298 цитат на тему «терпение» — читать онлайн

Собрали 298 цитат на тему «терпение» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я любовь претерпел. И вы претерпите.

   Я любовь претерпел. И вы претерпите.

   — Надежда Жаглей
2. «

   Чем больше человек думает, тем он становится мягче.

   Чем больше человек думает, тем он становится мягче.

   — Александр Вампилов · книга
3. «

   Терпение — великая добродетель. И оно вознаграждается.

   Терпение — великая добродетель. И оно вознаграждается.

   — Екатерина Вильмонт · книга
4. «

   Терпение — это противоядие от гнева.

   Терпение — это противоядие от гнева.

   — Сиддхартха Гаутама (Будда)
5. «

   Терпение — это первый шаг на пути исправления ошибки.

   Терпение — это первый шаг на пути исправления ошибки.
6. «

   Нетерпимость есть признак бессилия.

   Нетерпимость есть признак бессилия.

   — Алистер Кроули
7. «

   Я всех терплю, если терпеть приходится не очень долго!

   Я всех терплю, если терпеть приходится не очень долго!

   — Макс Фрай · книга
8. «

   — Папа! Мэри опять поет. — К сожалению, я сам слышу.

   — Папа! Мэри опять поет. — К сожалению, я сам слышу.

   — Лидия · фильм
9. «

   Лопнувшее терпение обдаёт грязью.

   Лопнувшее терпение обдаёт грязью.
10. «

    Время — лучший лекарь.

    Время — лучший лекарь.

    — Сэмюэль «Сэм» Блум · фильм
11. «

    — Я так разозлилась! — Ты же женщина. Ты можешь сдерживать злость вечно.

    — Я так разозлилась! — Ты же женщина. Ты можешь сдерживать злость вечно.

    — Лиза Симпсон (Lisa Simpson) · мультфильм
12. «

    Tout vient à point à celui qui sait attendre.

    Tout vient à point à celui qui sait attendre.

    — Оноре де Бальзак
13. «

    Здесь, на полянке, хватит ягод, Чтоб наварить варенья на год! В моём лесу таких полянок - На двести сорок тысяч банок! Но без труда и без терпенья, Но без терпенья и труда - Тут и на блюдечко варенья Не хватит ягод никогда!

    Здесь, на полянке, хватит ягод, Чтоб наварить варенья на год! В моём лесу таких полянок - На двести сорок тысяч банок! Но без труда и без терпенья, Но без терпенья и труда - Тут и на блюдечко варенья Не хватит ягод никогда!

    — старик-боровик · мультфильм
14. «

    А сколько ты выигрывал? Какой твой рекорд? Тебе незачем это знать. Азартные игры ― дурная привычка. Может, как-нибудь сыграем в шахматы? У меня теперь не хватает терпения играть в шахматы. Зато у тебя хватало терпения играть в покер. Покер другое дело. В чем же разница? В деньгах, вот в чем.

    А сколько ты выигрывал? Какой твой рекорд? Тебе незачем это знать. Азартные игры ― дурная привычка. Может, как-нибудь сыграем в шахматы? У меня теперь не хватает терпения играть в шахматы. Зато у тебя хватало терпения играть в покер. Покер другое дело. В чем же разница? В деньгах, вот в чем.

    — Кормак Маккарти · книга
15. «

    Людям просто напоминать надо почаще, что люди они. Что русские. Одна кровь — одна земля. Зло везде есть. Всегда найдутся охотники продать тебя за тридцать серебренников. А на мужика всё новые беды сыпятся: то татары по три раза за осень, то голод, то мор. А он всё работает, работает, работает. Несёт свой крест смиренно. Не отчаивается, а молчит и терпит. Только Бога молит, чтоб сил хватило. Да разве не простит таким Всевышний темноты их?

    Людям просто напоминать надо почаще, что люди они. Что русские. Одна кровь — одна земля. Зло везде есть. Всегда найдутся охотники продать тебя за тридцать серебренников. А на мужика всё новые беды сыпятся: то татары по три раза за осень, то голод, то мор. А он всё работает, работает, работает. Несёт свой крест смиренно. Не отчаивается, а молчит и терпит. Только Бога молит, чтоб сил хватило. Да разве не простит таким Всевышний темноты их?

    — Андрей Рублёв · фильм
16. «

    Порой душа привыкает к терпению, но затем её решимость пропадает по причине слабости знания и проницательности. Примером тому может быть человек, пошедший по пути, полному опасностей, пути, который ведёт к вершине безопасности, и он знает, что нужно терпеть — тогда страх закончится, пройдёт, а в конце его ожидает мир, покой и безмятежность; такой человек нуждается в сильном терпении и убеждённости в том, к чему он идёт. Как только ослабевает его терпение или убеждённость, не выдерживает сложностей и возвращается с этой дороги; тем более, если рядом нет спутника, и он не переносит одиночества, то начинает говорить: «куда ушли люди? Я бы пошёл за ними». Таково положение большинства созданий и это то, что их губит.

    Порой душа привыкает к терпению, но затем её решимость пропадает по причине слабости знания и проницательности. Примером тому может быть человек, пошедший по пути, полному опасностей, пути, который ведёт к вершине безопасности, и он знает, что нужно терпеть — тогда страх закончится, пройдёт, а в конце его ожидает мир, покой и безмятежность; такой человек нуждается в сильном терпении и убеждённости в том, к чему он идёт. Как только ослабевает его терпение или убеждённость, не выдерживает сложностей и возвращается с этой дороги; тем более, если рядом нет спутника, и он не переносит одиночества, то начинает говорить: «куда ушли люди? Я бы пошёл за ними». Таково положение большинства созданий и это то, что их губит.

    — Ибн Каййим аль-Джаузия
17. «

    Когда-то в Казвине была большая мода на татуировки. Люди выкалывали на своих руках, плечах и спинах изображения барсов, пантер и других могучих зверей. Выполнял эти татуировки некий банщик, и однажды к нему явился один казвинец и сказал, что он хочет украсить себя рисунком. — Что же мне выколоть на тебе и где? — спросил банщик. — Укрась мою плоть изображением царя зверей, — отвечал заказчик. — Я родился под созвездием Льва и хочу теперь с твоей помощью сам превратиться в льва, поэтому не жалей своей синей краски, банщик! — Где же всё-таки мне делать выколку? — не унимался банщик. — Выколи мне льва на спине, и я буду храбр и вынослив, как лев, и в застолье, и на поле брани. Когда же банщик вонзил в спину казвинца свою первую иглу, тот вздрогнул и закричал от боли: — Что ты там колешь, банщик? — Изображаю льва, как ты хотел, — отвечал банщик. — А с какой части льва ты начал его изображение? — спросил казвинец. — С хвоста, — был ему ответ. Тогда казвинец сказал: — Начни с более существенных частей льва. Мой лев обойдётся без хвоста. Выслушав его, банщик снова вонзил ему в спину свою иглу. — А теперь что ты делаешь? — снова спросил казвинец. — Теперь я изображаю львиное ухо, — отвечал банщик. — Моему льву не нужен слух, — я сам буду слушать за него. А раз не нужен слух, то не нужно и ухо, — вскричал казвинец, а когда в его спину вонзилась следующая игла, в отчаянии спросил: — Что же ты вытворяешь сейчас? Отчего мне так больно? — Выкалываю живот льва, половина его уже готова, — ответил банщик. — Зачем живот тому, кто никогда ничего не будет есть? — взвыл казвинец. Тут уже вышел из себя банщик. — Где ты видел царя зверей без хвоста, без уха и без брюха? Таких уродов ещё не создал Господь. Ты, видимо, просто не в силах терпеть боль, но не в моей власти избавить тебя от той боли, без которой нельзя нанести какой-нибудь узор! — сказал он. Если человек твёрдо решил идти к своей цели, ему следует приучить своё тело к уколам и лишениям.

    Когда-то в Казвине была большая мода на татуировки. Люди выкалывали на своих руках, плечах и спинах изображения барсов, пантер и других могучих зверей. Выполнял эти татуировки некий банщик, и однажды к нему явился один казвинец и сказал, что он хочет украсить себя рисунком. — Что же мне выколоть на тебе и где? — спросил банщик. — Укрась мою плоть изображением царя зверей, — отвечал заказчик. — Я родился под созвездием Льва и хочу теперь с твоей помощью сам превратиться в льва, поэтому не жалей своей синей краски, банщик! — Где же всё-таки мне делать выколку? — не унимался банщик. — Выколи мне льва на спине, и я буду храбр и вынослив, как лев, и в застолье, и на поле брани. Когда же банщик вонзил в спину казвинца свою первую иглу, тот вздрогнул и закричал от боли: — Что ты там колешь, банщик? — Изображаю льва, как ты хотел, — отвечал банщик. — А с какой части льва ты начал его изображение? — спросил казвинец. — С хвоста, — был ему ответ. Тогда казвинец сказал: — Начни с более существенных частей льва. Мой лев обойдётся без хвоста. Выслушав его, банщик снова вонзил ему в спину свою иглу. — А теперь что ты делаешь? — снова спросил казвинец. — Теперь я изображаю львиное ухо, — отвечал банщик. — Моему льву не нужен слух, — я сам буду слушать за него. А раз не нужен слух, то не нужно и ухо, — вскричал казвинец, а когда в его спину вонзилась следующая игла, в отчаянии спросил: — Что же ты вытворяешь сейчас? Отчего мне так больно? — Выкалываю живот льва, половина его уже готова, — ответил банщик. — Зачем живот тому, кто никогда ничего не будет есть? — взвыл казвинец. Тут уже вышел из себя банщик. — Где ты видел царя зверей без хвоста, без уха и без брюха? Таких уродов ещё не создал Господь. Ты, видимо, просто не в силах терпеть боль, но не в моей власти избавить тебя от той боли, без которой нельзя нанести какой-нибудь узор! — сказал он. Если человек твёрдо решил идти к своей цели, ему следует приучить своё тело к уколам и лишениям.

    — Руми
18. «

    Раньше, в молодости, меня критики не очень-то жаловали. Зато сейчас, спустя пятьдесят лет после выхода первого фильма, я чувствую во Франции тепло и любовь по отношению к моей Анжелике, к ее безумным и увлекательным приключениям. Нужно уметь ждать — и, возможно, тебя полюбят. Главное — не умереть до того времени.

    Раньше, в молодости, меня критики не очень-то жаловали. Зато сейчас, спустя пятьдесят лет после выхода первого фильма, я чувствую во Франции тепло и любовь по отношению к моей Анжелике, к ее безумным и увлекательным приключениям. Нужно уметь ждать — и, возможно, тебя полюбят. Главное — не умереть до того времени.

    — Мишель Мерсье
19. «

    Душа немая, у неё нет голоса, она не может кричать. Она должна терпеть, терпеть и терпеть...

    Душа немая, у неё нет голоса, она не может кричать. Она должна терпеть, терпеть и терпеть...

    — Этель Лилиан Войнич · книга
20. «

    Лишаемый — не мсти, ненавидимый — люби, гонимый — терпи, хулимый — молчи, умертви грех.

    Лишаемый — не мсти, ненавидимый — люби, гонимый — терпи, хулимый — молчи, умертви грех.

    — Владимир Мономах