135 цитат про «Жизненные цитаты про жизненный опыт» для вдохновения

Собрали 135 цитат на тему «Жизненные цитаты про жизненный опыт» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Из этого и состоит моя жизнь: постоянный творческий хаос, который я создаю намеренно, чтобы учиться новому по-настоящему — на горьком опыте, а не в уютном Гарварде.

   Из этого и состоит моя жизнь: постоянный творческий хаос, который я создаю намеренно, чтобы учиться новому по-настоящему — на горьком опыте, а не в уютном Гарварде.
2. «

   Иди, постигни опыт жизни — и малая его крупица Тебе, чтоб одолеть преграды, всегда и всюду пригодится.

   Иди, постигни опыт жизни — и малая его крупица Тебе, чтоб одолеть преграды, всегда и всюду пригодится.

   — Рудаки
3. «

   Как жаль, что плата за ошибки твоей грешной жизни будет взиматься не с тебя. Знал бы заранее – многого бы не делал!

   Как жаль, что плата за ошибки твоей грешной жизни будет взиматься не с тебя. Знал бы заранее – многого бы не делал!

   — Нана Блик · книга
4. «

   Я убежал. Забыл про пример пророка Ионы: кто бежит, тот всегда вернётся.

   Я убежал. Забыл про пример пророка Ионы: кто бежит, тот всегда вернётся.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   Всё, что мы делаем, возвращается к нам, поэтому важно осознавать свои поступки и их последствия.

   Всё, что мы делаем, возвращается к нам, поэтому важно осознавать свои поступки и их последствия.
6. «

   — Адюльтер — это одни неприятности. Он пожал плечами, не торопясь соглашаться. — Почему же? Это способ пережить приключение, выбраться в мир, прозреть. — Какое же знание мы приобрели, Пайт? Он испугался звука своего имени: так она пыталась превратить эту встречу, спровоцированную отчаянием, в нормальное свидание. — Что над Богом нельзя смеяться, — ответил он сурово.

   — Адюльтер — это одни неприятности. Он пожал плечами, не торопясь соглашаться. — Почему же? Это способ пережить приключение, выбраться в мир, прозреть. — Какое же знание мы приобрели, Пайт? Он испугался звука своего имени: так она пыталась превратить эту встречу, спровоцированную отчаянием, в нормальное свидание. — Что над Богом нельзя смеяться, — ответил он сурово.

   — Джон Апдайк · книга
7. «

   Пословица гласит: «Живя учись, а научившись – радуйся», – однако каждый день приносит новые опасности и с каждым днем нужно быть все осторожнее. И то, что приходится защищать себя двойным панцирем из коварства и подлости, тоже результат глубокого знакомства с жизнью, а с годами узнаешь жизнь все лучше. «Потому-то так трудно встретить среди стариков хоть одного порядочного человека».

   Пословица гласит: «Живя учись, а научившись – радуйся», – однако каждый день приносит новые опасности и с каждым днем нужно быть все осторожнее. И то, что приходится защищать себя двойным панцирем из коварства и подлости, тоже результат глубокого знакомства с жизнью, а с годами узнаешь жизнь все лучше. «Потому-то так трудно встретить среди стариков хоть одного порядочного человека».

   — Нацумэ Сосэки · книга
8. «

   Жизнь — это сложный механизм, который со временем обретает легкость

   Жизнь — это сложный механизм, который со временем обретает легкость
9. «

   Всё приходит слишком поздно, всё существует слишком поздно.

   Всё приходит слишком поздно, всё существует слишком поздно.

   — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) · книга
10. «

    Вспоминая свои жизни и тот опыт, который мы получили, у нас есть возможность стать терпимее, сострадательнее по отношению к людям.

    Вспоминая свои жизни и тот опыт, который мы получили, у нас есть возможность стать терпимее, сострадательнее по отношению к людям.
11. «

    Я не люблю политику. Жизнь рано показала мне, как далеко все это может зайти.

    Я не люблю политику. Жизнь рано показала мне, как далеко все это может зайти.

    — Диана Мохаммади · книга
12. «

    У человека не могут быть тысяча хороших дней, как цветок не может цвести сто дней.

    У человека не могут быть тысяча хороших дней, как цветок не может цвести сто дней.

    — Китайские пословицы и поговорки
13. «

    Мы рождаемся с чьей-то правдой, полученной из его опыта и ран. Они скрывают нас от всех и защищают от жизни, но они рисуют нам самый верный путь из ран и мест, которые они знают. Если мы пришли жить не так, если не дать шанс найти то что мы хотим и познать себя, где-то на пути, где мы наиболее защищены, мы сорвемся или же потеряемся. Человек, которого вы ненавидите и любите больше всего в большинстве случаев появляется в вашей жизни чтобы вы очнулись. Или же мы выставим его за дверь, то в таком случае обязательно появиться другой. Или же мы очнемся. Будем искать свой путь и свою истину, залечим свои раны. Иногда мы рождаемся заново после величайшей катастрофы в нашей жизни. Если меняется один прекрасный человек, то меняется вся семья. Достаточно чтобы мы выбрали быть счастливыми, а не правыми.

    Мы рождаемся с чьей-то правдой, полученной из его опыта и ран. Они скрывают нас от всех и защищают от жизни, но они рисуют нам самый верный путь из ран и мест, которые они знают. Если мы пришли жить не так, если не дать шанс найти то что мы хотим и познать себя, где-то на пути, где мы наиболее защищены, мы сорвемся или же потеряемся. Человек, которого вы ненавидите и любите больше всего в большинстве случаев появляется в вашей жизни чтобы вы очнулись. Или же мы выставим его за дверь, то в таком случае обязательно появиться другой. Или же мы очнемся. Будем искать свой путь и свою истину, залечим свои раны. Иногда мы рождаемся заново после величайшей катастрофы в нашей жизни. Если меняется один прекрасный человек, то меняется вся семья. Достаточно чтобы мы выбрали быть счастливыми, а не правыми.

    — Инджила · сериал
14. «

    Люди понимают, что приобрели какой-то опыт, только когда он начинает повторяться – а пока не повторяется, его и опытом-то назвать нельзя.

    Люди понимают, что приобрели какой-то опыт, только когда он начинает повторяться – а пока не повторяется, его и опытом-то назвать нельзя.

    — Элизабет Боуэн · книга
15. «

    Мы измеряем дорогу мерой своих аршинов. Ибо уже установлено кем-то давным-давно: весь человеческий опыт — есть повторенье ошибок…

    Мы измеряем дорогу мерой своих аршинов. Ибо уже установлено кем-то давным-давно: весь человеческий опыт — есть повторенье ошибок…

    — Роберт Рождественский
16. «

    Реальная жизнь полна разочарований: добираешься до пещеры с золотом, а лепреконы уже всё вынесли и мин понатыкали.

    Реальная жизнь полна разочарований: добираешься до пещеры с золотом, а лепреконы уже всё вынесли и мин понатыкали.

    — Сеймур Симмонс · фильм
17. «

    Давно не живу планами. Они не всегда сбываются, ведь в них участвуют люди, что срывает любые гарантии. Ничто никогда не идет по плану. Лучше уж импровизация.

    Давно не живу планами. Они не всегда сбываются, ведь в них участвуют люди, что срывает любые гарантии. Ничто никогда не идет по плану. Лучше уж импровизация.

    — Эльчин Сафарли · книга
18. «

    Табак вреден для твоего здоровья. Даже зная об этом, мы все равно продолжаем курить. Просто люди слабы. Алкоголь, религия, любовники... Мы впадаем в зависимость от множества вещей. Я могу понять твой страх быть поглощенной чем-то. Но... пока ты молода, ты должна испытать все это. А когда ты столкнешься со своей слабостью лицом к лицу, то должна быть сильной.

    Табак вреден для твоего здоровья. Даже зная об этом, мы все равно продолжаем курить. Просто люди слабы. Алкоголь, религия, любовники... Мы впадаем в зависимость от множества вещей. Я могу понять твой страх быть поглощенной чем-то. Но... пока ты молода, ты должна испытать все это. А когда ты столкнешься со своей слабостью лицом к лицу, то должна быть сильной.

    — Дандува - сенсей
19. «

    Как ни был я смущен отсутствием мальчишеской сноровки, а также школьной премудрости, мне была неизмеримо тяжелее другая мысль: то, что я знал, отдаляло меня от моих товарищей куда больше, чем то, чего я не знал.

    Как ни был я смущен отсутствием мальчишеской сноровки, а также школьной премудрости, мне была неизмеримо тяжелее другая мысль: то, что я знал, отдаляло меня от моих товарищей куда больше, чем то, чего я не знал.

    — Чарльз Диккенс · книга
20. «

    Голуби — совершенно бессмысленные создания. Они всегда рядом, самый привычный для города вид птиц: курлыкают, ищут еды, смотрят вокруг глупыми круглыми глазками, лениво выпархивая из-под ног. Регулярно я их подкармливаю хлебом, но чаще — не замечаю. Как кто-то сказал: те же крысы, только с крыльями. Я, правда, и крысу, когда-то жившую в подъезде, подкармливал. Конечно, источник заразы, но люди тоже не ангелы, а все мы, как говорится, под Богом, все живые. Примерно так я думал, пока однажды весной не увидел птенцов голубя. И вдруг не осознал, что при всей привычности самих птиц, птенцов я вижу первый раз. До этого я видел только взрослых матерых голубей. А тут — птенец. Впервые. И как все, происходящее впервые, это выделилось из общего будничного фона и запомнилось, слегка изменив взгляд. Всего лишь птенец, покрытый растрепанным пухом, с желтым клювом, жадно открытым нараспашку, пронзительно писклявый. И снова мелькнула мысль: я ведь живу в городе, в котором голубей хоть ешь. Но вот передо мной птенец, и пищит он громко и противно, а я ведь никогда раньше не только не видел, но и не слышал их. Ни разу. Эта история случилась давно, детали уже подзабылись, я сменил не один город. Но до сих пор, фотографируя улицы, я заползаю во все щели, забираюсь на все крыши, спускаюсь в подвалы. И самым краешком сознания я высматриваю птенцов голубей. Ищу и не нахожу, превращая их в воображении в полумифических существ, живущих только в моей фантазии. После этого случая я все внимательнее смотрю вокруг и все чаще задаюсь вопросом: а что еще я не замечаю, упускаю, теряю в суете, до повязки на глазах привыкнув к своей жизни.

    Голуби — совершенно бессмысленные создания. Они всегда рядом, самый привычный для города вид птиц: курлыкают, ищут еды, смотрят вокруг глупыми круглыми глазками, лениво выпархивая из-под ног. Регулярно я их подкармливаю хлебом, но чаще — не замечаю. Как кто-то сказал: те же крысы, только с крыльями. Я, правда, и крысу, когда-то жившую в подъезде, подкармливал. Конечно, источник заразы, но люди тоже не ангелы, а все мы, как говорится, под Богом, все живые. Примерно так я думал, пока однажды весной не увидел птенцов голубя. И вдруг не осознал, что при всей привычности самих птиц, птенцов я вижу первый раз. До этого я видел только взрослых матерых голубей. А тут — птенец. Впервые. И как все, происходящее впервые, это выделилось из общего будничного фона и запомнилось, слегка изменив взгляд. Всего лишь птенец, покрытый растрепанным пухом, с желтым клювом, жадно открытым нараспашку, пронзительно писклявый. И снова мелькнула мысль: я ведь живу в городе, в котором голубей хоть ешь. Но вот передо мной птенец, и пищит он громко и противно, а я ведь никогда раньше не только не видел, но и не слышал их. Ни разу. Эта история случилась давно, детали уже подзабылись, я сменил не один город. Но до сих пор, фотографируя улицы, я заползаю во все щели, забираюсь на все крыши, спускаюсь в подвалы. И самым краешком сознания я высматриваю птенцов голубей. Ищу и не нахожу, превращая их в воображении в полумифических существ, живущих только в моей фантазии. После этого случая я все внимательнее смотрю вокруг и все чаще задаюсь вопросом: а что еще я не замечаю, упускаю, теряю в суете, до повязки на глазах привыкнув к своей жизни.

    — Аль Квотион · книга