146 цитат на тему «Красивые цитаты про весну»

146 цитат про «Красивые цитаты про весну»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Любовные трубы забиты сажей, но чистить незачем – больше не топим, потеплело, весна.

   Любовные трубы забиты сажей, но чистить незачем – больше не топим, потеплело, весна.

   — Марта Кетро · книга
2. «

   Царская весна наступает на рассвете, посреди осени, после первых холодных дождей, но до первого снега и продолжается четыре часа; увидеть ее могут только цари, святые и вечные дети, чьими помыслами движет любовь, остальные в эту пору сидят по домам, обуреваемые им самим непонятной тревогой. Всякий раз в начале Царской весны туманы выходят из берегов и текут по земле, их потоки стремительны как речное течение, и могут унести зазевавшегося путника. Потом появляются призраки первоцветов, увядших еще в апреле; они белы как молоко, тянутся к солнцу и пахнут дымом. На деревьях набухают почки и появляется молодая листва, но не зеленая, а желтая и алая, так что несведущие и невнимательные не могут отличить новые листья от старых, уже собравшихся облетать. Каштаны начинают плодоносить яблоками, а вишни – синими стрекозами. Кто найдет и съест яблоко, упавшее с каштана, будет молод еще сорок лет, а кто увидит синюю стрекозу на вишневом дереве, обретет бесстрашие.

   Царская весна наступает на рассвете, посреди осени, после первых холодных дождей, но до первого снега и продолжается четыре часа; увидеть ее могут только цари, святые и вечные дети, чьими помыслами движет любовь, остальные в эту пору сидят по домам, обуреваемые им самим непонятной тревогой. Всякий раз в начале Царской весны туманы выходят из берегов и текут по земле, их потоки стремительны как речное течение, и могут унести зазевавшегося путника. Потом появляются призраки первоцветов, увядших еще в апреле; они белы как молоко, тянутся к солнцу и пахнут дымом. На деревьях набухают почки и появляется молодая листва, но не зеленая, а желтая и алая, так что несведущие и невнимательные не могут отличить новые листья от старых, уже собравшихся облетать. Каштаны начинают плодоносить яблоками, а вишни – синими стрекозами. Кто найдет и съест яблоко, упавшее с каштана, будет молод еще сорок лет, а кто увидит синюю стрекозу на вишневом дереве, обретет бесстрашие.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Все нынешней весной особое, Живее воробьёв шумиха. Я даже выразить не пробую, Как на душе светло и тихо.

   Все нынешней весной особое, Живее воробьёв шумиха. Я даже выразить не пробую, Как на душе светло и тихо.

   — Борис Леонидович Пастернак
4. «

   Не певунья и не красавица — По медвежьи трудится, старается, Напрягается тучами, Кручами, Всеми реками сонно-могучими, Каждым корнем и каждой жилою, Всей своей материнской силою, Сердцевиной таежного дерева, Всей упругостью мускула зверева, Чтоб из треснувшей оболочки Ледовитого, мертвого сна, Появилась дрожащим комочком, Необсохшим цыпленком — весна.

   Не певунья и не красавица — По медвежьи трудится, старается, Напрягается тучами, Кручами, Всеми реками сонно-могучими, Каждым корнем и каждой жилою, Всей своей материнской силою, Сердцевиной таежного дерева, Всей упругостью мускула зверева, Чтоб из треснувшей оболочки Ледовитого, мертвого сна, Появилась дрожащим комочком, Необсохшим цыпленком — весна.

   — Ариадна Эфрон
5. «

   Есть тайная печаль в весне первоначальной, Когда последний снег нам несказанно жаль...

   Есть тайная печаль в весне первоначальной, Когда последний снег нам несказанно жаль...

   — Юрий Визбор
6. «

   Я пришел к тебе с приветом, Рассказать, что солнце встало, Что оно горячим светом По листам затрепетало.

   Я пришел к тебе с приветом, Рассказать, что солнце встало, Что оно горячим светом По листам затрепетало.

   — Афанасий Афанасьевич Фет
7. «

   Первый вечер – сумеречно-синий и полный предчувствий. Твоя чудная фигура в кресле. За моим окном цвел каштан, распустившийся тысячами свечей. Он шумел так странно и неповторимо, словно все солнце весны и лета хотело воплотиться в этом шуме. Я сидел у рояля, и в сумерках плыла старая песня: «В дни юности… В дни юности…» Потом мы болтали… А вокруг становилось всё темнее – от любви, да, от любви – и от весны.

   Первый вечер – сумеречно-синий и полный предчувствий. Твоя чудная фигура в кресле. За моим окном цвел каштан, распустившийся тысячами свечей. Он шумел так странно и неповторимо, словно все солнце весны и лета хотело воплотиться в этом шуме. Я сидел у рояля, и в сумерках плыла старая песня: «В дни юности… В дни юности…» Потом мы болтали… А вокруг становилось всё темнее – от любви, да, от любви – и от весны.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Долину покрывал толстый плодородный слой почвы. Достаточно было одной богатой дождями зимы, и земля взрывалась травами и цветами. Весенние цветы в такие годы были неправдоподобно красивы. Всю долину и холмы предгорий устилали ковры из люпинов и маков. Когда-то одна женщина объяснила мне, что, если добавить в букет несколько белых цветов, соседние цветы покажутся ярче, их краски станут определённее. У синего люпина каждый лепесток оторочен белым, и оттого поля люпинов — это такая синь, что невозможно себе представить. Среди этого синего моря брызгами рассыпались островки калифорнийских маков. Маки тоже обжигали глаз яростью: и не оранжевые, и не красные... такой цвет, наверно, был бы у сливок, снятых с чистого золота, будь оно жидкостью, наделённой свойствами молока.

   Долину покрывал толстый плодородный слой почвы. Достаточно было одной богатой дождями зимы, и земля взрывалась травами и цветами. Весенние цветы в такие годы были неправдоподобно красивы. Всю долину и холмы предгорий устилали ковры из люпинов и маков. Когда-то одна женщина объяснила мне, что, если добавить в букет несколько белых цветов, соседние цветы покажутся ярче, их краски станут определённее. У синего люпина каждый лепесток оторочен белым, и оттого поля люпинов — это такая синь, что невозможно себе представить. Среди этого синего моря брызгами рассыпались островки калифорнийских маков. Маки тоже обжигали глаз яростью: и не оранжевые, и не красные... такой цвет, наверно, был бы у сливок, снятых с чистого золота, будь оно жидкостью, наделённой свойствами молока.

   — Джон Стейнбек · книга
9. «

   Чем длиннее и суровее зима, тем теплее и желаннее весна.

   Чем длиннее и суровее зима, тем теплее и желаннее весна.
10. «

    — Почему вы ей не пользуетесь? Вам не нравится цвет помады, которую я подарил? — Нравится, но мне кажется, что она больше подходит для весны. — Один поэт писал, что люди, которые гуляют вместе, держатся за руки, могут почувствовать весну. Мы покатались на велосипеде, пьем кофе, так что можно сказать, что уже весна.

    — Почему вы ей не пользуетесь? Вам не нравится цвет помады, которую я подарил? — Нравится, но мне кажется, что она больше подходит для весны. — Один поэт писал, что люди, которые гуляют вместе, держатся за руки, могут почувствовать весну. Мы покатались на велосипеде, пьем кофе, так что можно сказать, что уже весна.

    — Ким Джи Хёе (Kim Jin Hyeok) · сериал
11. «

    По плечам, по спине, словно шелковое покрывало, пряди черных волос ниспадают пышной волною в упоенье ночи весенней…

    По плечам, по спине, словно шелковое покрывало, пряди черных волос ниспадают пышной волною в упоенье ночи весенней…

    — Ёсано Тэккан
12. «

    А за окном почти весна, Знает слова, еще не сказанные, она, И течет в моих венах.

    А за окном почти весна, Знает слова, еще не сказанные, она, И течет в моих венах.
13. «

    Все больше расцветает весна, заставляя трепетать человеческое сердце.

    Все больше расцветает весна, заставляя трепетать человеческое сердце.

    — Ихара Сайкаку · книга
14. «

    Уступи мне, скворец, уголок, Посели меня в старом скворечнике. Отдаю тебе душу в залог За твои голубые подснежники. <...> Начинай серенаду, скворец! Сквозь литавры и бубны истории Ты — наш первый весенний певец Из березовой консерватории. <...> А весна хороша, хороша! Охватило всю душу сиренями. Поднимай же скворешню, душа, Над твоими садами весенними.

    Уступи мне, скворец, уголок, Посели меня в старом скворечнике. Отдаю тебе душу в залог За твои голубые подснежники. <...> Начинай серенаду, скворец! Сквозь литавры и бубны истории Ты — наш первый весенний певец Из березовой консерватории. <...> А весна хороша, хороша! Охватило всю душу сиренями. Поднимай же скворешню, душа, Над твоими садами весенними.

    — Николай Алексеевич Заболоцкий
15. «

    Любишь ты весну, а я — Осень, сумрак, тени. День весенний — жизнь твоя. А моя — осенний.

    Любишь ты весну, а я — Осень, сумрак, тени. День весенний — жизнь твоя. А моя — осенний.

    — Шандор Петёфи
16. «

    Женщина яблоко ела. Летело над крышами время. Весна на ногах своих длинных бежала, смеясь, как девчонка. Женщина яблоко ела. У ног её море рождалось. Солнце её золотило, заставляя светиться тело. От волос её воздух струился. А земля была — зелень и розы. Синевы победное знамя против смерти весна поднимала. Женщина яблоко ела. Весна величавым жестом раскрывала ладонь: кружились в лазури цветы и рыбы. Ревел, подбираясь ближе в венке из лимонных листьев, ветер быком незримым. Мирт пылал, как белое пламя. И южное море сияло, словно лицо любимой. Женщина яблоко ела. Мерцали звезды Гомера. Летело над крышами время. Резвились в воде дельфины. Женщина яблоко ела.

    Женщина яблоко ела. Летело над крышами время. Весна на ногах своих длинных бежала, смеясь, как девчонка. Женщина яблоко ела. У ног её море рождалось. Солнце её золотило, заставляя светиться тело. От волос её воздух струился. А земля была — зелень и розы. Синевы победное знамя против смерти весна поднимала. Женщина яблоко ела. Весна величавым жестом раскрывала ладонь: кружились в лазури цветы и рыбы. Ревел, подбираясь ближе в венке из лимонных листьев, ветер быком незримым. Мирт пылал, как белое пламя. И южное море сияло, словно лицо любимой. Женщина яблоко ела. Мерцали звезды Гомера. Летело над крышами время. Резвились в воде дельфины. Женщина яблоко ела.

    — Эдуардо Карранса
17. «

    Тюльпаны и нарциссы — оранжево-золотистая буря весны.

    Тюльпаны и нарциссы — оранжево-золотистая буря весны.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Дождя серебряные молоточки Весеннюю выстукивают землю, Как миллион веселых докторов. И мир им отвечает: «Я здоров!»

    Дождя серебряные молоточки Весеннюю выстукивают землю, Как миллион веселых докторов. И мир им отвечает: «Я здоров!»

    — Вадим Шефнер
19. «

    Жизнь — что ни день, из года в год одна и та же — течет в домах покорно, угнетает легко впадающих в унынье. Ветер проносится по анфиладе улиц, где сушит стены, терзает мимозу.

    Жизнь — что ни день, из года в год одна и та же — течет в домах покорно, угнетает легко впадающих в унынье. Ветер проносится по анфиладе улиц, где сушит стены, терзает мимозу.

    — Марио Луци
20. «

    И солнце начинает петь в волосах, озаряя сотни отчаянных глаз.

    И солнце начинает петь в волосах, озаряя сотни отчаянных глаз.