85 сильных цитат: «запрет»

Тема «запрет» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 85 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Зачем ты выбросил список запрещенной врачом еды? — Китти, ты его читала? Знал бы я, какой режим меня ждет после сердечного приступа — вприпрыжку побежал бы на белый свет.

   — Зачем ты выбросил список запрещенной врачом еды? — Китти, ты его читала? Знал бы я, какой режим меня ждет после сердечного приступа — вприпрыжку побежал бы на белый свет.

   — Ред Форман · сериал
2. «

   Национальная самаршанская кухня отличалась тремя запретами. Во-первых, самаршанцы не ели куриное мясо, потому что курица клюет червей, черви едят покойников, а значит, кто ест курицу — поедает собственных предков. (Надо сказать, что на всех остальных птиц запрет почему-то не распространялся, а некоторые вольнодумцы утверждали, что можно есть и куриц, если не выпускать их на землю, а держать в клетке и кормить зерном.) Во-вторых, самаршанцы не ели грибов — по той же самой причине. Ведь в грибах могут оказаться черви… Ну и в-третьих, самаршанцы не ели ничего фиолетового, потому что считали, что еда не может быть фиолетового цвета. Все остальное, по мнению самаршанцев, вполне годилось в пищу.

   Национальная самаршанская кухня отличалась тремя запретами. Во-первых, самаршанцы не ели куриное мясо, потому что курица клюет червей, черви едят покойников, а значит, кто ест курицу — поедает собственных предков. (Надо сказать, что на всех остальных птиц запрет почему-то не распространялся, а некоторые вольнодумцы утверждали, что можно есть и куриц, если не выпускать их на землю, а держать в клетке и кормить зерном.) Во-вторых, самаршанцы не ели грибов — по той же самой причине. Ведь в грибах могут оказаться черви… Ну и в-третьих, самаршанцы не ели ничего фиолетового, потому что считали, что еда не может быть фиолетового цвета. Все остальное, по мнению самаршанцев, вполне годилось в пищу.

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   Я уверен: нельзя позволять, чтобы тебя остановило убогое словцо «нельзя». Если у тебя недостаточно опыта для достижения поставленной цели, ищи другие пути.

   Я уверен: нельзя позволять, чтобы тебя остановило убогое словцо «нельзя». Если у тебя недостаточно опыта для достижения поставленной цели, ищи другие пути.

   — Ричард Брэнсон
4. «

   Гарри, нельзя приводить в дом каждого, кто помогает тебе перейти улицу!

   Гарри, нельзя приводить в дом каждого, кто помогает тебе перейти улицу!

   — Джудит Гарсия · фильм
5. «

   Ибо как не греха, если нет запрета, так нет и неприличия, если нет чужих глаз...

   Ибо как не греха, если нет запрета, так нет и неприличия, если нет чужих глаз...

   — Томас Гарди · книга
6. «

   На сей раз она смогла проглотить и насладиться вкусом восхитительно нарушенного запрета.

   На сей раз она смогла проглотить и насладиться вкусом восхитительно нарушенного запрета.

   — Маркус Зусак · книга
7. «

   — Чарльз, Ваш дядя, Джек Басс, Ваш ближайший родственник, поэтому он назван Вашим опекуном. У Вас нет возражений?

   — Чарльз, Ваш дядя, Джек Басс, Ваш ближайший родственник, поэтому он назван Вашим опекуном. У Вас нет возражений?

   — Чак Басс · сериал
8. «

   В Германии после десяти вечера вы обязаны запирать входную дверь, играть на пианино после одиннадцати строго запрещается. В Англии ни мне, ни моим друзьям ни разу не приходило в голову играть на пианино после одиннадцати; когда же вам говорят, что это «строго запрещается», — вас помимо вашей воли начинает тянуть к инструменту. Здесь, в Германии, до одиннадцати вечера я ощущал полнейшее равнодушие к фортепианной музыке, однако после одиннадцати не мог справиться с желанием послушать «Мольбу девы» или увертюру к «Сельской чести». Для законопослушного же немца музыка после одиннадцати перестает быть музыкой; она становится тяжким грехом и удовольствия ему не доставляет.

   В Германии после десяти вечера вы обязаны запирать входную дверь, играть на пианино после одиннадцати строго запрещается. В Англии ни мне, ни моим друзьям ни разу не приходило в голову играть на пианино после одиннадцати; когда же вам говорят, что это «строго запрещается», — вас помимо вашей воли начинает тянуть к инструменту. Здесь, в Германии, до одиннадцати вечера я ощущал полнейшее равнодушие к фортепианной музыке, однако после одиннадцати не мог справиться с желанием послушать «Мольбу девы» или увертюру к «Сельской чести». Для законопослушного же немца музыка после одиннадцати перестает быть музыкой; она становится тяжким грехом и удовольствия ему не доставляет.

   — Джером Клапка Джером · книга
9. «

   Любви научиться легко. Надо только рискнуть. Надо решиться и перестать бояться, и вам сразу станет весело, и все запреты полетят к черту.

   Любви научиться легко. Надо только рискнуть. Надо решиться и перестать бояться, и вам сразу станет весело, и все запреты полетят к черту.

   — Дик Фрэнсис · книга
10. «

    Запрещать писателей – показывать свою импотенцию.

    Запрещать писателей – показывать свою импотенцию.

    — Виктор Владимирович Ерофеев
11. «

    Вся наша жизнь проходит в страхе. Йоппи всегда говорит: «Боюсь за что-нибудь браться – а вдруг это запрещено?»

    Вся наша жизнь проходит в страхе. Йоппи всегда говорит: «Боюсь за что-нибудь браться – а вдруг это запрещено?»

    — Анна Франк · книга
12. «

    Существуют только две запретные вещи – одна по человеческому закону, другая – по Божественному. Никогда не принуждай никого к связи, это считается изнасилованием. И никогда не вступай в связь с детьми, это худший из грехов. Во всём остальном ты свободна. Всегда существует некто, желающий в точности того же, что и ты.

    Существуют только две запретные вещи – одна по человеческому закону, другая – по Божественному. Никогда не принуждай никого к связи, это считается изнасилованием. И никогда не вступай в связь с детьми, это худший из грехов. Во всём остальном ты свободна. Всегда существует некто, желающий в точности того же, что и ты.

    — Пауло Коэльо · книга
13. «

    Я сказал, извините, но мне пить нельзя. Когда вы сказали, с селедочкой сам бог велел, Я ответил, меня он в виду не имел.<...> Я вам отказал в общей сложности раз сорок пять А вы предлагали опять и опять.<...> Так что же вы попрятались теперь, трусливые твари?! Ну-ка, покажите свои мерзкие хари! За свои слова сучары, ну-ка, отвечайте, Хотели чтоб я выпил, падлы, нате — получайте.

    Я сказал, извините, но мне пить нельзя. Когда вы сказали, с селедочкой сам бог велел, Я ответил, меня он в виду не имел.<...> Я вам отказал в общей сложности раз сорок пять А вы предлагали опять и опять.<...> Так что же вы попрятались теперь, трусливые твари?! Ну-ка, покажите свои мерзкие хари! За свои слова сучары, ну-ка, отвечайте, Хотели чтоб я выпил, падлы, нате — получайте.
14. «

    Я уже совсем большая, мне уже совсем всё можно: посещать любые фильмы, покупать любые вина и вступать в любые браки, и влезать в любые драки, и за всё перед народом уголовно отвечать. Пожалейте меня, люди не управиться с правами! Пожалейте меня, люди запретите что-нибудь!

    Я уже совсем большая, мне уже совсем всё можно: посещать любые фильмы, покупать любые вина и вступать в любые браки, и влезать в любые драки, и за всё перед народом уголовно отвечать. Пожалейте меня, люди не управиться с правами! Пожалейте меня, люди запретите что-нибудь!

    — Вера Павлова
15. «

    Стоит только повзрослеть, и запретный плод обретет привкус горечи.

    Стоит только повзрослеть, и запретный плод обретет привкус горечи.

    — Карлос Руис Сафон · книга
16. «

    Для того, чтобы уничтожить учение Коперника, вовсе недостаточно заткнуть кому-нибудь рот. Нужно еще наложить запрет на всю астрономическую науку и, сверх того, воспретить кому бы то ни было глядеть в небо!

    Для того, чтобы уничтожить учение Коперника, вовсе недостаточно заткнуть кому-нибудь рот. Нужно еще наложить запрет на всю астрономическую науку и, сверх того, воспретить кому бы то ни было глядеть в небо!

    — Галилео Галилей
17. «

    Идет охота на волков, идет охота! На серых хищников — матерых и щенков. Кричат загонщики, и лают псы до рвоты. Кровь на снегу и пятна красные флажков.

    Идет охота на волков, идет охота! На серых хищников — матерых и щенков. Кричат загонщики, и лают псы до рвоты. Кровь на снегу и пятна красные флажков.
18. «

    И если у тебя никогда не было секса, — говорит Адам, — у тебя никогда не было ощущения власти. Ты никогда не получал права голоса и не становился личностью. Секс — это действие, которое отделяет нас от наших родителей. Детей от взрослых. Секс — это первый мятеж подростков. И если у тебя никогда не было секса, — говорит мне Адам, — ты никогда не вырастешь выше того, чему тебя учили родители. Если ты никогда не нарушишь запрет на секс, то ты никогда не нарушишь ни один запрет.

    И если у тебя никогда не было секса, — говорит Адам, — у тебя никогда не было ощущения власти. Ты никогда не получал права голоса и не становился личностью. Секс — это действие, которое отделяет нас от наших родителей. Детей от взрослых. Секс — это первый мятеж подростков. И если у тебя никогда не было секса, — говорит мне Адам, — ты никогда не вырастешь выше того, чему тебя учили родители. Если ты никогда не нарушишь запрет на секс, то ты никогда не нарушишь ни один запрет.

    — Чак Паланик · книга
19. «

    — Нам говорили никогда не гулять в лесу в одиночку. — Тебе сказали, что нельзя, поэтому ты был обязан это сделать.

    — Нам говорили никогда не гулять в лесу в одиночку. — Тебе сказали, что нельзя, поэтому ты был обязан это сделать.

    — Ричард «Рик» Касл · сериал
20. «

    Что бы ни говорили о десяти заповедях, утешительно сознавать, что их только десять.

    Что бы ни говорили о десяти заповедях, утешительно сознавать, что их только десять.

    — Генри Луис Менкен