33 цитаты «Жизненные цитаты про коррупцию и взятки» для статуса

Собрали 33 цитаты на тему «Жизненные цитаты про коррупцию и взятки» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Коррупция способна разъесть любую систему независимо от философии или идеологии отцов-основателей, адекватности правительства или географического расположения. Даже коммунистические партии Китая и Вьетнама, во имя высоких идеалов целенаправленно истреблявшие коррупцию и упадничество прошлых режимов, всего через несколько лет пребывания у власти заражались все той же коррупцией. А уж когда они отказались от марксистской идеологии и государственного планирования, чтобы либерализировать экономику и перейти к рынку, откаты, вымогательство и взятки расцвели еще пышнее.

   Коррупция способна разъесть любую систему независимо от философии или идеологии отцов-основателей, адекватности правительства или географического расположения. Даже коммунистические партии Китая и Вьетнама, во имя высоких идеалов целенаправленно истреблявшие коррупцию и упадничество прошлых режимов, всего через несколько лет пребывания у власти заражались все той же коррупцией. А уж когда они отказались от марксистской идеологии и государственного планирования, чтобы либерализировать экономику и перейти к рынку, откаты, вымогательство и взятки расцвели еще пышнее.

   — Ли Куан Ю
2. «

   И во времена всех крестовых походов против коррупции решение видели не в том, чтобы дать свободу ее жертвам, а в том, чтобы дать большую власть вымогателям.

   И во времена всех крестовых походов против коррупции решение видели не в том, чтобы дать свободу ее жертвам, а в том, чтобы дать большую власть вымогателям.

   — Айн Рэнд · книга
3. «

   Ты закрываешь на что-то глаза, попустительствуешь. Берёшь наркобарыгу у которого бабла больше, чем ты за всю жизнь заколотишь. В хранилище улик идёт не вся сумма. И что? Ты пригубил, как и все остальные, и почуял безнаказанность. Прямо как в убийстве Цезаря: виноваты сразу все. Мэтт не был продажным, а я был, как и все в нашем участке. Иначе никак: сдашь своего дружка — подведёшь сам себя. Вот рука и моет руку.

   Ты закрываешь на что-то глаза, попустительствуешь. Берёшь наркобарыгу у которого бабла больше, чем ты за всю жизнь заколотишь. В хранилище улик идёт не вся сумма. И что? Ты пригубил, как и все остальные, и почуял безнаказанность. Прямо как в убийстве Цезаря: виноваты сразу все. Мэтт не был продажным, а я был, как и все в нашем участке. Иначе никак: сдашь своего дружка — подведёшь сам себя. Вот рука и моет руку.

   — Майк Эрмантраут · сериал
4. «

   Почему ты думаешь, что именно подкупил? Может, он их просто украл? Он же милиционер!

   Почему ты думаешь, что именно подкупил? Может, он их просто украл? Он же милиционер!

   — Константин Костин · книга
5. «

   Ныне среди тех, кто до сих пор делает вид, будто хранит записи и рассказывает истории, модно считать, что Завет якобы являлся неким кладезем благочестия предтечей появившейся позднее фундаментальной религии. Возможно, где-то так и было. Быть может, в Варадеше и делали всё, как положено. Однако, в пронции жрецы уже начали приобретать характерную репутацию. Они пили и предавались азартным играм. Они были жестоки — и пользовались этим, чтобы копить богатства. Даже верующие знали, что уплаченные ими десятины не целиком шли на украшение храмов. Система напоминала загнивший омут, холодное и маслянистое сердце которого закрыто от пытливого света солнца.

   Ныне среди тех, кто до сих пор делает вид, будто хранит записи и рассказывает истории, модно считать, что Завет якобы являлся неким кладезем благочестия предтечей появившейся позднее фундаментальной религии. Возможно, где-то так и было. Быть может, в Варадеше и делали всё, как положено. Однако, в пронции жрецы уже начали приобретать характерную репутацию. Они пили и предавались азартным играм. Они были жестоки — и пользовались этим, чтобы копить богатства. Даже верующие знали, что уплаченные ими десятины не целиком шли на украшение храмов. Система напоминала загнивший омут, холодное и маслянистое сердце которого закрыто от пытливого света солнца.

   — Крис Райт · книга
6. «

   Я знаю, надо и двести и триста вам — возьмут, всё равно, не те, так эти.

   Я знаю, надо и двести и триста вам — возьмут, всё равно, не те, так эти.

   — Владимир Маяковский
7. «

   Во всем городе я не знал ни одного честного человека. Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги; жена воинского начальника во время набора брала с рекрутов и даже позволяла угощать себя и раз в церкви никак не могла подняться с колен, так как была пьяна; во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогом мясные лавки и трактиры; в уездном училище торговали свидетельствами, дававшими льготу по третьему разряду; благочинные брали с подчиненных причтов и церковных старост; в городской, мещанской, во врачебной и во всех прочих управах каждому просителю кричали вослед: «Благодарить надо!» — и проситель возвращался, чтобы дать 30—40 копеек. А те, которые взяток не брали, как, например, чины судебного ведомства, были надменны, подавали два пальца, отличались холодностью и узостью суждений, играли много в карты, много пили, женились на богатых и, несомненно, имели на среду вредное, развращающее влияние. Лишь от одних девушек веяло нравственного чистотой; у большинства из них были высокие стремления, честные, чистые души; но они не понимали жизни и верили, что взятки даются из уважения к душевным качествам, и, выйдя замуж, скоро старились, опускались и безнадежно тонули в тине пошлого, мещанского существования.

   Во всем городе я не знал ни одного честного человека. Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги; жена воинского начальника во время набора брала с рекрутов и даже позволяла угощать себя и раз в церкви никак не могла подняться с колен, так как была пьяна; во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогом мясные лавки и трактиры; в уездном училище торговали свидетельствами, дававшими льготу по третьему разряду; благочинные брали с подчиненных причтов и церковных старост; в городской, мещанской, во врачебной и во всех прочих управах каждому просителю кричали вослед: «Благодарить надо!» — и проситель возвращался, чтобы дать 30—40 копеек. А те, которые взяток не брали, как, например, чины судебного ведомства, были надменны, подавали два пальца, отличались холодностью и узостью суждений, играли много в карты, много пили, женились на богатых и, несомненно, имели на среду вредное, развращающее влияние. Лишь от одних девушек веяло нравственного чистотой; у большинства из них были высокие стремления, честные, чистые души; но они не понимали жизни и верили, что взятки даются из уважения к душевным качествам, и, выйдя замуж, скоро старились, опускались и безнадежно тонули в тине пошлого, мещанского существования.

   — Антон Павлович Чехов · книга
8. «

   В древние времена в Поднебесной любой чиновник стремился принести пользу на всеобщем пути вещей. А тут каждый ставит на этом пути свой шлагбаум, который поднимает только за деньги. И суть здешнего общественного договора заключена именно в таком подъеме шлагбаумов друг перед другом.

   В древние времена в Поднебесной любой чиновник стремился принести пользу на всеобщем пути вещей. А тут каждый ставит на этом пути свой шлагбаум, который поднимает только за деньги. И суть здешнего общественного договора заключена именно в таком подъеме шлагбаумов друг перед другом.

   — Виктор Пелевин · книга
9. «

   Бизнес — это узаконенная коррупция.

   Бизнес — это узаконенная коррупция.
10. «

    В мире, в котором правит коррупция и высокомерие, сложно придерживаться своих философских и литературных принципов.

    В мире, в котором правит коррупция и высокомерие, сложно придерживаться своих философских и литературных принципов.
11. «

    Время такое... Подлое... Воровское... Воруют больше всего наверху. На глазах у всех. Безнаказанно!... Все это знают. Об этом в газетах пишут. Кто конкретно, и как украл. А этот вор улыбается нам с экрана и учит нас демократии... Получается, можно воровать... Вот и понеслось. Наперегонки. МММ, Гермесы, бизнесмены, бандиты, чиновники и разная мелкая шваль. Никак остановиться не можем...

    Время такое... Подлое... Воровское... Воруют больше всего наверху. На глазах у всех. Безнаказанно!... Все это знают. Об этом в газетах пишут. Кто конкретно, и как украл. А этот вор улыбается нам с экрана и учит нас демократии... Получается, можно воровать... Вот и понеслось. Наперегонки. МММ, Гермесы, бизнесмены, бандиты, чиновники и разная мелкая шваль. Никак остановиться не можем...

    — Валерий Нариманов · книга
12. «

    Знаешь ли ты, о прелестный зрачок моего глаза, – продолжал между тем петушиться Хоттабыч, – я давно уже не колдовал с таким удовольствием! Разве только когда я превратил одного багдадского судью-взяточника в медную ступку и отдал ее знакомому аптекарю. Аптекарь с самого восхода солнца и до полуночи толок в ней пестиком самые горькие и противные снадобья. Не правда ли, здорово, а?

    Знаешь ли ты, о прелестный зрачок моего глаза, – продолжал между тем петушиться Хоттабыч, – я давно уже не колдовал с таким удовольствием! Разве только когда я превратил одного багдадского судью-взяточника в медную ступку и отдал ее знакомому аптекарю. Аптекарь с самого восхода солнца и до полуночи толок в ней пестиком самые горькие и противные снадобья. Не правда ли, здорово, а?

    — Лазарь Лагин · книга
13. «

    Набирает силу тенденция придания статуса ресурсов все новым видам товаров. Идет скрытое соревнование между фрагментами постсоциалистического мироустройства за формирование собственной ресурсной базы. При этом ресурсами становятся даже зерно, мясо и продукция местной промышленности. Их вывоз за пределы границ некоторых регионов жестко регулируется уже сейчас. Фрагменты государства разграничиваются, и само это разграничение служит делу социалистического строительства. Государство постепенно вводит границы, сужая зону свободного обращения товаров и денег. Недавние восстановление пограничных зон и запрет для высших должностных лиц иметь двойное гражданство тому примеры.

    Набирает силу тенденция придания статуса ресурсов все новым видам товаров. Идет скрытое соревнование между фрагментами постсоциалистического мироустройства за формирование собственной ресурсной базы. При этом ресурсами становятся даже зерно, мясо и продукция местной промышленности. Их вывоз за пределы границ некоторых регионов жестко регулируется уже сейчас. Фрагменты государства разграничиваются, и само это разграничение служит делу социалистического строительства. Государство постепенно вводит границы, сужая зону свободного обращения товаров и денег. Недавние восстановление пограничных зон и запрет для высших должностных лиц иметь двойное гражданство тому примеры.

    — Симон Кордонский
14. «

    Коррупция – это налог, которым облагается общество, если оно не платит людям достаточно, чтобы они сами отказались от нее.

    Коррупция – это налог, которым облагается общество, если оно не платит людям достаточно, чтобы они сами отказались от нее.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
15. «

    Докучаевская взятка имеет тысячи гpадаций и миллионы нюансов. От самой гpубой — из pуки в pуки — до тончайшей, как фpанцузская льстивость. Докучаев говоpит: «Все беpут! Вопpос только — чем». Он издевается над такими словами, как: дpужба, услуга, любезность, помощь, благодаpность, отзывчивость, беспокойство, внимательность, пpедупpедительность. Hа его языке это все называется одним словом: взятка.

    Докучаевская взятка имеет тысячи гpадаций и миллионы нюансов. От самой гpубой — из pуки в pуки — до тончайшей, как фpанцузская льстивость. Докучаев говоpит: «Все беpут! Вопpос только — чем». Он издевается над такими словами, как: дpужба, услуга, любезность, помощь, благодаpность, отзывчивость, беспокойство, внимательность, пpедупpедительность. Hа его языке это все называется одним словом: взятка.

    — Анатолий Мариенгоф · книга
16. «

    Укравшему хлеб не потребуешь кар. Возможно простить и убийце. Быть может, больной, сумасшедший угар в душе у него клубится. Но если скравший этот вот рубль ладонью ладонь мою тронет, я, руку помыв, кирпичом ототру поганую кожу с ладони.

    Укравшему хлеб не потребуешь кар. Возможно простить и убийце. Быть может, больной, сумасшедший угар в душе у него клубится. Но если скравший этот вот рубль ладонью ладонь мою тронет, я, руку помыв, кирпичом ототру поганую кожу с ладони.

    — Владимир Маяковский
17. «

    ... .руководители общины тоже нуждались в деньгах, чтобы скрасить себе жизнь водкой с закуской.

    ... .руководители общины тоже нуждались в деньгах, чтобы скрасить себе жизнь водкой с закуской.

    — Владислав Шпильман · книга
18. «

    Я, честно говоря, не верю в то, что коррупцию можно побороть вообще, потому что мне кажется — мы очень сильно идеализируем человека как такового. Дефицит далеко не всегда является причиной возникновения коррупции, а чаще всего это просто жадность тупая, и особенно у тех людей, у которых уже всё есть на самом деле, у них нет дефицита ни в чём. Это просто такой врождённый порок, который человек или поощряет в себе или не поощряет.

    Я, честно говоря, не верю в то, что коррупцию можно побороть вообще, потому что мне кажется — мы очень сильно идеализируем человека как такового. Дефицит далеко не всегда является причиной возникновения коррупции, а чаще всего это просто жадность тупая, и особенно у тех людей, у которых уже всё есть на самом деле, у них нет дефицита ни в чём. Это просто такой врождённый порок, который человек или поощряет в себе или не поощряет.

    — Сергей Александрович Михеев
19. «

    Большинство знатных господ считают, что главное — это количество денег, а знания ничего не стоят в том смысле, что на любого можно найти управу, если знать, кому и сколько заплатить.

    Большинство знатных господ считают, что главное — это количество денег, а знания ничего не стоят в том смысле, что на любого можно найти управу, если знать, кому и сколько заплатить.

    — Галина Романова · книга
20. «

    Тюремный сторож, стоявший у двери с ключами в руках, счел себя обязанным соблюдать строжайший нейтралитет. Он получил хорошие взятки от обоих сражающихся и не хотел им мешать.

    Тюремный сторож, стоявший у двери с ключами в руках, счел себя обязанным соблюдать строжайший нейтралитет. Он получил хорошие взятки от обоих сражающихся и не хотел им мешать.

    — Александр Беляев · книга