233 цитаты про «тревога» от великих людей

Тема «тревога» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 233 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мы существуем между воспоминаниями и воображением, между призраком прошлого и призраком будущего, мы воскрешаем пережитые страхи и придумываем новые угрозы, не можем разобраться в себе, путая реальность и вымысел. В довершении всех бед нам недостаточно изводить себя тревогами сегодняшнего дня — мы принимаемся размышлять над тревогами дня вчерашнего и в конце концов начинаем бояться самого страха, который коварно подкрадывается, множится, ширится.

   Мы существуем между воспоминаниями и воображением, между призраком прошлого и призраком будущего, мы воскрешаем пережитые страхи и придумываем новые угрозы, не можем разобраться в себе, путая реальность и вымысел. В довершении всех бед нам недостаточно изводить себя тревогами сегодняшнего дня — мы принимаемся размышлять над тревогами дня вчерашнего и в конце концов начинаем бояться самого страха, который коварно подкрадывается, множится, ширится.

   — Хосе Антонио Марина · книга
2. «

   Из полей уносится печаль, Из души уходит прочь тревога, Впереди у жизни только даль, Полная надежд людских дорога.

   Из полей уносится печаль, Из души уходит прочь тревога, Впереди у жизни только даль, Полная надежд людских дорога.
3. «

   Людей тревожит будущее, они пытаются изменить настоящее и сожалеют о прошлом.

   Людей тревожит будущее, они пытаются изменить настоящее и сожалеют о прошлом.

   — инопланетянин · игра
4. «

   В третье своё посещение он твёрдо решил улыбнуться ей, однако так забилось сердце, что он не попал в такт, промахнулся.

   В третье своё посещение он твёрдо решил улыбнуться ей, однако так забилось сердце, что он не попал в такт, промахнулся.

   — Владимир Набоков · книга
5. «

   Женская интуиция – действительно очень странная штука. Порой она способна предвидеть события. А порой и моделировать. Если бы Вероника не была очень тревожной, заболела бы Айя, находясь в гостях у своего папы? Был бы Давид таким безответственным? Это открытый вопрос. Нельзя игнорировать свою интуицию. Но всегда важно помнить, что наши опасения могут материализоваться. Поэтому каждую тревогу нужно разложить по полочкам и честно ответить себе, что же это – действительно обоснованное опасение или излишний и непродуктивный страх. Если мы будем честны с собой, наши дети будут здоровее и счастливее.

   Женская интуиция – действительно очень странная штука. Порой она способна предвидеть события. А порой и моделировать. Если бы Вероника не была очень тревожной, заболела бы Айя, находясь в гостях у своего папы? Был бы Давид таким безответственным? Это открытый вопрос. Нельзя игнорировать свою интуицию. Но всегда важно помнить, что наши опасения могут материализоваться. Поэтому каждую тревогу нужно разложить по полочкам и честно ответить себе, что же это – действительно обоснованное опасение или излишний и непродуктивный страх. Если мы будем честны с собой, наши дети будут здоровее и счастливее.
6. «

   Отдыхать — прекращать тревожиться.

   Отдыхать — прекращать тревожиться.

   — Амброз Бирс · книга
7. «

   Жизнь ваша будет делиться, как правило, между горечью и тревогой. В обоих случаях может помочь алкоголь. Главное — заполучить передышку, чтобы писать. Передышки будут краткими, постарайтесь ими воспользоваться.

   Жизнь ваша будет делиться, как правило, между горечью и тревогой. В обоих случаях может помочь алкоголь. Главное — заполучить передышку, чтобы писать. Передышки будут краткими, постарайтесь ими воспользоваться.

   — Мишель Уэльбек · книга
8. «

   Если чересчур переживать о том, как у вас получается, вы хуже справитесь с заданием, потому что кратковременная память будет перегружена бесполезными тревожными мыслями. Вывод отсюда простой: для самоконтроля требуются и внимание, и усилия.

   Если чересчур переживать о том, как у вас получается, вы хуже справитесь с заданием, потому что кратковременная память будет перегружена бесполезными тревожными мыслями. Вывод отсюда простой: для самоконтроля требуются и внимание, и усилия.

   — Даниэль Канеман · книга
9. «

   Я тревожусь из-за сегодняшней ночи — наполовину от страха, наполовину от предвкушения, — как бывает, когда слышишь гром и знаешь, что в любую секунду молния разорвет небо, пронзая облака своими клыками.

   Я тревожусь из-за сегодняшней ночи — наполовину от страха, наполовину от предвкушения, — как бывает, когда слышишь гром и знаешь, что в любую секунду молния разорвет небо, пронзая облака своими клыками.

   — Лорен Оливер · книга
10. «

    Чередуются радость и горе, - Не одним ты мгновением жив... Если души похожи на море, Есть у них свой прилив и отлив.

    Чередуются радость и горе, - Не одним ты мгновением жив... Если души похожи на море, Есть у них свой прилив и отлив.

    — Всеволод Рождественский
11. «

    Ванна смоет все твои тревоги.

    Ванна смоет все твои тревоги.

    — Мисато Кацураги · аниме
12. «

    Тревожась, мы несём груз завтрашнего дня с силой сегодняшнего и держим на плечах сразу оба дня. Это значит торопиться в завтрашний день раньше времени. Тревога не освобождает завтрашний день от печали, она лишает силы сегодняшний.

    Тревожась, мы несём груз завтрашнего дня с силой сегодняшнего и держим на плечах сразу оба дня. Это значит торопиться в завтрашний день раньше времени. Тревога не освобождает завтрашний день от печали, она лишает силы сегодняшний.

    — Корри тен Бом
13. «

    Переживание отделенности рождает тревогу, оно является источником всякой тревоги. Быть отделенным значит быть отторгнутым, не имея никакой возможности употребить свои человеческие силы. Быть отделенным это значит быть беспомощным, неспособным активно владеть миром – вещами и людьми, это значит, что мир может наступать на меня, а я при этом неспособен противостоять ему. Таким образом, отделенность – это источник напряженной тревоги. Кроме того, она рождает стыд и чувство вины. Это переживание вины и стыда в связи с отделенностью выражено в библейском рассказе об Адаме и Еве.

    Переживание отделенности рождает тревогу, оно является источником всякой тревоги. Быть отделенным значит быть отторгнутым, не имея никакой возможности употребить свои человеческие силы. Быть отделенным это значит быть беспомощным, неспособным активно владеть миром – вещами и людьми, это значит, что мир может наступать на меня, а я при этом неспособен противостоять ему. Таким образом, отделенность – это источник напряженной тревоги. Кроме того, она рождает стыд и чувство вины. Это переживание вины и стыда в связи с отделенностью выражено в библейском рассказе об Адаме и Еве.

    — Эрих Фромм · книга
14. «

    В наш век всё вырастает в «проблему». Мы живем в эпоху тревоги, на которую сами себя обрекли. Она не навязана нам извне. Мы сами порождаем её, навязываем миру и друг другу.

    В наш век всё вырастает в «проблему». Мы живем в эпоху тревоги, на которую сами себя обрекли. Она не навязана нам извне. Мы сами порождаем её, навязываем миру и друг другу.

    — Томас Мертон
15. «

    Завязывается характер с тревоги первой за себя.

    Завязывается характер с тревоги первой за себя.

    — Евгений Евтушенко
16. «

    Недвижна эта ночь. Как факел погребальный Кровавая луна пылает в небесах... Из песен я плету себе венок венчальный, И голос мой звенит, тревожный и печальный, Рыдает в нем тоска, трепещет чуткий страх...

    Недвижна эта ночь. Как факел погребальный Кровавая луна пылает в небесах... Из песен я плету себе венок венчальный, И голос мой звенит, тревожный и печальный, Рыдает в нем тоска, трепещет чуткий страх...

    — Надежда Александровна Тэффи
17. «

    Самая лучшая терапия при сильной обеспокоенности — работа, требующая концентрации. Нелегкое, но исполнимое дело — это лучше, чем медитация. Работа увлекает и отвлекает, как ничто иное.

    Самая лучшая терапия при сильной обеспокоенности — работа, требующая концентрации. Нелегкое, но исполнимое дело — это лучше, чем медитация. Работа увлекает и отвлекает, как ничто иное.

    — Рольф Добелли · книга
18. «

    Идеал жизни, из которой исключена тревога, представляет собой искаженное восприятие жизни.

    Идеал жизни, из которой исключена тревога, представляет собой искаженное восприятие жизни.

    — Ролло Мэй
19. «

    Я считаю, что мы могли бы гораздо больше доверять жизни, чем мы это делаем. Мы могли бы сократить заботы о себе хотя бы на столько, сколько мы их уделяем другим. Природа приспособлена к нашей слабости не менее, чем к нашей силе. Непрестанная тревога и напряжение, в котором живут иные люди, — это род неизлечимой болезни. Нам внушают преувеличенное понятие о важности нашей работы, а между тем, как много мы оставляем несделанным! А что, если бы мы захворали? Мы вечно настороже! Мы полны решимости не жить верой, если этого можно избежать; прожив весь день в тревоге, мы на ночь нехотя читаем молитвы и вверяем себя неизвестности. Уж очень «основательно» приходится нам жить; мы чтим наш образ жизни и отрицаем возможность перемен. Иначе нельзя, говорим мы, а между тем способов жить существует столько же, сколько можно провести радиусов из одного центра.

    Я считаю, что мы могли бы гораздо больше доверять жизни, чем мы это делаем. Мы могли бы сократить заботы о себе хотя бы на столько, сколько мы их уделяем другим. Природа приспособлена к нашей слабости не менее, чем к нашей силе. Непрестанная тревога и напряжение, в котором живут иные люди, — это род неизлечимой болезни. Нам внушают преувеличенное понятие о важности нашей работы, а между тем, как много мы оставляем несделанным! А что, если бы мы захворали? Мы вечно настороже! Мы полны решимости не жить верой, если этого можно избежать; прожив весь день в тревоге, мы на ночь нехотя читаем молитвы и вверяем себя неизвестности. Уж очень «основательно» приходится нам жить; мы чтим наш образ жизни и отрицаем возможность перемен. Иначе нельзя, говорим мы, а между тем способов жить существует столько же, сколько можно провести радиусов из одного центра.

    — Генри Дэвид Торо · книга
20. «

    Наш век отнюдь не Век Тревоги. Это Век Пустоты. Наш век просто сорвался с якоря и несется в никуда.

    Наш век отнюдь не Век Тревоги. Это Век Пустоты. Наш век просто сорвался с якоря и несется в никуда.

    — Джордж Микеш