25 цитат про «Жизненные цитаты на тему «тюрьма»», проверенных временем

25 цитат про «Жизненные цитаты на тему «тюрьма»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Стоял и думал: на воле воздух очень разреженный. Места тут чересчур, плотность населения слишком низкая. На зоне вот по сто пятьдесят человек в бараке, на тюрьме по пятьдесят в хате, нары в три яруса, до чужой судьбы полметра; и у каждого вместо судьбы — открытый перелом; острыми обломками наружу. Нельзя не наткнуться на другого, нельзя не распороть себя об него, не обмазаться в мясных лохмотьях. Лезут друг другу в глаза, в нос своими потрохами вонючими, членом тычут. Некуда друг от друга деваться. Сначала жутко от этого, потом тошно до блевоты, потом привыкаешь, а потом без этого даже и пусто. На воле с чужими людьми в разных квартирах живёшь, стенкой от них отделяешься, в метро каждый в своём пузыре едет. Как чай из пакетиков после чифиря — так на воле. Сидишь, кажется — только снаружи всё подлинное. Выходишь — фальшак. Жизнь в зоне — морок, а ничего более настоящего нет.

   Стоял и думал: на воле воздух очень разреженный. Места тут чересчур, плотность населения слишком низкая. На зоне вот по сто пятьдесят человек в бараке, на тюрьме по пятьдесят в хате, нары в три яруса, до чужой судьбы полметра; и у каждого вместо судьбы — открытый перелом; острыми обломками наружу. Нельзя не наткнуться на другого, нельзя не распороть себя об него, не обмазаться в мясных лохмотьях. Лезут друг другу в глаза, в нос своими потрохами вонючими, членом тычут. Некуда друг от друга деваться. Сначала жутко от этого, потом тошно до блевоты, потом привыкаешь, а потом без этого даже и пусто. На воле с чужими людьми в разных квартирах живёшь, стенкой от них отделяешься, в метро каждый в своём пузыре едет. Как чай из пакетиков после чифиря — так на воле. Сидишь, кажется — только снаружи всё подлинное. Выходишь — фальшак. Жизнь в зоне — морок, а ничего более настоящего нет.

   — Дмитрий Глуховский · книга
2. «

   Когда я в лагере был, то я писал даже на каменной кладке. Я на клочке бумажки писал карандашом, потом содержание запомню и уничтожаю бумажку.

   Когда я в лагере был, то я писал даже на каменной кладке. Я на клочке бумажки писал карандашом, потом содержание запомню и уничтожаю бумажку.

   — Александр Солженицын
3. «

   Чтоб всё было в порядке — надо расстрелять всех чекистов. Потому что все сюда присланные — штрафники, садисты и негодяи, перевоспитывать их нет смысла. Но если я расстреляю этих чекистов — других мне не дадут. Поэтому пусть всё идёт как идёт.

   Чтоб всё было в порядке — надо расстрелять всех чекистов. Потому что все сюда присланные — штрафники, садисты и негодяи, перевоспитывать их нет смысла. Но если я расстреляю этих чекистов — других мне не дадут. Поэтому пусть всё идёт как идёт.

   — Захар Прилепин · книга
4. «

   Есть множество богатых людей, которые живут в своих тюрьмах, пойманные в западню собственной жадностью, отгородившись от мира.

   Есть множество богатых людей, которые живут в своих тюрьмах, пойманные в западню собственной жадностью, отгородившись от мира.

   — Карин Слотер · книга
5. «

   Можно даже сказать, что страсть – это настоящее болото, наркотик, тюрьма. Человек ослабевает творить угодное Богу и не может избавиться от оков пагубных и растлевающих страстей. У всех нас маленькие или большие страсти, явные или тайные, известные и не очень, вошедшие в привычку и возникающие неожиданно, те самые страсти, от которых на словах мы хотим избавиться, но при этом не переходим к мужественным поступкам. Нужно признаться, что победа над этими врагами только своими силами весьма труднодостижима. Но при содействии бесстрастного Христа, перенесшего страдания и крестную смерть ради нас, одержимых страстями, можно освободиться от их безраздельного правления.

   Можно даже сказать, что страсть – это настоящее болото, наркотик, тюрьма. Человек ослабевает творить угодное Богу и не может избавиться от оков пагубных и растлевающих страстей. У всех нас маленькие или большие страсти, явные или тайные, известные и не очень, вошедшие в привычку и возникающие неожиданно, те самые страсти, от которых на словах мы хотим избавиться, но при этом не переходим к мужественным поступкам. Нужно признаться, что победа над этими врагами только своими силами весьма труднодостижима. Но при содействии бесстрастного Христа, перенесшего страдания и крестную смерть ради нас, одержимых страстями, можно освободиться от их безраздельного правления.

   — Моисей Святогорец · книга
6. «

   Я встречал стильных зэков. В тюрьме стильных людей больше, чем на свободе.

   Я встречал стильных зэков. В тюрьме стильных людей больше, чем на свободе.

   — Чарльз Буковски · книга
7. «

   Тюрьма не исправила ни одного человека. Нет таких, кто из тюрьмы вышел и говорит: я теперь замечательный.

   Тюрьма не исправила ни одного человека. Нет таких, кто из тюрьмы вышел и говорит: я теперь замечательный.

   — Елизавета Петровна Глинка
8. «

   На разговоры о прошлом наложен строжайший запрет, да и в разговорах этих нет ни малейшей надобности. Если ты сидишь в тюрьме, ты и так находишься в плену у собственного прошлого.

   На разговоры о прошлом наложен строжайший запрет, да и в разговорах этих нет ни малейшей надобности. Если ты сидишь в тюрьме, ты и так находишься в плену у собственного прошлого.

   — Элиф Шафак · книга
9. «

   Тюрьма — это не круто! Быть здесь — не круто! Это не храбрость, не смелость и не мужество. Это — глупость. Я дура, что попала сюда, и дура, что думала, что это не разрушит мою жизнь, что буду в порядке. И я не выживаю, я просто существую.

   Тюрьма — это не круто! Быть здесь — не круто! Это не храбрость, не смелость и не мужество. Это — глупость. Я дура, что попала сюда, и дура, что думала, что это не разрушит мою жизнь, что буду в порядке. И я не выживаю, я просто существую.

   — Брук Сосо · сериал
10. «

    Говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекаются. А ещё от болезни.

    Говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекаются. А ещё от болезни.

    — Наталия Сухинина · книга
11. «

    За колючей проволокой — всегда небо в клетку и солнца полное затмение.

    За колючей проволокой — всегда небо в клетку и солнца полное затмение.
12. «

    Но узники злодеев - Злопамятный народ: Тиранам не кричат, что обожают. Для мщенья выгрызаются Из скалистых пород, Словами и кинжалами их жалят.

    Но узники злодеев - Злопамятный народ: Тиранам не кричат, что обожают. Для мщенья выгрызаются Из скалистых пород, Словами и кинжалами их жалят.
13. «

    Страдание — это непрерывное, никогда не кончающееся мгновение. Его невозможно разделить на дни, на месяцы, на времена года. Мы можем лишь подмечать различные его нюансы и устанавливать, в какой последовательности они повторяются. У нас здесь само время остановилось в своём поступательном движении вперёд. Вместо этого оно идёт по кругу вращаясь вокруг единого центра боли. Над нами господствует парализующая неподвижность жизни, в неизменном распорядке в котором каждой мелочи отведено своё место, — мы едим, пьем, выходим на прогулку, ложимся и молимся (или, по крайней мере становимся на колени для молитвы) в соответствии с кем-то установленными правилами и железными предписаниями.

    Страдание — это непрерывное, никогда не кончающееся мгновение. Его невозможно разделить на дни, на месяцы, на времена года. Мы можем лишь подмечать различные его нюансы и устанавливать, в какой последовательности они повторяются. У нас здесь само время остановилось в своём поступательном движении вперёд. Вместо этого оно идёт по кругу вращаясь вокруг единого центра боли. Над нами господствует парализующая неподвижность жизни, в неизменном распорядке в котором каждой мелочи отведено своё место, — мы едим, пьем, выходим на прогулку, ложимся и молимся (или, по крайней мере становимся на колени для молитвы) в соответствии с кем-то установленными правилами и железными предписаниями.

    — Оскар Уайльд · книга
14. «

    Для охранника тюрьма всегда опаснее, чем для заключенного.

    Для охранника тюрьма всегда опаснее, чем для заключенного.

    — Сергей Недоруб · книга
15. «

    Понятие «публичное одиночество» применительно к лагерной жизни имело буквальный смысл. При постоянном пребывании на людях образовывалась невидимая скорлупа, в которую удавалось кое-что спрятать. Многолюдье бараков становилось условным.

    Понятие «публичное одиночество» применительно к лагерной жизни имело буквальный смысл. При постоянном пребывании на людях образовывалась невидимая скорлупа, в которую удавалось кое-что спрятать. Многолюдье бараков становилось условным.

    — Тамара Петкевич · книга
16. «

    Каждый заселяет свою темницу тем, чем может: старики — безвозвратно ушедшим прошлым, молодые — будущим, которого им не суждено увидеть.

    Каждый заселяет свою темницу тем, чем может: старики — безвозвратно ушедшим прошлым, молодые — будущим, которого им не суждено увидеть.

    — Морис Дрюон · книга
17. «

    Пусть во втором сезоне «Побега из тюрьмы» герои уже сбежали из тюрьмы, но название осталось, показывая, что общество — это само по себе тюрьма.

    Пусть во втором сезоне «Побега из тюрьмы» герои уже сбежали из тюрьмы, но название осталось, показывая, что общество — это само по себе тюрьма.
18. «

    Где человек находится противясь, там его тюрьма.

    Где человек находится противясь, там его тюрьма.

    — Эпиктет
19. «

    Умные люди подсказали — когда ты не можешь посадить за то, что они делают, посади за то, что они не делают.

    Умные люди подсказали — когда ты не можешь посадить за то, что они делают, посади за то, что они не делают.

    — Червоня (барон) · сериал
20. «

    Потом будут говорить, что здесь был ад. А здесь была жизнь. Смерть — это тоже вполне себе жизнь: надо дожить до этой мысли, с разбегу её не поймёшь. Что до ада — то он всего лишь одна из форм жизни, ничего страшного.

    Потом будут говорить, что здесь был ад. А здесь была жизнь. Смерть — это тоже вполне себе жизнь: надо дожить до этой мысли, с разбегу её не поймёшь. Что до ада — то он всего лишь одна из форм жизни, ничего страшного.

    — Захар Прилепин · книга