20 цитат «Жизненные цитаты на тему «традиции»» — избранное

20 цитат про «Жизненные цитаты на тему «традиции»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Уважайте гордость львов и не делайте из них узников зоопарков. Уважайте гордость собак: не давайте им жиреть. Уважайте гордость своих соплеменников и не позволяйте им жалеть себя. Уважайте гордость покоренных народов и позволяйте им чтить отца и мать.

   Уважайте гордость львов и не делайте из них узников зоопарков. Уважайте гордость собак: не давайте им жиреть. Уважайте гордость своих соплеменников и не позволяйте им жалеть себя. Уважайте гордость покоренных народов и позволяйте им чтить отца и мать.

   — Карен Бликсен · книга
2. «

   Обычай часто является злом.

   Обычай часто является злом.

   — Пьер Бомарше
3. «

   В нашей общественной жизни слишком сильны слепые инстинкты, и мы почти бессознательно бросаемся прочь от всего, что противоречит традициям, обычаям, предвзятым взглядам и целям, которым, по своей близорукости, придаем большое значение.

   В нашей общественной жизни слишком сильны слепые инстинкты, и мы почти бессознательно бросаемся прочь от всего, что противоречит традициям, обычаям, предвзятым взглядам и целям, которым, по своей близорукости, придаем большое значение.

   — Теодор Драйзер · книга
4. «

   — Ты как думаешь, Василич уже накатил? — Папа? В Крещение Господне?! Конечно накатил! Потом ещё в церковь поедет. — Зачем? — Прощения просить! За то, что накатил.

   — Ты как думаешь, Василич уже накатил? — Папа? В Крещение Господне?! Конечно накатил! Потом ещё в церковь поедет. — Зачем? — Прощения просить! За то, что накатил.

   — Юля Пыжова · сериал
5. «

   Западный человек, дитя оптимистической цивилизации, живет на свете, делая вид, что смерти нет, а если и есть, то очень нескоро. Японская же традиция призывает пребывать в постоянной готовности к неожиданному концу.

   Западный человек, дитя оптимистической цивилизации, живет на свете, делая вид, что смерти нет, а если и есть, то очень нескоро. Японская же традиция призывает пребывать в постоянной готовности к неожиданному концу.

   — Борис Акунин · книга
6. «

   Я люблю Москву и русских людей, так что все эти роли были не случайны. Мне очень хотелось бы продолжить работу в России, снимать фильмы и даже создавать новые телевизионные проекты. Хоть я был шведом и остаюсь шведом, Россия мне представляется перспективной для людей имеющих традиционную ориентацию.

   Я люблю Москву и русских людей, так что все эти роли были не случайны. Мне очень хотелось бы продолжить работу в России, снимать фильмы и даже создавать новые телевизионные проекты. Хоть я был шведом и остаюсь шведом, Россия мне представляется перспективной для людей имеющих традиционную ориентацию.

   — Дольф Лундгрен
7. «

   Можно считать себя потомком отчаянных людей, храбрых землепроходцев, пешком прошедших через весь континент, но если в твоих глазах похмельная муть, между зубов застрял непережеванный бургер, а все физические усилия ограничиваются нажатием кнопок на телевизионном пульте, то кому какое дело до твоих предков? И традиции превращаются в карнавальные забавы…

   Можно считать себя потомком отчаянных людей, храбрых землепроходцев, пешком прошедших через весь континент, но если в твоих глазах похмельная муть, между зубов застрял непережеванный бургер, а все физические усилия ограничиваются нажатием кнопок на телевизионном пульте, то кому какое дело до твоих предков? И традиции превращаются в карнавальные забавы…

   — Вадим Панов · книга
8. «

   Самовар — есть самая необходимая русская вещь. Именно во всех катастрофах и несчастьях, особенно ужасных, внезапных и эксцентрических.

   Самовар — есть самая необходимая русская вещь. Именно во всех катастрофах и несчастьях, особенно ужасных, внезапных и эксцентрических.

   — Фёдор Михайлович Достоевский
9. «

   Ради любви люди идут на преступление, на нарушение обычаев и традиций, идут на подвиги и плаху, бросают вызов богам и королям.

   Ради любви люди идут на преступление, на нарушение обычаев и традиций, идут на подвиги и плаху, бросают вызов богам и королям.

   — Галина Романова · книга
10. «

    Преимущество жизни за границей заключается в том, что, соприкасаясь с обычаями и нравами чужого народа, ты наблюдаешь их со стороны и видишь, что они вовсе не так уж непреложны, как думают те, кто их придерживается. Трудно не заметить, что многие представления, которые вошли в твою плоть и кровь, иностранцам кажутся бессмысленными.

    Преимущество жизни за границей заключается в том, что, соприкасаясь с обычаями и нравами чужого народа, ты наблюдаешь их со стороны и видишь, что они вовсе не так уж непреложны, как думают те, кто их придерживается. Трудно не заметить, что многие представления, которые вошли в твою плоть и кровь, иностранцам кажутся бессмысленными.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
11. «

    Старые английские традиции — ничего подобного на свете не существует! Они, как правило, совсем недавнего происхождения, редко бывают истинно английскими, и что касается традиций, то о таком понятии не может быть и речи, ибо мы меняем их на каждом шагу, если нам это выгодно. Одним словом, они ужасно комичны, эти так называемые английские традиции!

    Старые английские традиции — ничего подобного на свете не существует! Они, как правило, совсем недавнего происхождения, редко бывают истинно английскими, и что касается традиций, то о таком понятии не может быть и речи, ибо мы меняем их на каждом шагу, если нам это выгодно. Одним словом, они ужасно комичны, эти так называемые английские традиции!

    — Чарльз Перси Сноу · книга
12. «

    Мы выбираем жизнь. Россия была и остаётся оплотом традиционных ценностей.

    Мы выбираем жизнь. Россия была и остаётся оплотом традиционных ценностей.

    — Владимир Владимирович Путин
13. «

    Иеросхимонах Михаил (Питкевич; 1877–1962) пришел в Псково-Печерский монастырь уже в весьма преклонных годах, принеся сюда духовную традицию Валаамской обители, в которой подвизался долгие годы, ведя жизнь отшельника и аскета. При этом старец основной смысл христианской жизни видел в евангельской любви и потому нарушал затвор ради наставления и душепопечения приходивших к нему. Любви и терпеливому несению скорбей, внимательной духовной жизни он и учил.

    Иеросхимонах Михаил (Питкевич; 1877–1962) пришел в Псково-Печерский монастырь уже в весьма преклонных годах, принеся сюда духовную традицию Валаамской обители, в которой подвизался долгие годы, ведя жизнь отшельника и аскета. При этом старец основной смысл христианской жизни видел в евангельской любви и потому нарушал затвор ради наставления и душепопечения приходивших к нему. Любви и терпеливому несению скорбей, внимательной духовной жизни он и учил.

    — Иеросхимонах Михаил Питкевич
14. «

    Живые вслух прощают мёртвых, чтобы груз плохих поступков не тянул к земле их души. Живые благодарят мёртвых, поют заупокойные песни: о боях, делах, подвигах и достоинствах прожитой жизни.

    Живые вслух прощают мёртвых, чтобы груз плохих поступков не тянул к земле их души. Живые благодарят мёртвых, поют заупокойные песни: о боях, делах, подвигах и достоинствах прожитой жизни.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    Гордыня и традиции не должны возобладать над здравым смыслом.

    Гордыня и традиции не должны возобладать над здравым смыслом.

    — Дэн Браун · книга
16. «

    Традиция требует таланта, а для новаторства достаточно нахальства.

    Традиция требует таланта, а для новаторства достаточно нахальства.

    — Юрий Поляков · книга
17. «

    С юных лет шарахаясь от местных традиций и фальши, Тем стал, от кого просила мама держаться подальше, О ком твердил отец, что в детстве их мало пороли. Если суждено быть троллями, в итоге вырастут тролли!

    С юных лет шарахаясь от местных традиций и фальши, Тем стал, от кого просила мама держаться подальше, О ком твердил отец, что в детстве их мало пороли. Если суждено быть троллями, в итоге вырастут тролли!
18. «

    Наступает вечер. Голода они не чувствуют, но ужинать садятся. Ужин — это обряд, а обряды облегчают жизнь.

    Наступает вечер. Голода они не чувствуют, но ужинать садятся. Ужин — это обряд, а обряды облегчают жизнь.

    — Дж. М. Кутзее · книга
19. «

    Мне хотелось бы верить, что и после смерти я не утрачу жизнь, что какая-то часть меня — мыслящая, чувствующая, хранящая воспоминания — продолжит существовать. Но ни притягательность этой веры, ни древность и повсеместность культурных традиций почитания загробной жизни не заменят для меня отсутствия каких-либо фактов, свидетельствующих, что это не просто мечты.

    Мне хотелось бы верить, что и после смерти я не утрачу жизнь, что какая-то часть меня — мыслящая, чувствующая, хранящая воспоминания — продолжит существовать. Но ни притягательность этой веры, ни древность и повсеместность культурных традиций почитания загробной жизни не заменят для меня отсутствия каких-либо фактов, свидетельствующих, что это не просто мечты.

    — Карл Саган · книга
20. «

    Я всегда ем одно и тоже на обед, чтобы не приходилось об этом много думать.

    Я всегда ем одно и тоже на обед, чтобы не приходилось об этом много думать.

    — Дик Франс Свааб