565 фраз, которые всё говорят о «звезды»

565 цитат про «звезды»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Это то, что должен знать о звездах каждый. Нам нравится слышать, что нас обожают, и мы хотим, чтобы это повторяли как можно чаще. Уже в более поздние времена люди часто подходили ко мне с такими словами: «Вы, конечно, устали слушать все эти восторги и восхваления», и я всегда, как бы в шутку, отвечала: «О, еще разок лишним не будет». Но правда в том, что похвала сродни наркотику. Чем больше ее получаешь, тем больше ее требуется, чтобы сохранять равновесие.

   Это то, что должен знать о звездах каждый. Нам нравится слышать, что нас обожают, и мы хотим, чтобы это повторяли как можно чаще. Уже в более поздние времена люди часто подходили ко мне с такими словами: «Вы, конечно, устали слушать все эти восторги и восхваления», и я всегда, как бы в шутку, отвечала: «О, еще разок лишним не будет». Но правда в том, что похвала сродни наркотику. Чем больше ее получаешь, тем больше ее требуется, чтобы сохранять равновесие.

   — Рейд Тейлор Дженкинс · книга
2. «

   Она не сказала ни слова, но переполненный любовью, Эльвэ подошёл к ней и взял её за руку, и тотчас же какие-то чары овладели им. Так стояли Эльвэ и Мелиан, а вращающийся над ними звёздный небосвод отсчитывал долгие годы. И деревья Нан Эльмота стали выше и темнее, прежде чем Мелиан и Эльвэ произнесли хоть одно слово.

   Она не сказала ни слова, но переполненный любовью, Эльвэ подошёл к ней и взял её за руку, и тотчас же какие-то чары овладели им. Так стояли Эльвэ и Мелиан, а вращающийся над ними звёздный небосвод отсчитывал долгие годы. И деревья Нан Эльмота стали выше и темнее, прежде чем Мелиан и Эльвэ произнесли хоть одно слово.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
3. «

   Здесь только ты и я. Прохладный плен сентября. Нас окружают звездные моря. Как жалко будет вдруг все это потерять.

   Здесь только ты и я. Прохладный плен сентября. Нас окружают звездные моря. Как жалко будет вдруг все это потерять.
4. «

   Правда, надо признать, что с сумерками в эту долину опускались чары какого-то волшебного великолепия и окутывали её вплоть до утренней зари. Ужасающая бедность скрывалась, точно под вуалью; жалкие лачуги, торчащие дымовые трубы, клочки тощей растительности, окружённые плетнем из проволоки и дощечек от старых бочек, ржавые рубцы шахт, где добывалась железная руда, груды шлака из доменных печей — всё это словно исчезало; дым, пар и копоть от доменных печей, гончарных и дымогарных труб преображались и поглощались ночью. Насыщенный пылью воздух, душный и тяжёлый днём, превращался с заходом солнца в яркое волшебство красок: голубой, пурпурной, вишневой и кроваво-красной с удивительно прозрачными зелеными и желтыми полосами в темнеющем небе. Когда царственное солнце уходило на покой, каждая доменная печь спешила надеть на себя корону пламени; тёмные груды золы и угольной пыли мерцали дрожащими огнями, и каждая гончарня дерзко венчала себя ореолом света. Единое царство дня распадалось на тысячу мелких феодальных владений горящего угля. Остальные улицы в долине заявляли о себе слабо светящимися желтыми цепочками газовых фонарей, а на главных площадях и перекрёстках к ним примешивался зеленоватый свет и резкое холодное сияние фонарей электрических. Переплетающиеся линии железных дорог отмечали огнями места пересечений и вздымали прямоугольные созвездия красных и зелёных сигнальных звёзд. Поезда превращались в чёрных членистых огнедышащих змеев... А над всем этим высоко в небе, словно недостижимая и полузабытая мечта, сиял иной мир, вновь открытый Парлодом, не подчиненный ни солнцу, ни доменным печам, — мир звёзд.

   Правда, надо признать, что с сумерками в эту долину опускались чары какого-то волшебного великолепия и окутывали её вплоть до утренней зари. Ужасающая бедность скрывалась, точно под вуалью; жалкие лачуги, торчащие дымовые трубы, клочки тощей растительности, окружённые плетнем из проволоки и дощечек от старых бочек, ржавые рубцы шахт, где добывалась железная руда, груды шлака из доменных печей — всё это словно исчезало; дым, пар и копоть от доменных печей, гончарных и дымогарных труб преображались и поглощались ночью. Насыщенный пылью воздух, душный и тяжёлый днём, превращался с заходом солнца в яркое волшебство красок: голубой, пурпурной, вишневой и кроваво-красной с удивительно прозрачными зелеными и желтыми полосами в темнеющем небе. Когда царственное солнце уходило на покой, каждая доменная печь спешила надеть на себя корону пламени; тёмные груды золы и угольной пыли мерцали дрожащими огнями, и каждая гончарня дерзко венчала себя ореолом света. Единое царство дня распадалось на тысячу мелких феодальных владений горящего угля. Остальные улицы в долине заявляли о себе слабо светящимися желтыми цепочками газовых фонарей, а на главных площадях и перекрёстках к ним примешивался зеленоватый свет и резкое холодное сияние фонарей электрических. Переплетающиеся линии железных дорог отмечали огнями места пересечений и вздымали прямоугольные созвездия красных и зелёных сигнальных звёзд. Поезда превращались в чёрных членистых огнедышащих змеев... А над всем этим высоко в небе, словно недостижимая и полузабытая мечта, сиял иной мир, вновь открытый Парлодом, не подчиненный ни солнцу, ни доменным печам, — мир звёзд.

   — Герберт Уэллс · книга
5. «

   При свете звезд все заботы и горести земной жизни показались мне ничтожными. Я подумал о том, как они бесконечно далеки, как медленно движутся из неведомого прошлого в неведомое будущее.

   При свете звезд все заботы и горести земной жизни показались мне ничтожными. Я подумал о том, как они бесконечно далеки, как медленно движутся из неведомого прошлого в неведомое будущее.

   — Герберт Уэллс · книга
6. «

   Много звезд на небе – у каждой свой свет, своя судьба…

   Много звезд на небе – у каждой свой свет, своя судьба…

   — Ольга Анатольевна Григорьева · книга
7. «

   Найдём мы место от мира далеко. Мы к звёздам снова устремимся, а жизнь проходит акт за актом.

   Найдём мы место от мира далеко. Мы к звёздам снова устремимся, а жизнь проходит акт за актом.

   — Лидия (певица) · фильм
8. «

   Чем темнее ночь, тем ярче звёзды.

   Чем темнее ночь, тем ярче звёзды.

   — Украинские пословицы и поговорки
9. «

   — Тимон, ты не спрашивал себя, что это там за мерцающие точки? — Пумба, зачем спрашивать, я это знаю. — О, и что там такое? — Там светлячки. Светлячки, которые прилипли к этой большой сине-черной штуковине. — О, да?... А я думал, что это пузыри с газом, которые горят в миллионах световых лет от нас... — Пумба, у тебя все связано с газами.

   — Тимон, ты не спрашивал себя, что это там за мерцающие точки? — Пумба, зачем спрашивать, я это знаю. — О, и что там такое? — Там светлячки. Светлячки, которые прилипли к этой большой сине-черной штуковине. — О, да?... А я думал, что это пузыри с газом, которые горят в миллионах световых лет от нас... — Пумба, у тебя все связано с газами.

   — Пумба · мультфильм
10. «

    Родись, умри, встань, ляг, пляши на соседской свадьбе или поутру на малиновом суровом восходе проснись, как от удара палкой, испуганный, как если бы ты один остался живой на свете, – они всё тут, всегда тут, бледно мигающие, подслеповатые, вечные, молчаливые.

    Родись, умри, встань, ляг, пляши на соседской свадьбе или поутру на малиновом суровом восходе проснись, как от удара палкой, испуганный, как если бы ты один остался живой на свете, – они всё тут, всегда тут, бледно мигающие, подслеповатые, вечные, молчаливые.

    — Татьяна Толстая · книга
11. «

    И я больше никогда не покажу тебе звёзды Останусь в одиночку исследовать космос. И чтобы люди про меня не говорили Я давно не вижу правды в гнилом и дешёвом мире. Дай мне побыть в тишине Закрою сердце на замок, и напишу новый трек Про то как сложно с тобой И раз тебе больше не нужен, я уйду ко второй.

    И я больше никогда не покажу тебе звёзды Останусь в одиночку исследовать космос. И чтобы люди про меня не говорили Я давно не вижу правды в гнилом и дешёвом мире. Дай мне побыть в тишине Закрою сердце на замок, и напишу новый трек Про то как сложно с тобой И раз тебе больше не нужен, я уйду ко второй.
12. «

    Куда бы мы ни попали, что бы ни случилось, Микки — когда я буду глядеть на звёзды, я буду знать, что ты смотришь на те же звёзды.

    Куда бы мы ни попали, что бы ни случилось, Микки — когда я буду глядеть на звёзды, я буду знать, что ты смотришь на те же звёзды.

    — Мэллори · фильм
13. «

    Звезды выглядят совсем другими, когда ты свободен.

    Звезды выглядят совсем другими, когда ты свободен.

    — Саба Тахир · книга
14. «

    Там высоко бег облаков К погасшей много лет назад звезде.

    Там высоко бег облаков К погасшей много лет назад звезде.
15. «

    Я шёл, а небо из серого становилось чёрным. Появились первые звёзды. Звёзд становилось всё больше и больше. Точка на горизонте светилась ярче. Но начала теряться на фоне светящегося великолепия неба. Я замер заворожённо, уставившись в небо. Какая красота. Такие ощущения я испытывал далёкие века назад, вырвавшись из города, в котором совсем не видно звезд на далёкий берег теплого моря. Тишина позволяет услышать далекую песню бездонного неба. Бездна, которая манит и ласкает тёплым ветром. Я чувствовал себя хорошо. Прошли года и века, но что-то осталось неизменным. Мало кому я мог признаться в том, что людей я не любил, не любил толпу, и вообще одному мне было хорошо. Но... Загадки. Всегда и везде я видел загадки, а ответы на них могли дать только люди.

    Я шёл, а небо из серого становилось чёрным. Появились первые звёзды. Звёзд становилось всё больше и больше. Точка на горизонте светилась ярче. Но начала теряться на фоне светящегося великолепия неба. Я замер заворожённо, уставившись в небо. Какая красота. Такие ощущения я испытывал далёкие века назад, вырвавшись из города, в котором совсем не видно звезд на далёкий берег теплого моря. Тишина позволяет услышать далекую песню бездонного неба. Бездна, которая манит и ласкает тёплым ветром. Я чувствовал себя хорошо. Прошли года и века, но что-то осталось неизменным. Мало кому я мог признаться в том, что людей я не любил, не любил толпу, и вообще одному мне было хорошо. Но... Загадки. Всегда и везде я видел загадки, а ответы на них могли дать только люди.

    — Тимофей Петрович Царенко · книга
16. «

    Знай, что, где бы ты не был, Звезды укажут путь. Знай, что ты не один: Звезды всегда с тобой.

    Знай, что, где бы ты не был, Звезды укажут путь. Знай, что ты не один: Звезды всегда с тобой.
17. «

    Мы, люди, придумали телеграф и телефон и еще кучу всяких современных новинок, — что правда, то правда. А как посмотришь на звезды, сразу понимаешь, что в сущности мы только черви, жалкие черви, и ничего больше.

    Мы, люди, придумали телеграф и телефон и еще кучу всяких современных новинок, — что правда, то правда. А как посмотришь на звезды, сразу понимаешь, что в сущности мы только черви, жалкие черви, и ничего больше.

    — Томас Манн (писатель) · книга
18. «

    Свою небесную звезду Я вижу вновь во тьме сомнений, И к ней доверчиво иду Дорогой вечных светотеней.

    Свою небесную звезду Я вижу вновь во тьме сомнений, И к ней доверчиво иду Дорогой вечных светотеней.

    — Сергей Антипов
19. «

    Даже суперзвездам нужна публика, которая будет их поддерживать!

    Даже суперзвездам нужна публика, которая будет их поддерживать!

    — Геноцид Джек · игра
20. «

    Ночь нависает стынущей, стонущей, Натуго кутая темнотой. Ласковый облик, в истоме тонущий, Манит, обманывая тобой.

    Ночь нависает стынущей, стонущей, Натуго кутая темнотой. Ласковый облик, в истоме тонущий, Манит, обманывая тобой.

    — Мария Сергеевна Петровых