505 фраз, которые всё говорят о «театр»

505 цитат про «театр»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Искусство врачует, не отвлекая и не развлекая, а помогая человеку заглянуть в самого себя. Одухотворенный зрительный зал — высшее достижение искусства. Именно одухотворенный, а не возбужденный, как после концертов Пугачевой.

   Искусство врачует, не отвлекая и не развлекая, а помогая человеку заглянуть в самого себя. Одухотворенный зрительный зал — высшее достижение искусства. Именно одухотворенный, а не возбужденный, как после концертов Пугачевой.

   — Виктор Дубровский · книга
2. «

   И пусть не юность, пусть давно не детство, в тебе есть сцена, а на сцене действо: весь мир стоит, и он угрюм, как Гамлет, весь мир молчит в груди твоей крахмальной.

   И пусть не юность, пусть давно не детство, в тебе есть сцена, а на сцене действо: весь мир стоит, и он угрюм, как Гамлет, весь мир молчит в груди твоей крахмальной.

   — Аль Квотион · книга
3. «

   Мне нравится работать в театре, потому что я нашёл разницу между актёром, работающим на съёмочной площадке, и тем, кто работает в театре. Она заключается в следующем: в кино у тебя нет партнёра, а в театре самый главный партнёр — это зритель. Вот он — здесь! И тебе не надо читать рецензии, ты сразу слышишь и видишь, и чувствуешь, как ты играешь. Если ты играешь хорошо — зрительный зал дышит вместе с тобой: смеётся или плачет — всё происходит по твоей воле. Ты, как волшебник, вместе с другими партнёрами рассказываешь публике историю, которая заставляет задумываться и пробуждать в зрителях человеческое начало, по крайней мере, мне бы так хотелось!

   Мне нравится работать в театре, потому что я нашёл разницу между актёром, работающим на съёмочной площадке, и тем, кто работает в театре. Она заключается в следующем: в кино у тебя нет партнёра, а в театре самый главный партнёр — это зритель. Вот он — здесь! И тебе не надо читать рецензии, ты сразу слышишь и видишь, и чувствуешь, как ты играешь. Если ты играешь хорошо — зрительный зал дышит вместе с тобой: смеётся или плачет — всё происходит по твоей воле. Ты, как волшебник, вместе с другими партнёрами рассказываешь публике историю, которая заставляет задумываться и пробуждать в зрителях человеческое начало, по крайней мере, мне бы так хотелось!

   — Сергей Никоненко
4. «

   Друзья! К чему поодиночке славу Оспаривать на поприще утех? Не лучше ли стяжать себе по праву Иной, достойнейший успех? Чтоб короля великого развлечь, Давайте Танец, Музыку и Речь...

   Друзья! К чему поодиночке славу Оспаривать на поприще утех? Не лучше ли стяжать себе по праву Иной, достойнейший успех? Чтоб короля великого развлечь, Давайте Танец, Музыку и Речь...

   — Жан-Батист Мольер · книга
5. «

   Русские, безусловно, беспечные люди; практичные в некоторых вещах, безразличные или непрактичные в других… Вот и в театре, который мы посетили сегодня, был только один вход и не было выхода для 800 или 900 зрителей. И потому все свертки и туфли нужно было оставлять у дверей и почти что в позорной давке сражаться за то, чтобы войти и снова выйти! Само здание театра, которое ранее было действительно великолепным особняком, конфисковано у одной из богатых буржуазных семей. «Где сейчас члены этой семьи? — спросил я. — Кто-нибудь знает?» — «Они мертвы либо работают в Нью-Йорке или Париже официантами».

   Русские, безусловно, беспечные люди; практичные в некоторых вещах, безразличные или непрактичные в других… Вот и в театре, который мы посетили сегодня, был только один вход и не было выхода для 800 или 900 зрителей. И потому все свертки и туфли нужно было оставлять у дверей и почти что в позорной давке сражаться за то, чтобы войти и снова выйти! Само здание театра, которое ранее было действительно великолепным особняком, конфисковано у одной из богатых буржуазных семей. «Где сейчас члены этой семьи? — спросил я. — Кто-нибудь знает?» — «Они мертвы либо работают в Нью-Йорке или Париже официантами».

   — Теодор Драйзер
6. «

   Теперь с поклоном за кулисы Не отдыхать, а дальше жить! Готовить новые эскизы! Творить! Творить! Творить! Творить!

   Теперь с поклоном за кулисы Не отдыхать, а дальше жить! Готовить новые эскизы! Творить! Творить! Творить! Творить!

   — Анна Гольдес
7. «

   Мне никогда не нравилось играть в кино! Для меня это неинтересно, скучно… Снимают отдельными кусками, то с конца начнут, то с середины. То ли дело театр: собрался, сделал глубокий вдох — и сыграл на одном дыхании от начала и до конца.

   Мне никогда не нравилось играть в кино! Для меня это неинтересно, скучно… Снимают отдельными кусками, то с конца начнут, то с середины. То ли дело театр: собрался, сделал глубокий вдох — и сыграл на одном дыхании от начала и до конца.

   — Наталья Тенякова
8. «

   Любовь хороша в книгах, в театре и кино, а жизнь — не театр. Здесь пьеса пишется сразу набело, репетиций не бывает: все по-настоящему! И суфлер из будки не выглядывает, подсказок не дает, что дальше говорить, как действовать. Самому надо принимать решения, быть и автором, и режиссером, и актером, и гримером.

   Любовь хороша в книгах, в театре и кино, а жизнь — не театр. Здесь пьеса пишется сразу набело, репетиций не бывает: все по-настоящему! И суфлер из будки не выглядывает, подсказок не дает, что дальше говорить, как действовать. Самому надо принимать решения, быть и автором, и режиссером, и актером, и гримером.

   — Наталья Солнцева · книга
9. «

   Аптекари-шарлатаны продавали народу панацеи — средства от всех болезней, а для того, чтобы на их лавки обращали внимание, они придумали замечательный способ. Они входили в соглашение с актерами, и те давали целые представления, восхваляя чудодейственные шарлатанские средства.

   Аптекари-шарлатаны продавали народу панацеи — средства от всех болезней, а для того, чтобы на их лавки обращали внимание, они придумали замечательный способ. Они входили в соглашение с актерами, и те давали целые представления, восхваляя чудодейственные шарлатанские средства.

   — Михаил Булгаков · книга
10. «

    — Фаина Георгиевна, какого вы мнения о режиссере? — Это уцененный Мейерхольд.

    — Фаина Георгиевна, какого вы мнения о режиссере? — Это уцененный Мейерхольд.

    — Фаина Раневская · книга
11. «

    Я не позволяю им кашлять. Пусть только попробуют!

    Я не позволяю им кашлять. Пусть только попробуют!

    — Этел Барримор
12. «

    Поверьте, господа, Никак бы нам не миновать стыда, Когда б высоты правды мы смешали С шутами и щитами в этом зале. Расставшись с правдой в хронике своей Лишимся мы достойнейших друзей.

    Поверьте, господа, Никак бы нам не миновать стыда, Когда б высоты правды мы смешали С шутами и щитами в этом зале. Расставшись с правдой в хронике своей Лишимся мы достойнейших друзей.

    — Уильям Шекспир · книга
13. «

    Я думал — колик не снесу, Вот посмеялся вволю! За вход я отдал тридцать су, Смеялся на десять пистолей!

    Я думал — колик не снесу, Вот посмеялся вволю! За вход я отдал тридцать су, Смеялся на десять пистолей!

    — Михаил Булгаков · книга
14. «

    Мы можем отдавать только то, что в нас есть, не больше, правда? А на сцене я уже не я, или, может быть, точнее, там сменяют друг друга разные «я». Наверно, в каждом из нас намешанно множество всяких «я», согласны? Для меня театр — это прежде всего разум, а уж потом чувство. Разум раскрепощает и оттачивает чувство. Надо ведь не просто плакать, или кричать, или смеяться, а так, чтобы зрители тебе поверили. Знаете, это чудесно. Мысленно представить себя совсем другим человеком, кем-то, кем я стала бы, сложись все по-другому. В этом весь секрет. Не превращаться в другую женщину, а вживаться в роль и судьбу, как будто моя героиня и есть я. И тогда она становится мною.

    Мы можем отдавать только то, что в нас есть, не больше, правда? А на сцене я уже не я, или, может быть, точнее, там сменяют друг друга разные «я». Наверно, в каждом из нас намешанно множество всяких «я», согласны? Для меня театр — это прежде всего разум, а уж потом чувство. Разум раскрепощает и оттачивает чувство. Надо ведь не просто плакать, или кричать, или смеяться, а так, чтобы зрители тебе поверили. Знаете, это чудесно. Мысленно представить себя совсем другим человеком, кем-то, кем я стала бы, сложись все по-другому. В этом весь секрет. Не превращаться в другую женщину, а вживаться в роль и судьбу, как будто моя героиня и есть я. И тогда она становится мною.

    — Колин Маккалоу · книга
15. «

    Чтоб я стал ставить эту пьесу? Бессмыслица! Ерунда! Пять актов человек колеблется, убить ли ему Клавдия, — и убивает Полония словно устрицу съел! Где же тут логика? Ваш Шекспир — если он только существовал — был дурак! Помилуйте! Гамлет говорит: «Что ждет нас там, откуда еще никто не приходил?» — а сам только что своими глазами видел тень своего отца! С чем это сообразно? Как можно такую ерунду показывать публике?

    Чтоб я стал ставить эту пьесу? Бессмыслица! Ерунда! Пять актов человек колеблется, убить ли ему Клавдия, — и убивает Полония словно устрицу съел! Где же тут логика? Ваш Шекспир — если он только существовал — был дурак! Помилуйте! Гамлет говорит: «Что ждет нас там, откуда еще никто не приходил?» — а сам только что своими глазами видел тень своего отца! С чем это сообразно? Как можно такую ерунду показывать публике?

    — Феликс Кривин · книга
16. «

    Тот, кто не хочет быть фигляром, пусть избегает подмостков: взобравшись на них, не фиглярствовать уже нельзя, иначе публика забросает вас камнями.

    Тот, кто не хочет быть фигляром, пусть избегает подмостков: взобравшись на них, не фиглярствовать уже нельзя, иначе публика забросает вас камнями.

    — Николя де Шамфор
17. «

    Вы такие нестерпимо ражие И такие, в сущности, примерные, Все томят вас бури вернисажные, Все шатают паводки премьерные.

    Вы такие нестерпимо ражие И такие, в сущности, примерные, Все томят вас бури вернисажные, Все шатают паводки премьерные.

    — Александр Галич
18. «

    Наша жизнь — театр, не превращайте её в цирк.

    Наша жизнь — театр, не превращайте её в цирк.
19. «

    — Кто платит деньги, тот вправе требовать товар по своему вкусу. — До некоторой степени — да, но большая публика заслуживает того, чтобы ее уважали, а не трактовали как ребенка, у которого норовят выманить деньги.

    — Кто платит деньги, тот вправе требовать товар по своему вкусу. — До некоторой степени — да, но большая публика заслуживает того, чтобы ее уважали, а не трактовали как ребенка, у которого норовят выманить деньги.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
20. «

    В театр попадают раз и навсегда. Как под поезд.

    В театр попадают раз и навсегда. Как под поезд.

    — Максим Аверин