229 цитат про «власть со смыслом» — большая подборка

Тема «власть со смыслом» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 229 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Неужели весь мир состоит из двух типов людей — Наставников и подчинённых, тех, кто мудро увещевает, и тех, кто радостно повинуется? И вся жизнь — всего-то метание между двумя крайностями, из роли в роль, из рабства в рабство? Ребёнок — родитель, начальник — подчинённый... ха, привет, Эрик Берн, ты в чём-то поумнее Фрейда... секс меркнет перед сладкой жаждой власти и радостной дрожью подчинения... меркнет или становится ещё одним полем битвы за две единственно возможные роли...

   Неужели весь мир состоит из двух типов людей — Наставников и подчинённых, тех, кто мудро увещевает, и тех, кто радостно повинуется? И вся жизнь — всего-то метание между двумя крайностями, из роли в роль, из рабства в рабство? Ребёнок — родитель, начальник — подчинённый... ха, привет, Эрик Берн, ты в чём-то поумнее Фрейда... секс меркнет перед сладкой жаждой власти и радостной дрожью подчинения... меркнет или становится ещё одним полем битвы за две единственно возможные роли...

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Добра и зла не существует. Есть только сила, есть только власть, и есть те, кто слишком слаб, чтобы стремиться к ней.

   Добра и зла не существует. Есть только сила, есть только власть, и есть те, кто слишком слаб, чтобы стремиться к ней.

   — Джоан Роулинг · книга
3. «

   Ответственны владыки За всё, что совершалось в их правленье.

   Ответственны владыки За всё, что совершалось в их правленье.

   — Уильям Шекспир · книга
4. «

   Теперь он в моей власти. Сердце, если его забрать, становится волшебным, сильнее простых сердец. Жертва не погибает. Она подвластна тебе.

   Теперь он в моей власти. Сердце, если его забрать, становится волшебным, сильнее простых сердец. Жертва не погибает. Она подвластна тебе.

   — Румпельштильцхен / Мистер Голд / Уивер · сериал
5. «

   Чувство ревности часто оказывается лишь стремлением к безграничной власти над действиями и поступками другого.

   Чувство ревности часто оказывается лишь стремлением к безграничной власти над действиями и поступками другого.

   — Марсель Пруст
6. «

   Свобода <...> состоит не в том, чтобы в государстве никогда не возникали неудовольствия и жалобы, а в том, чтобы они свободно выслушивались, серьезно обсуждались и быстро устранялись.

   Свобода <...> состоит не в том, чтобы в государстве никогда не возникали неудовольствия и жалобы, а в том, чтобы они свободно выслушивались, серьезно обсуждались и быстро устранялись.

   — Джон Мильтон
7. «

   Знаешь, что такое власть? Власть – это когда пожаловаться некому, когда нет спины, за которую можно спрятаться, и когда нет никаких оправданий. Власть со всем – с любыми делами и бедами – должна справляться. Иначе она не власть! Приказывай, заставляй, карай, милуй, награждай, убивай, если надо. Но спрос за все только с тебя! Не на кого сослаться. Нельзя сказать: «Мне приказали» – над тобой никого нет. Нельзя сказать: «Не послушались» – ты не власть, если тебе не подчиняются. Нельзя сказать: «Чего-то нет или не хватает» – если найдут и добудут сами, без тебя, то зачем ты нужен? И самое страшное, что нельзя сказать: «Не по силам, непреодолимо» – выходи на непреодолимое первым, преодолей или умри! Ты – один! Всегда один! Могут быть друзья, могут быть помощники, могут быть верные и преданные слуги, но в ответе за все и за всех только ты один. Если ты эту ношу на себя взвалил, называйся ты хоть сотник, хоть князь, хоть император, верить тебе не будут, подчиняться тебе не будут, кончишь ты плохо. И даже к Богу обращаться бесполезно, потому что Он тоже один, и Ему тоже жаловаться некому и пенять не на кого. Не станет Он слушать молитвы слабака.

   Знаешь, что такое власть? Власть – это когда пожаловаться некому, когда нет спины, за которую можно спрятаться, и когда нет никаких оправданий. Власть со всем – с любыми делами и бедами – должна справляться. Иначе она не власть! Приказывай, заставляй, карай, милуй, награждай, убивай, если надо. Но спрос за все только с тебя! Не на кого сослаться. Нельзя сказать: «Мне приказали» – над тобой никого нет. Нельзя сказать: «Не послушались» – ты не власть, если тебе не подчиняются. Нельзя сказать: «Чего-то нет или не хватает» – если найдут и добудут сами, без тебя, то зачем ты нужен? И самое страшное, что нельзя сказать: «Не по силам, непреодолимо» – выходи на непреодолимое первым, преодолей или умри! Ты – один! Всегда один! Могут быть друзья, могут быть помощники, могут быть верные и преданные слуги, но в ответе за все и за всех только ты один. Если ты эту ношу на себя взвалил, называйся ты хоть сотник, хоть князь, хоть император, верить тебе не будут, подчиняться тебе не будут, кончишь ты плохо. И даже к Богу обращаться бесполезно, потому что Он тоже один, и Ему тоже жаловаться некому и пенять не на кого. Не станет Он слушать молитвы слабака.

   — Евгений Красницкий · книга
8. «

   Бунтовщик, очутившись на троне, неминуемо сам становится тираном.

   Бунтовщик, очутившись на троне, неминуемо сам становится тираном.

   — Георг Эберс · книга
9. «

   Когда народ много знает, им трудно управлять.

   Когда народ много знает, им трудно управлять.

   — Лао-Цзы
10. «

    В этот момент (когда находилась в окружении Курляндская группировка) существовал Третий рейх, это невиданное преступное государство. И пока он существовал, уничтожались невинные люди.

    В этот момент (когда находилась в окружении Курляндская группировка) существовал Третий рейх, это невиданное преступное государство. И пока он существовал, уничтожались невинные люди.

    — Леонид Млечин · фильм
11. «

    Но здесь нет никаких теорий, здесь типичная фашистская практика, здесь звери ежеминутно убивают людей.

    Но здесь нет никаких теорий, здесь типичная фашистская практика, здесь звери ежеминутно убивают людей.

    — Аркадий Стругацкий · книга
12. «

    Везде есть проблемы. А связано это именно с тем, что власть не слышит людей и, мало того, всячески потакает олигархам, которые не хотят, чтобы народ жил хорошо.

    Везде есть проблемы. А связано это именно с тем, что власть не слышит людей и, мало того, всячески потакает олигархам, которые не хотят, чтобы народ жил хорошо.

    — Павел Николаевич Грудинин
13. «

    Ведь мы, скорей всего бессознательно, свою власть над другими измеряем тем, как они относятся к нашему мнению о них, и начинаем ненавидеть тех, которые не поддаются нашему влиянию. Для человеческой гордости нет обиды сильнее.

    Ведь мы, скорей всего бессознательно, свою власть над другими измеряем тем, как они относятся к нашему мнению о них, и начинаем ненавидеть тех, которые не поддаются нашему влиянию. Для человеческой гордости нет обиды сильнее.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
14. «

    Руководить государством — задача нравственного порядка.

    Руководить государством — задача нравственного порядка.

    — Бертольд Брехт · книга
15. «

    Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью.

    Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью.

    — Платон
16. «

    Суверенитет принадлежит лишь Богу. И суверенитет Бога никогда и нигде не воплощается, воплощается лишь жертвенная любовь Бога, а не суверенитет. Да и Бог, в конце концов, не есть суверенитет, ибо суверенитет – человеческое, а не Божье. Бог никогда не являлся в мире богатым, он являлся лишь бедным, он не воплощался как сила этого мира, он воплощался лишь как распятая правда. Бог не есть суверенитет, ибо не есть власть. Власть есть человеческое, а не Божье. Власть относится не к духовной жизни, а к социальным отношениям людей. Бог есть сила, а не власть. Сила Божья духовна и не походит на проявление силы в этом мире. Духовная сила есть свобода. Духовная сила не нуждается в силах этого мира, она есть чудо по сравнению с детерминированностью этого мира.

    Суверенитет принадлежит лишь Богу. И суверенитет Бога никогда и нигде не воплощается, воплощается лишь жертвенная любовь Бога, а не суверенитет. Да и Бог, в конце концов, не есть суверенитет, ибо суверенитет – человеческое, а не Божье. Бог никогда не являлся в мире богатым, он являлся лишь бедным, он не воплощался как сила этого мира, он воплощался лишь как распятая правда. Бог не есть суверенитет, ибо не есть власть. Власть есть человеческое, а не Божье. Власть относится не к духовной жизни, а к социальным отношениям людей. Бог есть сила, а не власть. Сила Божья духовна и не походит на проявление силы в этом мире. Духовная сила есть свобода. Духовная сила не нуждается в силах этого мира, она есть чудо по сравнению с детерминированностью этого мира.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
17. «

    — Тебе больше нечего сказать? — с изрядной прохладой осведомился Его Величество. — Вообще-то… есть, — я с долей сожаления посмотрела на свои ноги, где на правой пятке прилип нехилый такой комок грязи, и дернула ногой. — Я думаю, что вам живется весьма нелегко. Тащить на себе такую тяжесть… Блин. Не отцепляется. — Толкая ее, как тяжелое бревно… Вот сволочь! Намертво прилипла! — Пихая вперед, ругаясь на дураков, которые бесконечно мешаются под ногами… Нет, ну надо, какая зараза! И где я успела так извозиться?! — Потея, сдирая в кровь руки… Уф! Я, наконец, с раздражением отряхнула каблук и придирчиво изучила второй сапог. Но он, слава богу, оказался в порядке. — …и все для того, чтобы неудобная, неподъемная и неповоротливая махина под названием «государство» хоть немного, но сдвинулась с места. Хоть чуть-чуть, но стала лучше. Медленно, постепенно, мучительно долго. Ведь у вас, если подумать, адская работа. И неблагодарная, к тому же: держать на себе небосвод очень трудно. Особенно, если стоишь на вершине совсем один, устало утираешь пот со лба, проклинаешь все на свете, но все же стоишь, держишь… просто потому, что больше некому отдать эту трудную ношу. И при этом каждый миг понимаешь, что тебе не только никто не поможет, но еще, что особенно грустно, даже не поймет…

    — Тебе больше нечего сказать? — с изрядной прохладой осведомился Его Величество. — Вообще-то… есть, — я с долей сожаления посмотрела на свои ноги, где на правой пятке прилип нехилый такой комок грязи, и дернула ногой. — Я думаю, что вам живется весьма нелегко. Тащить на себе такую тяжесть… Блин. Не отцепляется. — Толкая ее, как тяжелое бревно… Вот сволочь! Намертво прилипла! — Пихая вперед, ругаясь на дураков, которые бесконечно мешаются под ногами… Нет, ну надо, какая зараза! И где я успела так извозиться?! — Потея, сдирая в кровь руки… Уф! Я, наконец, с раздражением отряхнула каблук и придирчиво изучила второй сапог. Но он, слава богу, оказался в порядке. — …и все для того, чтобы неудобная, неподъемная и неповоротливая махина под названием «государство» хоть немного, но сдвинулась с места. Хоть чуть-чуть, но стала лучше. Медленно, постепенно, мучительно долго. Ведь у вас, если подумать, адская работа. И неблагодарная, к тому же: держать на себе небосвод очень трудно. Особенно, если стоишь на вершине совсем один, устало утираешь пот со лба, проклинаешь все на свете, но все же стоишь, держишь… просто потому, что больше некому отдать эту трудную ношу. И при этом каждый миг понимаешь, что тебе не только никто не поможет, но еще, что особенно грустно, даже не поймет…

    — Александра Лисина · книга
18. «

    Власть, над которой безнаказанно глумятся, близка к гибели.

    Власть, над которой безнаказанно глумятся, близка к гибели.

    — Бенджамин Дизраэли
19. «

    Ты жаждешь страсти, пока не обожжешься. После этого тебя привлекает власть.

    Ты жаждешь страсти, пока не обожжешься. После этого тебя привлекает власть.

    — Вирджиния Миллер · сериал
20. «

    Ибо истинного мира не бывает без порядка. А для порядка нужна власть.

    Ибо истинного мира не бывает без порядка. А для порядка нужна власть.

    — Аль-Муалим · игра