225 цитат про «толпа» — коротко и по делу

Собрали 225 цитат на тему «толпа» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Самая ужасная толпа, какую можно себе представить, состояла бы из одних знакомых.

   Самая ужасная толпа, какую можно себе представить, состояла бы из одних знакомых.

   — Элиас Канетти
2. «

   Изначальную гнусность человека легче всего увидеть на лицах толпы.

   Изначальную гнусность человека легче всего увидеть на лицах толпы.

   — Томас Харрис · книга
3. «

   Известна теория, много раз доказанная практикой, что сколь бы большое число людей уже не находилось в вагоне, всегда может войти еще один человек. Сначала одной ногой, потом двумя ногами, с курткой, зажатой между дверями, но войдет. То есть метод математической индукции неумолимо доказывает: в вагон может зайти бесконечное количество людей.

   Известна теория, много раз доказанная практикой, что сколь бы большое число людей уже не находилось в вагоне, всегда может войти еще один человек. Сначала одной ногой, потом двумя ногами, с курткой, зажатой между дверями, но войдет. То есть метод математической индукции неумолимо доказывает: в вагон может зайти бесконечное количество людей.

   — Китя Карлсон · книга
4. «

   – Что такое большинство? Это самое настоящее г…! Быть в составе большинства – участь скотского быдла. Нероны и Гракхи, Шекспиры и Шиллеры, Блюхеры и Шарнхорсты всегда оставались в меньшинстве, а толпа лишь следовала за ними… Большинство существует для того, чтобы его презирать!

   – Что такое большинство? Это самое настоящее г…! Быть в составе большинства – участь скотского быдла. Нероны и Гракхи, Шекспиры и Шиллеры, Блюхеры и Шарнхорсты всегда оставались в меньшинстве, а толпа лишь следовала за ними… Большинство существует для того, чтобы его презирать!

   — Валентин Пикуль · книга
5. «

   Страшнее нету одиночества, Чем одиночество в толпе, Когда безумно всем хохочется, А плакать хочется тебе.

   Страшнее нету одиночества, Чем одиночество в толпе, Когда безумно всем хохочется, А плакать хочется тебе.
6. «

   Ты стоишь над городом, на краю мокрой крыши и дождь свивает тугой нимб над твоей головой, болезненно пульсирующей безумным смехом с оттенками глубокой печали. И подобие звезды, жало сигареты тлеет в руках, и за пять страниц книги бытия, за пять секунд вышедшего времени ты становишься старым. Ты пристально смотришь в город, соединяя его с бездной, ты молча смотришь в людей, познавая в них себя самого. Ты летишь над городом, закрывая глаза. И не нужно ни крыльев, ни потрепанных чудес, ни прочей бутафории, чтобы однажды понять, что...

   Ты стоишь над городом, на краю мокрой крыши и дождь свивает тугой нимб над твоей головой, болезненно пульсирующей безумным смехом с оттенками глубокой печали. И подобие звезды, жало сигареты тлеет в руках, и за пять страниц книги бытия, за пять секунд вышедшего времени ты становишься старым. Ты пристально смотришь в город, соединяя его с бездной, ты молча смотришь в людей, познавая в них себя самого. Ты летишь над городом, закрывая глаза. И не нужно ни крыльев, ни потрепанных чудес, ни прочей бутафории, чтобы однажды понять, что...

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Главное в жизни барана — найти своё место в стаде.

   Главное в жизни барана — найти своё место в стаде.

   — Михаил Михайлович Мамчич
8. «

   Телевидение – огромная сила, которая гомогенизирует и объединяет людей в толпу.

   Телевидение – огромная сила, которая гомогенизирует и объединяет людей в толпу.

   — Дарио Салас Соммэр · книга
9. «

   Нет более ничтожного, глупого, презренного, жалкого, себялюбивого, злопамятного, завистливого и неблагодарного животного, чем Толпа.

   Нет более ничтожного, глупого, презренного, жалкого, себялюбивого, злопамятного, завистливого и неблагодарного животного, чем Толпа.

   — Уильям Хэзлитт
10. «

    Толпа отлично чувствует настоящую, неподдельную одержимость и заряжается, а то и заражается ею.

    Толпа отлично чувствует настоящую, неподдельную одержимость и заряжается, а то и заражается ею.

    — Борис Акунин · книга
11. «

    Таково свойство толпы: легче всем скопом напасть на кого-то, чем остановиться и подумать.

    Таково свойство толпы: легче всем скопом напасть на кого-то, чем остановиться и подумать.

    — Джон Митчелл · сериал
12. «

    Истинно рассудителен тот, кто будучи смертным, не стремится быть мудрее, чем подобает смертному, кто снисходительно разделяет недостатки толпы и вежливо заблуждается заодно с ней.

    Истинно рассудителен тот, кто будучи смертным, не стремится быть мудрее, чем подобает смертному, кто снисходительно разделяет недостатки толпы и вежливо заблуждается заодно с ней.

    — Эразм Роттердамский · книга
13. «

    0000117. Все идут в одном направлении, а вам трудно, потому что вы идете против толпы, — значит вы на верном пути.

    0000117. Все идут в одном направлении, а вам трудно, потому что вы идете против толпы, — значит вы на верном пути.
14. «

    Желая угодить толпе, толпе подобен будешь.

    Желая угодить толпе, толпе подобен будешь.

    — Нил Синайский (Постник)
15. «

    Он равнодушно взглянул на море голов, без конца и края простиравшееся перед ним, море лиц, на которых налитые кровью глаза напоминали ржавые гвозди, а меж желтых зубов тяжело покоился бесформенный черный язык. Казалось, у толпы одно-единственное лицо, общее для всех людей, огромный устрашающий лик; от него исходило грозное безмолвие, которое заволокло все окружающее. Толпе предстояло сделать выбор: бог или разбойник, истина или насилие... и единодушным пронзительным воплем толпа потребовала, чтобы бог был предан смерти. И поскольку бог допустил все это, Пилат приказал рабу принести чашу с водой и умыл руки в знак своей невиновности, не обращая больше внимания на неистовствующую толпу. Однако же, когда Пилат повернулся и увидел немой лик бога, он понял, что не может переложить на толпу даже малую часть своей вины, потому что только он один знал истину. Он невольно причинял богу одну боль за другой, потому что знал истину, но не разумел её, — и поняв это, он закрыл лицо руками, с которых ещё капала вода. И с этой минуты Пилат, как казалось ему, стал мертвецом среди мертвецов.

    Он равнодушно взглянул на море голов, без конца и края простиравшееся перед ним, море лиц, на которых налитые кровью глаза напоминали ржавые гвозди, а меж желтых зубов тяжело покоился бесформенный черный язык. Казалось, у толпы одно-единственное лицо, общее для всех людей, огромный устрашающий лик; от него исходило грозное безмолвие, которое заволокло все окружающее. Толпе предстояло сделать выбор: бог или разбойник, истина или насилие... и единодушным пронзительным воплем толпа потребовала, чтобы бог был предан смерти. И поскольку бог допустил все это, Пилат приказал рабу принести чашу с водой и умыл руки в знак своей невиновности, не обращая больше внимания на неистовствующую толпу. Однако же, когда Пилат повернулся и увидел немой лик бога, он понял, что не может переложить на толпу даже малую часть своей вины, потому что только он один знал истину. Он невольно причинял богу одну боль за другой, потому что знал истину, но не разумел её, — и поняв это, он закрыл лицо руками, с которых ещё капала вода. И с этой минуты Пилат, как казалось ему, стал мертвецом среди мертвецов.

    — Фридрих Дюрренматт · книга
16. «

    Но лучше быть одному, чем среди докучных и глупых людей.

    Но лучше быть одному, чем среди докучных и глупых людей.

    — Мишель де Монтень · книга
17. «

    Непросто в этой карательной системе оставаться самим собой, сохранять самоуважение, особенно в общении с людьми, а если это выходит – и не изменяешь себе, приспосабливаясь к другим, в тебе признают личность и начинают уважать. Толпа утомляет людей, стремящихся быть собою, утомляет необходимость сохранять волевое усилие. Поэтому не покидает желание побыть одному, так легче быть самим собою. Ситуации, в которых вынуждаем изменять себе, возникают в заключении постоянно. Такая жизнь в условиях постоянного стресса либо закаляет и делает сильнее, либо ломает. Все зависит от количества любви в душе пребывающего за колючей проволокой. Любовь исцеляет от самой опасной болезни личности – страха; оставаться самим собой в любой жизненной ситуации.

    Непросто в этой карательной системе оставаться самим собой, сохранять самоуважение, особенно в общении с людьми, а если это выходит – и не изменяешь себе, приспосабливаясь к другим, в тебе признают личность и начинают уважать. Толпа утомляет людей, стремящихся быть собою, утомляет необходимость сохранять волевое усилие. Поэтому не покидает желание побыть одному, так легче быть самим собою. Ситуации, в которых вынуждаем изменять себе, возникают в заключении постоянно. Такая жизнь в условиях постоянного стресса либо закаляет и делает сильнее, либо ломает. Все зависит от количества любви в душе пребывающего за колючей проволокой. Любовь исцеляет от самой опасной болезни личности – страха; оставаться самим собой в любой жизненной ситуации.

    — Максим Плохой · книга
18. «

    Ты можешь встретить своё одиночество только в толпе людей.

    Ты можешь встретить своё одиночество только в толпе людей.

    — Анхель де Куатье · книга
19. «

    В стадах нет ничего привлекательного, даже если они бегут вслед за тобой.

    В стадах нет ничего привлекательного, даже если они бегут вслед за тобой.

    — Фридрих Вильгельм Ницше
20. «

    Они (большинство людей — К.) предпочитают, чтобы их уговаривали и упрашивали или даже погоняли. Тогда они никогда не совершат ошибки: если ошибка случится, это будет чья-то ошибка, а не их. Ломить прямо вперёд — это механистический взгляд, а люди в массе не машины. У них есть свои умы, весьма приятные умы, которым легче всего на проторенной дороге... Стадо овец не гонят на рынок по прямой линии, и тем не менее всегда находится дорога, чтобы доставить их туда...

    Они (большинство людей — К.) предпочитают, чтобы их уговаривали и упрашивали или даже погоняли. Тогда они никогда не совершат ошибки: если ошибка случится, это будет чья-то ошибка, а не их. Ломить прямо вперёд — это механистический взгляд, а люди в массе не машины. У них есть свои умы, весьма приятные умы, которым легче всего на проторенной дороге... Стадо овец не гонят на рынок по прямой линии, и тем не менее всегда находится дорога, чтобы доставить их туда...

    — Джон Уиндем · книга