214 цитат на тему «тревога» — подборка редакции

Тема «тревога» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 214 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Чувствуешь что-то особенное, когда за дверью морем гудит аудитория. За 30 лет я не привык к этому чувству и испытываю его каждое утро. Я нервно застегиваю сюртук, задаю Николаю лишние вопросы, сержусь... Похоже на то, как будто я трушу, но это не трусость, а что-то другое, чего я не в состоянии ни назвать, ни описать.

   Чувствуешь что-то особенное, когда за дверью морем гудит аудитория. За 30 лет я не привык к этому чувству и испытываю его каждое утро. Я нервно застегиваю сюртук, задаю Николаю лишние вопросы, сержусь... Похоже на то, как будто я трушу, но это не трусость, а что-то другое, чего я не в состоянии ни назвать, ни описать.

   — Антон Павлович Чехов · книга
2. «

   Боль проходит понемногу, Не навек она дана. Есть конец мятежным стонам. Злую муку и тревогу Побеждает тишина.

   Боль проходит понемногу, Не навек она дана. Есть конец мятежным стонам. Злую муку и тревогу Побеждает тишина.

   — Александр Александрович Блок
3. «

   Оставь свои тревоги, Что мы так не похожи И то, что гороскопы наши не сошлись. Не жди дорог пологих, Они ровней быть может, Но мало счастья в этой будничной пыли.

   Оставь свои тревоги, Что мы так не похожи И то, что гороскопы наши не сошлись. Не жди дорог пологих, Они ровней быть может, Но мало счастья в этой будничной пыли.
4. «

   Экспериментально доказано, что живопись Ван Гога вызывает повышенную тревожность.

   Экспериментально доказано, что живопись Ван Гога вызывает повышенную тревожность.

   — Дик Франс Свааб
5. «

   Вслух о войне не говорили. Но, как и прежде, догадывались многие, чувствовали, что вот-вот грянет, и вместе с этим продолжали свято верить в силу народного заклятия: «Авось и пронесёт!» Что ж, и такое тоже бывало.

   Вслух о войне не говорили. Но, как и прежде, догадывались многие, чувствовали, что вот-вот грянет, и вместе с этим продолжали свято верить в силу народного заклятия: «Авось и пронесёт!» Что ж, и такое тоже бывало.

   — Алина Илларионова · книга
6. «

   Избыточная тревога в детском возрасте приводит не только к эмоциональной незрелости, но и к упрощенному мышлению, не способному одновременно удерживать противоположные идеи. Семьи, в которых детей часто подавляли или наказывали, не способствуют развитию свободного мышления или самовыражению, что, в свою очередь, препятствует полному развитию интеллекта.

   Избыточная тревога в детском возрасте приводит не только к эмоциональной незрелости, но и к упрощенному мышлению, не способному одновременно удерживать противоположные идеи. Семьи, в которых детей часто подавляли или наказывали, не способствуют развитию свободного мышления или самовыражению, что, в свою очередь, препятствует полному развитию интеллекта.

   — Линди К. Гибсон · книга
7. «

   Внутри, где-то в легких, будто дрожал воздух. Липкое и слабое, но все же паническое чувство, как если бы девушка состояла целиком из желе, и к нему бы прикоснулись электрической зубной щеткой.

   Внутри, где-то в легких, будто дрожал воздух. Липкое и слабое, но все же паническое чувство, как если бы девушка состояла целиком из желе, и к нему бы прикоснулись электрической зубной щеткой.

   — Аника Вишес · книга
8. «

   Есть девочка, искалеченная тревогой, и она не может пошевелиться, когда смотрит в зеркало. Она улыбается на глазах других людей, но плачет, когда остается наедине с собой. Она прячется, потому что боится показать себя. Мой мир такой пустой. Мой мир такой большой и холодный. Я хочу радости и надежды. Чистого воздуха, чтобы наконец задышать.

   Есть девочка, искалеченная тревогой, и она не может пошевелиться, когда смотрит в зеркало. Она улыбается на глазах других людей, но плачет, когда остается наедине с собой. Она прячется, потому что боится показать себя. Мой мир такой пустой. Мой мир такой большой и холодный. Я хочу радости и надежды. Чистого воздуха, чтобы наконец задышать.

   — Селена Гомес · фильм
9. «

   Так как потеря заботливого Другого вызывает крайнюю тревогу, я постараюсь снять это напряжение, прилагая все силы, чтобы найти заботливого Другого, который всегда находится рядом. Во многих аспектах такие отношения являются зависимыми, так как любая зависимость — это способ справиться с горем, возникшим вследствие разрыва отношений, посредством формирования реальной или символической связи. Жена, которая звонит своему мужу несколько раз в день, муж, который ревнует жену к своим друзьям, человек, который не может спокойно выдержать, как Другой исчезает у него из виду, — все эти люди испытывают страдания, будучи зависимыми от Другого; они добиваются уверенности в себе, пытаясь прочно зафиксировать то, что всегда ускользает, так как в силу самой своей природы не является постоянным.

   Так как потеря заботливого Другого вызывает крайнюю тревогу, я постараюсь снять это напряжение, прилагая все силы, чтобы найти заботливого Другого, который всегда находится рядом. Во многих аспектах такие отношения являются зависимыми, так как любая зависимость — это способ справиться с горем, возникшим вследствие разрыва отношений, посредством формирования реальной или символической связи. Жена, которая звонит своему мужу несколько раз в день, муж, который ревнует жену к своим друзьям, человек, который не может спокойно выдержать, как Другой исчезает у него из виду, — все эти люди испытывают страдания, будучи зависимыми от Другого; они добиваются уверенности в себе, пытаясь прочно зафиксировать то, что всегда ускользает, так как в силу самой своей природы не является постоянным.

   — Джеймс Холлис · книга
10. «

    Никогда эскадрон не бросит своего, И в строю, и в бою – все за одного! Друг за друга стеной – вот такой закон. Западная армия, первый эскадрон.

    Никогда эскадрон не бросит своего, И в строю, и в бою – все за одного! Друг за друга стеной – вот такой закон. Западная армия, первый эскадрон.
11. «

    Впрочем, надо сознаться во всем откровенно: от расстройства ли нерв, от новых ли впечатлений в новой квартире, от недавней ли хандры, но я мало-помалу и постепенно, с самого наступления сумерек, стал впадать в то состояние души, которое так часто приходит ко мне теперь, и которое я называю мистическим ужасом. Это — самая тяжелая, мучительная боязнь чего-то, чего я сам определить не могу, чего-то непостигаемого и несуществующего в порядке вещей, но что непременно, может быть, сию же минуту, осуществится, как бы в насмешку всем доводам разума придет ко мне и станет передо мною как неотразимый факт, ужасный, безобразный и неумолимый. Боязнь эта возрастает обыкновено все сильнее и сильнее, несмотря ни на какие доводы рассудка, так что наконец ум, несмотря на то, что приобретает в эти минуты, может быть, еще большую ясность, тем не менее лишается всякой возможности противодействовать ощущениям. Его не слушаются, он становится бесполезен, и это раздвоение еще больше усиливает пугливую тоску ожидания. Мне кажется, такова отчасти тоска людей, боящихся мертвецов. Но в моей тоске неопределенность опасности еще более усилывает мучения.

    Впрочем, надо сознаться во всем откровенно: от расстройства ли нерв, от новых ли впечатлений в новой квартире, от недавней ли хандры, но я мало-помалу и постепенно, с самого наступления сумерек, стал впадать в то состояние души, которое так часто приходит ко мне теперь, и которое я называю мистическим ужасом. Это — самая тяжелая, мучительная боязнь чего-то, чего я сам определить не могу, чего-то непостигаемого и несуществующего в порядке вещей, но что непременно, может быть, сию же минуту, осуществится, как бы в насмешку всем доводам разума придет ко мне и станет передо мною как неотразимый факт, ужасный, безобразный и неумолимый. Боязнь эта возрастает обыкновено все сильнее и сильнее, несмотря ни на какие доводы рассудка, так что наконец ум, несмотря на то, что приобретает в эти минуты, может быть, еще большую ясность, тем не менее лишается всякой возможности противодействовать ощущениям. Его не слушаются, он становится бесполезен, и это раздвоение еще больше усиливает пугливую тоску ожидания. Мне кажется, такова отчасти тоска людей, боящихся мертвецов. Но в моей тоске неопределенность опасности еще более усилывает мучения.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
12. «

    Свадьба в эту субботу, какие истории ты расскажешь?

    Свадьба в эту субботу, какие истории ты расскажешь?

    — Эмма · фильм
13. «

    Он уже хорошо знал это отвратительное состояние, странную смесь бессилия и апатии с панической тревогой, когда кажется, что смертельно устал и хочешь спать, а стоит лечь — и сон не идёт, в голову лезут всякие страсти, и если даже удаётся на несколько минут задремать, обязательно приснится какая-нибудь гадость.

    Он уже хорошо знал это отвратительное состояние, странную смесь бессилия и апатии с панической тревогой, когда кажется, что смертельно устал и хочешь спать, а стоит лечь — и сон не идёт, в голову лезут всякие страсти, и если даже удаётся на несколько минут задремать, обязательно приснится какая-нибудь гадость.

    — Оксана Панкеева · книга
14. «

    Лекарством от любых сложностей, от любых тревог может стать тишина ночи.

    Лекарством от любых сложностей, от любых тревог может стать тишина ночи.

    — Том Хэнкс · книга
15. «

    Когда я не нахожу себе места от тревоги, бездействие и ожидание — сущая пытка.

    Когда я не нахожу себе места от тревоги, бездействие и ожидание — сущая пытка.

    — Айрис Мёрдок · книга
16. «

    «Небытие» — не просто страх физической смерти, хотя, возможно, именно смерть является самым распространенным предметом и символом тревоги. Угроза небытия относится к религиозной и духовной сфере жизни, поскольку это есть страх перед бессмысленностью существования.

    «Небытие» — не просто страх физической смерти, хотя, возможно, именно смерть является самым распространенным предметом и символом тревоги. Угроза небытия относится к религиозной и духовной сфере жизни, поскольку это есть страх перед бессмысленностью существования.

    — Ролло Мэй
17. «

    Я тебя от всех укрою - Крышей неба голубого. Вместе не страшны тревоги, Ты да я, да мы с тобою.

    Я тебя от всех укрою - Крышей неба голубого. Вместе не страшны тревоги, Ты да я, да мы с тобою.
18. «

    Тревога не лучше страха. От неё только трудней.

    Тревога не лучше страха. От неё только трудней.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
19. «

    Тревога — плохой спутник для путешественника.

    Тревога — плохой спутник для путешественника.

    — Луиза Мэй Олкотт · книга
20. «

    Если небо затянут тучи И на сердце лежит тревога. Верю, завтра все будет лучше, Даже если сегодня плохо.

    Если небо затянут тучи И на сердце лежит тревога. Верю, завтра все будет лучше, Даже если сегодня плохо.