109 высказываний на тему «терпимость, толерантность»

Тема «терпимость, толерантность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 109 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Человек с огромным запасом терпения и толерантности идет по жизни с особой долей спокойствия и умиротворенности. Такой человек не только счастлив и эмоционально уравновешен, но он, к тому же, крепче здоровьем и меньше подвержен болезням. У него сильная воля, хороший аппетит, и ему легче заснуть, ведь совесть его чиста.

   Человек с огромным запасом терпения и толерантности идет по жизни с особой долей спокойствия и умиротворенности. Такой человек не только счастлив и эмоционально уравновешен, но он, к тому же, крепче здоровьем и меньше подвержен болезням. У него сильная воля, хороший аппетит, и ему легче заснуть, ведь совесть его чиста.

   — Далай-лама XIV
2. «

   Ни печи, ни левацкие мантры толерантности не защитят ни одну культуру от размывания ее чуждыми цивилизационными ценностями. Только верховенство собственных законов над чужими традициями.

   Ни печи, ни левацкие мантры толерантности не защитят ни одну культуру от размывания ее чуждыми цивилизационными ценностями. Только верховенство собственных законов над чужими традициями.

   — Елена Котова
3. «

   Не знаю, кто, в какие времена, Уговорил их вместе поселиться, Но дружит краснокожая сосна - Как равная с березкой бледнолицей.

   Не знаю, кто, в какие времена, Уговорил их вместе поселиться, Но дружит краснокожая сосна - Как равная с березкой бледнолицей.

   — Александр Ильич Гитович
4. «

   Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

   Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

   — Никита Михалков
5. «

   Любовь неотделима от терпимости, которая и придает ей силу.

   Любовь неотделима от терпимости, которая и придает ей силу.

   — Марк Леви · книга
6. «

   В мире нет существа толерантнее, полагаю. Как увижу нечто, выходящее за рамки моих сиюминутных представлений о допустимом, тут же хватаю это недопустимое дрожащими от нежности лапками и начинаю насильственно его возлюблять. Ксенофильствую до сладостной дрожи в лобных долях.

   В мире нет существа толерантнее, полагаю. Как увижу нечто, выходящее за рамки моих сиюминутных представлений о допустимом, тут же хватаю это недопустимое дрожащими от нежности лапками и начинаю насильственно его возлюблять. Ксенофильствую до сладостной дрожи в лобных долях.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Толерантность и апатия, эти две последних добродетели умирающего общества.

   Толерантность и апатия, эти две последних добродетели умирающего общества.

   — Аристотель
8. «

   Терпимость к нетерпимому — одна из труднейших задач, какие ставит перед нами эпоха.

   Терпимость к нетерпимому — одна из труднейших задач, какие ставит перед нами эпоха.

   — Джон Ирвинг · книга
9. «

   — Он поступил плохо, — сказал Джейкоб. — Воспользовавшись свободой слова? — Свободой ненавистного слова.

   — Он поступил плохо, — сказал Джейкоб. — Воспользовавшись свободой слова? — Свободой ненавистного слова.

   — Джонатан Сафран Фоер · книга
10. «

    Мы говорим не просто о терпимости, а о терпимом отношении к нетерпимости, которое позволяет ей процветать.

    Мы говорим не просто о терпимости, а о терпимом отношении к нетерпимости, которое позволяет ей процветать.

    — Джон Ирвинг · книга
11. «

    Меня в нашем обществе беспокоит отсутствие терпимости. Мы же очень нетерпимы к тем, кто не такие, как мы. Скажем гомосексуализм — ну кому какое дело? Два взрослых человека желают жить так — ну и что?... И хотят они [гомосексуалы] устроить парад — и что, какая разница? Пускай устраивают. Но их готовы убивать...

    Меня в нашем обществе беспокоит отсутствие терпимости. Мы же очень нетерпимы к тем, кто не такие, как мы. Скажем гомосексуализм — ну кому какое дело? Два взрослых человека желают жить так — ну и что?... И хотят они [гомосексуалы] устроить парад — и что, какая разница? Пускай устраивают. Но их готовы убивать...

    — Владимир Познер
12. «

    «Левые либералы» довели понятие общественного согласия до абсурда единомыслия. Только попробуйте рот открыть, что толерантность не означает преференций для феминисток и ЗОЖей, афро-американцев и арабо-европейцев, чукчей Аляски и Свидетелей Иеговы!

    «Левые либералы» довели понятие общественного согласия до абсурда единомыслия. Только попробуйте рот открыть, что толерантность не означает преференций для феминисток и ЗОЖей, афро-американцев и арабо-европейцев, чукчей Аляски и Свидетелей Иеговы!

    — Елена Котова
13. «

    У различных народов различные обычаи.

    У различных народов различные обычаи.

    — Джонатан Свифт · книга
14. «

    Вот. Мальчика тронула судьба солдата вермахта, который «не хотел умирать» и умер от невыносимых условий в советском плену под Сталинградом. Приезжай, малец, после Бундестага на Ильинский рубеж — я покажу тебе место, где такие же «не хотевшие воевать» немцы спалили заживо в свинарнике более трехсот пленных израненных Подольских курсантов — того же двадцать второго года рождения! И родителей своих привези с собой, и учителей своих, и всех тех, кто тебя надоумил выступать с таким заявлением. Потом я вас всех в Брестскую крепость свожу — чтобы вас там «тронуло». Произошло нечто более серьёзное, чем просто глупость...

    Вот. Мальчика тронула судьба солдата вермахта, который «не хотел умирать» и умер от невыносимых условий в советском плену под Сталинградом. Приезжай, малец, после Бундестага на Ильинский рубеж — я покажу тебе место, где такие же «не хотевшие воевать» немцы спалили заживо в свинарнике более трехсот пленных израненных Подольских курсантов — того же двадцать второго года рождения! И родителей своих привези с собой, и учителей своих, и всех тех, кто тебя надоумил выступать с таким заявлением. Потом я вас всех в Брестскую крепость свожу — чтобы вас там «тронуло». Произошло нечто более серьёзное, чем просто глупость...

    — Игорь Угольников
15. «

    Скажем так: путешествия, возможность увидеть мир во всей совокупности его прекрасных и омерзительных черт несколько смягчают наше изначальное неприятие «другого». Воспитывают нечто вроде смирения, дают осознание того, что никогда, никогда тебе не понять до самого дна душу другого человека. Мы — разные. Мы — странные. Смиримся с этим.

    Скажем так: путешествия, возможность увидеть мир во всей совокупности его прекрасных и омерзительных черт несколько смягчают наше изначальное неприятие «другого». Воспитывают нечто вроде смирения, дают осознание того, что никогда, никогда тебе не понять до самого дна душу другого человека. Мы — разные. Мы — странные. Смиримся с этим.

    — Дина Рубина · книга
16. «

    Толерантность не предполагает отсутствие приверженности к своим собственным убеждениям. Скорее оно осуждает угнетение и преследования других.

    Толерантность не предполагает отсутствие приверженности к своим собственным убеждениям. Скорее оно осуждает угнетение и преследования других.

    — Джон Фицджеральд Кеннеди
17. «

    Одно дело — член организации, совсем другое — ее функционер или глава. Веротерпимость, еретичество, сободомыслие быстро сменяются требованием беспощадно наказывать инакомыслящих как преступников и даже смысл евангельского афоризма «убеди их прийти» меняется на «принуди их войти» — девиз инквизиции.

    Одно дело — член организации, совсем другое — ее функционер или глава. Веротерпимость, еретичество, сободомыслие быстро сменяются требованием беспощадно наказывать инакомыслящих как преступников и даже смысл евангельского афоризма «убеди их прийти» меняется на «принуди их войти» — девиз инквизиции.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
18. «

    Беспринципность слишком агрессивна для того, чтобы считаться терпимостью.

    Беспринципность слишком агрессивна для того, чтобы считаться терпимостью.

    — Владимир Микушевич
19. «

    Классовая ненависть — это чувство антисоциальное.

    Классовая ненависть — это чувство антисоциальное.

    — Джек Лондон · книга
20. «

    Боль не может быть терпимой.

    Боль не может быть терпимой.

    — Стефани Майер · книга