432 цитаты на тему «тоска» для поста

Собрали 432 цитаты на тему «тоска» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Было то время года, то время дня, когда ткань вещей пропитывается легкой щемящей печалью.

   Было то время года, то время дня, когда ткань вещей пропитывается легкой щемящей печалью.

   — Дон Делилло · книга
2. «

   Тоска при депрессии совершенно другая. Отчаянная, чужая, враждебная, полная злости вместо грусти, напряжения вместо расслабленности, разбавленная меланхолией и рефлексией. Как будто толстую иглу втыкают прямо в мозг. Она настигает внезапно, не усиливается и не ослабевает постепенно. К ней невозможно подготовиться. Ее нельзя описать и проговорить, нельзя выплакать со слезами. Тоска при депрессии с тоской при ностальгии не имеет ничего общего, кроме названия.

   Тоска при депрессии совершенно другая. Отчаянная, чужая, враждебная, полная злости вместо грусти, напряжения вместо расслабленности, разбавленная меланхолией и рефлексией. Как будто толстую иглу втыкают прямо в мозг. Она настигает внезапно, не усиливается и не ослабевает постепенно. К ней невозможно подготовиться. Ее нельзя описать и проговорить, нельзя выплакать со слезами. Тоска при депрессии с тоской при ностальгии не имеет ничего общего, кроме названия.

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   Говорят, что улицы и дома хранят память о мгновениях счастья, пережитых любящими душами. Наверное, это просто красивая легенда, но сегодня утром мне необходимо в нее верить....

   Говорят, что улицы и дома хранят память о мгновениях счастья, пережитых любящими душами. Наверное, это просто красивая легенда, но сегодня утром мне необходимо в нее верить....

   — Марк Леви · книга
4. «

   Я выгрызу вены себе, если что-то случится, Я напьюсь своей собственной крови, а после — вина. В этом городе сраном прикольные разные лица, Только, вот знаешь, мне не хватает тебя...

   Я выгрызу вены себе, если что-то случится, Я напьюсь своей собственной крови, а после — вина. В этом городе сраном прикольные разные лица, Только, вот знаешь, мне не хватает тебя...
5. «

   Боль утраты не оставляла её и не ослабевала. Как ни странно, печаль не облегчала её поэтических усилий. Напротив, горечь вытравляла воспоминания о счастливых днях, проведённых вместе с А-хо, о поре их любви. О-ха чувствовала, что душу её, словно ледышка, холодит обида на А-хо, который её покинул, ушёл от неё навсегда. Умом она понимала — обижаться неразумно, несправедливо, но всё же ледышка не таяла. А-хо ни в чём не был виноват перед ней, она понимала это, но сердцу, как известно, не прикажешь.

   Боль утраты не оставляла её и не ослабевала. Как ни странно, печаль не облегчала её поэтических усилий. Напротив, горечь вытравляла воспоминания о счастливых днях, проведённых вместе с А-хо, о поре их любви. О-ха чувствовала, что душу её, словно ледышка, холодит обида на А-хо, который её покинул, ушёл от неё навсегда. Умом она понимала — обижаться неразумно, несправедливо, но всё же ледышка не таяла. А-хо ни в чём не был виноват перед ней, она понимала это, но сердцу, как известно, не прикажешь.

   — Гарри Килворт · книга
6. «

   Болезнь, которою одержимо всё наше поколение: неудовлетворенье и тоска. Против них нужно, чтобы слишком твердый и сильный отпор заключился в нашей собственной груди, сила стремления к чему-нибудь избранному всей душой и всей глубиной ее, одним словом – внутренняя цель, сильный предмет, к чему бы то ни было, но всё же какая бы то ни была страсть.

   Болезнь, которою одержимо всё наше поколение: неудовлетворенье и тоска. Против них нужно, чтобы слишком твердый и сильный отпор заключился в нашей собственной груди, сила стремления к чему-нибудь избранному всей душой и всей глубиной ее, одним словом – внутренняя цель, сильный предмет, к чему бы то ни было, но всё же какая бы то ни была страсть.

   — Николай Гоголь
7. «

   Тем временем Россия погружалась в депрессию, люди, обнищавшие в очередной раз, — тоже. Казалось, тоска разлита в воздухе, темном, нечистом и гнетущем. Безрадостная, тяжкая осень девяносто восьмого года. Теперь уже мир Лены, принцессы четвертого поколения, раскололся на «до» и «после», но она еще не поняла, что 330 так было и будет всегда.

   Тем временем Россия погружалась в депрессию, люди, обнищавшие в очередной раз, — тоже. Казалось, тоска разлита в воздухе, темном, нечистом и гнетущем. Безрадостная, тяжкая осень девяносто восьмого года. Теперь уже мир Лены, принцессы четвертого поколения, раскололся на «до» и «после», но она еще не поняла, что 330 так было и будет всегда.

   — Елена Котова · книга
8. «

   Три недели после похорон матери отец непрерывно спал. Иногда, как бы вспоминая, пошатываясь, вставал с постели, и молча пил воду. Что-нибудь для обозначения съедал. Как лунатик или призрак. Но потом натягивал на себя одеяло и продолжал спать. Плотно задвинув ставни, он как заколдованная спящая царевна продолжал спать в темной комнате с застоявшимся воздухом. И не шевелился. Почти не ворочался во сне и не менял выражение лица. Я начал беспокоиться: часто подходил к отцу, чтобы проверить, не умер ли он. Склонившись над изголовьем, я всматривался, словно впивался в его лицо. Но он не умирал. Он просто спал, как зарытый глубоко в землю камень. — Я могу сказать только одно, — подняв голову, едва улыбнулся своей мягкой стильной улыбкой Кейси, — умри я сейчас здесь, и никто в мире не уснет из-за меня так крепко.

   Три недели после похорон матери отец непрерывно спал. Иногда, как бы вспоминая, пошатываясь, вставал с постели, и молча пил воду. Что-нибудь для обозначения съедал. Как лунатик или призрак. Но потом натягивал на себя одеяло и продолжал спать. Плотно задвинув ставни, он как заколдованная спящая царевна продолжал спать в темной комнате с застоявшимся воздухом. И не шевелился. Почти не ворочался во сне и не менял выражение лица. Я начал беспокоиться: часто подходил к отцу, чтобы проверить, не умер ли он. Склонившись над изголовьем, я всматривался, словно впивался в его лицо. Но он не умирал. Он просто спал, как зарытый глубоко в землю камень. — Я могу сказать только одно, — подняв голову, едва улыбнулся своей мягкой стильной улыбкой Кейси, — умри я сейчас здесь, и никто в мире не уснет из-за меня так крепко.

   — Харуки Мураками · книга
9. «

   Я всегда чувствовал себя немного закомплексованным и полагал, что именно в этом и кроется причина моей тоски.

   Я всегда чувствовал себя немного закомплексованным и полагал, что именно в этом и кроется причина моей тоски.

   — Рю Мураками · книга
10. «

    ... твои открытки я получаю, ты расскажи ему, как я скучаю..

    ... твои открытки я получаю, ты расскажи ему, как я скучаю..
11. «

    Я живу уже долго и знаю, что такая заноза, как тоска, проникает в нашу ДНК и становится частью нашего естества.

    Я живу уже долго и знаю, что такая заноза, как тоска, проникает в нашу ДНК и становится частью нашего естества.

    — Кристин Ханна · книга
12. «

    Тоска по дому — это болезнь. Делает тебя несчастным, а потом переходит к другому.

    Тоска по дому — это болезнь. Делает тебя несчастным, а потом переходит к другому.

    — святой отец Флад · фильм
13. «

    Гости за столом давно, смех и шутки — дивный вечер, только смотришь ты в окно, пожимая зябко плечи.

    Гости за столом давно, смех и шутки — дивный вечер, только смотришь ты в окно, пожимая зябко плечи.
14. «

    Вернуться, забыться, сиреневым снегом укрыться, с дворнягой беседовать, печку топить поутру, и кручей седой, словно крепостью, отгородиться от доброго света, который не верит добру. Но некуда деться от пошлой тоски самоедства. Тоска — не княжна, не утопишь на стрежне реки. Одно, говорят, существует народное средство... Да много ль кого излечило оно от тоски?

    Вернуться, забыться, сиреневым снегом укрыться, с дворнягой беседовать, печку топить поутру, и кручей седой, словно крепостью, отгородиться от доброго света, который не верит добру. Но некуда деться от пошлой тоски самоедства. Тоска — не княжна, не утопишь на стрежне реки. Одно, говорят, существует народное средство... Да много ль кого излечило оно от тоски?

    — Вячеслав Сухнев
15. «

    А вопросы... Вопросы не знают ответа - Налетят, разожгут и умчатся, как корь. Соломон нам оставил два мудрых совета: Убегай от тоски и с глупцами не спорь.

    А вопросы... Вопросы не знают ответа - Налетят, разожгут и умчатся, как корь. Соломон нам оставил два мудрых совета: Убегай от тоски и с глупцами не спорь.

    — Саша Чёрный
16. «

    И никто тогда не подал мне руки и не пожалел, и не улыбнулся, хоть я так старался!

    И никто тогда не подал мне руки и не пожалел, и не улыбнулся, хоть я так старался!

    — Рената Литвинова · книга
17. «

    Вполне возможно, мы еще будем тосковать по этому смеху, потому что по дурацким вещам всегда тоскуют.

    Вполне возможно, мы еще будем тосковать по этому смеху, потому что по дурацким вещам всегда тоскуют.

    — Анджей Стасюк · книга
18. «

    Она думала о жизни с тетушками Лили и Вивиан, их шизофрения прогрессировала и превратилась в социопатию, из-за этого им было сложно выйти из дома. А Чак было сложно оставить их одних. Она помогала общине, собирая мед для бездомных. Она никогда не уезжала далеко от дома. Она читала о тех, кем никогда не станет, о приключениях, которых у нее никогда не будет. И жизнь была вполне сносной, пока вдруг не стала невыносимой.

    Она думала о жизни с тетушками Лили и Вивиан, их шизофрения прогрессировала и превратилась в социопатию, из-за этого им было сложно выйти из дома. А Чак было сложно оставить их одних. Она помогала общине, собирая мед для бездомных. Она никогда не уезжала далеко от дома. Она читала о тех, кем никогда не станет, о приключениях, которых у нее никогда не будет. И жизнь была вполне сносной, пока вдруг не стала невыносимой.
19. «

    Ей хотелось только пить и тосковать. А временами ей хотелось ещё и умереть. Лучше всего от приступа воспоминаний.

    Ей хотелось только пить и тосковать. А временами ей хотелось ещё и умереть. Лучше всего от приступа воспоминаний.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Теплое сияние, вспыхнувшее внутри него при виде двух его лучших друзей, погасло, и словно что-то ледяное затопило его желудок. Внезапно — после тоски по ним в течение целого месяца — он почувствовал, что предпочел бы, чтобы Рон и Гермиона оставили его в покое.

    Теплое сияние, вспыхнувшее внутри него при виде двух его лучших друзей, погасло, и словно что-то ледяное затопило его желудок. Внезапно — после тоски по ним в течение целого месяца — он почувствовал, что предпочел бы, чтобы Рон и Гермиона оставили его в покое.

    — Джоан Роулинг · книга