249 фраз на тему «войне со смыслом», которые цепляют

Собрали 249 цитат на тему «войне со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Ещё тот карлик очень так любил соврать, Любил он также что-нибудь и где нибудь украсть. Любил ещё шаманов он тайгу и тишину, Но больше всего карлик наш любил войну.

   Ещё тот карлик очень так любил соврать, Любил он также что-нибудь и где нибудь украсть. Любил ещё шаманов он тайгу и тишину, Но больше всего карлик наш любил войну.
2. «

   Вспомни историю, люди всегда воевали. Проблема в том, что сейчас у нас есть оружие, способное уничтожить весь мир.

   Вспомни историю, люди всегда воевали. Проблема в том, что сейчас у нас есть оружие, способное уничтожить весь мир.

   — Стина Джексон · книга
3. «

   Глобальных войн в истории человечества было мало; они для нас внове, поэтому мы склонны недооценивать их длительность и переоценивать свое превосходство. Вспомните, как недооценивали продолжительность войны в Ливане. Первая мировая тоже казалась парой пустяков тем, кто ее начинал. Так было и с войной во Вьетнаме, и с войной в Ираке, да почти с каждым вооруженным конфликтом современности.

   Глобальных войн в истории человечества было мало; они для нас внове, поэтому мы склонны недооценивать их длительность и переоценивать свое превосходство. Вспомните, как недооценивали продолжительность войны в Ливане. Первая мировая тоже казалась парой пустяков тем, кто ее начинал. Так было и с войной во Вьетнаме, и с войной в Ираке, да почти с каждым вооруженным конфликтом современности.

   — Нассим Николас Талеб · книга
4. «

   Я воевал в тех местах, где выживали только русские и татары. Войны выигрывают те народы, которые могут спать на голой земле. Русские и татары — могут, а немцы — нет. Немцы воюют по часам, и только, когда кофе попьют, а мы — всегда.

   Я воевал в тех местах, где выживали только русские и татары. Войны выигрывают те народы, которые могут спать на голой земле. Русские и татары — могут, а немцы — нет. Немцы воюют по часам, и только, когда кофе попьют, а мы — всегда.

   — Лев Николаевич Гумилев
5. «

   Упоение сражением часто превращается в сильную и неизлечимую зависимость, потому, что война — это наркотик.

   Упоение сражением часто превращается в сильную и неизлечимую зависимость, потому, что война — это наркотик.

   — Повелитель бури (The Hurt Locker) · фильм
6. «

   Когда я иду по подиуму, я могу одним взглядом начать или остановить войну. Я заставляю людей хотеть того, что есть у меня. Потому что на подиуме я вынимаю свою душу и всем ее показываю.

   Когда я иду по подиуму, я могу одним взглядом начать или остановить войну. Я заставляю людей хотеть того, что есть у меня. Потому что на подиуме я вынимаю свою душу и всем ее показываю.

   — Романа · сериал
7. «

   Война — те же переговоры, только в другой форме. Ненависть — необязательный атрибут войны. Интересы же могут быть любыми: территория, ресурсы, идеология, религия, честь. Войны постоянно разгорались на подобной почве. А значит — война закончится, когда затеявшие её добьются желаемого. Или же... война закончится, когда число жертв слишком велико, чтобы оправдывать цель.

   Война — те же переговоры, только в другой форме. Ненависть — необязательный атрибут войны. Интересы же могут быть любыми: территория, ресурсы, идеология, религия, честь. Войны постоянно разгорались на подобной почве. А значит — война закончится, когда затеявшие её добьются желаемого. Или же... война закончится, когда число жертв слишком велико, чтобы оправдывать цель.

   — Инахо Кайдзука · аниме
8. «

   Что значит проиграть войну? Это значит научиться стрелять, Это значит вернуться и жить как пружина, Привыкнув легко убивать.

   Что значит проиграть войну? Это значит научиться стрелять, Это значит вернуться и жить как пружина, Привыкнув легко убивать.
9. «

   Что за мир такой, в котором люди калечат друг друга только за высказанные мысли?

   Что за мир такой, в котором люди калечат друг друга только за высказанные мысли?

   — Шарлотта · игра
10. «

    На войне большинство людей рискует жизнью ровно настолько, насколько это необходимо, чтобы не запятнать своей чести; но лишь немногие готовы всегда рисковать так, как этого требует цель, ради которой они идут на риск.

    На войне большинство людей рискует жизнью ровно настолько, насколько это необходимо, чтобы не запятнать своей чести; но лишь немногие готовы всегда рисковать так, как этого требует цель, ради которой они идут на риск.

    — Франсуа де Ларошфуко
11. «

    Последняя битва может быть только за правое дело! Не за чужую землю, не за деньги или амбиции, а за саму жизнь рода человеческого. Это как ставить весь банк на последнюю карту. Победим — и больше никогда не будет войн. Проиграем — вообще ничего не будет.

    Последняя битва может быть только за правое дело! Не за чужую землю, не за деньги или амбиции, а за саму жизнь рода человеческого. Это как ставить весь банк на последнюю карту. Победим — и больше никогда не будет войн. Проиграем — вообще ничего не будет.
12. «

    Войны никогда не заканчиваются. Люди борются за власть, желания, обладание чем-то и ради защиты.

    Войны никогда не заканчиваются. Люди борются за власть, желания, обладание чем-то и ради защиты.
13. «

    Мир на земле возможен лишь при каком-то гармоническом соотношении души с разумом. Господство же разума приводит к голой технике и к войне.

    Мир на земле возможен лишь при каком-то гармоническом соотношении души с разумом. Господство же разума приводит к голой технике и к войне.

    — Михаил Михайлович Пришвин
14. «

    Чтобы не сойти с ума от одиночества, я решил вести как можно более упорядоченный образ жизни. Со мной по-прежнему были мои часы, — довоенная «Омега», которую вместе с авторучкой — моим единственным богатством — берег как зеницу ока. По этим часам, которые всегда аккуратно заводил, я составил себе план занятий. В течение всего дня я лежал без движения, чтобы экономить тот ничтожный запас сил, который еще оставался. Только раз около полудня я протягивал руку и брал лежащие рядом сухари и чашку с водой. Таков был скудный рацион. С утра и до этого «обеда» я восстанавливал в памяти такт за тактом все произведения, которые когда-либо играл.

    Чтобы не сойти с ума от одиночества, я решил вести как можно более упорядоченный образ жизни. Со мной по-прежнему были мои часы, — довоенная «Омега», которую вместе с авторучкой — моим единственным богатством — берег как зеницу ока. По этим часам, которые всегда аккуратно заводил, я составил себе план занятий. В течение всего дня я лежал без движения, чтобы экономить тот ничтожный запас сил, который еще оставался. Только раз около полудня я протягивал руку и брал лежащие рядом сухари и чашку с водой. Таков был скудный рацион. С утра и до этого «обеда» я восстанавливал в памяти такт за тактом все произведения, которые когда-либо играл.

    — Владислав Шпильман · книга
15. «

    Поиграть в войну с разбойниками всегда здорово. Но перемирие гораздо приятнее.

    Поиграть в войну с разбойниками всегда здорово. Но перемирие гораздо приятнее.

    — Мария Парр · книга
16. «

    Война не более чем игрушка в руках взрослых, алчных, закомплексованных детей. Война компенсирует этим выродкам на теле человечества жажду похоти и крови. Она насыщает их сгнившие артерии болью сотен тысяч людей.

    Война не более чем игрушка в руках взрослых, алчных, закомплексованных детей. Война компенсирует этим выродкам на теле человечества жажду похоти и крови. Она насыщает их сгнившие артерии болью сотен тысяч людей.
17. «

    Светлана Ивановна: — А если серьёзно, Вы действительно верите в свою счастливую планету? Строгов: — Если серьёзно, не верю ни в планеты, ни в кометы, ни в чёрта, ни в дьявола. Верю в самые простые человеческие понятия: верность, честность, дружбу. Нас ведь педагогике не учили, некогда было… Учили воевать. А вот пришёл командиром на корабль и понял, что одной морской наукой тут не обойдёшься. Вот представьте: стоят перед тобой полсотни человек и смотрят. Внимательно смотрят, что ты за птица, кому им верить, кого слушаться, кому теперь их судьбы приписаны – а судеб-то полсотни! И все они разные… Вот есть у нас, скажем, Пантюхин, сигнальщик. Сибиряк, моря никогда не видел, прямо из тайги на флот. Трудно ему было поначалу, приходилось иногда его подменять, отстаивал за него вахту. Может, оно и не по уставу, но… Зато я знаю: попроси Пантюхина в трудную минуту (даже не прикажи, а просто попроси) – он своим телом пробоину закроет… Так что это не только дисциплина, это что-то побольше. Наверное, это и есть счастье, счастье моё и корабля. Может, это и малые требования к счастью, конечно, но сейчас самые необходимые. <...> Светлана Ивановна: — Ну, вот я и пришла. Спасибо Вам за чудесный вечер, за хороший разговор. Давайте прощаться. [Строгов хочет её обнять] Не нужно, Алексей Петрович, я ведь знаю, догадываюсь, о чём вы сейчас подумали: новогодняя ночь, одинокая женщина, так жалостливо о своей судьбе рассказывает… Вам ведь завтра в поход, война всё спишет… А я не могу так, Алексей Петрович, понимаете? Не могу и не хочу. До свидания, счастливый капитан! Строгов: — [пожимает ей руку] Спокойной ночи. Но поняли меня Вы совершенно неправильно, Светлана Ивановна. [хочет уйти] Светлана Ивановна: — Алексей Петрович! Вспомните один совет. Строгов: — Какой совет? Светлана Ивановна: — Хороший, хотя и довольно банальный. С портсигара. Насчёт шуток… и остального. Строгов: — А я не шучу. Не шучу, Светлана. Война началась, шутки кончились. [козырнув, уходит]

    Светлана Ивановна: — А если серьёзно, Вы действительно верите в свою счастливую планету? Строгов: — Если серьёзно, не верю ни в планеты, ни в кометы, ни в чёрта, ни в дьявола. Верю в самые простые человеческие понятия: верность, честность, дружбу. Нас ведь педагогике не учили, некогда было… Учили воевать. А вот пришёл командиром на корабль и понял, что одной морской наукой тут не обойдёшься. Вот представьте: стоят перед тобой полсотни человек и смотрят. Внимательно смотрят, что ты за птица, кому им верить, кого слушаться, кому теперь их судьбы приписаны – а судеб-то полсотни! И все они разные… Вот есть у нас, скажем, Пантюхин, сигнальщик. Сибиряк, моря никогда не видел, прямо из тайги на флот. Трудно ему было поначалу, приходилось иногда его подменять, отстаивал за него вахту. Может, оно и не по уставу, но… Зато я знаю: попроси Пантюхина в трудную минуту (даже не прикажи, а просто попроси) – он своим телом пробоину закроет… Так что это не только дисциплина, это что-то побольше. Наверное, это и есть счастье, счастье моё и корабля. Может, это и малые требования к счастью, конечно, но сейчас самые необходимые. <...> Светлана Ивановна: — Ну, вот я и пришла. Спасибо Вам за чудесный вечер, за хороший разговор. Давайте прощаться. [Строгов хочет её обнять] Не нужно, Алексей Петрович, я ведь знаю, догадываюсь, о чём вы сейчас подумали: новогодняя ночь, одинокая женщина, так жалостливо о своей судьбе рассказывает… Вам ведь завтра в поход, война всё спишет… А я не могу так, Алексей Петрович, понимаете? Не могу и не хочу. До свидания, счастливый капитан! Строгов: — [пожимает ей руку] Спокойной ночи. Но поняли меня Вы совершенно неправильно, Светлана Ивановна. [хочет уйти] Светлана Ивановна: — Алексей Петрович! Вспомните один совет. Строгов: — Какой совет? Светлана Ивановна: — Хороший, хотя и довольно банальный. С портсигара. Насчёт шуток… и остального. Строгов: — А я не шучу. Не шучу, Светлана. Война началась, шутки кончились. [козырнув, уходит]

    — Светлана Ивановна Веденина · фильм
18. «

    Он прикрепил её изнутри к фуражке, чтобы уберечь от грязи. А грязь была повсюду, и если не было грязи, то был лёд, когда не было льда, была вода, если не вода, то газ и туман. Это был мир стихий, здесь люди распадались на части, люди исходили пеной, люди кричали.

    Он прикрепил её изнутри к фуражке, чтобы уберечь от грязи. А грязь была повсюду, и если не было грязи, то был лёд, когда не было льда, была вода, если не вода, то газ и туман. Это был мир стихий, здесь люди распадались на части, люди исходили пеной, люди кричали.

    — Кэтрин Бэннер · книга
19. «

    ... Хоть нас и побили заранее, за сто лет до начала, все равно надо воевать и пытаться победить.

    ... Хоть нас и побили заранее, за сто лет до начала, все равно надо воевать и пытаться победить.

    — Харпер Ли · книга
20. «

    Одна из причин человеческих войн — это страх. Это «я тебя боюсь». Ксенофобия.

    Одна из причин человеческих войн — это страх. Это «я тебя боюсь». Ксенофобия.

    — Франц Вертфоллен · книга