Топ-307 цитат: «тоска»

Собрали 307 цитат на тему «тоска» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Дни тоски долги, часы еще дольше..

   Дни тоски долги, часы еще дольше..

   — Макс Фриш · книга
2. «

   И Слабостью рожденные три птицы — Уныние, Отчаянье, Тоска, — три черные, уродливые птицы — зловеще реют над его душою и все поют ему угрюмо песнь о том, что он — ничтожная букашка, что ограничено его сознанье, бессильна Мысль, смешна святая Гордость, и — что бы он ни делал, — он умрет!

   И Слабостью рожденные три птицы — Уныние, Отчаянье, Тоска, — три черные, уродливые птицы — зловеще реют над его душою и все поют ему угрюмо песнь о том, что он — ничтожная букашка, что ограничено его сознанье, бессильна Мысль, смешна святая Гордость, и — что бы он ни делал, — он умрет!

   — Максим Горький · книга
3. «

   Нет хуже жалости, чем жалость к себе, и нет хуже тоски, чем тоска по необратимому.

   Нет хуже жалости, чем жалость к себе, и нет хуже тоски, чем тоска по необратимому.

   — Лина Гилд · книга
4. «

   Стоит мне немного пожить без радости и без боли, подышать вялой и пресной сносностью так называемых хороших дней, как ребяческая душа моя наполняется безнадежной тоской, и я швыряю заржавленную лиру благодарения в довольное лицо сонного бога довольства, и жар самой лютой боли милей мне, чем это здоровая комнатная температура.

   Стоит мне немного пожить без радости и без боли, подышать вялой и пресной сносностью так называемых хороших дней, как ребяческая душа моя наполняется безнадежной тоской, и я швыряю заржавленную лиру благодарения в довольное лицо сонного бога довольства, и жар самой лютой боли милей мне, чем это здоровая комнатная температура.

   — Герман Гессе · книга
5. «

   Я так скучал... Я ненавидел все телефоны на свете за то, что нельзя набрать твой номер.

   Я так скучал... Я ненавидел все телефоны на свете за то, что нельзя набрать твой номер.

   — Даниэла Стил · книга
6. «

   Семимиллионный город не станет меньше, если один человек из него уехал. Но вот один человек из него уехал, и город огромный вымер и опустел...

   Семимиллионный город не станет меньше, если один человек из него уехал. Но вот один человек из него уехал, и город огромный вымер и опустел...

   — Юрий Левитанский
7. «

   Если людям, снедаемым глубокой тоской, улыбается счастье, они не умеют скрыть этого: они набрасываются на счастье, словно хотят сжать его в объятиях и задушить из ревности.

   Если людям, снедаемым глубокой тоской, улыбается счастье, они не умеют скрыть этого: они набрасываются на счастье, словно хотят сжать его в объятиях и задушить из ревности.

   — Альбер Камю
8. «

   Ты остаешься один, когда кончается вера, Когда в твоих небесах не слышно пения хора, Когда не ангел крылом, лишь дуновение ветра Тебя толкает вперед, вдруг превращаясь в опору. Ты остаешься один, когда уходят родные, Когда закрыты счета, когда оплаканы судьбы, Ты закрываешь глаза и понимаешь впервые, Что так, как было тогда, отныне больше не будет. Ты остаешься один, когда взрослеют потомки, И скомкав выцветший плед, ты машешь вслед им рукою, Ты отступаешь назад в забвенье, в старость, в потемки Последних сумерек дня над истощенной рекою. Ты остаешься один, когда любовь остывает, Когда в груди от потерь твоих становится пусто. Ты остаешься один, не плачь, такое бывает. Ты остаешься один. И это даже не грустно.

   Ты остаешься один, когда кончается вера, Когда в твоих небесах не слышно пения хора, Когда не ангел крылом, лишь дуновение ветра Тебя толкает вперед, вдруг превращаясь в опору. Ты остаешься один, когда уходят родные, Когда закрыты счета, когда оплаканы судьбы, Ты закрываешь глаза и понимаешь впервые, Что так, как было тогда, отныне больше не будет. Ты остаешься один, когда взрослеют потомки, И скомкав выцветший плед, ты машешь вслед им рукою, Ты отступаешь назад в забвенье, в старость, в потемки Последних сумерек дня над истощенной рекою. Ты остаешься один, когда любовь остывает, Когда в груди от потерь твоих становится пусто. Ты остаешься один, не плачь, такое бывает. Ты остаешься один. И это даже не грустно.

   — Аль Квотион
9. «

   ... она объявила бессрочный траур — без покойника, но по пустым надеждам...

   ... она объявила бессрочный траур — без покойника, но по пустым надеждам...

   — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
10. «

    Чем больше лежишь на любимом диване и ждешь, что все пройдет как-нибудь само, тем тоскливее становится на душе.

    Чем больше лежишь на любимом диване и ждешь, что все пройдет как-нибудь само, тем тоскливее становится на душе.

    — Олег Рой · книга
11. «

    ... И у меня бывает тоска. <...> От неё я бегу к людям, к книгам, даже к выпивке, из-за неё завожу новые знакомства. Но когда тоска «от перемены мест не меняется» (мне это напоминает алгебру «от перемены мест множителей произведение не меняется») — дело дрянь, так как выходит, что тоска зависит от себя, а не от окружающего.

    ... И у меня бывает тоска. <...> От неё я бегу к людям, к книгам, даже к выпивке, из-за неё завожу новые знакомства. Но когда тоска «от перемены мест не меняется» (мне это напоминает алгебру «от перемены мест множителей произведение не меняется») — дело дрянь, так как выходит, что тоска зависит от себя, а не от окружающего.

    — Марина Цветаева
12. «

    Вам знакомо ощущение тоски? Это всё равно что иголка в сердце.

    Вам знакомо ощущение тоски? Это всё равно что иголка в сердце.
13. «

    It hurts to breathe Well every time that you're not next to me.

    It hurts to breathe Well every time that you're not next to me.
14. «

    «Что ты затосковал?» — «Да так... Вот фотография прибита косо. Дождь на дворе, Забыл купить табак, Обшарил стол — нигде ни папиросы. Ни день, ни ночь - Какой-то средний час. И скучно, и не знаешь, что такое...» — «Ну что ж, тоскуй. На этот раз Ты пойман настоящею тоскою...»

    «Что ты затосковал?» — «Да так... Вот фотография прибита косо. Дождь на дворе, Забыл купить табак, Обшарил стол — нигде ни папиросы. Ни день, ни ночь - Какой-то средний час. И скучно, и не знаешь, что такое...» — «Ну что ж, тоскуй. На этот раз Ты пойман настоящею тоскою...»

    — Константин Симонов
15. «

    Тоска и печаль не приходят без причины и без причины не проходят.

    Тоска и печаль не приходят без причины и без причины не проходят.

    — Гиппократ
16. «

    Такая тоска Смотреть вечерней порою На облака. Потому и решила — не стану Отныне на небо смотреть.

    Такая тоска Смотреть вечерней порою На облака. Потому и решила — не стану Отныне на небо смотреть.

    — Идзуми Сикибу
17. «

    Очень больно, когда тот кто ушел однажды возвращается. Когда вообще возвращаются люди, с которыми раньше что-то связывало, а со временем все ниточки оборвались, теплые вечера превратились в одинокие утра, общие песни позабылись, фильмы стерлись, фотографии пожелтели. И живешь, запоминая новые номера телефонов, письма отправляя на другие адреса, и в гороскопе, опубликованном в газете, кроме своего знака, мимолётным взглядом, вместо привычного зимнего смотришь весенний отчет. И очень, очень горько (в животе, в горле, в голове) становится, когда человек, с которым у тебя была своя маленькая жизнь, вдруг возвращается — просто потому что ему так захотелось — и кричит с порога: «Привет, я здесь!» или «Теперь я снова тут!» и «Я никуда не уйду!». И так хочется по-свойски улыбнуться, и улыбаешься же. Но только и остается разговаривать на отвлеченные темы, а на вопрос «что нового» или «как дела» молчишь и не находишь, что сказать — все уже обговорено с людьми, которые были перманентно рядом, либо произошли такие события, которые старому знакомому будут либо неинтересны, либо не будут никаким боком касаться. И продолжаются эти «а, помнишь...», «как ты был без меня?», «давай сделаем то-то». Встретимся завтра. Пожалуйста, если вы однажды ушли — не возвращайтесь.

    Очень больно, когда тот кто ушел однажды возвращается. Когда вообще возвращаются люди, с которыми раньше что-то связывало, а со временем все ниточки оборвались, теплые вечера превратились в одинокие утра, общие песни позабылись, фильмы стерлись, фотографии пожелтели. И живешь, запоминая новые номера телефонов, письма отправляя на другие адреса, и в гороскопе, опубликованном в газете, кроме своего знака, мимолётным взглядом, вместо привычного зимнего смотришь весенний отчет. И очень, очень горько (в животе, в горле, в голове) становится, когда человек, с которым у тебя была своя маленькая жизнь, вдруг возвращается — просто потому что ему так захотелось — и кричит с порога: «Привет, я здесь!» или «Теперь я снова тут!» и «Я никуда не уйду!». И так хочется по-свойски улыбнуться, и улыбаешься же. Но только и остается разговаривать на отвлеченные темы, а на вопрос «что нового» или «как дела» молчишь и не находишь, что сказать — все уже обговорено с людьми, которые были перманентно рядом, либо произошли такие события, которые старому знакомому будут либо неинтересны, либо не будут никаким боком касаться. И продолжаются эти «а, помнишь...», «как ты был без меня?», «давай сделаем то-то». Встретимся завтра. Пожалуйста, если вы однажды ушли — не возвращайтесь.
18. «

    Ах, осени туман — он не проходит, Стоит недвижно, а в душе, Где нет и проблеска, Все замерло в тоске, И даже небо дум — не хмурится в заботе.

    Ах, осени туман — он не проходит, Стоит недвижно, а в душе, Где нет и проблеска, Все замерло в тоске, И даже небо дум — не хмурится в заботе.

    — Осикоти-но Мицунэ
19. «

    Они облачили свою тоску в цинизм, что сравнимо с тем, как тьму облачают в смех – для самосохранения, только более уродливого. Тем самым дети ожесточили себя, приняв решение отвечать на ненависть ненавистью.

    Они облачили свою тоску в цинизм, что сравнимо с тем, как тьму облачают в смех – для самосохранения, только более уродливого. Тем самым дети ожесточили себя, приняв решение отвечать на ненависть ненавистью.

    — Лэйни Тейлор · книга
20. «

    Спешу в часы досуга на балкон, Не отрываю от перил руки. Но небу что за дело до меня, Моих переживаний и тоски.

    Спешу в часы досуга на балкон, Не отрываю от перил руки. Но небу что за дело до меня, Моих переживаний и тоски.

    — Чжу Шучжэнь