80 цитат про «Красивые цитаты про зиму», которые захочется сохранить

Тема «Красивые цитаты про зиму» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 80 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Теперь моя пора: я не люблю весны; Скучна мне оттепель; вонь, грязь — весной я болен; Кровь бродит; чувства, ум тоскою стеснены. Суровою зимой я более доволен, Люблю её снега; в присутствии луны Как лёгкий бег саней с подругой быстр и волен, Когда под соболем, согрета и свежа, Она вам руку жмёт, пылая и дрожа!

   Теперь моя пора: я не люблю весны; Скучна мне оттепель; вонь, грязь — весной я болен; Кровь бродит; чувства, ум тоскою стеснены. Суровою зимой я более доволен, Люблю её снега; в присутствии луны Как лёгкий бег саней с подругой быстр и волен, Когда под соболем, согрета и свежа, Она вам руку жмёт, пылая и дрожа!

   — Александр Сергеевич Пушкин
2. «

   Сыплются льдинки. Снега белая занавесь В мелких узорах.

   Сыплются льдинки. Снега белая занавесь В мелких узорах.

   — Мацуо Басё
3. «

   Снежинки — это небесные саламандры.

   Снежинки — это небесные саламандры.

   — Марина Цветаева
4. «

   Не люблю зимние ночи — не за то, что они такие долгие, а потому, что только зимними ночами явственно ощущаешь, как шелестит время. Летом почему-то такое ощущение не возникает, а зимняя ночь кажется тихой, только если не прислушиваться. Но когда напряжешь слух (чем еще заниматься, если не удается уснуть?), то слышишь тихое и внятное шебуршение и шелест, будто в быстрой речке перекатываются с места на место камни. Слушаешь и понимаешь: это не секунды текут — секунды, минуты, часы придумал человек, чтобы измерять нечто, названное им временем. В зимние ночи слышно, как сквозь сознание течет поток частиц, отделяющих следствие от причины, сегодня от вчера, меня-молодого от меня-старого.

   Не люблю зимние ночи — не за то, что они такие долгие, а потому, что только зимними ночами явственно ощущаешь, как шелестит время. Летом почему-то такое ощущение не возникает, а зимняя ночь кажется тихой, только если не прислушиваться. Но когда напряжешь слух (чем еще заниматься, если не удается уснуть?), то слышишь тихое и внятное шебуршение и шелест, будто в быстрой речке перекатываются с места на место камни. Слушаешь и понимаешь: это не секунды текут — секунды, минуты, часы придумал человек, чтобы измерять нечто, названное им временем. В зимние ночи слышно, как сквозь сознание течет поток частиц, отделяющих следствие от причины, сегодня от вчера, меня-молодого от меня-старого.

   — Павел Амнуэль · книга
5. «

   — Мне нравится эта вечная зима. Всё либо черное, либо белое. Люблю, когда все чётко определено. — Разве? Тогда взгляните наверх — туда. Есть еще и голубой цвет — цвет неба... Точно так же с сердцами людей.

   — Мне нравится эта вечная зима. Всё либо черное, либо белое. Люблю, когда все чётко определено. — Разве? Тогда взгляните наверх — туда. Есть еще и голубой цвет — цвет неба... Точно так же с сердцами людей.

   — Оливия Мила Армстронг · аниме
6. «

   Я с детства испытываю своеобразное волнение перед свежим покровом снега... Точно вступаешь в какой-то новый мир, и всего тебя пронизывает радость открытия, первого соприкосновения с чем-то чистым, нетронутым, неоскверненным.

   Я с детства испытываю своеобразное волнение перед свежим покровом снега... Точно вступаешь в какой-то новый мир, и всего тебя пронизывает радость открытия, первого соприкосновения с чем-то чистым, нетронутым, неоскверненным.

   — Джон Стейнбек · книга
7. «

   На смену пейзажу с окутанными снегом деревьями пришла нежная акварель весны.

   На смену пейзажу с окутанными снегом деревьями пришла нежная акварель весны.

   — Артур Голден · книга
8. «

   Вот север, тучи нагоняя, Дохнул, завыл — и вот сама Идет волшебница зима. Пришла, рассыпалась; клоками Повисла на суках дубов; Легла волнистыми коврами Среди полей, вокруг холмов; Брега с недвижною рекою Сравняла пухлой пеленою; Блеснул мороз. И рады мы Проказам матушки зимы.

   Вот север, тучи нагоняя, Дохнул, завыл — и вот сама Идет волшебница зима. Пришла, рассыпалась; клоками Повисла на суках дубов; Легла волнистыми коврами Среди полей, вокруг холмов; Брега с недвижною рекою Сравняла пухлой пеленою; Блеснул мороз. И рады мы Проказам матушки зимы.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
9. «

   Теперь всё готово, Учи меня снова Чувствовать сердцем и помнить о том, Что я — это море, Что ты — это море, Хоть вериться в это сегодня с трудом. Зима одиноко Приходит до срока, Чтобы остаться здесь навсегда. Невидимый город, Где плавно и гордо Вместе сливаются все города.

   Теперь всё готово, Учи меня снова Чувствовать сердцем и помнить о том, Что я — это море, Что ты — это море, Хоть вериться в это сегодня с трудом. Зима одиноко Приходит до срока, Чтобы остаться здесь навсегда. Невидимый город, Где плавно и гордо Вместе сливаются все города.
10. «

    Зима, весь мир белоснежен. Здесь мрамор, и снег, и перья сыплются, льются, взмывают, в белое с белым играют. <...> Стаи голубок в сомнении: вверх устремляясь и вниз, от белого носятся к белому сонмы растущие птиц. Кто же сейчас победит? Снежинки спешат с нападением. Атаки бесшумны, легки: снег, горностаи, круженье. Но ветра порыв как призыв к дезертирству, и снова победа за розовым, синим, за солнцем, зарёй - каплей стали, пером, против белого, в белом... за тобой, начальное слово.

    Зима, весь мир белоснежен. Здесь мрамор, и снег, и перья сыплются, льются, взмывают, в белое с белым играют. <...> Стаи голубок в сомнении: вверх устремляясь и вниз, от белого носятся к белому сонмы растущие птиц. Кто же сейчас победит? Снежинки спешат с нападением. Атаки бесшумны, легки: снег, горностаи, круженье. Но ветра порыв как призыв к дезертирству, и снова победа за розовым, синим, за солнцем, зарёй - каплей стали, пером, против белого, в белом... за тобой, начальное слово.

    — Педро Салинас
11. «

    Холодное зимнее небо затоптано всякой дрянью. Звезды свалились вниз на землю в сумасшедший гоpод, в кривые улицы.

    Холодное зимнее небо затоптано всякой дрянью. Звезды свалились вниз на землю в сумасшедший гоpод, в кривые улицы.

    — Анатолий Мариенгоф · книга
12. «

    Cold frost and sunshine: day of wonder! But you, my friend, are still in slumber- Wake up, my beauty, time belies: You dormant eyes, I beg you, broaden Toward the northerly Aurora, As though a northern star arise!

    Cold frost and sunshine: day of wonder! But you, my friend, are still in slumber- Wake up, my beauty, time belies: You dormant eyes, I beg you, broaden Toward the northerly Aurora, As though a northern star arise!

    — Александр Сергеевич Пушкин
13. «

    Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя; То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя, То по кровле обветшалой Вдруг соломой зашумит, То, как путник запоздалый, К нам в окошко застучит.

    Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя; То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя, То по кровле обветшалой Вдруг соломой зашумит, То, как путник запоздалый, К нам в окошко застучит.

    — Александр Сергеевич Пушкин
14. «

    Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

    Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

    — Маргарита Сабашникова · книга
15. «

    Алмазная пыль блестит на пальто, драгоценности в волосах. Осыпают нас жемчугами Щедрые небеса. Красоты и богатства хватило на всех, Настоящего наяву. Не была я, пока не вдохнула снег, Уверена, что живу.

    Алмазная пыль блестит на пальто, драгоценности в волосах. Осыпают нас жемчугами Щедрые небеса. Красоты и богатства хватило на всех, Настоящего наяву. Не была я, пока не вдохнула снег, Уверена, что живу.
16. «

    Лютая зима! доколе Землю будешь ты томить, Реки быстрые в неволе Льдистым гнетом бременить? Долго ль быть твоей нам жертвой И сносить жестокий хлад? Все уныло, пусто, мертво, Все, куда ни кинем взгляд.

    Лютая зима! доколе Землю будешь ты томить, Реки быстрые в неволе Льдистым гнетом бременить? Долго ль быть твоей нам жертвой И сносить жестокий хлад? Все уныло, пусто, мертво, Все, куда ни кинем взгляд.

    — Василий Васильевич Капнист
17. «

    Зима не ждёт; мы падаем спиной В слова, и правдой называем вздор. Зима не ждёт; прошу — пойдём со мной, Смелей ступай в воздушный коридор. Смелей, пока под пение сердец, Едва начавшись, вновь уходит год. Найдётся тот, кто наконец, найдётся тот, кто наконец Растопит лёд, растопит лёд, растопит лёд...

    Зима не ждёт; мы падаем спиной В слова, и правдой называем вздор. Зима не ждёт; прошу — пойдём со мной, Смелей ступай в воздушный коридор. Смелей, пока под пение сердец, Едва начавшись, вновь уходит год. Найдётся тот, кто наконец, найдётся тот, кто наконец Растопит лёд, растопит лёд, растопит лёд...
18. «

    А снег идет, а снег идет И все вокруг чего-то ждет… Под этот снег, под тихий снег, Хочу сказать при всех:

    А снег идет, а снег идет И все вокруг чего-то ждет… Под этот снег, под тихий снег, Хочу сказать при всех:
19. «

    Свисает водопад застылый, и стынут галки на пруду. Горьмя-горит ушко у милой, от ней проказ я нынче жду.

    Свисает водопад застылый, и стынут галки на пруду. Горьмя-горит ушко у милой, от ней проказ я нынче жду.

    — Райнер Мария Рильке
20. «

    Воздух ясен и деревья голы, Хрупкий снег, — как голубой фаянс; По дорогам Англии веселой Вновь трубит старинный дилижанс.

    Воздух ясен и деревья голы, Хрупкий снег, — как голубой фаянс; По дорогам Англии веселой Вновь трубит старинный дилижанс.

    — Семён Иосифович Кесельман