«тревога» в 51 цитата

Тема «тревога» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 51 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Я искал эту вашу книжку про лес. — О, и как вам, понравилось? — Никак не могу закончить, слишком тревожная. — Тревожная? — Угу. Вот, сами посудите. «Ранним майским утром в небе стрижи летали на огромной высоте беззаботно счастливые. Но вот, вот один из них набросился на другого, вцепившись когтями в спину, и, вмиг разучившись летать, стали приближаться к земле в смертельном падении. И вдруг они издают, издают... пронзительный громкий крик экстаза». И на таких примерах изучают естествознание в Гэмпшире?

   — Я искал эту вашу книжку про лес. — О, и как вам, понравилось? — Никак не могу закончить, слишком тревожная. — Тревожная? — Угу. Вот, сами посудите. «Ранним майским утром в небе стрижи летали на огромной высоте беззаботно счастливые. Но вот, вот один из них набросился на другого, вцепившись когтями в спину, и, вмиг разучившись летать, стали приближаться к земле в смертельном падении. И вдруг они издают, издают... пронзительный громкий крик экстаза». И на таких примерах изучают естествознание в Гэмпшире?

   — Том ЛеФрой · фильм
2. «

   Не будем тревожить тревогу, пока тревога не тревожит нас.

   Не будем тревожить тревогу, пока тревога не тревожит нас.

   — Эдик (аферист-дрессировщик) · фильм
3. «

   Впрочем, надо сознаться во всем откровенно: от расстройства ли нерв, от новых ли впечатлений в новой квартире, от недавней ли хандры, но я мало-помалу и постепенно, с самого наступления сумерек, стал впадать в то состояние души, которое так часто приходит ко мне теперь, и которое я называю мистическим ужасом. Это — самая тяжелая, мучительная боязнь чего-то, чего я сам определить не могу, чего-то непостигаемого и несуществующего в порядке вещей, но что непременно, может быть, сию же минуту, осуществится, как бы в насмешку всем доводам разума придет ко мне и станет передо мною как неотразимый факт, ужасный, безобразный и неумолимый. Боязнь эта возрастает обыкновено все сильнее и сильнее, несмотря ни на какие доводы рассудка, так что наконец ум, несмотря на то, что приобретает в эти минуты, может быть, еще большую ясность, тем не менее лишается всякой возможности противодействовать ощущениям. Его не слушаются, он становится бесполезен, и это раздвоение еще больше усиливает пугливую тоску ожидания. Мне кажется, такова отчасти тоска людей, боящихся мертвецов. Но в моей тоске неопределенность опасности еще более усилывает мучения.

   Впрочем, надо сознаться во всем откровенно: от расстройства ли нерв, от новых ли впечатлений в новой квартире, от недавней ли хандры, но я мало-помалу и постепенно, с самого наступления сумерек, стал впадать в то состояние души, которое так часто приходит ко мне теперь, и которое я называю мистическим ужасом. Это — самая тяжелая, мучительная боязнь чего-то, чего я сам определить не могу, чего-то непостигаемого и несуществующего в порядке вещей, но что непременно, может быть, сию же минуту, осуществится, как бы в насмешку всем доводам разума придет ко мне и станет передо мною как неотразимый факт, ужасный, безобразный и неумолимый. Боязнь эта возрастает обыкновено все сильнее и сильнее, несмотря ни на какие доводы рассудка, так что наконец ум, несмотря на то, что приобретает в эти минуты, может быть, еще большую ясность, тем не менее лишается всякой возможности противодействовать ощущениям. Его не слушаются, он становится бесполезен, и это раздвоение еще больше усиливает пугливую тоску ожидания. Мне кажется, такова отчасти тоска людей, боящихся мертвецов. Но в моей тоске неопределенность опасности еще более усилывает мучения.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
4. «

   Тревога изматывает человека.

   Тревога изматывает человека.

   — Герберт Уэллс · книга
5. «

   Как же кончается все там, где начинается тревога о тебе...

   Как же кончается все там, где начинается тревога о тебе...

   — Людмила Улицкая · книга
6. «

   Когда мы держались за руки, всем мои тревоги исчезли без следа.

   Когда мы держались за руки, всем мои тревоги исчезли без следа.

   — Кан Дан И · сериал
7. «

   Из полей уносится печаль, Из души уходит прочь тревога, Впереди у жизни только даль, Полная надежд людских дорога.

   Из полей уносится печаль, Из души уходит прочь тревога, Впереди у жизни только даль, Полная надежд людских дорога.
8. «

   Идеал жизни, из которой исключена тревога, представляет собой искаженное восприятие жизни.

   Идеал жизни, из которой исключена тревога, представляет собой искаженное восприятие жизни.

   — Ролло Мэй
9. «

   Тревога, горе, наслаждение, смерть — это, по сути, один, и всегда один, способ существовать.

   Тревога, горе, наслаждение, смерть — это, по сути, один, и всегда один, способ существовать.

   — Фрида Кало
10. «

    Он уже хорошо знал это отвратительное состояние, странную смесь бессилия и апатии с панической тревогой, когда кажется, что смертельно устал и хочешь спать, а стоит лечь — и сон не идёт, в голову лезут всякие страсти, и если даже удаётся на несколько минут задремать, обязательно приснится какая-нибудь гадость.

    Он уже хорошо знал это отвратительное состояние, странную смесь бессилия и апатии с панической тревогой, когда кажется, что смертельно устал и хочешь спать, а стоит лечь — и сон не идёт, в голову лезут всякие страсти, и если даже удаётся на несколько минут задремать, обязательно приснится какая-нибудь гадость.

    — Оксана Панкеева · книга
11. «

    «Исчезну сама — вот тогда и все мои горести исчезнут», — тупо подумала я. Исчезнут все заботы и тревоги.

    «Исчезну сама — вот тогда и все мои горести исчезнут», — тупо подумала я. Исчезнут все заботы и тревоги.

    — Гиллиан Флинн · книга
12. «

    А ритмы, а рифмы неведомо откуда Мне под руку лезут, и нету отбоя. Звенит в голове от шмелиного гуда. Как спьяну могу говорить про любое. О чем же? О жизни, что длилась напрасно? Не надо. Об этом уже надоело. Уже надоело? Ну вот и прекрасно, Я тоже о ней говорить не хотела. И все же, и все-таки длится дорога, О нет, не дорога — глухая тревога, Смятенье, прислушиванье, озиранье, О чем-то пытаешься вспомнить заране, Терзается память и все же не может Прорваться куда-то, покуда не дожит Мой день...

    А ритмы, а рифмы неведомо откуда Мне под руку лезут, и нету отбоя. Звенит в голове от шмелиного гуда. Как спьяну могу говорить про любое. О чем же? О жизни, что длилась напрасно? Не надо. Об этом уже надоело. Уже надоело? Ну вот и прекрасно, Я тоже о ней говорить не хотела. И все же, и все-таки длится дорога, О нет, не дорога — глухая тревога, Смятенье, прислушиванье, озиранье, О чем-то пытаешься вспомнить заране, Терзается память и все же не может Прорваться куда-то, покуда не дожит Мой день...

    — Мария Сергеевна Петровых
13. «

    Такова уж стариковская доля — тревожиться за молодых. А удел молодых — презирать стариковские тревоги.

    Такова уж стариковская доля — тревожиться за молодых. А удел молодых — презирать стариковские тревоги.

    — Филип Пулман · книга
14. «

    «Небытие» — не просто страх физической смерти, хотя, возможно, именно смерть является самым распространенным предметом и символом тревоги. Угроза небытия относится к религиозной и духовной сфере жизни, поскольку это есть страх перед бессмысленностью существования.

    «Небытие» — не просто страх физической смерти, хотя, возможно, именно смерть является самым распространенным предметом и символом тревоги. Угроза небытия относится к религиозной и духовной сфере жизни, поскольку это есть страх перед бессмысленностью существования.

    — Ролло Мэй
15. «

    В третье своё посещение он твёрдо решил улыбнуться ей, однако так забилось сердце, что он не попал в такт, промахнулся.

    В третье своё посещение он твёрдо решил улыбнуться ей, однако так забилось сердце, что он не попал в такт, промахнулся.

    — Владимир Набоков · книга
16. «

    Опасайся постоянно тревожащихся людей, однажды, когда они перестанут бояться, они станут владыками мира.

    Опасайся постоянно тревожащихся людей, однажды, когда они перестанут бояться, они станут владыками мира.

    — Тонино Бенаквиста · книга
17. «

    Беспокойство творит странные вещи со временем. Каждый день начинался с ощущения, что сегодня что-то прояснится, и конец тревог всегда казался близким.

    Беспокойство творит странные вещи со временем. Каждый день начинался с ощущения, что сегодня что-то прояснится, и конец тревог всегда казался близким.

    — Айрис Мёрдок · книга
18. «

    Искра — это бред. Мужчины придумали эту искру, чтоб не звонить вам, держать вас в недоумении, чтоб потом убедить вас, что ваши тревоги и страх и есть та самая искра! И вы на это ведётесь, верите, и вам это нравится. Нравится, потому что вы без ума от переживаний — они вам необходимы.

    Искра — это бред. Мужчины придумали эту искру, чтоб не звонить вам, держать вас в недоумении, чтоб потом убедить вас, что ваши тревоги и страх и есть та самая искра! И вы на это ведётесь, верите, и вам это нравится. Нравится, потому что вы без ума от переживаний — они вам необходимы.

    — Алекс (Джастин Лонг) · фильм
19. «

    — Любовь — это… тревога, — сказал он. — Хочешь доставить радость и боишься, что тебя увидят таким, каков ты есть. В то же время хочешь, чтобы тебя знали. Иными словами… ты наг, стонешь во тьме, теряешь всякую гордость… Я хотел, чтобы она видела меня и любила, хотя знала как облупленного, а я знал её. Теперь её рядом нет, и моё знание неполно. Целыми днями пытаюсь представить, чем она занимается, что говорит, с кем общается, как выглядит. Стараюсь восполнить потерянные часы, но чем дольше разлука, тем это труднее — неизвестность множится. Приходится додумывать. На самом деле, я просто не знаю. Ничего больше не знаю.

    — Любовь — это… тревога, — сказал он. — Хочешь доставить радость и боишься, что тебя увидят таким, каков ты есть. В то же время хочешь, чтобы тебя знали. Иными словами… ты наг, стонешь во тьме, теряешь всякую гордость… Я хотел, чтобы она видела меня и любила, хотя знала как облупленного, а я знал её. Теперь её рядом нет, и моё знание неполно. Целыми днями пытаюсь представить, чем она занимается, что говорит, с кем общается, как выглядит. Стараюсь восполнить потерянные часы, но чем дольше разлука, тем это труднее — неизвестность множится. Приходится додумывать. На самом деле, я просто не знаю. Ничего больше не знаю.

    — Одри Ниффенеггер · книга
20. «

    Самый быстрый способ избавиться от тревоги состоит в том, чтобы сделать несколько глубоких вдохов животом. Дыхание грудной клеткой, по-видимому, способствует возникновению тревоги, в то время как дыхание животом связано с ее уменьшением. Если вы встревожены, подождите, пока тревога не пройдет и дыхание не замедлится. Но если вы торопитесь избавиться от тревоги, то можете сознательно замедлять дыхание и наблюдать, как тревога уходит.

    Самый быстрый способ избавиться от тревоги состоит в том, чтобы сделать несколько глубоких вдохов животом. Дыхание грудной клеткой, по-видимому, способствует возникновению тревоги, в то время как дыхание животом связано с ее уменьшением. Если вы встревожены, подождите, пока тревога не пройдет и дыхание не замедлится. Но если вы торопитесь избавиться от тревоги, то можете сознательно замедлять дыхание и наблюдать, как тревога уходит.

    — Уильям Дж. Кнаус · книга