353 мудрых цитаты про «жизнь и смерть»

Собрали 353 цитаты на тему «жизнь и смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я не верил, что я мертв, Я слышал брань и плач, Видел, как над телом Там внизу шаманил старый врач. Я плыл в чёрной пустоте, Я обретал покой, Свет в конце тоннеля, Как магнит, тянул к себе дух мой.

   Я не верил, что я мертв, Я слышал брань и плач, Видел, как над телом Там внизу шаманил старый врач. Я плыл в чёрной пустоте, Я обретал покой, Свет в конце тоннеля, Как магнит, тянул к себе дух мой.
2. «

   «На всю жизнь» не всегда означает «надолго», — сказал Витинари с явным удовольствием.

   «На всю жизнь» не всегда означает «надолго», — сказал Витинари с явным удовольствием.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   Убить не означает, что надо взять револьвер Бака Джонса и сделать — «бах»! Нет, не это. Убивают в сердце. Надо перестать любить. И в один день человек умирает.

   Убить не означает, что надо взять револьвер Бака Джонса и сделать — «бах»! Нет, не это. Убивают в сердце. Надо перестать любить. И в один день человек умирает.

   — Жозе Мауро Васконселос · книга
4. «

   — Знаешь, что хуже, чем смерть? — Что? — Жизнь, в которой ничего не происходит.

   — Знаешь, что хуже, чем смерть? — Что? — Жизнь, в которой ничего не происходит.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Хотя я сам думаю о смерти как об отдалённом громе на нашем празднике жизни, я также полагаю, что истинная конфронтация со смертностью может изменить жизнь: она помогает нам проще относиться к мелочам и подтолкнёт к тому, чтобы жить, не создавая себе поводов для сожалений.

   Хотя я сам думаю о смерти как об отдалённом громе на нашем празднике жизни, я также полагаю, что истинная конфронтация со смертностью может изменить жизнь: она помогает нам проще относиться к мелочам и подтолкнёт к тому, чтобы жить, не создавая себе поводов для сожалений.

   — Ирвин Ялом · книга
6. «

   Эти несчастные, лежащие на нейтральной земле, отдали свои жизни ради победы... или поражения. Нелегко было смотреть на безжизненные тела некогда ходивших по земле людей. Но я должен был идти дальше, несмотря ни на что.

   Эти несчастные, лежащие на нейтральной земле, отдали свои жизни ради победы... или поражения. Нелегко было смотреть на безжизненные тела некогда ходивших по земле людей. Но я должен был идти дальше, несмотря ни на что.
7. «

   Смерть мне тогда заглянула в лицо и заметила меня.

   Смерть мне тогда заглянула в лицо и заметила меня.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
8. «

   Итак, ситуация такова: Мэрилин, моя дорогая жена, самый важный для меня человек с тех пор, как мне исполнилось 15, страдает от тяжёлой болезни, а моя собственная жизнь висит на волоске. И всё же, как ни странно, я спокоен, почти безмятежен. Почему я не боюсь? Снова и снова задаю себе этот странный вопрос. Большую часть жизни я был физически здоров, но в глубине души всегда мучился страхом смерти. Не сомневаюсь: всё, что я писал о страхе смерти, все мои попытки принести облегчение пациентам, столкнувшимся со смертью, питал мой собственный личный страх. Но куда делся этот ужас сейчас? Из какого источника проистекает моё спокойствие, когда смерть становится всё ближе? Идут дни, и наши испытания постепенно отходят на второй план. По утрам мы с Мэрилин сидим рядом с друг другом в нашем дворике. Любуясь деревьями, мы держимся за руки и вспоминаем совместную жизнь. Мы вспоминаем наши многочисленные путешествия: два года на Гавайях (в то время я служил в армии и мы жили на великолепном пляже Кайлуа), годичный отпуск в Лондоне, ещё шесть месяцев в Оксфорде, несколько месяцев в Париже, длительные поездки на Сейшельские острова и Бали, во Францию, Австрию и Италию. Насладившись этими восхитительными воспоминаниями, Мэрилин сжимает мою руку и говорит: «Ирв, я бы ничего не хотела изменить». Я тоже.

   Итак, ситуация такова: Мэрилин, моя дорогая жена, самый важный для меня человек с тех пор, как мне исполнилось 15, страдает от тяжёлой болезни, а моя собственная жизнь висит на волоске. И всё же, как ни странно, я спокоен, почти безмятежен. Почему я не боюсь? Снова и снова задаю себе этот странный вопрос. Большую часть жизни я был физически здоров, но в глубине души всегда мучился страхом смерти. Не сомневаюсь: всё, что я писал о страхе смерти, все мои попытки принести облегчение пациентам, столкнувшимся со смертью, питал мой собственный личный страх. Но куда делся этот ужас сейчас? Из какого источника проистекает моё спокойствие, когда смерть становится всё ближе? Идут дни, и наши испытания постепенно отходят на второй план. По утрам мы с Мэрилин сидим рядом с друг другом в нашем дворике. Любуясь деревьями, мы держимся за руки и вспоминаем совместную жизнь. Мы вспоминаем наши многочисленные путешествия: два года на Гавайях (в то время я служил в армии и мы жили на великолепном пляже Кайлуа), годичный отпуск в Лондоне, ещё шесть месяцев в Оксфорде, несколько месяцев в Париже, длительные поездки на Сейшельские острова и Бали, во Францию, Австрию и Италию. Насладившись этими восхитительными воспоминаниями, Мэрилин сжимает мою руку и говорит: «Ирв, я бы ничего не хотела изменить». Я тоже.

   — Ирвин Ялом, Мэрилин Ялом · книга
9. «

   В своей книге «Экзистенциальная психотерапия», изданной в 1980 году, Ирв писал, что умирать тем легче, чем меньше ты сожалеешь о прожитой жизни. Оглядываясь на нашу долгую совместную жизнь, мы не сожалеем ни о чём. К несчастью, это никак не влияет на телесные недомогания, которые в последнее время мы испытываем изо дня в день, и не смягчает мысли о скором расставании. Как бороться с отчаянием? Как вести осмысленное и значимое существование до самого конца?

   В своей книге «Экзистенциальная психотерапия», изданной в 1980 году, Ирв писал, что умирать тем легче, чем меньше ты сожалеешь о прожитой жизни. Оглядываясь на нашу долгую совместную жизнь, мы не сожалеем ни о чём. К несчастью, это никак не влияет на телесные недомогания, которые в последнее время мы испытываем изо дня в день, и не смягчает мысли о скором расставании. Как бороться с отчаянием? Как вести осмысленное и значимое существование до самого конца?

   — Ирвин Ялом, Мэрилин Ялом · книга
10. «

    Как тщимся мы любыми средствами, любыми доводами заслонить ужас смерти и утраты, словно сама судьба, нанеся нам удар, требует, чтобы мы ее оправдали.

    Как тщимся мы любыми средствами, любыми доводами заслонить ужас смерти и утраты, словно сама судьба, нанеся нам удар, требует, чтобы мы ее оправдали.

    — Айрис Мёрдок · книга
11. «

    ...говорят, что умирающие начинают видеть и понимать такое, что недоступно здоровым людям…

    ...говорят, что умирающие начинают видеть и понимать такое, что недоступно здоровым людям…

    — Михаил Арцыбашев · книга
12. «

    Жизнь — это прогрев смерти.

    Жизнь — это прогрев смерти.

    — Николай Картозия
13. «

    Старому человеку плевать, что он помнит. Ему важно, как его запомнят. В конце концов, все мы лишь воспоминания.

    Старому человеку плевать, что он помнит. Ему важно, как его запомнят. В конце концов, все мы лишь воспоминания.
14. «

    – Она уже никогда не вернётся к жизни, – прошептал юноша, закрывая лицо руками. – Да, не вернётся. Она сыграла свою последнюю роль... Эта девушка никогда не жила по-настоящему, а значит, никогда и не умирала... Столкнувшись с настоящей жизнью, она поранилась и предпочла сразу же уйти...

    – Она уже никогда не вернётся к жизни, – прошептал юноша, закрывая лицо руками. – Да, не вернётся. Она сыграла свою последнюю роль... Эта девушка никогда не жила по-настоящему, а значит, никогда и не умирала... Столкнувшись с настоящей жизнью, она поранилась и предпочла сразу же уйти...

    — Оскар Уайльд · книга
15. «

    Смерть это конец... Бродить по миру будучи призраком, это вовсе не продолжение жизни. Если ты умер это конец... И больше ничего! Никакого нового начала.

    Смерть это конец... Бродить по миру будучи призраком, это вовсе не продолжение жизни. Если ты умер это конец... И больше ничего! Никакого нового начала.

    — Канеки Кен / Хайсе Сасаки · аниме
16. «

    Беспомощность Налан усиливала даже не внезапная смерть Лейлы, не ужас и жестокость, которые ей сопутствовали, а совершенное отсутствие справедливости во всём этом. Жизнь полна несправедливости, но, как теперь понимала Налан, смерть превосходит её в этом смысле. Даже в детстве кровь у неё закипала, когда она видела, что с кем-нибудь — не важно, с кем, — обращаются жестоко и несправедливо. И если сравнить эту долю достоинства с малюсеньким наделом земли, которые принадлежит тебе, и только тебе, именно ты посеешь семя своей надежды. Этот крохотный зародыш в один прекрасный день даст ростки и расцветёт. По мнению Налан, именно за это малюсенькое семя и следует бороться.

    Беспомощность Налан усиливала даже не внезапная смерть Лейлы, не ужас и жестокость, которые ей сопутствовали, а совершенное отсутствие справедливости во всём этом. Жизнь полна несправедливости, но, как теперь понимала Налан, смерть превосходит её в этом смысле. Даже в детстве кровь у неё закипала, когда она видела, что с кем-нибудь — не важно, с кем, — обращаются жестоко и несправедливо. И если сравнить эту долю достоинства с малюсеньким наделом земли, которые принадлежит тебе, и только тебе, именно ты посеешь семя своей надежды. Этот крохотный зародыш в один прекрасный день даст ростки и расцветёт. По мнению Налан, именно за это малюсенькое семя и следует бороться.

    — Элиф Шафак · книга
17. «

    У некоторых (я хорошо знаю таких людей) тень смерти предшествует ее наступлению: они теряют надежду, аппетит, жизнеспособность. Они ощущают, как уходит смысл жизни, понимают, что утратили или вообще не достигли того, к чему стремились всем сердцем, и перестают бороться. В глазах у таких людей читаешь: я мало брал от жизни, и этого уже не исправить.

    У некоторых (я хорошо знаю таких людей) тень смерти предшествует ее наступлению: они теряют надежду, аппетит, жизнеспособность. Они ощущают, как уходит смысл жизни, понимают, что утратили или вообще не достигли того, к чему стремились всем сердцем, и перестают бороться. В глазах у таких людей читаешь: я мало брал от жизни, и этого уже не исправить.

    — Анита Брукнер · книга
18. «

    Жизнь и смерть — два конца одной нити.

    Жизнь и смерть — два конца одной нити.

    — Талия (Taliyah) · игра
19. «

    Я честный человек Я пришел издалека. И прежде чем смерть заберет меня, Я хотел бы спеть песню своей души. Откуда бы я ни пришел и куда бы я ни шел Я — мастер среди мастеров Я — гора среди гор. Все прекрасно и правильно. Все музыкально и разумно. И все мы бриллианты, родившиеся из угля. Я с бедными мира сего, и хочу переломить судьбу. Ручеек в горах радует меня больше, чем море Где бы не застала меня смерть — бездомного но свободного, Пусть на моей могиле лежит букет цветов. Я выращу белую розу в июле или в январе Для верного друга что подаст мне руку И для жестокого врага, что вырвет мое сердце Я не стану растить терны и чертополох - Я рощу белую розу.

    Я честный человек Я пришел издалека. И прежде чем смерть заберет меня, Я хотел бы спеть песню своей души. Откуда бы я ни пришел и куда бы я ни шел Я — мастер среди мастеров Я — гора среди гор. Все прекрасно и правильно. Все музыкально и разумно. И все мы бриллианты, родившиеся из угля. Я с бедными мира сего, и хочу переломить судьбу. Ручеек в горах радует меня больше, чем море Где бы не застала меня смерть — бездомного но свободного, Пусть на моей могиле лежит букет цветов. Я выращу белую розу в июле или в январе Для верного друга что подаст мне руку И для жестокого врага, что вырвет мое сердце Я не стану растить терны и чертополох - Я рощу белую розу.

    — Потерянный город (The Lost City) · фильм
20. «

    Того, кто хочет жить, и того, кто решил умереть, объединяет одно: если прыгаешь с большой высоты, надо быть уверенным в результате.

    Того, кто хочет жить, и того, кто решил умереть, объединяет одно: если прыгаешь с большой высоты, надо быть уверенным в результате.

    — Фредрик Бакман · книга