143 фразы на тему «Красивые цитаты на тему «звезды»», которые цепляют

Тема «Красивые цитаты на тему «звезды»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 143 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Вокруг меня – волшебный сад, - Я в нем творец. Мое созданье – Розарий чувств и песнь цикад, И звезд далекое мерцанье.

   Вокруг меня – волшебный сад, - Я в нем творец. Мое созданье – Розарий чувств и песнь цикад, И звезд далекое мерцанье.

   — Марина Матисс
2. «

   Спускаюсь в сад и женщин встречаю... Я бы мог взять мысленно за руку вон ту... Беру — цветок...

   Спускаюсь в сад и женщин встречаю... Я бы мог взять мысленно за руку вон ту... Беру — цветок...

   — Хуан Рамон Хименес
3. «

   Есть синяя в небе звезда, Дженит. Если гнать сто миль в час, езды двадцать лет от нас.

   Есть синяя в небе звезда, Дженит. Если гнать сто миль в час, езды двадцать лет от нас.

   — Карл Сэндберг
4. «

   Небу работать летом: солнце да звёзды жечь. В Осень усталость эта с туч начинает течь. Осенью встретить можно, если Ты лужам рад, В чёрной грязи дорожной Августа звездопад. И, обступая звёзды, чтоб не пошли круги, Бродишь, такой серьёзный, с Летом своим внутри. Не наступай на листья. Видишь, как написал Мастер умелой кистью звёздные небеса!

   Небу работать летом: солнце да звёзды жечь. В Осень усталость эта с туч начинает течь. Осенью встретить можно, если Ты лужам рад, В чёрной грязи дорожной Августа звездопад. И, обступая звёзды, чтоб не пошли круги, Бродишь, такой серьёзный, с Летом своим внутри. Не наступай на листья. Видишь, как написал Мастер умелой кистью звёздные небеса!
5. «

   Ах, мне б не знать в гаданьях толк, Чтоб не пророчить над судьбою, Нам в ноги ляжет звездный шелк, Но по земле пойдешь с другою. Утешим только тем сердца, Что в небе звездам нет конца.

   Ах, мне б не знать в гаданьях толк, Чтоб не пророчить над судьбою, Нам в ноги ляжет звездный шелк, Но по земле пойдешь с другою. Утешим только тем сердца, Что в небе звездам нет конца.
6. «

   — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

   — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

   — Олег Меньшиков
7. «

   Явился господином, Меж всех земных существ единым, Стоявшим прямо, к небу поднимавшим очи. Земля, ее и дни и ночи, Пред ним распростирала круг С востока к западу и с полночи на юг, И первые полеты первых мыслей Из глуби человеческой души Державной, Взнесясь в таинственной тиши, Незримыми гирляндами повисли.

   Явился господином, Меж всех земных существ единым, Стоявшим прямо, к небу поднимавшим очи. Земля, ее и дни и ночи, Пред ним распростирала круг С востока к западу и с полночи на юг, И первые полеты первых мыслей Из глуби человеческой души Державной, Взнесясь в таинственной тиши, Незримыми гирляндами повисли.

   — Эмиль Верхарн
8. «

   У каждого человека свои звёзды. Одним — тем, кто странствует, — они указывают путь. Для других людей они всего лишь крошечные огоньки. Но для всех этих людей звёзды немые. Вы, хотя у вас будут звезды, как никто другой. И одной из них будет такая звезда, где я смеюсь. Тебе покажется, будто все звёзды смеются. И это будет сродни тому, если бы я дал тебе, вместо звёзд, множество маленьких колокольчиков, которые умеют смеяться.

   У каждого человека свои звёзды. Одним — тем, кто странствует, — они указывают путь. Для других людей они всего лишь крошечные огоньки. Но для всех этих людей звёзды немые. Вы, хотя у вас будут звезды, как никто другой. И одной из них будет такая звезда, где я смеюсь. Тебе покажется, будто все звёзды смеются. И это будет сродни тому, если бы я дал тебе, вместо звёзд, множество маленьких колокольчиков, которые умеют смеяться.
9. «

   Так много людей любят звезды, но те не чувствуют их любви. Сказывают, что ежели падает звезда, рождается человек. А вместо сердца у него та звезда, — тихо произнес Ерха. — Это хорошее сердце. Оно сияет даже во тьме и злость людская не властны над ним. Человек с таким сердцем не способен быть несчастным, ибо не любить его нельзя.

   Так много людей любят звезды, но те не чувствуют их любви. Сказывают, что ежели падает звезда, рождается человек. А вместо сердца у него та звезда, — тихо произнес Ерха. — Это хорошее сердце. Оно сияет даже во тьме и злость людская не властны над ним. Человек с таким сердцем не способен быть несчастным, ибо не любить его нельзя.

   — Екатерина Гичко · книга
10. «

    Оторвавшись от экрана, Такаши поднялся и развернулся к окну с панорамой космоса. Тысячи звезд отражались в непроницаемых очках старшего дознавателя, что терпеливо выжидал подобно тигру, охотящемуся в бамбуковом лесу. Время почти пришло.

    Оторвавшись от экрана, Такаши поднялся и развернулся к окну с панорамой космоса. Тысячи звезд отражались в непроницаемых очках старшего дознавателя, что терпеливо выжидал подобно тигру, охотящемуся в бамбуковом лесу. Время почти пришло.

    — Дем Михайлов · книга
11. «

    Он продолжал сидеть под небесами, успевшими одуреть от звезд — звезд в таком диком изобилии, что ночь понятия не имела, что с ними со всеми делать. На самом деле имела. На самом деле, конечно, имела. Мы не понимаем звезд, мы не понимаем галактики... Ночь умнее нас — на много Эйнштейнов умнее. Итак, он продолжал сидеть под умом ночи.

    Он продолжал сидеть под небесами, успевшими одуреть от звезд — звезд в таком диком изобилии, что ночь понятия не имела, что с ними со всеми делать. На самом деле имела. На самом деле, конечно, имела. Мы не понимаем звезд, мы не понимаем галактики... Ночь умнее нас — на много Эйнштейнов умнее. Итак, он продолжал сидеть под умом ночи.

    — Мартин Эмис · книга
12. «

    Когда я слушал ученого астронома И он выводил предо мною целые столбцы мудрых цифр И показывал небесные карты, диаграммы для измерения звёзд, Я сидел в аудитории и слушал его, и все рукоплескали ему, Но скоро — я и сам не пойму отчего — мне стало так нудно и скучно, И как я был счастлив, когда выскользнул прочь и в полном молчании зашагал одинокий Среди влажной таинственной ночи И взглядывал порою на звезды.

    Когда я слушал ученого астронома И он выводил предо мною целые столбцы мудрых цифр И показывал небесные карты, диаграммы для измерения звёзд, Я сидел в аудитории и слушал его, и все рукоплескали ему, Но скоро — я и сам не пойму отчего — мне стало так нудно и скучно, И как я был счастлив, когда выскользнул прочь и в полном молчании зашагал одинокий Среди влажной таинственной ночи И взглядывал порою на звезды.

    — Уолт Уитмен
13. «

    Здесь мы впервые встретились. Мы сидели и смотрели на небо. Он рассказывал мне о свете звезд, о вращении планет вокруг солнца, о вращении Вселенной вокруг меня... А потом его Вселенная разбилась, и моя заодно...

    Здесь мы впервые встретились. Мы сидели и смотрели на небо. Он рассказывал мне о свете звезд, о вращении планет вокруг солнца, о вращении Вселенной вокруг меня... А потом его Вселенная разбилась, и моя заодно...
14. «

    Облака в небо спрятались, Звёзды пьяные смотрят вниз И в дебри сказочной тайги Падают они.

    Облака в небо спрятались, Звёзды пьяные смотрят вниз И в дебри сказочной тайги Падают они.
15. «

    Лежу на лодке В вечерней тиши. Звёзды надо мной, Звёзды подо мной, И звёзды во мне.

    Лежу на лодке В вечерней тиши. Звёзды надо мной, Звёзды подо мной, И звёзды во мне.

    — Леопольд Стафф
16. «

    Мы думали, что небо неизменно, и записывали на нем все наши смиренные желания, и поступки, и мечты. Когда я был Сыном Быка, одну из своих жизней я потратил на созерцание звезд. Но и до и после этого в других моих воплощениях я пел вместе со жрецами и племенными певцами запретные гимны звездам, веря, что они — это нестираемые письмена, повествующие о нашей истории. И вот теперь, в ожидании нового конца, я жадно читаю взятые из тюремной библиотеки книги по астрономии (такие книги выдаются приговоренным к смерти) и узнаю, что даже небо преходяще и звезды странствуют по нему, как народы по земле.

    Мы думали, что небо неизменно, и записывали на нем все наши смиренные желания, и поступки, и мечты. Когда я был Сыном Быка, одну из своих жизней я потратил на созерцание звезд. Но и до и после этого в других моих воплощениях я пел вместе со жрецами и племенными певцами запретные гимны звездам, веря, что они — это нестираемые письмена, повествующие о нашей истории. И вот теперь, в ожидании нового конца, я жадно читаю взятые из тюремной библиотеки книги по астрономии (такие книги выдаются приговоренным к смерти) и узнаю, что даже небо преходяще и звезды странствуют по нему, как народы по земле.

    — Джек Лондон · книга
17. «

    How many times must a man look up Before he can see the sky? Yes, 'n' how many ears must one man have Before he can hear people cry? Yes, 'n' how many deaths will it take till he knows That too many people have died? The answer, my friend, is blowin' in the wind, The answer is blowin' in the wind.

    How many times must a man look up Before he can see the sky? Yes, 'n' how many ears must one man have Before he can hear people cry? Yes, 'n' how many deaths will it take till he knows That too many people have died? The answer, my friend, is blowin' in the wind, The answer is blowin' in the wind.
18. «

    Люди современного большого города ослеплены уличным освещением, они лишились звездного неба. Космонавты пытаются вновь обрести его.

    Люди современного большого города ослеплены уличным освещением, они лишились звездного неба. Космонавты пытаются вновь обрести его.

    — Тур Хейердал · книга
19. «

    Рвала нашу нить на клочья, дворцы сжигала И голову мне из пепла покрыло дождем И проседью драгоценного минерала Окрасило волосы в память мне о былом.

    Рвала нашу нить на клочья, дворцы сжигала И голову мне из пепла покрыло дождем И проседью драгоценного минерала Окрасило волосы в память мне о былом.

    — Марина Матисс
20. «

    Я лег на траву, и глаза мои наполнились звездами.

    Я лег на траву, и глаза мои наполнились звездами.

    — Айрис Мёрдок · книга