62 цитаты про «уныние», которые стоит перечитать

62 цитаты про «уныние»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Уныние — это то же отчаяние, хуже того: гнуснейшая форма отчаяния.

   Уныние — это то же отчаяние, хуже того: гнуснейшая форма отчаяния.

   — Эммануэль Мунье
2. «

   Все вокруг кажется безжизненным и унылым, как на заброшенной планете. Люди закутаны с ног до головы, лиц нельзя различить, походка какая-то неестественная, все стараются повернуться спиной к ветру, сжаться в комок и часто подпрыгивают. Можно ужаснуться одной мысли — жить здесь годами! Похоже, люди здесь не живут, а выживают после какой-то катастрофы, когда эта планета подверглась оледенению, потеряв всю свою былую красоту, и теперь только случайные космические корабли изредка пролетают мимо.

   Все вокруг кажется безжизненным и унылым, как на заброшенной планете. Люди закутаны с ног до головы, лиц нельзя различить, походка какая-то неестественная, все стараются повернуться спиной к ветру, сжаться в комок и часто подпрыгивают. Можно ужаснуться одной мысли — жить здесь годами! Похоже, люди здесь не живут, а выживают после какой-то катастрофы, когда эта планета подверглась оледенению, потеряв всю свою былую красоту, и теперь только случайные космические корабли изредка пролетают мимо.

   — Слава Курилов · книга
3. «

   Зачем приводить себя в уныние, говоря что-то вроде: «Ну почему нам так не повезло? Что сделал с нами Бог? Что мы сделали, чтобы заслужить это?» Все эти вопросы, если понимаешь действительность и полностью принимаешь ее в своем сердце, неуместны и неразрешимы. Все это лишь вопросы, ответа на которые не знает никто. Ситуация, в которую ты попал, — это лишь один из случаев, которые могут произойти в жизни.

   Зачем приводить себя в уныние, говоря что-то вроде: «Ну почему нам так не повезло? Что сделал с нами Бог? Что мы сделали, чтобы заслужить это?» Все эти вопросы, если понимаешь действительность и полностью принимаешь ее в своем сердце, неуместны и неразрешимы. Все это лишь вопросы, ответа на которые не знает никто. Ситуация, в которую ты попал, — это лишь один из случаев, которые могут произойти в жизни.

   — Ричард Фейнман · книга
4. «

   Почувствовав уныние или погрузившись в отчаяние из-за того, что кто-то причинил вам боль, обидел или оскорбил вас, подойдите к зеркалу и найдите в себе что-то хорошее. Необязательно физическую черту. Подумайте о своих талантах, особенностях характера или о чем-либо еще. Сосредоточьтесь на этом хорошем. Будьте благодарны за это. Вспомните, что ваша красота и ценность проистекают из вашей уникальности.

   Почувствовав уныние или погрузившись в отчаяние из-за того, что кто-то причинил вам боль, обидел или оскорбил вас, подойдите к зеркалу и найдите в себе что-то хорошее. Необязательно физическую черту. Подумайте о своих талантах, особенностях характера или о чем-либо еще. Сосредоточьтесь на этом хорошем. Будьте благодарны за это. Вспомните, что ваша красота и ценность проистекают из вашей уникальности.

   — Ник Вуйчич · книга
5. «

   Помолитесь за человека, если видите, что он в унынии. А молитва все может.

   Помолитесь за человека, если видите, что он в унынии. А молитва все может.

   — Зосима (Сокур)
6. «

   Грех предаваться унынию, когда есть много других грехов.

   Грех предаваться унынию, когда есть много других грехов.

   — Геннадий Ефимович Малкин
7. «

   Радость — это отличие христианина. Христианину никогда не следует впадать в уныние, никогда не следует сомневаться в том, что добро победит зло. Плачущий, жалующийся, напутанный христианин предает своего Бога. Неисчислимыми путями проявляется в жизни слово Христа, запавшее в сердце. В беде оно приносит нам утешение, в минуты слабости силу. Оно заставляет лица сиять, делает мужчин патриотами, а женщин терпеливыми и добрыми. Оно приносит в дома благословение, в жизнь — красоту.

   Радость — это отличие христианина. Христианину никогда не следует впадать в уныние, никогда не следует сомневаться в том, что добро победит зло. Плачущий, жалующийся, напутанный христианин предает своего Бога. Неисчислимыми путями проявляется в жизни слово Христа, запавшее в сердце. В беде оно приносит нам утешение, в минуты слабости силу. Оно заставляет лица сиять, делает мужчин патриотами, а женщин терпеливыми и добрыми. Оно приносит в дома благословение, в жизнь — красоту.

   — Александра Федоровна Романова
8. «

   Проснулся нынче здоровый, физически сильный и с подавляющим сознанием своей гадости, ничтожества, скверно прожитой и проживаемой жизни. И до сих пор – середины дня – остаюсь под благотворным этим настроением. Как хорошо, даже выгодно чувствовать себя, как нынче, униженным и гадким! Ничего ни от кого не требуешь, ничто не может тебя оскорбить, ты всего худшего достоин. Одно только надо, чтобы это унижение не переходило в отчаянность, в уныние, не мешало стремлению хоть немного выпростаться из своей вонючей ямы, – не мешало работать, служить, чем можешь.

   Проснулся нынче здоровый, физически сильный и с подавляющим сознанием своей гадости, ничтожества, скверно прожитой и проживаемой жизни. И до сих пор – середины дня – остаюсь под благотворным этим настроением. Как хорошо, даже выгодно чувствовать себя, как нынче, униженным и гадким! Ничего ни от кого не требуешь, ничто не может тебя оскорбить, ты всего худшего достоин. Одно только надо, чтобы это унижение не переходило в отчаянность, в уныние, не мешало стремлению хоть немного выпростаться из своей вонючей ямы, – не мешало работать, служить, чем можешь.

   — Лев Николаевич Толстой
9. «

   Если все мы впадем в уныние, первая же неудача нас всех сломит.

   Если все мы впадем в уныние, первая же неудача нас всех сломит.

   — Ник О'Донахью · книга
10. «

    Не нойте только, не унывайте: «Ой, тяжко! Ой, беспросветная тяжесть, не могу!» — в тупик себя искусственный не загоняйте. Нет безвыходного тупика в жизни нашей, из всякого тяжелейшего положения есть выход. Господь Своих никогда не оставит! Твёрдо в это веруйте, и Господь будет с вами. Кажется, сегодня уже всё, конец, тупик, руки опустились. Помолись хорошенько с глубокой верой, завтра смотришь, откуда что, какой переворот, по-иному всё пошло в жизни. Каждый может этот момент в жизни вспомнить — благодатной святой Божьей помощи всем нам грешным.

    Не нойте только, не унывайте: «Ой, тяжко! Ой, беспросветная тяжесть, не могу!» — в тупик себя искусственный не загоняйте. Нет безвыходного тупика в жизни нашей, из всякого тяжелейшего положения есть выход. Господь Своих никогда не оставит! Твёрдо в это веруйте, и Господь будет с вами. Кажется, сегодня уже всё, конец, тупик, руки опустились. Помолись хорошенько с глубокой верой, завтра смотришь, откуда что, какой переворот, по-иному всё пошло в жизни. Каждый может этот момент в жизни вспомнить — благодатной святой Божьей помощи всем нам грешным.

    — Зосима (Сокур)
11. «

    Не унывайте, видя, как некоторые восстают против Вас. Хуже было бы, если бы Вас все любили: это значит, Вы чересчур угождаете людям. Христа тоже ненавидели, его распяли. Так с чего бы нам ожидать всеобщей любви, если мы идем по стопам Христа? Следите, чтобы Ваша совесть была чиста, и бойтесь не людской ненависти, а ненависти в собственной душе.

    Не унывайте, видя, как некоторые восстают против Вас. Хуже было бы, если бы Вас все любили: это значит, Вы чересчур угождаете людям. Христа тоже ненавидели, его распяли. Так с чего бы нам ожидать всеобщей любви, если мы идем по стопам Христа? Следите, чтобы Ваша совесть была чиста, и бойтесь не людской ненависти, а ненависти в собственной душе.

    — Иеромонах Серафим (Роуз)
12. «

    Худшее, что можно делать, когда всё плохо, — сидеть там, где тебе плохо, и жалеть себя.

    Худшее, что можно делать, когда всё плохо, — сидеть там, где тебе плохо, и жалеть себя.

    — Софья Ремез · книга
13. «

    Жизни стыдно за тех, кто сидит и скорбит, Кто не помнит утех, не прощает обид...

    Жизни стыдно за тех, кто сидит и скорбит, Кто не помнит утех, не прощает обид...

    — Омар Хайям
14. «

    я набрал знакомый номер а там короткие гудки это мой телефонный номер значит я с кем-то уже говорю

    я набрал знакомый номер а там короткие гудки это мой телефонный номер значит я с кем-то уже говорю

    — Илья Кормильцев
15. «

    Нельзя падать духом только потому, что не оправдалась надежда переложить ответственность на другого.

    Нельзя падать духом только потому, что не оправдалась надежда переложить ответственность на другого.

    — Мэри Стюарт · книга
16. «

    Случалось, в такой вот вечер, какие ему теперь вспоминаются, она вернется без сил с работы (она ходила по домам убирать) и не застанет ни души. Старуха ушла за покупками, дети еще в школе. Тогда она опустится на стул и смутным взглядом растерянно уставится на трещину в полу. Вокруг нее сгущается ночь, и во тьме немота ее полна безысходного уныния. В такие минуты, случись мальчику войти, он едва различит угловатый силуэт, худые, костлявые плечи и застынет на месте: ему страшно. Он уже начинает многое чувствовать. Он только-только начал сознавать, что существует. Но ему трудно плакать перед лицом этой немоты бессловесного животного. Он жалеет мать — значит ли это любить? Она никогда его не ласкала, она этого не умеет. И вот долгие минуты он стоит и смотрит на нее. Он чувствует себя посторонним и оттого понимает её муку. Она его не слышит: она туга на ухо. Сейчас вернётся старуха, и жизнь пойдёт своим чередом: будет круг света от керосиновой лампы, клеенка на столе, крики, брань. А пока — тишина, значит, время остановилось, длится нескончаемое мгновение. Мальчику кажется — что-то встрепенулось внутри, какое-то смутное чувство, наверно, это любовь к матери. Что ж, так и надо, ведь, в конце концов, она ему мать.

    Случалось, в такой вот вечер, какие ему теперь вспоминаются, она вернется без сил с работы (она ходила по домам убирать) и не застанет ни души. Старуха ушла за покупками, дети еще в школе. Тогда она опустится на стул и смутным взглядом растерянно уставится на трещину в полу. Вокруг нее сгущается ночь, и во тьме немота ее полна безысходного уныния. В такие минуты, случись мальчику войти, он едва различит угловатый силуэт, худые, костлявые плечи и застынет на месте: ему страшно. Он уже начинает многое чувствовать. Он только-только начал сознавать, что существует. Но ему трудно плакать перед лицом этой немоты бессловесного животного. Он жалеет мать — значит ли это любить? Она никогда его не ласкала, она этого не умеет. И вот долгие минуты он стоит и смотрит на нее. Он чувствует себя посторонним и оттого понимает её муку. Она его не слышит: она туга на ухо. Сейчас вернётся старуха, и жизнь пойдёт своим чередом: будет круг света от керосиновой лампы, клеенка на столе, крики, брань. А пока — тишина, значит, время остановилось, длится нескончаемое мгновение. Мальчику кажется — что-то встрепенулось внутри, какое-то смутное чувство, наверно, это любовь к матери. Что ж, так и надо, ведь, в конце концов, она ему мать.

    — Альбер Камю · книга
17. «

    Уныние заставляет человека томиться по жизням, которых он никогда не вел.

    Уныние заставляет человека томиться по жизням, которых он никогда не вел.

    — Дэвид Митчелл · книга
18. «

    Земной перрон. Не унывай и не кричи. Для наших воплей он оглох. Один из нас уехал в рай, Он встретит бога — ведь есть, наверно, бог. Ты передай ему привет, А позабудешь — ничего, переживем. Осталось нам немного лет, Мы пошустрим и, как положено, умрем.

    Земной перрон. Не унывай и не кричи. Для наших воплей он оглох. Один из нас уехал в рай, Он встретит бога — ведь есть, наверно, бог. Ты передай ему привет, А позабудешь — ничего, переживем. Осталось нам немного лет, Мы пошустрим и, как положено, умрем.
19. «

    И Слабостью рожденные три птицы — Уныние, Отчаянье, Тоска, — три черные, уродливые птицы — зловеще реют над его душою и все поют ему угрюмо песнь о том, что он — ничтожная букашка, что ограничено его сознанье, бессильна Мысль, смешна святая Гордость, и — что бы он ни делал, — он умрет!

    И Слабостью рожденные три птицы — Уныние, Отчаянье, Тоска, — три черные, уродливые птицы — зловеще реют над его душою и все поют ему угрюмо песнь о том, что он — ничтожная букашка, что ограничено его сознанье, бессильна Мысль, смешна святая Гордость, и — что бы он ни делал, — он умрет!

    — Максим Горький · книга
20. «

    Того не приобресть, что сердцем не дано. Рок злобный к нам ревниво злобен, Одну печаль свою, уныние одно Унылый чувствовать способен.

    Того не приобресть, что сердцем не дано. Рок злобный к нам ревниво злобен, Одну печаль свою, уныние одно Унылый чувствовать способен.

    — Евгений Баратынский