181 цитата про «восприятие», проверенных временем

181 цитата про «восприятие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Когда человек ищет...случается, глаз его видит лишь то, что он ищет, и он не в состоянии ничего найти, не в состоянии ничего воспринять, ибо думает всегда лишь об искомом, имеет цель, одержим этой целью. Искать — значит иметь цель. А находить — значит быть свободным, распахнутым настежь, не иметь цели. Ты, верно, и впрямь искатель, ведь, стремясь к своей цели, не видишь того, что совсем рядом, у тебя перед глазами.

   Когда человек ищет...случается, глаз его видит лишь то, что он ищет, и он не в состоянии ничего найти, не в состоянии ничего воспринять, ибо думает всегда лишь об искомом, имеет цель, одержим этой целью. Искать — значит иметь цель. А находить — значит быть свободным, распахнутым настежь, не иметь цели. Ты, верно, и впрямь искатель, ведь, стремясь к своей цели, не видишь того, что совсем рядом, у тебя перед глазами.

   — Герман Гессе · книга
2. «

   Ты всё излишне полагаешься на внешнее восприятие. Видеть, слышать, трогать. Все это переоценивают.

   Ты всё излишне полагаешься на внешнее восприятие. Видеть, слышать, трогать. Все это переоценивают.

   — Гохан · фильм
3. «

   Каждый из нас смотрит на других через призму своих страстей.

   Каждый из нас смотрит на других через призму своих страстей.

   — Александр Дюма · книга
4. «

   Когда я говорю «уйти с водевиля», я не имею в виду аполитичность, социальный эскапизм и дауншифтинг. Я имею в виду исключительно взаимоотношения с тем, из чего состоит текущий момент времени. Можно тащить этот груз на себе и тогда ты раб божий на галере. Но есть и другая возможность — ехать зайцем. Тогда тащить ношу придётся богу. Но он тащит её и так. Вопрос только в том, что при этом будешь чувствовать ты сам.

   Когда я говорю «уйти с водевиля», я не имею в виду аполитичность, социальный эскапизм и дауншифтинг. Я имею в виду исключительно взаимоотношения с тем, из чего состоит текущий момент времени. Можно тащить этот груз на себе и тогда ты раб божий на галере. Но есть и другая возможность — ехать зайцем. Тогда тащить ношу придётся богу. Но он тащит её и так. Вопрос только в том, что при этом будешь чувствовать ты сам.

   — Виктор Пелевин · книга
5. «

   Всегда есть больше одного способа посмотреть на то, что происходит.

   Всегда есть больше одного способа посмотреть на то, что происходит.

   — Пенелопа Лайвли · книга
6. «

   Некоторые вещи наш мозг просто не приемлет. Бывают явления настолько темные и ужасные — ровно как, я полагаю, и невероятно прекрасные, — что они просто не могут пройти через крошечные двери человеческого восприятия.

   Некоторые вещи наш мозг просто не приемлет. Бывают явления настолько темные и ужасные — ровно как, я полагаю, и невероятно прекрасные, — что они просто не могут пройти через крошечные двери человеческого восприятия.

   — Стивен Кинг · книга
7. «

   Наши органы чувств выдают столь фрагментарные и несовершенные данные, что мозг вынужден интерпретировать их на основе оценок вероятности, вместо того чтобы воспринимать напрямую. Он не столько «видит» мир, сколько гадает о нем.

   Наши органы чувств выдают столь фрагментарные и несовершенные данные, что мозг вынужден интерпретировать их на основе оценок вероятности, вместо того чтобы воспринимать напрямую. Он не столько «видит» мир, сколько гадает о нем.

   — Питер Уоттс · книга
8. «

   Видеть — на самом деле значит накладывать свою душу на стандартный отпечаток на сетчатке стандартного человеческого глаза.

   Видеть — на самом деле значит накладывать свою душу на стандартный отпечаток на сетчатке стандартного человеческого глаза.

   — Виктор Пелевин · книга
9. «

   Образ мыслей – это волшебный фонарь, в котором глаз человека каждый раз меняет оттенки. Так что с последнего дня какого-нибудь года, когда вы видели всё белым, до первого дня следующего, когда всё покажется вам чёрным, достаточно промежутка в одну ночь.

   Образ мыслей – это волшебный фонарь, в котором глаз человека каждый раз меняет оттенки. Так что с последнего дня какого-нибудь года, когда вы видели всё белым, до первого дня следующего, когда всё покажется вам чёрным, достаточно промежутка в одну ночь.

   — Александр Дюма · книга
10. «

    Люди легче замечают дурное, чем хорошее, более восприимчивы к внешней стороне жизни, чем к жизни внутренней.

    Люди легче замечают дурное, чем хорошее, более восприимчивы к внешней стороне жизни, чем к жизни внутренней.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
11. «

    Время летит так быстро. Сейчас я согласна с Эйнштейном. Время течёт быстрее или медленнее в зависимости от восприятия. Теория относительности такая романтичная. И такая грустная.

    Время летит так быстро. Сейчас я согласна с Эйнштейном. Время течёт быстрее или медленнее в зависимости от восприятия. Теория относительности такая романтичная. И такая грустная.

    — Курису Макисэ · игра
12. «

    И твоя голова — пещера. Глаза — два входа в неё. Ты живёшь внутри своей головы, и видишь лишь то, что хочешь увидеть. Видишь только тени и придаёшь им некий придуманный смысл.

    И твоя голова — пещера. Глаза — два входа в неё. Ты живёшь внутри своей головы, и видишь лишь то, что хочешь увидеть. Видишь только тени и придаёшь им некий придуманный смысл.

    — Чак Паланик · книга
13. «

    Восприятие реальности реальней самой реальности.

    Восприятие реальности реальней самой реальности.

    — Рон Левин · фильм
14. «

    Фильм похож на живописное полотно — оно ведь тоже остаётся неизменным, но каждый зритель привносит в него своё личное ощущение, своё неповторимое восприятие завершённого холста. То же происходит и с фильмом.

    Фильм похож на живописное полотно — оно ведь тоже остаётся неизменным, но каждый зритель привносит в него своё личное ощущение, своё неповторимое восприятие завершённого холста. То же происходит и с фильмом.

    — Робертсон Дэвис · книга
15. «

    Разве не зависит все на свете от нашей интерпретации царящего вокруг нас молчания?

    Разве не зависит все на свете от нашей интерпретации царящего вокруг нас молчания?

    — Лоренс Даррелл · книга
16. «

    — А он учтив? — Он хорош собой? — Он должен быть красив! — С пятью тысячами он может быть хоть в бородавках и лысый.

    — А он учтив? — Он хорош собой? — Он должен быть красив! — С пятью тысячами он может быть хоть в бородавках и лысый.

    — Гордость и предубеждение (Pride & Prejudice) · фильм
17. «

    Воспринимая кого-то как бога из другого мира, вы позволяете себе вещи по отношению к нему, которые были бы неприемлемы, будь он вашим соседом по лестничной клетке.

    Воспринимая кого-то как бога из другого мира, вы позволяете себе вещи по отношению к нему, которые были бы неприемлемы, будь он вашим соседом по лестничной клетке.

    — Илья Сегалович
18. «

    Во время пьянки мы все воспринимаем себя личностями <...> А наутро — организмами...

    Во время пьянки мы все воспринимаем себя личностями <...> А наутро — организмами...

    — Татьяна Устименко · книга
19. «

    — Эй, разве то, что я чувствую, вижу и слышу — это не реальность? — Это самообман и всё. Другие люди не разделяют твоих взглядов. — Ладно, ответь на вопрос. Кто идеальная женщина? — Деми Мур. — Итак. Если Деми Мур вдруг в тебя влюбилась бы, но все вокруг считают её уродиной, тебя бы это остановило? — Нет, я бы знал, что они не правы.

    — Эй, разве то, что я чувствую, вижу и слышу — это не реальность? — Это самообман и всё. Другие люди не разделяют твоих взглядов. — Ладно, ответь на вопрос. Кто идеальная женщина? — Деми Мур. — Итак. Если Деми Мур вдруг в тебя влюбилась бы, но все вокруг считают её уродиной, тебя бы это остановило? — Нет, я бы знал, что они не правы.

    — Маурисио Уилсон (Mauricio Wilson) · фильм
20. «

    У неё всегда, с детства, сколько себя помнила, болел весь мир — вымороченный, враждебный, нескладно и нелепо устроенный, не поддающийся исправлению, но при этом сияющий, звучащий, вибрирующий, ветреный, огненный и ледяной, великолепный настолько, что, дай она себе волю, рыдала бы взахлеб от восхищения с утра до ночи и, пожалуй, даже во сне. Но воли себе она, конечно, не давала, держала в ежовых рукавицах, дышала неглубоко, думать старалась поменьше и только о насущных проблемах, всегда стояла — там, внутри себя, — вытянувшись по стойке «смирно», чтобы не спятить, не рухнуть в сладкую темноту, не взорваться от переполняющей ее восхитительной муки.

    У неё всегда, с детства, сколько себя помнила, болел весь мир — вымороченный, враждебный, нескладно и нелепо устроенный, не поддающийся исправлению, но при этом сияющий, звучащий, вибрирующий, ветреный, огненный и ледяной, великолепный настолько, что, дай она себе волю, рыдала бы взахлеб от восхищения с утра до ночи и, пожалуй, даже во сне. Но воли себе она, конечно, не давала, держала в ежовых рукавицах, дышала неглубоко, думать старалась поменьше и только о насущных проблемах, всегда стояла — там, внутри себя, — вытянувшись по стойке «смирно», чтобы не спятить, не рухнуть в сладкую темноту, не взорваться от переполняющей ее восхитительной муки.

    — Макс Фрай · книга