150 цитат про «Запад», которые стоит перечитать

Тема «Запад» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 150 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   — Евгений Красницкий · книга
2. «

   Люди на западе платят налоги не потому, что это им нравится, а потому, что если они не заплатят, их посадят в тюрьму.

   Люди на западе платят налоги не потому, что это им нравится, а потому, что если они не заплатят, их посадят в тюрьму.

   — Андрей Петрович Паршев · книга
3. «

   Дело в истине, которая понятна всем, а мною прочувствована: Запад всегда был и будет против России, но он никогда не добьётся победы, пока в нас будет хоть капля настоящих русских. Хоть капля Шугалея. Будьте хоть на каплю Шугалеем, не лебезите перед Западом.

   Дело в истине, которая понятна всем, а мною прочувствована: Запад всегда был и будет против России, но он никогда не добьётся победы, пока в нас будет хоть капля настоящих русских. Хоть капля Шугалея. Будьте хоть на каплю Шугалеем, не лебезите перед Западом.

   — Кирилл Полухин
4. «

   Доходили известия из России до Запада искаженными, ибо шли все они через Польшу. У Речи же Посполитой в те времена на огромные пространства на Востоке имелись свои небескорыстные виды. Потому и изменников навроде князя Андрея Курбского там привечали, и сочинителям своим доморощенным заказывали всяческие живописания ужасов, творимых московитским варваром. «Царь Васильич, прозванный за жестокость свою безмерную Ужасным» — так прямиком в заголовке одной книги и написали. Раз ехал из Рима в Москву папский легат союз заключать: Святого Римского престола и России — против турок-басурман. Так по пути, в Кракове, дали ему специально «в дорогу» почитать эту книжицу, содержавшую безмерный список злодеяний Грозного. Ужаснулся добрый католик, перекрестился слева направо и отправился назад.

   Доходили известия из России до Запада искаженными, ибо шли все они через Польшу. У Речи же Посполитой в те времена на огромные пространства на Востоке имелись свои небескорыстные виды. Потому и изменников навроде князя Андрея Курбского там привечали, и сочинителям своим доморощенным заказывали всяческие живописания ужасов, творимых московитским варваром. «Царь Васильич, прозванный за жестокость свою безмерную Ужасным» — так прямиком в заголовке одной книги и написали. Раз ехал из Рима в Москву папский легат союз заключать: Святого Римского престола и России — против турок-басурман. Так по пути, в Кракове, дали ему специально «в дорогу» почитать эту книжицу, содержавшую безмерный список злодеяний Грозного. Ужаснулся добрый католик, перекрестился слева направо и отправился назад.

   — Владимир Мединский · книга
5. «

   Это просто спор! Это же дискуссия! Вы там что-то такое прочитали, ну так возразите этому. Возразите так, чтобы не осталось никаких аргументов. <...> Американцы сталкиваются с тем, что их оружие стали применять против них. А вы как думали? А они к этому просто не готовы. <...> Аргументированно сказать нечего. Аргументов для того, чтобы всерьёз возразить — нет. И тогда началась вот эта вся истерика — надо запретить, надо признать это вмешательством и прочая, и прочая. Потому что, если бы всё это была туфтовая «кремлёвская пропаганда», тогда её можно было бы взять и разбить в три приёма. А в три приёма — не получается, и в тридцать три — не получается. Потому что звучит это достаточно убедительно и аргументированно. <...> Это слабость. Это от их слабости происходит. <...> «Это всё ложь и кремлёвская пропаганда, потому что я не могу с этим спорить» — вот что говорят они. То, с чем мы не можем спорить — это всё «кремлёвская пропаганда». А может быть у вас просто мозгов не хватает или, на самом деле, вы настолько неправы, что у вас нет аргументов?

   Это просто спор! Это же дискуссия! Вы там что-то такое прочитали, ну так возразите этому. Возразите так, чтобы не осталось никаких аргументов. <...> Американцы сталкиваются с тем, что их оружие стали применять против них. А вы как думали? А они к этому просто не готовы. <...> Аргументированно сказать нечего. Аргументов для того, чтобы всерьёз возразить — нет. И тогда началась вот эта вся истерика — надо запретить, надо признать это вмешательством и прочая, и прочая. Потому что, если бы всё это была туфтовая «кремлёвская пропаганда», тогда её можно было бы взять и разбить в три приёма. А в три приёма — не получается, и в тридцать три — не получается. Потому что звучит это достаточно убедительно и аргументированно. <...> Это слабость. Это от их слабости происходит. <...> «Это всё ложь и кремлёвская пропаганда, потому что я не могу с этим спорить» — вот что говорят они. То, с чем мы не можем спорить — это всё «кремлёвская пропаганда». А может быть у вас просто мозгов не хватает или, на самом деле, вы настолько неправы, что у вас нет аргументов?

   — Сергей Александрович Михеев
6. «

   В итоге школа посылалась к чёрту, с треском. Встречай нас, улица, свободных, молодых, и дерзких, Подворотня, самое днище, это в натуре сильно, этому нас обучали в западных клипах и фильмах.

   В итоге школа посылалась к чёрту, с треском. Встречай нас, улица, свободных, молодых, и дерзких, Подворотня, самое днище, это в натуре сильно, этому нас обучали в западных клипах и фильмах.
7. «

   Россия остается противником Запада в происходящей мировой войне нового типа. Запад может успокоиться лишь тогда, когда наша страна и наш народ будут низведены до состояния, достойного насмешки и презрения. На пути к мировому господству Запада стоит сопротивляющийся мусульманский (арабский) мир. Война Запада против него — следующий этап идущей мировой войны. Очевидно, что главным препятствием на пути западнистского сверхобщества к мировой гегемонии после краха советского блока и Советского Союза становится коммунистический Китай. Для нас важно установить, какая судьба ожидает нашу страну в условиях войны западного мира с Китаем, которая неизбежно станет одним из важнейших явлений жизни человечества в XXI веке. Кое-кто пророчит (а многие жаждут этого), что образуется евразийское единство во главе с Россией и это единство будет противостоять западнизму.

   Россия остается противником Запада в происходящей мировой войне нового типа. Запад может успокоиться лишь тогда, когда наша страна и наш народ будут низведены до состояния, достойного насмешки и презрения. На пути к мировому господству Запада стоит сопротивляющийся мусульманский (арабский) мир. Война Запада против него — следующий этап идущей мировой войны. Очевидно, что главным препятствием на пути западнистского сверхобщества к мировой гегемонии после краха советского блока и Советского Союза становится коммунистический Китай. Для нас важно установить, какая судьба ожидает нашу страну в условиях войны западного мира с Китаем, которая неизбежно станет одним из важнейших явлений жизни человечества в XXI веке. Кое-кто пророчит (а многие жаждут этого), что образуется евразийское единство во главе с Россией и это единство будет противостоять западнизму.

   — Александр Александрович Зиновьев · книга
8. «

   Есть два крупных объективных обстоятельства: первое заключается в том, что западные элиты потеряли контроль над своим собственным населением. Им нужен враг для того, чтобы этот контроль вернуть, в первую очередь, через подавление и поставку под контроль социальных медиа. <...> С помощью внешней угрозы пытаться скрутить чрезмерную демократию у себя в стране, демократию, которая вышла из под контроля. И второе — Запад вступил в эндшпиль, в конец своего господства в мире, которое продолжалось пятьсот лет. Это ж горько! Люди защищаются. У них — слёзы ярости. Мы должны понимать это. Ну и даже, может быть, частично сочувствовать. У нас тоже такие случаи в жизни были сложные. <...> Они пытаются консолидироваться на антироссийской основе... <...> для того, чтобы восстановить контроль над своим собственным политическим процессом.

   Есть два крупных объективных обстоятельства: первое заключается в том, что западные элиты потеряли контроль над своим собственным населением. Им нужен враг для того, чтобы этот контроль вернуть, в первую очередь, через подавление и поставку под контроль социальных медиа. <...> С помощью внешней угрозы пытаться скрутить чрезмерную демократию у себя в стране, демократию, которая вышла из под контроля. И второе — Запад вступил в эндшпиль, в конец своего господства в мире, которое продолжалось пятьсот лет. Это ж горько! Люди защищаются. У них — слёзы ярости. Мы должны понимать это. Ну и даже, может быть, частично сочувствовать. У нас тоже такие случаи в жизни были сложные. <...> Они пытаются консолидироваться на антироссийской основе... <...> для того, чтобы восстановить контроль над своим собственным политическим процессом.

   — Сергей Александрович Караганов
9. «

   Есенин осмысленно воспринимал «скифство» как антитезу западничеству. В июне 1917 года он писал Ширяевцу: «Мы ведь скифы, принявшие глазами Андрея Рублёва Византию и писания Козьмы Индикоплова, поверием наших бабок, что земля на трёх китах стоит, а они все романцы, брат, все западники. Им нужна Америка, а нам в Жигулях песня да костёр Стеньки Разина».

   Есенин осмысленно воспринимал «скифство» как антитезу западничеству. В июне 1917 года он писал Ширяевцу: «Мы ведь скифы, принявшие глазами Андрея Рублёва Византию и писания Козьмы Индикоплова, поверием наших бабок, что земля на трёх китах стоит, а они все романцы, брат, все западники. Им нужна Америка, а нам в Жигулях песня да костёр Стеньки Разина».

   — Захар Прилепин · книга
10. «

    Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут...

    Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут...

    — Джозеф Редьярд Киплинг
11. «

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

    Уже нету и никогда не будет той Европы. Прекрасной, старой с чудным запахом кофе из бара с утра в Риме. Уже не будет американского кино 70-х годов с Джеком Николсоном: «Пять нетрудных музыкальных пьес» или там «Кто-то пролетел над гнездом»... Уже не будет Синатры! Этого не будет, всё! Это умерло! Европа под ядерным зонтиком Соединённых Штатов прекрасно развивалась, жила, толстела, была замечательна с точки зрения моды, нововведений, свобод, фестивалей — Канны, красная дорожка... Всё замечательно абсолютно. До момента когда они за этим за всем просто тупо не потеряли иммунитет. И свою трусость и бессилие они назвали толерантностью! И теперь начальник полиции Швеции в девять часов вечера просит женщин по телевидению не выходить на улицу. В Швеции! Вот и всё! У них нету сил. У них нет новой крови. У них нет новых идей. Римский папа ползает по полу и целует ботинки там, я уж не помню кому, камерунцу.

    — Никита Михалков
12. «

    — Прости, Док, это я виноват в том, что ты застрял в прошлом. Нужно было держаться от Биффа подальше. — На свете полно мест хуже, чем Дикий Запад. Попал бы в Средневековье и меня бы сожгли на костре, посчитав еретиком.

    — Прости, Док, это я виноват в том, что ты застрял в прошлом. Нужно было держаться от Биффа подальше. — На свете полно мест хуже, чем Дикий Запад. Попал бы в Средневековье и меня бы сожгли на костре, посчитав еретиком.

    — Марти МакФлай · фильм
13. «

    Мы имеем дело с варварской, страшной силой. Никаких правил больше нет, мы находимся совершенно в другой фазе глобального противостояния. И надо отдать себе отчет, что мягко, путем переговоров едва ли нам разрешить этот кризис. Мы должны быть сильными, мы должны побеждать, мы должны мобилизовать всё наше общество. Мы много над ними смеялись. Над выжившим из ума Байденом, над наркоманом Зеленским, но Запад очень жестко нас атакует, и подчас эффективно и болезненно. Эта тема насмешек над противником исчерпала себя, надо воспринимать эту битву всерьез. Наркоман и синильный старик, общающийся с духами, это фасад. За этим стоит железная мощь англосаксонской и натовской цивилизации, Запада, либерализма, глобализма. Это результат последних 500 лет их истории. Они стоят за свою идею, за абсолютно ложную и абсолютно бесчеловечную, но самое главное – в их мире нам вообще не отводится никакого места. Мы должны осознать, что мы приговорены, и никакого компромисса с этой страшной, темной, жестокой силой мы достичь не сможем. Мы должны быть мобилизованы на это фундаментальное противостояние для спасения России, человечества, мира в конечном итоге.

    Мы имеем дело с варварской, страшной силой. Никаких правил больше нет, мы находимся совершенно в другой фазе глобального противостояния. И надо отдать себе отчет, что мягко, путем переговоров едва ли нам разрешить этот кризис. Мы должны быть сильными, мы должны побеждать, мы должны мобилизовать всё наше общество. Мы много над ними смеялись. Над выжившим из ума Байденом, над наркоманом Зеленским, но Запад очень жестко нас атакует, и подчас эффективно и болезненно. Эта тема насмешек над противником исчерпала себя, надо воспринимать эту битву всерьез. Наркоман и синильный старик, общающийся с духами, это фасад. За этим стоит железная мощь англосаксонской и натовской цивилизации, Запада, либерализма, глобализма. Это результат последних 500 лет их истории. Они стоят за свою идею, за абсолютно ложную и абсолютно бесчеловечную, но самое главное – в их мире нам вообще не отводится никакого места. Мы должны осознать, что мы приговорены, и никакого компромисса с этой страшной, темной, жестокой силой мы достичь не сможем. Мы должны быть мобилизованы на это фундаментальное противостояние для спасения России, человечества, мира в конечном итоге.

    — Александр Дугин
14. «

    Запад ошибается насчёт России. Он думает, что мы так ослаблены войной, что всё наше могущество уже иссякло. Это ошибка. Нацию, состоящую из ста миллионов людей, способных жертвовать собой за идею, не так легко стереть. Россия жива, и, если будут перейдены известные пределы, она решится воевать… И тогда уж несдобровать любому чужеземцу.

    Запад ошибается насчёт России. Он думает, что мы так ослаблены войной, что всё наше могущество уже иссякло. Это ошибка. Нацию, состоящую из ста миллионов людей, способных жертвовать собой за идею, не так легко стереть. Россия жива, и, если будут перейдены известные пределы, она решится воевать… И тогда уж несдобровать любому чужеземцу.

    — Михаил Скобелев
15. «

    Восток озарён, запад считает цифры.

    Восток озарён, запад считает цифры.
16. «

    Западное образование годится для одного, восточное — для другого. Можно сказать: «Этим пальцем лучше делать одни вещи, этим — другие». Но вся рука в любом случае лучше.

    Западное образование годится для одного, восточное — для другого. Можно сказать: «Этим пальцем лучше делать одни вещи, этим — другие». Но вся рука в любом случае лучше.

    — Брюс Ли
17. «

    Философия и литература — это «Тысяча и одна ночь» Запада.

    Философия и литература — это «Тысяча и одна ночь» Запада.

    — Анатоль Франс
18. «

    Он не преступник, а жертва эпохи, Запада, цивилизации, которая, увы, все больше и больше утрачивает веру (теряющую свою чистоту), христианский дух, общий смысл и переходит в хаос, где человек остается без путеводной звезды; в итоге — смятение, одичание, кулачное право и отсутствие истинной нравственности.

    Он не преступник, а жертва эпохи, Запада, цивилизации, которая, увы, все больше и больше утрачивает веру (теряющую свою чистоту), христианский дух, общий смысл и переходит в хаос, где человек остается без путеводной звезды; в итоге — смятение, одичание, кулачное право и отсутствие истинной нравственности.

    — Фридрих Дюрренматт · книга
19. «

    Афганистан – это как кладбище слонов. Весь хлам с Запада обретает здесь вторую жизнь.

    Афганистан – это как кладбище слонов. Весь хлам с Запада обретает здесь вторую жизнь.

    — Диана Мохаммади · книга
20. «

    Ну, и конечно, тут же, кстати, достанется и гнилому Западу. Экая притча, подумаешь! Бьет он нас на всех пунктах, этот Запад, — а гнил! И хоть бы мы действительно его презирали, — продолжал Потугин, — а то ведь это все фраза и ложь. Ругать-то мы его ругаем, а только его мнением и дорожим, то есть, в сущности, мнением парижских лоботрясов.

    Ну, и конечно, тут же, кстати, достанется и гнилому Западу. Экая притча, подумаешь! Бьет он нас на всех пунктах, этот Запад, — а гнил! И хоть бы мы действительно его презирали, — продолжал Потугин, — а то ведь это все фраза и ложь. Ругать-то мы его ругаем, а только его мнением и дорожим, то есть, в сущности, мнением парижских лоботрясов.

    — Иван Сергеевич Тургенев · книга