81 лучших мыслей на тему «возмездие»

Тема «возмездие» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 81 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   ...не избежать человеку возмездия за дурные дела.

   ...не избежать человеку возмездия за дурные дела.

   — Ихара Сайкаку · книга
2. «

   Долгое время я даже благодарила Бога, думая, что смогу расплатиться за свои грехи здесь, на земле, а на небесах потом о них и не вспомнят. Теперь я уже не так в этом уверена. Если цена расплаты за грех столь высока, что ты в итоге хочешь покончить с собой — совершить еще более страшный грех, — то, значит, Кто-то ошибся в расчетах. Кто-то хочет слишком многого.

   Долгое время я даже благодарила Бога, думая, что смогу расплатиться за свои грехи здесь, на земле, а на небесах потом о них и не вспомнят. Теперь я уже не так в этом уверена. Если цена расплаты за грех столь высока, что ты в итоге хочешь покончить с собой — совершить еще более страшный грех, — то, значит, Кто-то ошибся в расчетах. Кто-то хочет слишком многого.

   — Ник Хорнби · книга
3. «

   Богатства Индии не давали покоя многим завоевателям. Одним из них был Махмуд Газнави. Он атаковал Индию восемнадцать раз и восемнадцать раз терпел поражение. Когда он потерпел поражение в очередной раз, то укрылся в пещере, как побитая собака. Сидя там, обдумывая своё положение, он обратил внимание на паука, плетущего свою паутину. Махмуд начал наблюдать за его действиями. Шёл дождь, паук пытался прикрепить паутину, но срывался и падал вниз. Он падал ровно восемнадцать раз, а на девятнадцатый добился успеха. Махмуд неожиданно воспрял духом, ему показалось, что это знак судьбы. Он уже обдумывал, как бесславно вернётся. Каждый раз он терпел поражение. Тысячи его воинов погибли из-за его неумелого руководства. Притхвирджай Чаухан, который стоял на границе, был правителем приграничной области Индии. Махмуд был царём в своей стране, у него не было повода вторгаться в Индию. Притхвирджай Чаухан восемнадцать раз нанёс поражение Махмуду: ему советовали пойти дальше и добить врага в его логове. Ему говорили, что тот снова соберёт войско и неожиданно нападёт, поэтому врага надо добить. Но Притхвирджай Чаухан был человеком великой гуманности. Он говорил: «Люди, живущие в стране Махмуда, нам не враги, они ни в чём не виноваты. Моё войско не для того, чтобы завоёвывать страны. Если он придёт ещё раз, мы снова его разобьём». Он не ожидал, что Махмуд нападёт сразу же после поражения. Индийское войско было распущено. Махмуд напал неожиданно и победил. Притхвирджай попал в плен, и ему, по приказу Махмуда, вырвали оба глаза. Такова была месть за поражения. Притхвирджай был очень красивым человеком и непревзойдённым стрелком из лука. В ожидании казни он и его друг-поэт, который решил разделить с ним судьбу, сидели в тюрьме. Когда их вывели на площадь, чтобы казнить, поэт обратился к Махмуду с просьбой. Он сказал: — Притхвирджай — непревзойдённый лучник. Позволь ему сделать последний выстрел перед смертью. Махмуду стало интересно, как слепой будет стрелять, и он велел подать лук со стрелой. Поэт обратился к Махмуду, и тот ответил. В тот же миг стрела, выпущенная на голос Махмуда, поразила его в самое сердце.

   Богатства Индии не давали покоя многим завоевателям. Одним из них был Махмуд Газнави. Он атаковал Индию восемнадцать раз и восемнадцать раз терпел поражение. Когда он потерпел поражение в очередной раз, то укрылся в пещере, как побитая собака. Сидя там, обдумывая своё положение, он обратил внимание на паука, плетущего свою паутину. Махмуд начал наблюдать за его действиями. Шёл дождь, паук пытался прикрепить паутину, но срывался и падал вниз. Он падал ровно восемнадцать раз, а на девятнадцатый добился успеха. Махмуд неожиданно воспрял духом, ему показалось, что это знак судьбы. Он уже обдумывал, как бесславно вернётся. Каждый раз он терпел поражение. Тысячи его воинов погибли из-за его неумелого руководства. Притхвирджай Чаухан, который стоял на границе, был правителем приграничной области Индии. Махмуд был царём в своей стране, у него не было повода вторгаться в Индию. Притхвирджай Чаухан восемнадцать раз нанёс поражение Махмуду: ему советовали пойти дальше и добить врага в его логове. Ему говорили, что тот снова соберёт войско и неожиданно нападёт, поэтому врага надо добить. Но Притхвирджай Чаухан был человеком великой гуманности. Он говорил: «Люди, живущие в стране Махмуда, нам не враги, они ни в чём не виноваты. Моё войско не для того, чтобы завоёвывать страны. Если он придёт ещё раз, мы снова его разобьём». Он не ожидал, что Махмуд нападёт сразу же после поражения. Индийское войско было распущено. Махмуд напал неожиданно и победил. Притхвирджай попал в плен, и ему, по приказу Махмуда, вырвали оба глаза. Такова была месть за поражения. Притхвирджай был очень красивым человеком и непревзойдённым стрелком из лука. В ожидании казни он и его друг-поэт, который решил разделить с ним судьбу, сидели в тюрьме. Когда их вывели на площадь, чтобы казнить, поэт обратился к Махмуду с просьбой. Он сказал: — Притхвирджай — непревзойдённый лучник. Позволь ему сделать последний выстрел перед смертью. Махмуду стало интересно, как слепой будет стрелять, и он велел подать лук со стрелой. Поэт обратился к Махмуду, и тот ответил. В тот же миг стрела, выпущенная на голос Махмуда, поразила его в самое сердце.
4. «

   Всегда приходит время платить по векселям.

   Всегда приходит время платить по векселям.

   — Итальянские пословицы и поговорки
5. «

   Может ли простая война превратиться в возмездие?

   Может ли простая война превратиться в возмездие?

   — Уинстон Грэхем · книга
6. «

   Не надо этим людям больше ничего доказывать, потому что логические аргументы, построенные на логике, аналитические с анализом ситуации, какие-то моральные призывы, какие-то апелляции к международному праву — на них это не действует. <...> Пока, с моей точки зрения, мы имеем дело с теми, кто понимает только один язык, язык силы. Я считаю, что мы имеем право это сказать. Мы имеем право это сказать, потому что мы долго упирали на дипломатию, мы проявляли значительную сдержанность, мы верили их многочисленным заявлениям, потому что мы думали, ну не могут же ответственные руководители государств так нагло и бессмысленно врать? <...> С моей точки зрения, мы более чем убедительно и честно доказали наше миролюбие. А сейчас, я думаю, у нас нет другого выбора как доказать что-то совсем другое.

   Не надо этим людям больше ничего доказывать, потому что логические аргументы, построенные на логике, аналитические с анализом ситуации, какие-то моральные призывы, какие-то апелляции к международному праву — на них это не действует. <...> Пока, с моей точки зрения, мы имеем дело с теми, кто понимает только один язык, язык силы. Я считаю, что мы имеем право это сказать. Мы имеем право это сказать, потому что мы долго упирали на дипломатию, мы проявляли значительную сдержанность, мы верили их многочисленным заявлениям, потому что мы думали, ну не могут же ответственные руководители государств так нагло и бессмысленно врать? <...> С моей точки зрения, мы более чем убедительно и честно доказали наше миролюбие. А сейчас, я думаю, у нас нет другого выбора как доказать что-то совсем другое.

   — Дмитрий Саймс
7. «

   Сыны и дочери Хелгана, даю вам клятву: эти дни будут вписаны в историю кровью. Сокрушив вражескую армию и захватив оружие, которое хотели направить против нас, мы спасли свой великий народ. Но если мир будет нарушен, если чужаки вторгнутся на нашу родную планету, наша месть будет так жестока, что живые позавидуют мёртвым!

   Сыны и дочери Хелгана, даю вам клятву: эти дни будут вписаны в историю кровью. Сокрушив вражескую армию и захватив оружие, которое хотели направить против нас, мы спасли свой великий народ. Но если мир будет нарушен, если чужаки вторгнутся на нашу родную планету, наша месть будет так жестока, что живые позавидуют мёртвым!

   — Сколар Визари (Scolar Visari) · игра
8. «

   рано или поздно наступит время расплаты за педагогические ошибки

   рано или поздно наступит время расплаты за педагогические ошибки

   — Илья Кормильцев
9. «

   Возмездие порождается любовью к правде и стремлением восстановить справедливость.

   Возмездие порождается любовью к правде и стремлением восстановить справедливость.

   — Брент Уикс · книга
10. «

    Справедливость есть свойство души, руководствуясь которым люди неизменно и постоянно стремятся воздать каждому по праву его.

    Справедливость есть свойство души, руководствуясь которым люди неизменно и постоянно стремятся воздать каждому по праву его.

    — Фома Аквинский
11. «

    Вот мальчик с пойманною рыбкой, с такой счастливою улыбкой сидит на берегу речном. На этом фото цифровом, на этом чёрно-белом фото ему всего четыре года, а может, даже целых пять. И этот мальчик, в мир влюбленный, потом собой прикроет мать, собой прикроет мать от дрона. И всё. И больше ничего. И штурмовые батальоны пойдут в атаку за него.

    Вот мальчик с пойманною рыбкой, с такой счастливою улыбкой сидит на берегу речном. На этом фото цифровом, на этом чёрно-белом фото ему всего четыре года, а может, даже целых пять. И этот мальчик, в мир влюбленный, потом собой прикроет мать, собой прикроет мать от дрона. И всё. И больше ничего. И штурмовые батальоны пойдут в атаку за него.

    — Дмитрий Мельников
12. «

    Рано или поздно ты встретишься с кем-то, кто окажется лучше тебя — с кем-то, кто, попросту выражаясь, тебя порвёт.

    Рано или поздно ты встретишься с кем-то, кто окажется лучше тебя — с кем-то, кто, попросту выражаясь, тебя порвёт.

    — Курт Воннегут · книга
13. «

    Когда тебе воздается по заслугам, сохраняй гордость. Не притворяйся и не крути.

    Когда тебе воздается по заслугам, сохраняй гордость. Не притворяйся и не крути.

    — Кэтрин Райан Хайд · книга
14. «

    — Ну что ж, — сказал Дефарж, как будто из его груди насильно вырывали какую-то мысль, — ведь это все так долго тянется! — Да, очень долго, — молвила жена. — Но что ж, что долго? Для возмездия, для мщения всегда требуется много времени. Иначе нельзя. — Молнии не много надо времени, чтобы поразить человека, — сказал Дефарж. — А долго ли собираются тучи, из которых ударит молния? Ну-ка, скажи, — спокойно проговорила жена. Дефарж задумчиво поднял голову, как бы соображая, что эта мысль довольно верная.

    — Ну что ж, — сказал Дефарж, как будто из его груди насильно вырывали какую-то мысль, — ведь это все так долго тянется! — Да, очень долго, — молвила жена. — Но что ж, что долго? Для возмездия, для мщения всегда требуется много времени. Иначе нельзя. — Молнии не много надо времени, чтобы поразить человека, — сказал Дефарж. — А долго ли собираются тучи, из которых ударит молния? Ну-ка, скажи, — спокойно проговорила жена. Дефарж задумчиво поднял голову, как бы соображая, что эта мысль довольно верная.

    — Чарльз Диккенс · книга
15. «

    Мой лучший фильм — «Ворошиловский стрелок». Я сам представитель власти, но и я оправдываю старика, решившегося на месть. Это даже не месть, а возмездие, которое должно было совершить государство. Если возмездие не настигает преступников, люди начинают жить по законам джунглей.

    Мой лучший фильм — «Ворошиловский стрелок». Я сам представитель власти, но и я оправдываю старика, решившегося на месть. Это даже не месть, а возмездие, которое должно было совершить государство. Если возмездие не настигает преступников, люди начинают жить по законам джунглей.

    — Станислав Говорухин
16. «

    Проклятие шло не от бога. Проклятие шло от него самого и было вскормлено лишь его собственными деяниями – и это было в равной степени применимо ко всем людям и ко всем постигающим их карам.

    Проклятие шло не от бога. Проклятие шло от него самого и было вскормлено лишь его собственными деяниями – и это было в равной степени применимо ко всем людям и ко всем постигающим их карам.

    — Морис Дрюон · книга
17. «

    И женщины с бойцами встанут рядом, И дети нам патроны поднесут, И надо всеми нами зацветут Старинные знамена Петрограда.

    И женщины с бойцами встанут рядом, И дети нам патроны поднесут, И надо всеми нами зацветут Старинные знамена Петрограда.

    — Ольга Берггольц
18. «

    — Чем ты от них отличаешься? — Им есть что терять…

    — Чем ты от них отличаешься? — Им есть что терять…

    — Джоан (друг Фрэнка) · фильм
19. «

    Раб — это вложение денег, всё потраченное вернётся сторицей.

    Раб — это вложение денег, всё потраченное вернётся сторицей.

    — Бернар Вербер · книга
20. «

    Я клоп и признаю со всем принижением, что ничего не могу понять, для чего все так устроено. Люди сами, значит, виноваты: им дан был рай, они захотели свободы и похитили огонь с небеси, сами зная, что станут несчастны, значит нечего их жалеть. О, по моему, по жалкому, земному эвклидовскому уму моему, я знаю лишь то, что страдание есть, что виновных нет, что все одно из другого выходит прямо и просто, что все течет и уравновешивается, — но ведь это лишь эвклидовская дичь, ведь я знаю же это, ведь жить по ней я не могу же согласиться! Что мне в том, что виновных нет и что все прямо и просто одно из другого выходит, и что я это знаю — мне надо возмездие, иначе ведь я истреблю себя. И возмездие не в бесконечности где-нибудь и когда-нибудь, а здесь уже на земле, и чтоб я его сам увидал. Я веровал, я хочу сам и видеть, а если к тому часу буду уже мертв, то пусть воскресят меня, ибо если все без меня произойдет, то будет слишком обидно. Не для того же я страдал, чтобы собой, злодействами и страданиями моими унавозить кому-то будущую гармонию. Я хочу видеть своими глазами, как лань ляжет подле льва и как зарезанный встанет и обнимется с убившим его. Я хочу быть тут, когда все вдруг узнают, для чего все так было.

    Я клоп и признаю со всем принижением, что ничего не могу понять, для чего все так устроено. Люди сами, значит, виноваты: им дан был рай, они захотели свободы и похитили огонь с небеси, сами зная, что станут несчастны, значит нечего их жалеть. О, по моему, по жалкому, земному эвклидовскому уму моему, я знаю лишь то, что страдание есть, что виновных нет, что все одно из другого выходит прямо и просто, что все течет и уравновешивается, — но ведь это лишь эвклидовская дичь, ведь я знаю же это, ведь жить по ней я не могу же согласиться! Что мне в том, что виновных нет и что все прямо и просто одно из другого выходит, и что я это знаю — мне надо возмездие, иначе ведь я истреблю себя. И возмездие не в бесконечности где-нибудь и когда-нибудь, а здесь уже на земле, и чтоб я его сам увидал. Я веровал, я хочу сам и видеть, а если к тому часу буду уже мертв, то пусть воскресят меня, ибо если все без меня произойдет, то будет слишком обидно. Не для того же я страдал, чтобы собой, злодействами и страданиями моими унавозить кому-то будущую гармонию. Я хочу видеть своими глазами, как лань ляжет подле льва и как зарезанный встанет и обнимется с убившим его. Я хочу быть тут, когда все вдруг узнают, для чего все так было.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга