512 цитат-размышлений Александра Дюмы

Подборка из 512 цитат Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Как можно пройти мимо своей судьбы, не узнав ее?

   Как можно пройти мимо своей судьбы, не узнав ее?

   — название главы · книга
2. «

   Мужество всегда вызывает уважение, даже если это мужество врага.

   Мужество всегда вызывает уважение, даже если это мужество врага.

   — Три мушкетёра · книга
3. «

   Во все времена и во всех государствах, в особенности если эти государства раздирает религиозная вражда, находятся фанатики, которые ничего так не желают, как стать мучениками.

   Во все времена и во всех государствах, в особенности если эти государства раздирает религиозная вражда, находятся фанатики, которые ничего так не желают, как стать мучениками.

   — Кардинал Ришелье · книга
4. «

   Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

   Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

   — Атос · книга
5. «

   Нет ничего более неприятного для разгневанного человека, чем когда на его гнев отвечают полным равнодушием.

   Нет ничего более неприятного для разгневанного человека, чем когда на его гнев отвечают полным равнодушием.

   — Чёрный тюльпан · книга
6. «

   Каждый оскорбленный может обратиться к королю, и он рассудит. Но когда оскорбитель сам король, нужно обращаться лишь к Богу — и он отомстит.

   Каждый оскорбленный может обратиться к королю, и он рассудит. Но когда оскорбитель сам король, нужно обращаться лишь к Богу — и он отомстит.

   — Габриэль д'Эксмес · книга
7. «

   Независимость заменяет свободу.

   Независимость заменяет свободу.

   — Граф Монте-Кристо · книга
8. «

   Карнавал во всех странах света, сохранивших этот похвальный обычай, есть пора свободы, когда люди самых строгих правил разрешают себе безумства.

   Карнавал во всех странах света, сохранивших этот похвальный обычай, есть пора свободы, когда люди самых строгих правил разрешают себе безумства.

   — Граф Монте-Кристо · книга
9. «

   ... воскликнула Екатерина с несвойственной ей смелостью перед страшной волей своего сына.

   ... воскликнула Екатерина с несвойственной ей смелостью перед страшной волей своего сына.

   — Королева Марго · книга
10. «

    Почему нет окошечка в каждом человеческом сердце, чтобы всякий смог видеть, что там происходит!

    Почему нет окошечка в каждом человеческом сердце, чтобы всякий смог видеть, что там происходит!

    — Морис · книга
11. «

    Показывай, что уважаешь себя, — и тебя будут уважать.

    Показывай, что уважаешь себя, — и тебя будут уважать.

    — Граф Монте-Кристо · книга
12. «

    Смерть, как и жизнь, таит в себе и страдания и наслаждения; надо лишь знать ее тайны.

    Смерть, как и жизнь, таит в себе и страдания и наслаждения; надо лишь знать ее тайны.

    — Максимиллиан Моррель · книга
13. «

    — Она здесь, — сказал Бюсси.-Берегитесь! — Рассержена? — Вне себя. — Выражает недовольство? — О нет! Гораздо хуже: улыбается. — А народ? — Народ хранит молчание. Он смотрит на эту женщину с немым ужасом: он ее не знает, но угадывает, какая она. — А она? — Она посылает воздушные поцелуи и кусает себе кончики пальцев при этом. — Дьявол! — Да, монсеньор, как раз то же самое и мне пришло в голову. Это дьявол. Будьте осмотрительны!

    — Она здесь, — сказал Бюсси.-Берегитесь! — Рассержена? — Вне себя. — Выражает недовольство? — О нет! Гораздо хуже: улыбается. — А народ? — Народ хранит молчание. Он смотрит на эту женщину с немым ужасом: он ее не знает, но угадывает, какая она. — А она? — Она посылает воздушные поцелуи и кусает себе кончики пальцев при этом. — Дьявол! — Да, монсеньор, как раз то же самое и мне пришло в голову. Это дьявол. Будьте осмотрительны!

    — граф де Бюсси · книга
14. «

    Один за всех, и все за одного — это отныне наш девиз!

    Один за всех, и все за одного — это отныне наш девиз!

    — Д'Артаньян · книга
15. «

    Марго, я знаю — ты потеряла сегодня друга, но взгляни на меня: я потерял всех своих друзей! Больше того — я потерял мать! Ты всегда могла так плакать, как сейчас; я всегда должен был улыбаться, даже при самой сильной душевной боли. Ты страдаешь; а посмотри на меня — ведь я же умираю! Ну, Марго, будь мужественной! Прошу тебя, сестричка, во имя нашей доброй славы! Честь нашего королевского дома — это наш крест, будем же нести его, подобно Христу, до Голгофы; а если мы и споткнемся на своем пути, то снова встанем, безропотно и мужественно, как он. <...> Да, сестричка, жертва тяжела; но каждый приносит свою жертву — один жертвует честью, другой — своей жизнью. Неужели ты думаешь, что я, будучи двадцати пяти лет от роду и занимая лучший престол в мире, хочу смерти и умру без сожаления? Вглядись в меня... ведь у меня и глаза, и цвет лица, и губы умирающего; но я улыбаюсь... и глядя на мою улыбку, разве нельзя подумать, что я надеюсь жить? А на самом деле, моя сестричка, через неделю, самое большее — месяц, ты будешь оплакивать меня, как оплакиваешь сейчас того, кто умер сегодня утром.

    Марго, я знаю — ты потеряла сегодня друга, но взгляни на меня: я потерял всех своих друзей! Больше того — я потерял мать! Ты всегда могла так плакать, как сейчас; я всегда должен был улыбаться, даже при самой сильной душевной боли. Ты страдаешь; а посмотри на меня — ведь я же умираю! Ну, Марго, будь мужественной! Прошу тебя, сестричка, во имя нашей доброй славы! Честь нашего королевского дома — это наш крест, будем же нести его, подобно Христу, до Голгофы; а если мы и споткнемся на своем пути, то снова встанем, безропотно и мужественно, как он. <...> Да, сестричка, жертва тяжела; но каждый приносит свою жертву — один жертвует честью, другой — своей жизнью. Неужели ты думаешь, что я, будучи двадцати пяти лет от роду и занимая лучший престол в мире, хочу смерти и умру без сожаления? Вглядись в меня... ведь у меня и глаза, и цвет лица, и губы умирающего; но я улыбаюсь... и глядя на мою улыбку, разве нельзя подумать, что я надеюсь жить? А на самом деле, моя сестричка, через неделю, самое большее — месяц, ты будешь оплакивать меня, как оплакиваешь сейчас того, кто умер сегодня утром.

    — король Карл IX · книга
16. «

    ...люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

    ...люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

    — Бошан · книга
17. «

    Каждому из нас довольно одного поцелуя, чтобы стать веселым, сильным. Ты представляешь себе, Аннибал, как мы несемся, пригнувшись к нашим быстрым скакунам, а сердце сладко замирает от боязни? О, этот страх в предчувствии опасности! Как он хорош на воле, когда у тебя сбоку хорошая шпага, когда кричишь «ура», давая шпоры своему коню, а он при каждом крике наддает и уже не скачет, а летит!

    Каждому из нас довольно одного поцелуя, чтобы стать веселым, сильным. Ты представляешь себе, Аннибал, как мы несемся, пригнувшись к нашим быстрым скакунам, а сердце сладко замирает от боязни? О, этот страх в предчувствии опасности! Как он хорош на воле, когда у тебя сбоку хорошая шпага, когда кричишь «ура», давая шпоры своему коню, а он при каждом крике наддает и уже не скачет, а летит!

    — граф Лерак де Ла Моль · книга
18. «

    Я поступаю так потому, что в наше время всякий сброд наряжается как принцы, и хороший вкус требует от принцев, чтобы они отличали себя, одеваясь как всякий сброд.

    Я поступаю так потому, что в наше время всякий сброд наряжается как принцы, и хороший вкус требует от принцев, чтобы они отличали себя, одеваясь как всякий сброд.

    — граф де Бюсси · книга
19. «

    Довольно редко случается, что в нужную минуту у Бога под рукой оказывается великий человек для свершения великого деяния; вот почему, когда случается такое провиденциальное совпадение, история тотчас отмечает имя этого избранника, чтобы им могли восхищаться потомки. Но когда сам дьявол вмешивается в людские дела, стремясь погубить какого-нибудь человека или целое государство, очень редко бывает, чтобы ему немедленно не подвернулся подлец, которому достаточно шепнуть на ухо одно слово — как он сразу же примется за работу.

    Довольно редко случается, что в нужную минуту у Бога под рукой оказывается великий человек для свершения великого деяния; вот почему, когда случается такое провиденциальное совпадение, история тотчас отмечает имя этого избранника, чтобы им могли восхищаться потомки. Но когда сам дьявол вмешивается в людские дела, стремясь погубить какого-нибудь человека или целое государство, очень редко бывает, чтобы ему немедленно не подвернулся подлец, которому достаточно шепнуть на ухо одно слово — как он сразу же примется за работу.

    — Чёрный тюльпан · книга
20. «

    Д'Артаньян повиновался, как ребёнок, без сопротивления, без единого возражения, и это доказывалось, что он действительно был влюблён.

    Д'Артаньян повиновался, как ребёнок, без сопротивления, без единого возражения, и это доказывалось, что он действительно был влюблён.

    — Три мушкетёра · книга