266 фраз на тему «жизненный путь», которые цепляют

Тема «жизненный путь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 266 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Каждый поёт свою песню.

   Каждый поёт свою песню.

   — Мариам Петросян · книга
2. «

   Плывите, не страшитесь, реку не кляните, она вас выведет. Река — что жизнь.

   Плывите, не страшитесь, реку не кляните, она вас выведет. Река — что жизнь.

   — Вячеслав Шишков · книга
3. «

   Божий путь не исключает путей человеческих, напротив, даёт им направление и венчает успех.

   Божий путь не исключает путей человеческих, напротив, даёт им направление и венчает успех.

   — Феофан Затворник · книга
4. «

   Жестокий и неправильный в основе своей эксперимент поставлен, правда, из благих намерений. Но мало ли было прекраснодушных заблуждений, за которые человечество заплатило слишком дорогую цену. Вспомним хотя бы библейский миф о рае, о вечном блаженстве без пота и слез… Нет, это не путь для человека – это тупик.

   Жестокий и неправильный в основе своей эксперимент поставлен, правда, из благих намерений. Но мало ли было прекраснодушных заблуждений, за которые человечество заплатило слишком дорогую цену. Вспомним хотя бы библейский миф о рае, о вечном блаженстве без пота и слез… Нет, это не путь для человека – это тупик.

   — Анатолий Бритиков
5. «

   — Слушай, старлей. Я всё хотел спросить у кого-нибудь. Что вы со страной сделали? Это ж одуреть можно! Как можно так жить? Это ж не жизнь. Это... — Ожирели у тебя мозги. Ник МакКен. Американец... А страну мы вытянем. За уши, но вытянем. Но всю эту блоть* в бараний рог! Это я тебе обещаю. Живы будем, не помрём. — Это мой ротный так говорил. Живы будем, не помрём. — А ты где служил-то? — Под Кандагаром. — А в плен как попал? — А это не твое дело! Во всяком случае, не по трусости! Не обделывался, как некоторые! — Ну, ладно, ладно. Не кипятись. Верю. А чего ж ты, Коля, не вернулся-то? Видишь ведь, задыхаемся мы здесь в полном дерьме. Настоящих мужиков не хватает. — А у меня в Америке дом, работа жена. Родит скоро. Понимаешь. Это было для меня как заново родиться. — Жена, наверное, ждёт тебя?.. — Конечно, ждёт. Не надо сейчас об этом, лейтенант. На душе хреново. Мне много дадут? Или расстреляют? А, Вань? Ладно. Не буду портить вечер. Все проблемы завтра. — А самолет у тебя когда? Самолет твой когда? Не опоздаешь? — А что? — Я наших не сдаю, Коль. Поэтому лейтенант до сих пор. Ну, чего молчишь? Твой рейс объявили. Может, останешься? [объявление диспетчера: Со второго выхода заканчивается посадка на рейс 8768 от Москвы до Лос-Анжелеса.] — Знаешь, лейтенант. Снова всё похоже на сон. У меня вообще жизнь из таких вот снов. Детство — сон, детдом — сон, армия — сон, плен — тоже сон. Сейчас жизнь в Америке тоже кажется сном. Знаешь, как бывает? Вспоминаешь и сам не веришь. Как будто не с тобой это было. — Ну и ладно. Спи дальше. Ладно. Ну, двигай, двигай. Пока, шурави**. — Прощай.

   — Слушай, старлей. Я всё хотел спросить у кого-нибудь. Что вы со страной сделали? Это ж одуреть можно! Как можно так жить? Это ж не жизнь. Это... — Ожирели у тебя мозги. Ник МакКен. Американец... А страну мы вытянем. За уши, но вытянем. Но всю эту блоть* в бараний рог! Это я тебе обещаю. Живы будем, не помрём. — Это мой ротный так говорил. Живы будем, не помрём. — А ты где служил-то? — Под Кандагаром. — А в плен как попал? — А это не твое дело! Во всяком случае, не по трусости! Не обделывался, как некоторые! — Ну, ладно, ладно. Не кипятись. Верю. А чего ж ты, Коля, не вернулся-то? Видишь ведь, задыхаемся мы здесь в полном дерьме. Настоящих мужиков не хватает. — А у меня в Америке дом, работа жена. Родит скоро. Понимаешь. Это было для меня как заново родиться. — Жена, наверное, ждёт тебя?.. — Конечно, ждёт. Не надо сейчас об этом, лейтенант. На душе хреново. Мне много дадут? Или расстреляют? А, Вань? Ладно. Не буду портить вечер. Все проблемы завтра. — А самолет у тебя когда? Самолет твой когда? Не опоздаешь? — А что? — Я наших не сдаю, Коль. Поэтому лейтенант до сих пор. Ну, чего молчишь? Твой рейс объявили. Может, останешься? [объявление диспетчера: Со второго выхода заканчивается посадка на рейс 8768 от Москвы до Лос-Анжелеса.] — Знаешь, лейтенант. Снова всё похоже на сон. У меня вообще жизнь из таких вот снов. Детство — сон, детдом — сон, армия — сон, плен — тоже сон. Сейчас жизнь в Америке тоже кажется сном. Знаешь, как бывает? Вспоминаешь и сам не веришь. Как будто не с тобой это было. — Ну и ладно. Спи дальше. Ладно. Ну, двигай, двигай. Пока, шурави**. — Прощай.

   — Николай Найдёнов (Ник МакКен) · фильм
6. «

   Мы живем, а у нас над головой, не останавливаясь, движутся планеты. И ты понимаешь, как на этом фоне мелки и незначительны все наши дела и поступки. Возомнившие о себе бог знает что люди, теряя голову, бьются за то, чтобы стать хоть немного богаче, обойти конкурентов любой ценой. А Вселенная тем временем работает четко и размеренно, словно механизм гигантских часов. Наша планета – всего лишь маленький зубчик в одной из его шестеренок, а люди – не более чем бактерии, приютившиеся где-то в уголке. Эти никчемные существа радуются, страдают, всю жизнь проводят в непрестанной суете. Они настолько малы, что не могут охватить взглядом часов Вселенной, самодовольно полагая, что никак не зависят от этого механизма. Ситуация комическая! Когда я об этом думаю, меня разбирает смех. Предположим, накопит такая бактерия ничтожный капиталец. А зачем он ей, если она все равно не успеет им попользоваться как следует, умрет раньше? К чему все это бессмысленное мельтешение?

   Мы живем, а у нас над головой, не останавливаясь, движутся планеты. И ты понимаешь, как на этом фоне мелки и незначительны все наши дела и поступки. Возомнившие о себе бог знает что люди, теряя голову, бьются за то, чтобы стать хоть немного богаче, обойти конкурентов любой ценой. А Вселенная тем временем работает четко и размеренно, словно механизм гигантских часов. Наша планета – всего лишь маленький зубчик в одной из его шестеренок, а люди – не более чем бактерии, приютившиеся где-то в уголке. Эти никчемные существа радуются, страдают, всю жизнь проводят в непрестанной суете. Они настолько малы, что не могут охватить взглядом часов Вселенной, самодовольно полагая, что никак не зависят от этого механизма. Ситуация комическая! Когда я об этом думаю, меня разбирает смех. Предположим, накопит такая бактерия ничтожный капиталец. А зачем он ей, если она все равно не успеет им попользоваться как следует, умрет раньше? К чему все это бессмысленное мельтешение?

   — Содзи Симада · книга
7. «

   У кого-то закончилось лето - И вернуться обратно нет шанса. Чья-то песня еще не допета, Не дописана строчка романса.

   У кого-то закончилось лето - И вернуться обратно нет шанса. Чья-то песня еще не допета, Не дописана строчка романса.

   — Ирина Николаевна Лисовская
8. «

   Хочешь нравиться – играйся. Невозможно? Улыбайся!

   Хочешь нравиться – играйся. Невозможно? Улыбайся!

   — Михаил Сафарбекович Гуцериев
9. «

   Мне было, сколько тебе сейчас — благословенный возраст, когда, если идёшь правильно, всё начинает крошиться.

   Мне было, сколько тебе сейчас — благословенный возраст, когда, если идёшь правильно, всё начинает крошиться.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    Мы рождаемся с чьей-то правдой, полученной из его опыта и ран. Они скрывают нас от всех и защищают от жизни, но они рисуют нам самый верный путь из ран и мест, которые они знают. Если мы пришли жить не так, если не дать шанс найти то что мы хотим и познать себя, где-то на пути, где мы наиболее защищены, мы сорвемся или же потеряемся. Человек, которого вы ненавидите и любите больше всего в большинстве случаев появляется в вашей жизни чтобы вы очнулись. Или же мы выставим его за дверь, то в таком случае обязательно появиться другой. Или же мы очнемся. Будем искать свой путь и свою истину, залечим свои раны. Иногда мы рождаемся заново после величайшей катастрофы в нашей жизни. Если меняется один прекрасный человек, то меняется вся семья. Достаточно чтобы мы выбрали быть счастливыми, а не правыми.

    Мы рождаемся с чьей-то правдой, полученной из его опыта и ран. Они скрывают нас от всех и защищают от жизни, но они рисуют нам самый верный путь из ран и мест, которые они знают. Если мы пришли жить не так, если не дать шанс найти то что мы хотим и познать себя, где-то на пути, где мы наиболее защищены, мы сорвемся или же потеряемся. Человек, которого вы ненавидите и любите больше всего в большинстве случаев появляется в вашей жизни чтобы вы очнулись. Или же мы выставим его за дверь, то в таком случае обязательно появиться другой. Или же мы очнемся. Будем искать свой путь и свою истину, залечим свои раны. Иногда мы рождаемся заново после величайшей катастрофы в нашей жизни. Если меняется один прекрасный человек, то меняется вся семья. Достаточно чтобы мы выбрали быть счастливыми, а не правыми.

    — Инджила · сериал
11. «

    Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

    Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

    — Николя Матье · книга
12. «

    — ... Всё как прежде. — Верно. — Он не выполнил обещания? — Обещания? — Провести всю жизнь в мечтах о тебе и умереть одиноким. — Это не для него. — Не знаю. Билл шёл своим путём, но туда же, куда и ты. — Как давно это было. — Не так уж давно. Он здесь, не так ли?

    — ... Всё как прежде. — Верно. — Он не выполнил обещания? — Обещания? — Провести всю жизнь в мечтах о тебе и умереть одиноким. — Это не для него. — Не знаю. Билл шёл своим путём, но туда же, куда и ты. — Как давно это было. — Не так уж давно. Он здесь, не так ли?

    — Мэг Грин · фильм
13. «

    Выход из тупика чаще всего там же, где и вход.

    Выход из тупика чаще всего там же, где и вход.

    — Михаил Пелливерт
14. «

    Жизнь как зебра. Полоса белая, полоса чёрная, полоса белая, полоса чёрная, а потом хвост и… полная задница!

    Жизнь как зебра. Полоса белая, полоса чёрная, полоса белая, полоса чёрная, а потом хвост и… полная задница!

    — Рая Полуйчик · сериал
15. «

    Ты шел, забыв усталость и боль, Забыв и это и то. Ты видел вдали волшебный огонь, Который не видел никто.

    Ты шел, забыв усталость и боль, Забыв и это и то. Ты видел вдали волшебный огонь, Который не видел никто.
16. «

    В погоне к счастью путь безбрежен.

    В погоне к счастью путь безбрежен.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
17. «

    Когда идешь по лабиринту жизни, неизбежно наступает момент уныния или даже отчаяния: кажется, что ты обречен на вечное блуждание. В такой момент важно вспомнить образ лабиринта в древних храмах. В жизни обязательно будут тупики, но нужны они только для того, чтобы научиться себя поднимать и идти дальше.

    Когда идешь по лабиринту жизни, неизбежно наступает момент уныния или даже отчаяния: кажется, что ты обречен на вечное блуждание. В такой момент важно вспомнить образ лабиринта в древних храмах. В жизни обязательно будут тупики, но нужны они только для того, чтобы научиться себя поднимать и идти дальше.

    — Протоиерей Сергий Овсянников · книга
18. «

    Все пути верны. Разница лишь в том, что одни короче других.

    Все пути верны. Разница лишь в том, что одни короче других.

    — Егор Апполонов · книга
19. «

    А ты, дружище, ещё дитя, не ровня тяжести вековой. Запомни: всё на земле — пустяк, пока ты жив и стоишь прямой.

    А ты, дружище, ещё дитя, не ровня тяжести вековой. Запомни: всё на земле — пустяк, пока ты жив и стоишь прямой.
20. «

    Если о чём-то подумать, то это сбудется. Если идти к мечте, то она реализуется. Но будьте готовы к тому, что двигаться вверх придётся маленькими шажками, как в игре, начиная с первого уровня.

    Если о чём-то подумать, то это сбудется. Если идти к мечте, то она реализуется. Но будьте готовы к тому, что двигаться вверх придётся маленькими шажками, как в игре, начиная с первого уровня.