону? Только в рекламе трусов для прыжка с крыши. Свобода воли заключается только в том, что ты можешь выбрать — пернуть в полете или дотерпеть до земли. Вот по этому поводу все философы и спорят.

   Жизнь — это как падение с крыши. Можешь остановиться? Нет. Можешь вернуться назад? Нет. Можешь полететь в сторону? Только в рекламе трусов для прыжка с крыши. Свобода воли заключается только в том, что ты можешь выбрать — пернуть в полете или дотерпеть до земли. Вот по этому поводу все философы и спорят.

   — Виктор Пелевин · книга
4. «

   А если у человека дом – хлам, одежда – хлам и мысли – хлам, то это не потому, что у него не хватает средств, он живет под диктатурой в самой коррумпированной стране и вообще Сталин, а потому что у него просто не хватает фантазии для того, чтобы жить по-другому.

   А если у человека дом – хлам, одежда – хлам и мысли – хлам, то это не потому, что у него не хватает средств, он живет под диктатурой в самой коррумпированной стране и вообще Сталин, а потому что у него просто не хватает фантазии для того, чтобы жить по-другому.

   — Франц Вертфоллен · книга
5. «

   — Париж для меня — это жить на улицах и пытаться перенести это на бумагу. Понимаешь? — Я всегда мечтала сбежать и стать художником, жить в мансарде, быть бедной, но свободной. — Ты бы не выдержала и двух дней. Там нет горячей воды и не полакомишься икрой. — Терпеть не могу икру. И ненавижу, когда мне говорят, о чём мне можно мечтать и о чём нельзя. Все думают, что я изнеженная и хрупкая, но это не так. Я сильна и вынослива как лошадь. Я хочу заниматься делом, а не просто быть украшением.

   — Париж для меня — это жить на улицах и пытаться перенести это на бумагу. Понимаешь? — Я всегда мечтала сбежать и стать художником, жить в мансарде, быть бедной, но свободной. — Ты бы не выдержала и двух дней. Там нет горячей воды и не полакомишься икрой. — Терпеть не могу икру. И ненавижу, когда мне говорят, о чём мне можно мечтать и о чём нельзя. Все думают, что я изнеженная и хрупкая, но это не так. Я сильна и вынослива как лошадь. Я хочу заниматься делом, а не просто быть украшением.

   — Джек Доусон · фильм
6. «

   Как разумные существа, мы наделены свободой выбора и не можем переложить нашу ответственность на плечи Бога или природы. Мы должны нести её сами. Это наша ответственность.

   Как разумные существа, мы наделены свободой выбора и не можем переложить нашу ответственность на плечи Бога или природы. Мы должны нести её сами. Это наша ответственность.

   — Арнольд Джозеф Тойнби
7. «

   Настоящий джентльмен — это свободный человек. А свободный человек — тот, у кого есть выбор. Качество жизни определяется не богатством и не статусом, но единственно лишь палитрой выбора. Чем многообразней выбор, который есть у человека на каждом этапе жизни, тем выше уровень его существования. Поэтому полуголодный бродяга живет лучше, чем сытый раб — в особенности, если раб не помышляет об освобождении.

   Настоящий джентльмен — это свободный человек. А свободный человек — тот, у кого есть выбор. Качество жизни определяется не богатством и не статусом, но единственно лишь палитрой выбора. Чем многообразней выбор, который есть у человека на каждом этапе жизни, тем выше уровень его существования. Поэтому полуголодный бродяга живет лучше, чем сытый раб — в особенности, если раб не помышляет об освобождении.

   — Борис Акунин · книга
8. «

   Человек без свободы выбора — это не человек.

   Человек без свободы выбора — это не человек.

   — Энтони Бёрджесс · книга
9. «

   Пеппи пошла вдоль по улице, одной ногой по тротуару, другой — по мостовой. Томми и Анника не спускали с нее глаз, но она исчезла за поворотом. Однако скоро девочка вернулась, но теперь она уже шла задом наперед. Причем шла она так только потому, что поленилась повернуться, когда надумала возвратиться домой. Поравнявшись с калиткой Томми и Анники, она остановилась. С минуту дети молча глядели друг на друга. Наконец Томми сказал: — Почему ты пятишься как рак? — Почему я пячусь как рак? — переспросила Пеппи. — Мы как будто живем в свободной стране, верно? Разве каждый человек не может ходить так, как ему вздумается? И вообще, если хочешь знать, в Египте все так ходят, и никого это ни капельки не удивляет.

   Пеппи пошла вдоль по улице, одной ногой по тротуару, другой — по мостовой. Томми и Анника не спускали с нее глаз, но она исчезла за поворотом. Однако скоро девочка вернулась, но теперь она уже шла задом наперед. Причем шла она так только потому, что поленилась повернуться, когда надумала возвратиться домой. Поравнявшись с калиткой Томми и Анники, она остановилась. С минуту дети молча глядели друг на друга. Наконец Томми сказал: — Почему ты пятишься как рак? — Почему я пячусь как рак? — переспросила Пеппи. — Мы как будто живем в свободной стране, верно? Разве каждый человек не может ходить так, как ему вздумается? И вообще, если хочешь знать, в Египте все так ходят, и никого это ни капельки не удивляет.

   — Астрид Линдгрен · книга
10. «

    Становится меньше альтернатив, газеты в этом городе, сколько их? Было три — четыре, сейчас одна или две и ими владеют одни и те же люди, и они же владеют радиостанцией… Нет необходимости в формальном заговоре, когда идёт совпадение интересов, эти люди учились в тех же универах, состояли в тех же сообществах и загородных клубах, у них одинаковые интересы, им не зачем созывать собрания, они и так знают, что им на руку и они берут это. Раньше было семь нефтяных компаний, сейчас их три, скоро будет две. Тех вещей, которые имеют вес в этой стране, становится всё меньше: две политические партии, горстка страховых компаний, шесть или семь информационных контор, но если ты хочешь бубликов, то вот тебе двадцать три разных вкуса. В этом иллюзия, иллюзия выбора. В том, что важно, ты не выбираешь и нет никакой свободы выбора.

    Становится меньше альтернатив, газеты в этом городе, сколько их? Было три — четыре, сейчас одна или две и ими владеют одни и те же люди, и они же владеют радиостанцией… Нет необходимости в формальном заговоре, когда идёт совпадение интересов, эти люди учились в тех же универах, состояли в тех же сообществах и загородных клубах, у них одинаковые интересы, им не зачем созывать собрания, они и так знают, что им на руку и они берут это. Раньше было семь нефтяных компаний, сейчас их три, скоро будет две. Тех вещей, которые имеют вес в этой стране, становится всё меньше: две политические партии, горстка страховых компаний, шесть или семь информационных контор, но если ты хочешь бубликов, то вот тебе двадцать три разных вкуса. В этом иллюзия, иллюзия выбора. В том, что важно, ты не выбираешь и нет никакой свободы выбора.

    — Джордж Карлин
11. «

    По моему глубокому убеждению, человек имеет право распоряжаться собой. Человек имеет право жить, как хочет, если его «хочу» не затрагивает окружающих.

    По моему глубокому убеждению, человек имеет право распоряжаться собой. Человек имеет право жить, как хочет, если его «хочу» не затрагивает окружающих.

    — Лена Климова · книга
12. «

    Мне кажется, истинная свобода находится где-то посередине. В тебе и во мне. В наших друзьях. В том самом выборе, который мы совершаем каждый раз, когда принимаем то или иное решение. Свобода — это не значит, что ты перестал вдруг от кого-то зависеть. Свобода, как я теперь понимаю, это — те рамки, которые ты определил для себя сам. И которые для тех, кто пока этого не понял, на всякий случай продублированы в библейский заповедях: не убий, не укради... оказывается, это так просто, Лин... мы каждый день встречаем многочисленные и ОЧЕНЬ простые для понимания подсказки, помогающие прийти к осмыслению, но почему-то упорно не видим, как ими воспользоваться. В лучшем случае, соблюдаем машинально. Или же из страха, что потом найдут и накажут. А это должен быть осознанный выбор. Добровольный. Осмысленный. Только тогда он перестанет давить на горло, как тугой ошейник. Именно тогда пропадет ощущение, что тебя к чему-то принуждают. Наверное, это и будет правдой?

    Мне кажется, истинная свобода находится где-то посередине. В тебе и во мне. В наших друзьях. В том самом выборе, который мы совершаем каждый раз, когда принимаем то или иное решение. Свобода — это не значит, что ты перестал вдруг от кого-то зависеть. Свобода, как я теперь понимаю, это — те рамки, которые ты определил для себя сам. И которые для тех, кто пока этого не понял, на всякий случай продублированы в библейский заповедях: не убий, не укради... оказывается, это так просто, Лин... мы каждый день встречаем многочисленные и ОЧЕНЬ простые для понимания подсказки, помогающие прийти к осмыслению, но почему-то упорно не видим, как ими воспользоваться. В лучшем случае, соблюдаем машинально. Или же из страха, что потом найдут и накажут. А это должен быть осознанный выбор. Добровольный. Осмысленный. Только тогда он перестанет давить на горло, как тугой ошейник. Именно тогда пропадет ощущение, что тебя к чему-то принуждают. Наверное, это и будет правдой?

    — Александра Лисина · книга
13. «

    Я сказал ему, что это место [улица] не для него, а он ответил, что хочет остаться здесь, что эта жизнь — его выбор. Поверить ему на слово или заставить вернуться в приют — что человечнее: насилие или признание его свободы остаться в затерянной колонии разбитых беспомощных душ?

    Я сказал ему, что это место [улица] не для него, а он ответил, что хочет остаться здесь, что эта жизнь — его выбор. Поверить ему на слово или заставить вернуться в приют — что человечнее: насилие или признание его свободы остаться в затерянной колонии разбитых беспомощных душ?

    — Стив Лопес (Steve Lopez) · фильм
14. «

    Жизненный выбор есть у каждого из нас, — жизнь прожить, жизнь проспать, жизнь пропить или жизнь просрать.

    Жизненный выбор есть у каждого из нас, — жизнь прожить, жизнь проспать, жизнь пропить или жизнь просрать.
15. «

    My heart is like an open highway.

    My heart is like an open highway.
16. «

    Большинство людей выбирают из того, что им предлагает жизнь, совершенно не думая о том, чтобы пойти и потребовать чего-то ещё.

    Большинство людей выбирают из того, что им предлагает жизнь, совершенно не думая о том, чтобы пойти и потребовать чего-то ещё.

    — Изабель Юппер
17. «

    Мечтая о браке с королевской особой, люди мало представляют, что это значит. А речь идет о неизбежности выбора, и я выбрала — дом Монако. Может, он не очень велик, может, он покажется кому-то помпезным, мало значимым, <…> но это — мой дом. И люди вокруг меня — это мои люди, они хорошие. Они пытаются творить добро в своем маленьком уголке мира, по мере своих возможностей.

    Мечтая о браке с королевской особой, люди мало представляют, что это значит. А речь идет о неизбежности выбора, и я выбрала — дом Монако. Может, он не очень велик, может, он покажется кому-то помпезным, мало значимым, <…> но это — мой дом. И люди вокруг меня — это мои люди, они хорошие. Они пытаются творить добро в своем маленьком уголке мира, по мере своих возможностей.

    — Грейс Келли (княгиня Монако) · фильм