295 цитат: всё о «убийцы»

Тема «убийцы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 295 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Оружие в руках счастливого человека стреляет реже!

   Оружие в руках счастливого человека стреляет реже!
2. «

   — Интересно, у убийцы есть жена? — Жены нет, подруги, кстати, тоже. — Вот видишь, каким агрессивным делает мужчину отсутствие регулярной половой жизни.

   — Интересно, у убийцы есть жена? — Жены нет, подруги, кстати, тоже. — Вот видишь, каким агрессивным делает мужчину отсутствие регулярной половой жизни.

   — Виктор Лебедев · сериал
3. «

   — Там, в большом мире, бродит человек, убивший твоих родителей. Судя по всему, он до сих пор ищет тебя и тоже хочет убить. Никт пожал плечами. — И что с того? Подумаешь, убьет! Все мои друзья мертвые.

   — Там, в большом мире, бродит человек, убивший твоих родителей. Судя по всему, он до сих пор ищет тебя и тоже хочет убить. Никт пожал плечами. — И что с того? Подумаешь, убьет! Все мои друзья мертвые.

   — Нил Гейман · книга
4. «

   — Ты что думаешь, что Ноа убийца? — Я просто говорю, что в каждом детективе есть безобидный чувак, обычно он сосед жертвы или ее менеджер. И он такой бу «Сьюзи мертва»?

   — Ты что думаешь, что Ноа убийца? — Я просто говорю, что в каждом детективе есть безобидный чувак, обычно он сосед жертвы или ее менеджер. И он такой бу «Сьюзи мертва»?

   — Джейк Фицджеральд · сериал
5. «

   – Подобные попытки привлечь к себе внимание – например, дразнить полицию, оставляя на месте преступления загадочные улики, – типичны и для психотиков, и для психопатов. Такой субъект убежден в своем превосходстве над остальными: он хитрее, умнее, лучше их; он никогда не ошибается, а если все-таки порой даст маху, то исключительно по вине окружающих. По сути, такой убийца говорит: «Я не могу ошибиться. Вам до сих пор не удавалось поймать меня? Посмотрим, что вам даст это». Здесь, – пояснил Брейтуэйт, – мы имеем дело с самоутверждением. В крупных городах вроде Лондона подобные бессистемные убийства порождают всплески паники – этого и добивается преступник. Оставляя таинственные, темные по смыслу «улики» и тем самым заставляя полицию ломать голову над мотивом преступления, он получает двойное удовлетворение. Это игра, в которой правила диктует убийца. Он говорит: «Вы должны расшифровать мое послание и прислушаться ко мне – а не то пеняйте на себя!» В восьмидесятые годы прошлого века Джек-Потрошитель изводил лондонскую полицию язвительными эпистолами. Пример из недавнего прошлого – Зодиак, славший в полицию Сан-Франциско письма, зашифрованные с помощью астрологического креста, наложенного на круг. Когда их наконец удалось расшифровать, в одном из них прочли: «Я буду заново рожден в Раю, господином над теми, кого убил».

   – Подобные попытки привлечь к себе внимание – например, дразнить полицию, оставляя на месте преступления загадочные улики, – типичны и для психотиков, и для психопатов. Такой субъект убежден в своем превосходстве над остальными: он хитрее, умнее, лучше их; он никогда не ошибается, а если все-таки порой даст маху, то исключительно по вине окружающих. По сути, такой убийца говорит: «Я не могу ошибиться. Вам до сих пор не удавалось поймать меня? Посмотрим, что вам даст это». Здесь, – пояснил Брейтуэйт, – мы имеем дело с самоутверждением. В крупных городах вроде Лондона подобные бессистемные убийства порождают всплески паники – этого и добивается преступник. Оставляя таинственные, темные по смыслу «улики» и тем самым заставляя полицию ломать голову над мотивом преступления, он получает двойное удовлетворение. Это игра, в которой правила диктует убийца. Он говорит: «Вы должны расшифровать мое послание и прислушаться ко мне – а не то пеняйте на себя!» В восьмидесятые годы прошлого века Джек-Потрошитель изводил лондонскую полицию язвительными эпистолами. Пример из недавнего прошлого – Зодиак, славший в полицию Сан-Франциско письма, зашифрованные с помощью астрологического креста, наложенного на круг. Когда их наконец удалось расшифровать, в одном из них прочли: «Я буду заново рожден в Раю, господином над теми, кого убил».

   — Майкл Слэйд · книга
6. «

   — Как я выгляжу? — Как коварный и лживый убийца, скрывающийся от закона.

   — Как я выгляжу? — Как коварный и лживый убийца, скрывающийся от закона.

   — Датч ван дер Линде · игра
7. «

   Я бы никогда не совершил самоубийства. Верю в людей – среди них всегда найдется услужливый убийца.

   Я бы никогда не совершил самоубийства. Верю в людей – среди них всегда найдется услужливый убийца.

   — Станислав Ежи Лец · книга
8. «

   Кто-то убийцей становиться, но лучшие ими рождаются. Иногда нужен просто толчок.

   Кто-то убийцей становиться, но лучшие ими рождаются. Иногда нужен просто толчок.

   — Чаки · сериал
9. «

   — Слушай. Прости. — Хочешь быть главным скаутом – будь. Идешь за мной – иди. — Почему ты доктора послал? — Лучше одному впереди. — Ищешь что-то странное? — Видя это и Солнце, я скажу, что мы влипли. — Что с солнцем? И что, по-твоему, происходит? — Оно стоит на месте. По-моему? Я думаю, нас выбрали. Спецназ, группа Альфа. Лос-Зетас – убийца из картеля. ОРФ, ликвидатор из Сьерра-Леоне. Боец из «Революционного фронта»; ты — снайпер из «Кидон»; далее Якудза, семья Инагава-кай. И один из списка самых опасных. И он... Все тут убийцы. Док не лезет. — Не лезет куда? А как же ты? — А что я? — Ты знаешь джунгли. И игроков. Думаю, ты – военный. Спец. Может, наёмник. — Это проблема? — Нет, пока что нет...

   — Слушай. Прости. — Хочешь быть главным скаутом – будь. Идешь за мной – иди. — Почему ты доктора послал? — Лучше одному впереди. — Ищешь что-то странное? — Видя это и Солнце, я скажу, что мы влипли. — Что с солнцем? И что, по-твоему, происходит? — Оно стоит на месте. По-моему? Я думаю, нас выбрали. Спецназ, группа Альфа. Лос-Зетас – убийца из картеля. ОРФ, ликвидатор из Сьерра-Леоне. Боец из «Революционного фронта»; ты — снайпер из «Кидон»; далее Якудза, семья Инагава-кай. И один из списка самых опасных. И он... Все тут убийцы. Док не лезет. — Не лезет куда? А как же ты? — А что я? — Ты знаешь джунгли. И игроков. Думаю, ты – военный. Спец. Может, наёмник. — Это проблема? — Нет, пока что нет...

   — Эдвин · фильм
10. «

    — Мы арестовали парня жертвы. Свидетель видел его удирающим с места преступления, и он забыл сменить свои окровавленные носки… — Боже, благослови тупых убийц!

    — Мы арестовали парня жертвы. Свидетель видел его удирающим с места преступления, и он забыл сменить свои окровавленные носки… — Боже, благослови тупых убийц!

    — Анхель Батиста · сериал
11. «

    Возможно, я одинок в этом, но иногда, когда я смотрю на бездомных, на убийц, на простых мерзавцев или пьяниц, я вдруг начинаю представлять себе их младенческие фотографии. На этих фотографиях они такие же, как мы с вами на наших. И то, что мы не выросли такими, как они, лишь удивительная, необъяснимая случайность.

    Возможно, я одинок в этом, но иногда, когда я смотрю на бездомных, на убийц, на простых мерзавцев или пьяниц, я вдруг начинаю представлять себе их младенческие фотографии. На этих фотографиях они такие же, как мы с вами на наших. И то, что мы не выросли такими, как они, лишь удивительная, необъяснимая случайность.

    — Дастин Хоффман
12. «

    — У меня была сестра. — Спрут подвинул кувшин с рябиновыми ветками и принялся собирать разложенные книги. — Если не трудно, положи вот это на бюро... Однажды она убила — видимо, из любви, как она её понимала; семья её защитила, и началась ненависть. Габриэла не желала ненавидеть себя и потому возненавидела нас. Смерть родителей сделала её счастливой почти на месяц, потом ей захотелось большего. В конце концов сестра убила снова. Этого не доказать, но я не сомневаюсь, что графа Гирке утопила она. Меня Габриэла не трогала лишь потому, что ждала, когда я буду счастлив и очень не захочу умирать.

    — У меня была сестра. — Спрут подвинул кувшин с рябиновыми ветками и принялся собирать разложенные книги. — Если не трудно, положи вот это на бюро... Однажды она убила — видимо, из любви, как она её понимала; семья её защитила, и началась ненависть. Габриэла не желала ненавидеть себя и потому возненавидела нас. Смерть родителей сделала её счастливой почти на месяц, потом ей захотелось большего. В конце концов сестра убила снова. Этого не доказать, но я не сомневаюсь, что графа Гирке утопила она. Меня Габриэла не трогала лишь потому, что ждала, когда я буду счастлив и очень не захочу умирать.

    — Вера Камша · книга
13. «

    Ну, конечно! Первый парень, которого я поцеловала, убийца и монстр. Видимо, это мой типаж.

    Ну, конечно! Первый парень, которого я поцеловала, убийца и монстр. Видимо, это мой типаж.

    — Уэнздей Аддамс · сериал
14. «

    – Сейчас мы с ужасом думаем о тех временах, когда жгли на кострах ведьм. Мне кажется, что настанут дни, когда мы содрогнемся при одной мысли о том, что мы когда-то вешали преступников. – Вы против высшей меры наказания? – Дело даже не в этом. – Он умолк. – Знаете, – медленно произнес он наконец, – моя профессия все же лучше вашей. – Почему? – Потому что вам приходится очень часто судить, кто прав, кто виноват, а я вообще не уверен, что можно об этом судить. А если все это целиком зависит от желез внутренней секреции? Слишком активна одна железа, слишком мало развита другая – и вот перед вами убийца, вор, рецидивист. Клемент, я убежден, что настанет время, когда мы с ужасом и отвращением будем вспоминать долгие века, когда мы позволяли себе упиваться так называемыми справедливыми мерами наказания за преступления, и поймем, что осуждали и наказывали людей больных, которые были не в силах справиться с болезнью, бедолаги! Ведь не вешают же того, кто болен туберкулезом! – Он не представляет опасности для окружающих. – Нет, в определенном смысле он опасен. Он может заразить других. Ладно, возьмем, к примеру, несчастного, который воображает, что он китайский император. Вы же не обвиняете его в злом умысле. Я согласен, что общество нуждается в защите. Поместите этих людей куда-нибудь, где они никому не причинят вреда, даже устраните их безболезненным путем, да, я готов согласиться на крайние меры, но только не называйте это наказанием. Не убивайте позором их семьи – невинных людей.

    – Сейчас мы с ужасом думаем о тех временах, когда жгли на кострах ведьм. Мне кажется, что настанут дни, когда мы содрогнемся при одной мысли о том, что мы когда-то вешали преступников. – Вы против высшей меры наказания? – Дело даже не в этом. – Он умолк. – Знаете, – медленно произнес он наконец, – моя профессия все же лучше вашей. – Почему? – Потому что вам приходится очень часто судить, кто прав, кто виноват, а я вообще не уверен, что можно об этом судить. А если все это целиком зависит от желез внутренней секреции? Слишком активна одна железа, слишком мало развита другая – и вот перед вами убийца, вор, рецидивист. Клемент, я убежден, что настанет время, когда мы с ужасом и отвращением будем вспоминать долгие века, когда мы позволяли себе упиваться так называемыми справедливыми мерами наказания за преступления, и поймем, что осуждали и наказывали людей больных, которые были не в силах справиться с болезнью, бедолаги! Ведь не вешают же того, кто болен туберкулезом! – Он не представляет опасности для окружающих. – Нет, в определенном смысле он опасен. Он может заразить других. Ладно, возьмем, к примеру, несчастного, который воображает, что он китайский император. Вы же не обвиняете его в злом умысле. Я согласен, что общество нуждается в защите. Поместите этих людей куда-нибудь, где они никому не причинят вреда, даже устраните их безболезненным путем, да, я готов согласиться на крайние меры, но только не называйте это наказанием. Не убивайте позором их семьи – невинных людей.

    — Агата Кристи · книга
15. «

    Оружие не убивает людей. Я убиваю.

    Оружие не убивает людей. Я убиваю.
16. «

    — Нравится Италия? — Да. — Всегда к Риму с теплотой относился. Здесь я впервые задушил человека голыми руками. Политика-коммуниста. — Трогательно. — Я очень скучаю по коммунистам. По Красной Угрозе. У людей был страх. Контора тогда пользовалась уважением. Я тогда каждую ночь с тёлками трахался.

    — Нравится Италия? — Да. — Всегда к Риму с теплотой относился. Здесь я впервые задушил человека голыми руками. Политика-коммуниста. — Трогательно. — Я очень скучаю по коммунистам. По Красной Угрозе. У людей был страх. Контора тогда пользовалась уважением. Я тогда каждую ночь с тёлками трахался.

    — Джордж Каплан · фильм
17. «

    Мазохист провоцирует садиста. Даже самый пассивный человек – на самом деле агрессор. Мы все убийцы.

    Мазохист провоцирует садиста. Даже самый пассивный человек – на самом деле агрессор. Мы все убийцы.

    — Чак Паланик · книга
18. «

    Я не люблю военных. Этих профессиональных убийц, которые гордятся своим умением убивать быстро и эффективно. Я знаю, как уныла и бездарна их жизнь. Я знаю, как они ненавидят свою казарму, свою лямку и как они относятся к солдатам.

    Я не люблю военных. Этих профессиональных убийц, которые гордятся своим умением убивать быстро и эффективно. Я знаю, как уныла и бездарна их жизнь. Я знаю, как они ненавидят свою казарму, свою лямку и как они относятся к солдатам.

    — Дмитрий Чернышев
19. «

    Убийство не меняет ничьей жизни, кроме жизни убитого и порой убийцы.

    Убийство не меняет ничьей жизни, кроме жизни убитого и порой убийцы.

    — Дэшил Хэммет · книга
20. «

    Интересно, почему я раньше не догадался? Первый в мире убийца, отмеченный Господом и обреченный ходить по земле в одиночестве и муках до скончания веков. Впечатляющее прозвище. Но даже оно не такое нелепое, как Грешник. Согласен, Каин?

    Интересно, почему я раньше не догадался? Первый в мире убийца, отмеченный Господом и обреченный ходить по земле в одиночестве и муках до скончания веков. Впечатляющее прозвище. Но даже оно не такое нелепое, как Грешник. Согласен, Каин?

    — Люцифер Морнингстар · сериал